– Блин, ну вот чего они не рифмуют? – спросил Киф, рассматривая бумажку так, будто ожидал найти нацарапанное на ней тайное послание.
Софи тоже это проделала – а еще обыскала пустую бутылочку в поисках зацепок и сходила в пещеру, чтобы убедиться, что Сандор ничего не упустил. Но, разумеется, «Черный лебедь» попросту прислал ей абсолютно бесполезное сообщение. А значит, лучшим ответом на вопрос «Что же мне делать?» стало «Пойти утром в Фоксфайр и поймать Кифа» – хотя Софи уже пожалела о своем решении.
Особенно когда Киф кинул ей записку обратно и сказал:
– Так, я понял, как нам отвечать. Пиши, Гигантор: «Может, вы и не хотите с нами встретиться, но мы хотим. Назовите время и место, а то мы закидаем вас блестящими какашками».
Софи слишком злилась, чтобы смеяться.
В конце концов, она рисковала жизнью, чтобы помочь «Черному лебедю». Постоянно следовала их расплывчатым указаниям. А когда пришел ее черед просить помощи – чтобы защитить Силвени к тому же, – они бросили ее, прислав короткую отписку.
– Эй, не уходи, – сказал Киф, хватая ее за запястье.
Софи поморщилась.
Вторая мазь от синяков сняла почти все покраснение, но рана все равно покалывала и ныла каждый раз, когда к ней прикасались.
– Я в порядке, – выдохнула она, надеясь, что Киф замнет тему, а Сандор не заметит. У нее не было настроения идти к Элвину.
Киф сощурился, но сказал лишь:
– Понимаю, «Черный лебедь» ведут себя как придурки. Но это значит, что тебе надо быть жестче. В следующей записке потребуй встречи. Помни, ты Софи Фостер, таинственная экстраординарная девочка!
Он вскинул кулак, отчего большинство одаренных вокруг обернулись к ним.
– И я серьезно, – уже тише добавил он. – Ты нужна «Черному лебедю» куда больше, чем они тебе. Все козыри у тебя на руках.
Даже если так и было, Софи понятия не имела, как ими играть. Единственным ее ходом было оставить им записку, а они швырнули ее ей в лицо.
– Как можно отказываться от встречи со мной ради моего же блага? – спросила она, пока они шли по петляющей дорожке к главному зданию Фоксфайра. – Если они хотят меня уберечь, не логичней ли выяснить, что мне известно?
– Может, они это уже знают, – предположил Киф. – А может, сами себе не доверяют.
– В смысле?
– Ну, мятежники же как-то нашли их укрытие. А нам пришлось лететь на аликорне через океан, так что сомневаюсь, что за нами следили.
Софи остановилась.
– Хочешь сказать, что в рядах «Черного лебедя» завелся предатель?
– Может быть. А может быть, им так кажется, и поэтому они считают, что лучше сейчас с тобой не встречаться.
– А это… звучит логично вообще-то.
– Ну разумеется. Я гений. Поэтому ты со мной и общаешься. Ну, еще потому что я ошеломительно прекрасен.
Он растрепал волосы и самоуверенно ухмыльнулся, но Софи слишком погрузилась в свои мысли и не заметила.
Что, если в «Черном лебеде» действительно появился предатель?
В голове всплыли тысячи вопросов, но народа стало слишком много, и больше Софи не могла ни о чем говорить. Они дошли до главного здания в форме буквы U с шестью башнями шести разных цветов, и вместе со всеми направились к пятиэтажной стеклянной пирамиде в центре двора, где на первом этаже каждое утро проходил инструктаж. Софи думала, что внутри Киф пойдет к остальным пятикурсникам в красной форме. Но вместо этого он вместе с Софи дошел до скопления янтарно-коричневых третьекурсников.
– Вы теперь и в школу вместе прыгаете? – спросил Декс, когда они подошли к нему.
– Ха, только у Фостер в мечтах, – фыркнул Киф, не успела Софи ответить. – Просто прошелся с ней, потому что Гигантор по мне скучает.
Он приобнял Сандора, и тот его отпихнул.
– Подожду там, – сказал он, недовольно глянув на Кифа, а затем отошел на обычное место в углу.
– Так чем вы на самом деле занимались? – спросил Декс, едва Сандор ушел. – И не говорите, что ничем. Я не идиот.
– Но мы ничем не занимались. Просто у меня был вопрос к Кифу. О… Силвени.
Отчасти это было правдой, но Декс явно не купился.
– А, и Игги шикарно выглядит, – добавила она, меняя тему на более безопасную.
– Правда? – На щеках Декса проявились ямочки от улыбки. – Спасибо. Я очень долго выбирал между рыжими дредами и зеленым ирокезом.
– Дружище, а можно мне эликсир зеленого ирокеза? – спросил Киф. – Я как раз думал, что бы сделать с дамой Алиной.
Софи покачала головой:
– Ты безнадежен, в курсе?
– Нет, пока ты со мной. Помоги, Фостер. Ты моя единственная надежда.
Софи понимала, что он шутит, но щеки все равно запылали – и когда она глянула на Декса, то поняла, что он заметил.
– Ну так, – произнесла она в попытке заполнить неловкую тишину, – чем ты…
– Бу! – прокричала Биана, появляясь между ними из ниоткуда. Все отшатнулись, и она захихикала.
Она снова исчезла, а к ним подошел Фитц – очередная ярко-красная форма среди золотисто-коричневых.
– Представляете, она до сих пор об этом болтает. Я явно не был таким надоедливым, когда у меня проявились способности.
– Хочешь поспорить? – пробормотал Декс.
Софи ткнула его локтем.
– Нет, Декс прав, – произнес Киф, с усмешкой глядя на Фитца. – Он не просто постоянно умолял дать почитать мысли, но и все время болтал, что «ни у кого телепатия не проявлялась раньше, чем у меня!»
Он довольно точно спародировал четкий акцент Фитца.
– Знали бы мы, что Фостер опередила тебя на восемь лет, то заткнули бы тебя куда раньше, – добавил Киф, отчего Декс широко улыбнулся. – И погоди-ка – разве Биана не младше, чем ты тогда был?
– Всего на несколько недель, – заметил Фитц. – К тому же телепатия встречается реже.
– Да? Зато исчезать круче, – сказала ему Биана и снова пропала.
– Ух ты, – прошептал Дженси с круглыми от удивления глазами, подходя к остальным вместе с Мареллой. – У Бианы проявился талант?
Когда та появилась вновь, у него раскрылся рот.
– Никогда ничего круче не видел! Он проявился на выходных? Было больно? Брат говорил, что больно, что за день до проявления у него все ныло, а потом его нога провалилась в пол и он понял, что фазер, и такой «А, все ясно!» – у тебя так же было?
Как только Дженси начинал тараторить, остановить его было уже невозможно, хотя Софи удивилась тишине со стороны Мареллы. Обычно она больше всех любила сплетничать и правила разговором с помощью удивительно громкого для такой маленькой девочки голоса.
– Ты в порядке? – спросила Софи, заметив, что форма Мареллы куда более помята, чем обычно, а светлые волосы не заплетены в косы.
– А, эм, да. Просто устала. Еще и проспала…
Ее перебил затейливый звон колокольчиков, и на стене пирамиды появилось изображение дамы Алины.
– Доброе утро, одаренные! – сказала она, поправляя свои карамельные волосы и широко улыбаясь. – В Фоксфайре начинается новая учебная неделя, и я рада вас видеть!
Софи лишь слегка прислушивалась к болтовне дамы Алины о том, что Фоксфайр престижная школа, и о том, что всем надо вести себя в соответствии с привилегиями, которые дает учеба здесь. Но ей пришлось уделить внимание, когда дама Алина провозгласила, что у нее есть важное объявление.
– Как некоторые из вас могут знать, впервые в этом году у наших одаренных проявились способности. Так что, пожалуйста, давайте поздравим наших новых эмфаниста Биану Вакер и технопата Декса Диззни!
Прожекторы выхватили и Декса, и Биану, а зал взорвался радостными возгласами.
А только свет погас, Декс резко повернулся к Кифу:
– Это ты рассказал обо мне даме Алине?
Киф рассмеялся:
– Дружище, да я никогда без необходимости не говорю с ней.
– Ну значит, была необходимость, – надавил Декс. – Хотел отмазаться от отработок или еще что.
– Не-а. У меня отработки до конца месяца – сам проверь.
– Значит, ты рассказала? – спросил Декс, поворачиваясь к Софи.
– Ты серьезно так думаешь? – Она сама заметила в своем голосе обиду, но просто не верилось, что Декс о таком спросил.
Тот спешно опустил взгляд.
– Не знаю. А кто еще мог?
– Понятия не имею, – признала Софи. – Но я не думаю, что это плохо. Ты просто обернись.
– Именно, – влез Киф, указывая на толпу шепчущихся одаренных. – Все болтают о том, какой ты крутой!
– Нет, они говорят, что Биана крутая. А про меня они наверняка говорят, что «Конечно же у Декса дурацкая способность».
– Никто не считает ее дурацкой, – заверила Софи.
– Откуда ты знаешь? Мысли их читаешь?
– Могла бы, – хотя ей было нельзя. По правилам телепатии она не должна была читать ничьи мысли без разрешения.
Декс снова повернулся к Кифу:
– А ты уверен, что никому не говорил?
– Эм, без обид, но если я и буду кого-то нахваливать, то себя. Или Фостер. Но скорее себя.
Декса это не убедило. Но он больше ничего не сказал – просто развернулся и ушел.
Дождавшись, пока он исчезнет в толпе, Софи спросила Кифа:
– Это же был не ты, да?
Тот прижал руку к груди, притворяясь, что смертельно обижен.
– Тогда кто, интересно? Помимо нас никто… – Софи замолчала, вспомнив, что кое-кто все же знал.
Кое-кто, кто всегда наблюдал.
Кое-кто с возможным предателем в рядах.
Но… зачем «Черному лебедю» – или их предателю – рассказывать о тайной способности Декса?
– Эй, – окликнул Киф, помахав рукой ей перед глазами. – Не принимай слова Декса близко к сердцу. Он к вечеру уже остынет.
Софи в этом сомневалась – Декс мог затаить большую обиду. Но она кивнула и пошла за остальными одаренными из пирамиды на улицу.
Киф пошел с ней, и Сандор провел их по главному зданию. Хрустальные стены каждого корпуса совпадали по цвету с формой соответствующего курса, и когда они добрались до янтарно-коричневого корпуса третьекурсников, Софи двинулась к своему шкафчику.
– Постой, – сказал Киф, преграждая ей путь. – Давай прогуляем. Ну серьезно, ты хочешь торчать на эльфийской истории?
– Мисс Фостер пойдет на занятие, – сказал Сандор, не успела Софи ответить.
– Ай, да ладно. И ты с нами прогуляй!
Сандор зловеще захрустел костяшками.
– Я же знаю, ты сам не хочешь два часа слушать об отмене крепостного права у троллей, – сказал ему Киф.
– Вообще-то о мирном договоре огров и эльфов, – поправила Софи. – Что может пригодиться, учитывая ситуацию.
Киф вскинул брови, и Софи поняла, что до сих пор не рассказала ему про то, что маячок был сделан ограми. Но сейчас у нее на это не было времени.
– Ладно, – сказал Киф, когда она открыла свой шкафчик и взяла учебник истории, – пойду побуду примерным одаренным. Но после школы я приду к тебе, и ты расскажешь, что скрываешь. А потом придумаем эпичный ответ «Черному лебедю», что-нибудь в духе: «Это мы тут крутые и сильные, а не вы!» – и приведем их в чувство. Договорились?
Софи кивнула, чтобы он замолчал, но она не была согласна.
Она больше не могла посылать «Черному лебедю» записки – и осознала, что и их запискам теперь доверять не стоит.
Пока она не выяснит, кто сливает информацию, она официально сама по себе.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления