– Чипс, ну-ка быстро иди сюда, – Ярик раздраженно позвал собаку в четвертый раз, но пес так и остался сидеть на другом конце коридора.
Ярик недовольно скрестил руки на груди и также не двинулся с места. Он уже обулся, оделся и держал в руке поводок, но Чипс упорно отказывался идти на прогулку.
– Чипс, мы идем гулять с Плюшкой. Давай же!
Обычно, при упоминании имени или прозвища хозяйки пес был готов бежать на край света, но сегодня он жалостливо посмотрел глазами-пуговками на Ярика и лег на пол, прикрыв лапами морду. Парень закатил глаза, негодуя, но решил оставить собаку дома. Похоже, вчера Чипс перевыполнил норму прогулок, да и сегодня они уже гуляли.
– Черт с тобой. – Ярик повернулся к выходу и схватился за ручку двери, когда услышал громкие вопли соседа в подъезде и почему-то замер. Музыкант орал прямо за дверью.
Ярик прислушался. Судя по всему, сосед возмущался по телефону своей девушке, потому что ее голоса в подъезде не было слышно. Спор был связан с интернетчиками, которых сосед ждал несколько часов, но в итоге интернет ему так и не провели. Решив, что он подслушивает, как маньяк, какую-то фигню, Ярик дернул входную дверь и вышел в подъезд.
– Настя, не ной, я сделал все, что мог. Они даже временный договор не хотят оформлять без паспортных данных. Ой, да в жопу этих упырей! Если захотим посмотреть киношку, раздадим интернет с телефона. Да-да, как в каменном веке, смирись. Все, я в магазин пошел, потом перезвоню. – Сосед сбросил звонок и пнул дверь, чтобы ключ провернулся в старом замке.
Справившись, он обернулся, окинул Ярика безразличным взглядом и пошел вниз по ступенькам. Тот посмотрел на ноги парня и поморщился – в груди опять запекло от досады и злости. На ногах скрипача были новые «найки» из последней коллекции. Ярик заказал себе такие же, их должны были доставить завтра. Даже расцветка та же. Не то чтобы «найк» не мог продавать кроссы кому угодно, но вообще могли бы внести запрет на продажу хорошей обуви придуркам!
Ярик зло провернул ключ, закрывая свою квартиру, и быстро спустился вниз.
– Ярик, ты псих? – Анька слушала друга и качала головой. – Нельзя так злиться на соседа просто потому, что у вас одинаковый вкус на обувь.
– У меня нет с ним ничего одинакового! – процедил парень, глядя на свои черные «джорданы».
– Это всего лишь обувь, а ты обувной фетишист! И хватит уже прикапываться к соседям. Мне кажется, что они нормальные ребята. – Плюшка поправила тяжелую сумку на плече, пожалев о своей идее взять на работу ноут.
– Я не обувной фетишист, это раз. Два, я не докапываюсь, они реально странные. – Ярик удивленно посмотрел на сумку Плюшки, из которой торчал комп, но воздержался от вопросов.
Что-то подсказывало, что это было как-то связано с Кабановым, а слушать про Юрца ему не хотелось. Вместо расспросов он достал две банки колы и привычно дал одну Аньке.
– Ты просто предвзято относишься к музыкантам. Эрик, кстати, реально хорошо играет на фортепиано.
– Как-как его зовут? – Ярик поперхнулся и закашлялся, а потом заржал. – Эрик, как Картман? – все угорал он.
– Как принц из Русалочки, – Плюшка тоже стала хихикать, а потом они с Яриком захохотали в голос, сложившись пополам прям посреди улицы.
– Я хочу ему врезать, – Ярик залпом допил колу. – Мажорный придурок.
– Да нормальный он, – пожала плечами Анька, снова поправляя съехавшую сумку. – И с чего ты взял, что он мажор? Я видела его телефон – простой китайский смартфон. И, начнем с главного, он работает в рестике за гроши в нашей глуши. Стал бы мажор так делать?
– А вот это реально странно. Как и то, что он не смог подключить интернет, потому что паспортом не хотел светить. Я случайно услышал. У вас он официально работает? – вскинул брови Ярик.
– О чем ты? Он же музыкант, какое еще официально, – отмахнулась девушка, а потом вдруг замерла. – Стой…
– Думаешь о том же? – хмыкнул Яр, победно улыбаясь. – Работает в черную, чтобы паспортом не светить.
– Ну, – Аня задумалась, – такое. Сама работа не подразумевает оформления. Типа, отыграл – получил бабки, запил – пошел на фиг. Вспомни того же Андрюшу. Так что ты нагоняешь туману туда, куда не надо.
– Возможно. Но мне все-таки интересно, почему он не хотел показывать паспорт. Как-то это мутно, – Ярик почесал подбородок, а потом вдруг прищурился. – А знаешь что? Вам же в одну сторону после работы? Вот и расспроси у него, что он забыл в нашей глуши.
– Я что-то пропустила? – вскинула брови Аня. – То держись подальше, то расспроси. Нестыковочка выходит. И вообще, не хочу я с ним разговаривать. Он чудила.
– Я не говорю тебе с ним дружить, – замотал головой Ярослав. – Надо просто разговорить его и добыть информацию.
– Разговорить? – скептично уточнила Аня. – Ты обратился не по адресу, дружочек.
– Ой, не заливай. Вы очень мило щебетали вчера, – подколол подругу Ярик. – Давай, Плюха, соберись. Проведем расследование.
– Хм… ну, ладно, я попробую, – неуверенно пробормотала Анька, перекинула сумку на другое плечо, а потом скривилась. – Ярик, я больше не могу. Неси.
– Не буду я нести женскую сумку. Еще и желтого цвета. Крипота! И на кой ты вообще ноут прешь? – Ярик знал, что не надо спрашивать. А еще знал, что Анька все равно скажет.
– Короче, – Плюшка покраснела, побледнела и снова покраснела, отчего веснушки загорелись даже под слоем тональника. – У меня план-капкан. Я увижу Юру и попрошу помочь установить антивирус, ну, точнее, скачать. Он мне поможет, и мы поболтаем… а там, как знать? – Анька снова поплыла в розовые грезы с Кабановым.
– Серьезно? – Ярик порой думал, что Анька силой своих фантазий о Кабанове могла бы взорвать землю. Ее бы энергию, да в другое русло.
– Рим тоже не сразу строился! Кстати, ты в технарь когда собираешься?
– На следующей неделе. Надо уточнить, что там с экзаменами, – пожал плечами Ярик.
Он почти обрадовался, что Аня сменила тему, но, оказалось, это был фальстарт.
– Думаешь, у меня совсем нет шансов с Юрой? – Анька застенчиво и как-то по-детски обиженно посмотрела на друга.
– Думаю, что план с ноутом неплох, я б до такого не допер, – хмыкнул Яр. – А еще думаю, что Кабан – чмо болотное. Найди кого-нибудь получше.
– Ой, все. Ничего ты не понимаешь, – Анька гордо перекинула через плечо тяжелую сумку и потащилась к черному входу в рестик, оставив Ярика хихикать в одиночестве.
Парень покачал головой, а потом пошел домой, параллельно раздумывая о том, почему же новые соседи никак не давали ему покоя? Может, Анька права, он зациклился и пытается докопаться до них просто из вредности? Возможно, все дело в «найках» и бесячей физиономии скрипача? Или в том, что Эрик, который не Картман, не заслуживал ни «найков», ни Насти?
И все же Ярик чувствовал, что с этой парочкой что-то явно не так. Это ощущение свербело внутри, разжигая в нем любопытство, к которому он не был склонен. Он должен был выяснить, какого черта эти мажоры забыли в его городе. В его доме. На его этаже.
И почему парень, который менял дорогие кроссовки, как носки, работал ресторанным музыкантом?
Эрик закрыл крышку фортепиано, чувствуя себя совершенно разбитым. Что бы там ни говорила Настя про то, что нет недостойных работ, он считал, что его работа ужасна. Он играл, а его никто не слушал. И Эрик чувствовал, что бездарно тратит свое время. Вместо того чтобы репетировать и готовиться к конкурсу, он играл каверы, чтобы развлекать жующих людей. Это повергало его в уныние.
Завтра он мог бы впервые пойти в консерваторию, познакомиться с другими людьми, решившими связать свою жизнь с музыкой, а вместо этого он здесь. В убогом городе, среди убогих людей. В раздевалке бармены и официанты обсуждали девчонок-официанток, а Эрику хотелось смеяться и плакать одновременно. Мелкие людишки с мелкими желаниями и глупыми разговорами.
– У Стаськи задница такая, что хоть мотоцикл паркуй, хоть кружку пива поставь. Идеальная женщина, – мечтательно протянул официант, которого, если верить бейджику, звали Славой.
– А у Анжелки зато грудь о‐го-го, – хохотнул помощник повара, руками показывая нужные объемы.
– Дурные вы, молодежь. Вроде не собаки, а все на кости ведетесь, – отмахнулся повар, сухой и высокий мужчина лет пятидесяти, – вот Верка – огонь‐баба.
– Была. Лет двадцать назад, – хихикнул лопоухий Витя, уворачиваясь от фартука, которым в него запустил Иваныч.
Эрик аккуратно убрал в шкафчик красивый костюм, который с разрешения менеджера оставлял в ресторане, чтобы не таскать каждый раз из дома на работу. Посмотревшись в зеркало, он пригладил чуть растрепавшиеся волосы и уже собирался уходить, как его окликнул Витя.
– Пианист, а че там конопатая вчера от тебя хотела? – с какой-то противной интонацией спросил он.
– Думаю, тебя это не касается, – заметил Эрик, смерив парня высокомерным взглядом.
Ему не понравился ни его тон, ни то, что он назвал Аню конопатой, ни сам вопрос. Но, очевидно, грубость и привычка совать нос не в свое дело были отличительными чертами аборигенов.
– Да лан те, колись, – не отставал Витя, приближаясь к парню и панибратски закидывая руку ему на плечо.
Эрик опешил от такой наглости. Ему подумалось, что бармен прибухивает во время работы – ничем другим он не мог объяснить подобное поведение. Эрик совершенно растерялся, не зная, как отреагировать на это. Хотелось стряхнуть конечность мерзкого Витька и послать его, но обострять отношения в коллективе было явно не лучшей идеей. Ему была нужна эта уродская работа, как бы она его ни бесила.
– Витя, отстань от него, – вмешался Слава, отпихивая парня. – Эрик, не обращай внимания, он просто…
– Заткнись! – Витя пнул ботинок друга, а потом оставил Эрика в покое и пошел к своему шкафчику.
Эрик вдруг понял, что Вите, очевидно, нравилась Аня. Только он вел себя, как пятиклассник, который дергал девочку за косичку, чтобы привлечь внимание. Хотя не исключено, что тут так заведено и ненормальным кажется только ему. В любом случае, Витины чувства Эрика нисколько не интересовали, главное, чтобы он больше к нему не цеплялся.
Парень вышел на улицу, жадно вдыхая ночную прохладу. Ему необходимо было пройтись и проветрить голову. Меньше всего хотелось тащить свое раздражение в дом и выливать его на Настю, которая тоже не в восторге от всего, что с ними происходит. Он вспомнил, как она расстроилась из-за интернета, и снова стал злиться. Мать выкинула их, как котят, даже не подумав о том, каково им будет одним в чужом городе, где они никого не знают. Эрик не говорил этого сестре, но сам остро осознал, насколько они не приспособлены к жизни. Они не умеют готовить, экономить, да, чего уж там, газовую плиту и ту не смогли без помощи Гугла включить!
Вспомнилась ссора с интернетчиками, которые сказали, что без договора интернет не проведут. А чтобы заключить договор, нужен паспорт. А паспортами светить категорически запрещено. Замкнутый круг. Почему-то Настю добил именно интернет, Эрик услышал это даже по телефону. Вроде бы мелочь, но…
Но почему-то они никогда не задумывались о том, что их жизнь состоит из тысячи привычных мелочей, которые они воспринимали как данность. А сейчас, оставшись без всего того, что было обыденно и привычно, вдруг осознали, как им это нужно.
Эрик частенько говорил, что не особо любит Москву. Как же он сейчас жалел о своих словах. Он бы дорого дал, чтобы сейчас спуститься в душное, переполненное людьми метро, доехать до своей остановки, а потом шагать по оживленному проспекту, слушая гул города и рев сотен моторов.
А вместо этого он шагал по слабо освещенной улице, и каждый его шаг отдавался гулким эхом. Эрик никак не мог привыкнуть к тишине и к тому, что после одиннадцати улицы пустеют даже по выходным. Это было странно. Даже немного пугающе.
Вдруг он услышал быстрые громкие шаги. Обернувшись, он увидел Аню, которая чуть кренилась вбок под тяжестью большой желтой сумки.
– Привет, – Эрик улыбнулся и махнул ей рукой.
А потом вспомнил вчерашнюю сцену в скверике и сразу же об этом пожалел. Его настолько задело то, что Аня даже толком с ним не попрощалась, что сегодня он даже не смотрел в ее сторону. Но стоило ей оказаться рядом, как он тут же заулыбался, как идиот, сам не понимая, чему радуется.
– Приветики. Не против, если я пойду с тобой?
Она смотрела на него робкими глазами ребенка, который боялся, что у него сейчас отнимут конфету, и Эрик не смог отказать. Да ему и не хотелось. Но от едкого комментария он все же не удержался.
– А твой парень не будет против нашей прогулки?
– Мой кто?! – Аня выглядела растерянной и явно не понимала, откуда у нее взялся парень.
Она даже на всякий случай оглянулась, вдруг рядом кто-то есть. Но нет, они с Эриком были вдвоем. И тут до Плюшки дошло, что Эрик имел в виду Ярослава.
– Ты подумал, что мы встречаемся? Фу!
Аню передернуло от одной этой мысли. Ярик был ей как брат, которого у нее никогда не было. Ее мама частенько подтрунивала над тем, что они везде вместе, тили-тили-тесто жених и невеста, но Аня даже подумать не могла о Ярославе в каком-то романтическом ключе. Во-первых, она знала его еще с тех пор, когда он писал в штаны, спрятавшись за дверью, а во‐вторых, у нее был Юра.
– Ярик мой друг.
– Друг, – зачем-то повторил Эрик.
Это была самая приятная новость на сегодня. Ему была противна сама мысль о том, что эта милая девушка может встречаться с таким упырем. Да и вообще, ему хотелось, чтобы она была свободна. Было в ней что-то необычное и притягательное, хотя парень пока и сам не понимал, что именно.
– Ага, – Аня перевесила сумку с правого на левое плечо, проклиная свой идиотский план.
Юра вообще не пришел на работу, зато Витя увидел, как она заходит в ресторан с сумкой с ноутом, и стал допытываться, зачем ей комп. Она рассказала ему про выдуманные проблемы с установкой антивируса, и лопоухий целый вечер доставал ее, предлагая помощь. Аня, конечно же, отказывалась, потому что на самом деле с компом все было отлично. А еще потому, что Витя ее бесил еще со школы. Именно из-за него за ней закрепилось знаменитое «конопатая». Все пошло наперекосяк.
Но все это меркло на фоне того, что у нее уже плечи отваливались, а ей еще предстояло дотопать до дома Ярика.
– Тяжелая? Давай сюда, – Эрик потянулся к ее сумке.
Аня не успела ничего сказать, а парень уже забрал у нее сумку и повесил себе на плечо. Большая канареечно-желтая сумка оказалась достаточно тяжелой, а еще неудобной. На каждом шагу она неприятно била его по бедру, но он не подавал виду.
Аня шагала рядом, думая о том, не стоит ли отобрать у него сумку. А еще она начала тихо злиться на Ярика с его дурацкими затеями. Легко ему было играть в детектива, прячась за ее спиной.
Она не знала, как завести разговор, тем более с таким чудаком, как Эрик. К тому же ей вдруг стало стыдно перед его девушкой – вдруг она увидит их вместе и подумает что-то не то? И вообще, нормально ли навязываться к тому, у кого есть девушка? Но ведь как парень он ее совсем не интересовал. Ей нужно было только узнать, зачем он переехал сюда.
Легко сказать, а сделать просто невозможно. Она никак не могла решиться с ним заговорить, не зная, с чего начать.
– Ты чего загрузилась?
– Просто задумалась. – Аня испугалась, что Эрик как-то догадается, о чем она думает, и решила, что надо срочно перевести тему. – Ты же не местный, да?
Спросила и напряглась, понимая, что провалила миссию Ярика. Вместо того чтобы ненавязчиво разговорить парня, она спросила прямо в лоб.
– Как ты догадалась? – Эрика ее вопрос нисколько не смутил. Скорее, заинтриговал.
Конечно, сосед-гопник мог рассказать, что они с Настей переехали в соседнюю квартиру. Но разве они не могли просто переехать из другого района?
– Тебя тут никто не знает. Это странно.
– Да ладно? То есть ты прям весь город знаешь? – не скрывая скепсиса спросил Эрик.
– Ну, не совсем. Но Витька из рестика учился со мной в школе, Стаська заканчивала мой колледж, Иваныч был соседом тети Али – моей крестной, а владелец ресторана – папа моего бывшего одноклассника и наш сосед.
– Ни фига себе, – Эрик был в шоке.
– Ну, это нормально для нашего города, – пожала плечами девушка. – Даже если я кого-то не знаю, всегда есть тот, кто знает. Как-то так. И все про всех сплетничают. Большая деревня.
– Жуть какая, – передернулся Эрик. – А в Москве всем на тебя наплевать. Я даже соседей по этажу не знаю.
– Ты из Москвы? – Анька чуть не подпрыгнула. – Серьезно?
– Ну, да. – Эрик сообразил, что ляпнул лишнего.
– Как можно переехать сюда из Москвы?
Аня так вытаращила свои серые глаза, что парень испугался, как бы они не выскочили из орбит. Она смотрела на него так, как будто он только что признался в том, что душит по ночам маленьких детей.
– Ну, так вышло.
Он только сейчас сообразил, что у них с Настей не было заготовленной легенды с объяснением их переезда. Они как-то не планировали это с кем-то обсуждать. Да Эрику и в голову не приходило, что это может вызвать у кого-то подобную реакцию. Хотя, наверное, это просто Аня была слишком впечатлительной.
– Семейные трудности.
Он сказал это с таким печальным выражением лица, что девушке стало неловко расспрашивать его дальше. Она смущенно замолчала, и Эрик понял, что она купилась. С трудом сдержав вздох облегчения, он пошел дальше, словно ничего и не было.
– Прости, – тихо сказала она, снова чувствуя себя ужасно неловко.
Некоторое время они шли в тишине, и Аня уже сто раз успела пожалеть, что повелась на уговоры Ярослава и полезла к Эрику с расспросами. Она чувствовала себя глупо, потому что не знала, что еще сказать, а парень о чем-то задумался и тоже молчал.
– Эрик?
Аня с Эриком синхронно обернулись и увидели девушку, которая решительным шагом направлялась в их сторону. У Плюшки сердце ушло в пятки – очевидно, это и была та самая девушка, о которой говорил Ярик. Она выглядела очень недовольной, и Аня испугалась, что она сейчас начнет на нее кричать.
Но девушка подошла к ним, а потом зачем-то распахнула перед ними плащ, как эксгибиционист. Под плащом, к Аниному облегчению, была одежда, но выглядело это все равно странно.
– Нет, ты только посмотри! – возмутилась девушка, хватаясь за край плаща и показывая парню подкладку. – Я зацепилась за помойку и порвала свой любимый тренч! Это ты виноват!
– Я? – опешил Эрик.
– А кто же еще?! Я говорила, выносить мусор на ночь – плохая примета.
– А чего днем не вынесла? – ехидно спросил Эрик.
– Чтобы ты спросил.
– Это моя сестра, Настя, – сказал Эрик Ане. – А это Аня, мы вместе работаем.
Настя посмотрела на брата с удивлением. Она сложила два плюс два и поняла, что это та самая Аня, которая девушка их соседа. Эрик пожал плечами, решив, что объяснит все дома.
Аня же во все глаза смотрела на сестру Эрика, которая выглядела как девушка с обложки. Она была не накрашена и одета так, словно впопыхах выбежала из дома, но все равно выглядела шикарно. У нее были выразительные большие глаза и такая же открытая и добрая улыбка, как у ее брата. Вообще, они были не особо похожи, но почему-то чувствовалось, что у них много общего. А еще, они оба выделялись среди местных жителей. Аня поняла, почему Ярик называл их мажорами. В них чувствовалась какая-то… порода?
– Я не понимаю, почему у нашего дома нет помойки и приходится ходить к черту на рога? – возмутилась Настя, снова вспомнив про свои злоключения и порванный тренч.
– Ты ходишь сюда мусор выносить? К «Пятерке»? – поперхнулась Аня.
– Ну, да. А что?
– Так есть же помойка за детским садом. Она ближе, – Аня махнула рукой в противоположную сторону.
– А это где? – заинтересовалась Настя.
Эрик с изумлением наблюдал, как Аня объясняет Насте, как пройти к ближайшей к дому помойке, а потом девушки незаметно идут в сторону их дома. Парню оставалось только тащиться следом, слушая возмущения на тему того, что фонарь у третьего подъезда не горит последние лет пять. Его убивало то, как легко Настя адаптировалась в любом окружении, и могла влиться в любую компанию.
Он с трудом строил диалог с Аней, подбирая слова, а с Настей она болтала так, словно они были знакомы тысячу лет.
– Если хочешь, я могу зашить подкладку, – совсем осмелев, предложила Аня, когда они уже почти дошли до нужного подъезда.
– А ты умеешь шить?
– Ага. Я дизайнер-конструктор. Ну, почти.
– Учишься?
– Я в этом году заканчиваю колледж, – с ноткой гордости ответила Аня.
– Круто! Если тебе не сложно, я была бы очень рада, – Настя стала стаскивать с себя плащ. – Черт, наверное, надо его в пакет положить, да? Давай я поднимусь домой и…
– Я сейчас иду к Ярику, так что мне туда же, – Аня кивнула на их подъезд.
– О, класс. – Настя вытащила из кармана телефон. – Давай обменяемся номерами, чтобы встретиться, когда ты закончишь?
Эрик растерянно смотрел, как его сестра запросто берет у Ани номер. Между прочим, он сам собирался это сделать. Но теперь было уже как-то странно. Да и при сестре делать это все равно бы не стал. Они втроем поднялись по лестнице, а потом Эрик вернул Ане ее желтую сумку с компом, который, судя по ощущениям, набил ему синяк на бедре за время их прогулки.
Настя отдала Ане плащ, договорившись, что заберет его, как только она зашьет дырку. Аня убрала его в сумку к компьютеру, пребывая в легком шоке от происходящего. Когда ребята зашли в свою квартиру, она постучала Ярику в дверь, решив не рыться в сумке в поисках ключей.
– Чет ты долго, – заметил он, впуская подругу.
– Ты не поверишь, что случилось!
Аня закрыла за собой дверь и стала взахлеб пересказывать их разговор с Эриком и встречу с Настей. Ярик мало что понял, кроме того, что ребята из Москвы, а Настя потрясающая.
– Только странная немного, – подвела черту Плюшка, вытряхивая из сумки плащ. – Это тренч «Бёрберри», он стоит тысячи две евро, а она запросто отдала его незнакомой девочке. Я же могла его спереть. Тебе не кажется, что это странно?
Ярику казалось странным другое. Почему эта парочка переехала сюда из Москвы? Зачем Эрику работать за гроши в рестике, если его девушка носит плащ, который стоит, как четыре его зарплаты? И почему они скрывают свои паспорта? Что вообще происходит?
Ярик переваривал информацию, а Анька уже натянула на себя Настин тренч и побежала к зеркалу.
– Божечки, а мне идет! – воскликнула она, кружась. – Сфоткаешь меня?
– Плюха, угомонись, – Ярик остановил подругу, скакавшую по прихожей на пару с Чипсом, который выбежал встречать девушку. – Еще раз и по порядку, перескажи все, что ты узнала, – попросил он.
Он удерживал Аньку на месте, чуть сжимая ее плечи, а девушка то и дело косилась в сторону зеркала. Парень только глаза закатил, а потом повторил свой вопрос. Если Аня слишком возбуждалась, то начинала тупить, чем напоминала ему старый комп. Ее надо было перезагрузить, дать остыть, а потом снова поставить перед ней задачу.
– Они приехали из Москвы, – стала загибать пальцы Плюшка. – Эрик сказал, что по семейным обстоятельствам. Я думаю…
– Нет-нет, – перебил ее Ярик. – Факты, мне нужны только факты. Догадки оставь на потом.
– Они брат и сестра. А еще, Настя очень прикольная, не знаю почему ты был с ней так груб, – укоризненно сказала подруга. – Я бы не смогла закрыть дверь перед такой…
– Плюш, соберись, – напирал Ярослав.
– Да все, ничего больше я не знаю. Брат и сестра из Москвы, переехали по семейным обстоятельствам. У Насти дорогущий плащ. И еще она не умеет шить. И ходит на дальнюю помойку к «Пятерке». Вот.
– И это все?
Ярослав отпустил Аню пялиться в зеркало и задумался. Очень мало информации, слишком мало, чтобы делать выводы.
– А ты уверена, что плащ…
– Это люкс, однозначно, – отрезала Аня. – Я же вижу… – Она с трепетом провела кончиками пальцев по ткани. – Смотри, вот она, сила богатства, – хихикнула девушка, погладив тренч с такой нежностью, словно он был живым.
Ярослав не стал спорить: Аня шарила в шмотках, а он в кроссах. И оба они прекрасно понимали, что у москвичей все оригинальное и дорогое. И при этом они почему-то живут тут. В его доме. Все приличные люди, которые могут позволить себе люксовые шмотки, сваливали из этой развалюхи, а они…
Что же с ними не так?
Ярослав пошел на кухню ставить чайник. Наблюдая, как вода заливается в носик старого металлического чайника, он думал о новых жильцах. Плюшка была права, парень понимал, что зацикливается на них. Даже если выяснится, что они дети наркобаронов, которые решили залечь на дно в этом городишке или скрываются от коллекторов, – это не его дело. Их дела, какими бы они ни были, его не касаются. Но почему же он не может перестать думать о них? Они его бесят. Бесят, начиная с наличия «найков», заканчивая тем, что они брат и сестра. Почему-то то, что они оказались братом и сестрой, выбесило даже сильнее, чем, если бы он убедился, что они встречаются.
Ярик поставил чайник на плиту и зажег газ, чувствуя, как внутри что-то горит, словно он зажег не конфорку, а себя.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления