Внутри Павильона Ветра и Облака весь мир дрожал, а окружающая мировая энергия грохотала.
В то время как Вечно Меняющееся Построение Глубокого Меча Пяти Элементов Инь-Ян действовало, вся мировая энергия в Павильоне Ветра и Облака, казалось, была высосана, чтобы поддерживать его. Намерение Меча в построении меча перемешалось, сделав его настолько туманным, что было трудно разглядеть, что происходит внутри.
Многие ученики Павильона Ветра и Облака резко вздохнули, услышав шум. Что за могущественный враг вторгся в секту, чтобы активировать Вечно Меняющееся Построение Глубокого Меча Пяти Элементов Инь-Ян?
Несмотря на их готовность помочь, построение уже было активировано, так что даже если бы они были учениками Павильона Ветра и Облака, они не смогли бы ворваться в него. Насильственное проникновение в построение только заставило бы их превратиться в пыль из-за безграничного Намерения Меча.
Поскольку они не могли видеть ситуацию внутри построении меча, им оставалось только обратить свои взоры на другое поле боя. Излишне говорить, что это была битва между двумя мастерами царства Императора третьего порядка. Каждая атака, которую они развязывали, обладала силой раскалывать горы, заставляя учеников Павильона Ветра и Облака, наблюдавших за битвой, быть ослепленными и потрясенными тем, что они видели.
«Ли Цзяо, эти двое младших вошли в построение меча; они определенно умрут жалкой смертью, так почему же ты все еще сражаешься ради них?» — спросил Хуа Син, имея дело с Ли Цзяо.
Развитие Хуа Сина могло быть сравнимо с развитием Ли Цзяо, но Ли Цзяо не был чистым человеком. Ли Цзяо был потомком Клана Дракона, так что, если уж на то пошло, Хуа Син ему не ровня.
Возможность так долго идти в ногу с Ли Цзяо объяснялась его благоприятными условиями и выгодным положением. В конце концов, он был мастером Павильона Ветра и Облака, и, благословленный судьбой этой страны, Хуа Син был немного сильнее обычного, когда сражался в Павильоне Ветра и Облака. Но даже в этом случае ему едва удавалось угнаться за Ли Цзяо на равных.
[Драконорожденный действительно заслуживает титула Драконорожденный. Несмотря на то, что Ли Цзяо унаследовал лишь тонкую часть драконьей родословной, он может проявить такую огромную силу. Если бы я сражался с ним вне секты, то давно бы проиграл битву.]
Он ненавидел вероломное отношение Ли Цзяо; однако он также знал, что продолжение битвы не принесет никакой пользы ни ему самому, ни Павильону Ветра и Облака. Разрушение, вызванное столкновением двух мастеров царства Императора третьего порядка, разрушило бы фундамент Павильона Ветра и Облака. Поэтому он хотел заключить мир с Ли Цзяо.
[В этом мире нет вечных врагов, есть только вечные блага. Кроме того, эти двое младших обречены на смерть, так что продолжать борьбу с Ли Цзяо бессмысленно. В любом случае, мы ничего не выиграем от определения победителя между нами.]
Услышав эти слова, Ли Цзяо нахмурился. Он ничего не сказал в ответ, но Хуа Син ясно почувствовал, что его силы значительно уменьшаются.
Хуа Син был вне себя от радости. [Я знал, что Ли Цзяо не так агрессивен и решителен, как кажется на первый взгляд. Возможно, он был вынужден стать моим врагом.]
Хуа Син решил ударить, пока железо было горячим, и добавил: «Брат Ли, мы с тобой дружим уже сотни лет. Люди со всего мира высмеяли бы нас, если бы узнали, что мы подняли такой шум из-за двух жалких младших. Почему бы нам пока не остановиться здесь и не решить, что делать, увидев результаты той борьбы? Что скажешь?»
Как только эти слова слетели с его губ, сила Ли Цзяо уменьшилась еще больше. Таким образом, он знал, что угадал правильно. Небрежно обменявшись ударами с Ли Цзяо, он спросил: «Брат Ли, о, брат Ли… Зачем ты это делаешь?»
Хотя Ли Цзяо ничего не ответил на это, он тоже не был таким агрессивным, как раньше.
Хуа Син понимал, что гордость Ли Цзяо пострадала; в конце концов, действия Ли Цзяо могли бы показаться довольно капризными, если бы он продолжал менять свое мнение налево и направо. Причина, по которой он продолжал сражаться, заключалась в том, что в его сердце все еще оставались какие-то дурные предчувствия. Он боялся, что двое младших могут выйти из построения меча и увидеть, как он слоняется без дела вместо того, чтобы воспринимать все всерьез.
Хуа Син втайне усмехнулся этой мысли, но больше не пытался уговаривать Ли Цзяо. Пока они больше не разрушали фундамент Павильона Ветра и Облака, он мог подыгрывать этому фарсу. Как только эти двое младших умрут и Великий Старейшина предоставит их трупы в качестве доказательства, он сообщит Ли Цзяо о последствиях оскорбления Павильона Ветра и Облака!
С этой стороны битва походила на своего рода шоу. Обе стороны отдавали свои силы не в полную силу. Несмотря на это, на первый взгляд битва казалась жестокой. Таким образом, ученики Павильона Ветра и Облака, собравшиеся вокруг, с большим интересом наблюдали за битвой.
С другой стороны, Ян Каю было не так-то легко находиться внутри Вечно Меняющегося Построения Глубокого Меча Пяти Элементов Инь-Ян. В конце концов, это было построение меча, развернутое с использованием силы сотен людей. Несмотря на то, что он использовал свою секретную технику Трансформации Дракона, он все еще не мог вырваться и мог только оставаться пассивным, защищаясь от бесчисленных волн мечей, которые атаковали его.
Тем временем Великий Старейшина все больше и больше пугался, чем дольше продолжалась битва. [Я использовал силу духовного массива, чтобы начать последовательные атаки, но это не имеет никакого значения! Этот мальчик действительно человек?!]
Гигант, в которого превратился молодой человек, был покрыт кровью и ранами, но чудовищная свирепость, которую он излучал, не уменьшалась. Напротив, он становился только сильнее. Часто огромная сила, которая вырывалась случайным образом, была способна потрясти все построение меча.
Хотя не было никакой необходимости беспокоиться о том, что он уничтожит построение, Великий Старейшина и другие должны были потратить свои силы, чтобы обезвредить его атаки.
[Если так будет продолжаться и дальше, он может обернуть ситуацию против нас.] Как только эта мысль пришла ему в голову, в глазах Великого Старейшины промелькнул острый взгляд, и он быстро начал отдавать приказы.
Вскоре перед ним появилась фигура. Это был третий старейшина Павильона Ветра и Облака, тот самый, который вместе с ним создал построение.
«Принимай командование!» — Великий Старейшина наставлял.
Третий старейшина был потрясен этими словами и удивленно воскликнул: «Ты собираешься использовать «это», Великий Старейшина?»
«Нет другого пути, кроме этого», — мрачно ответил Великий Старейшина.
Третий старейшина на мгновение задумался, прежде чем кивнуть: «Будь осторожен, Великий Старейшина. Это маленькое отродье довольно необычно.»
«Ну конечно!» — Великий Старейшина ответил и передал ядро массива третьему старейшине. После этого он шагнул в пустоту, протянул руку и поманил рукой. Тут же откуда-то издалека прилетел огонек, и он поймал его в руки. Это был не кто иной, как его артефакт Императора — длинный меч.
Построение меча требовала не только людей, но и их мечей в качестве основы. Поэтому культиваторы, создавшие это построение, были культиваторами Дао Меча. Артефакт Императора Великого Старейшины был интегрирован с построением ранее. Для него отозвать свой меч из построения было явным признаком того, что он собирается выполнить мощную и могущественную секретную технику.
Подняв длинный меч перед собой, он сформировал серию ручных печатей, прежде чем провести пальцем по лезвию. Из раны текла свежая кровь, но она никуда не капала. Вместо этого она была чисто поглощена длинным мечом, который мгновенно приобрел цвет крови. Сразу же после этого мировая энергия в окружающем пространстве отреагировала, как кошка, уловившая запах рыбы, роясь и вливаясь в меч.
В то же время аура Великого Старейшины неуклонно поднималась. Одежда на его теле бешено хлопала, когда внезапно его аура вспыхнула с силой мастера царства Императора третьего порядка. Но даже в этом случае не было никаких признаков того, что он остановится. Только когда все его лицо стало свекольно-красным, как будто он мог взорваться в любой момент, растущий импульс, наконец, исчез.
В этот момент сила Великого Старейшины была совершенно ужасающей. Даже Хуа Син и Ли Цзяо не могли сравниться с ней. Конечно, это было не его наследие, а скорее Великий Старейшина использовал преимущества Вечно Меняющегося Построения Глубокого Меча Пяти Элементов Инь-Ян, чтобы усилить себя.
Его алые глаза остановились на Ян Кае, и, сделав глубокий вдох, он вдруг взревел: «Умри!»
Как только слова слетели с его губ, вместе с мечом он превратился в луч света, устремившийся к Ян Каю.
Внутри построения меча Ян Кай почувствовал, как его кожа напряглась, когда он почувствовал, как аура смерти опускается вокруг него, заставляя Ци Императора в его теле беспокойно пульсировать. Бросив свое Божественное Чувство в окружение, Ян Кай сразу же обнаружил источник опасности.
Ослепительный свет несся к нему со скоростью молнии внутри. Эта волна меча была чрезвычайно яркой, а Намерение Меча было настолько сгущенным, что казалось твердым. Ему казалось, что оно может прорваться сквозь все барьеры в мире и рассечь вселенную.
Зрачки Ян Кая сузились. Хотя этот ужасающий удар не был сравним с атакой Великого Бога-демона через весь мир, он не был чем-то таким, что могло быть развязано мастером царства Императора третьего порядка.
Несмотря на превращение в полудракона, у Ян Кая было такое чувство, что он не выдержит этого удара. Он чувствовал себя так, словно его тело разрывалось на части волной меча еще до того, как она прибыла.
Используя свои гигантские когти, Ян Кай быстро сформировал набор печатей, прежде чем вытянуть ладони и крикнуть низким голосом: «Печать Летящего Времени!»
Как только волна меча рассекла воздух и полетела на него, Печать Летящего Времени вылетела ему навстречу, взорвавшись при соприкосновении. Однако волна меча продолжала продвигаться вперед; ее сила ничуть не уменьшилась.
Ян Кай был поражен. Это была его первая встреча с кем-то, кто мог сломать Печать Летящего Времени в прямом противостоянии. Даже если он не овладел Печатью Летящего Времени, это все равно была Божественная Способность Великого Императора! Как ее можно так легко сломать!
Как раз в тот момент, когда он обдумывал идею ненадолго спрятаться внутри Сферы Запечатанного Мира, чтобы избежать неминуемой опасности, он услышал тихий голос, звучащий в его ушах: «Дядя Ян!»
Приготовления Линь Юнь’эр были наконец завершены, и ее голос был полон уверенности.
Бровь Ян Кая дернулась, когда Колокол Гор и Рек, который все это время охранял Линь Юнь’эр, немедленно превратился в поток света, который затем окутал его.
«Черт побери!» — несмотря на то, что умственная сила Великого Старейшины была безупречна, в этот момент он не мог удержаться от громкого проклятия. Из предыдущего опыта он узнал, насколько сильны защитные способности этого Древнего Экзотического Артефакта.
Он мог бы использовать силу всего массива, чтобы выполнить атаку далеко за пределами своего собственного культивирования, но у него не было уверенности, чтобы прорвать защиту этого Древнего Экзотического Артефакта. Другими словами, он напрасно использовал этот козырь. Встреча с таким противником была самым большим несчастьем в его жизни!
Если бы он использовал свое собственное искусство фехтования для атаки, то мог бы сменить цель и воспользоваться возможностью убить Линь Юнь’эр. К сожалению, эта сила была далеко за пределами его способности свободно владеть ею. Он мог только выпустить ее, но не втянуть обратно; поэтому он мог только тупо смотреть на Колокол Гор и Рек перед собой и все равно врезаться прямо в него.
*Бам*
Раздался громкий взрыв, за которым последовал огромный взрыв света. Колокол Гор и Рек задрожал, когда показалась фигура Великого Старейшины. В этот момент он утратил свою прежнюю гордость. Хотя сила столкновения не убила его, она вызвала кровотечение из семи отверстий. У него сильно кружилась голова, и вся сила в его теле исчезла. Он не мог пробудить в себе ни малейшей частицы Ци Императора.
«Схватить!» — Линь Юнь’эр не воспользовалась этой возможностью, чтобы убить Великого Старейшину, и вместо этого закричала.
В следующее мгновение выражение лица Великого Старейшины резко изменилось, потому что он вдруг почувствовал огромную силу, притягивающую длинный меч Императора в его руках. В результате длинный меч непроизвольно вылетел из его рук.
Потрясенный, он поспешно попытался активировать свое Божественное Чувство, чтобы вернуть свой артефакт Императора. Для людей, культивирующих Дао Меча, меч в их руках был эквивалентен их жизни. Более того, это был артефакт Императора, для культивирования которого он использовал свою собственную жизненную силу. Если бы этот меч попал в чьи-то руки, это было бы равносильно тому, что в их руках оказалась бы половина его жизни.
Однако еще больше его ужаснуло то, что, независимо от того, как сильно он давил на свою секретную технику, артефакт Императора, который следовал за ним в течение тысяч лет, никак не реагировал. Как будто связи, сложившиеся за последнюю тысячу лет, были разорваны необъяснимой силой.
Великий Старейшина широко раскрыл глаза и ошеломленно уставился на Линь Юнь’эр. Увиденное мгновенно лишило его дара речи. К несчастью, огромное тело Ян Кая внезапно появилось перед ним прежде, чем он успел среагировать. Огромное тело Ян Кая было похоже на маленькую гору, которая закрывала весь свет перед ним.
[Это плохо!] Великий Старейшина почувствовал, как все его тело похолодело. Он пошевелился, как будто хотел спрятаться внутри построения меча, но Ян Кай протянул руку и схватил Великого Старейшину в свои объятия: «Ты хочешь уйти после того, как наконец показался?» — усмехнувшись, спросил он.
Услышав эти слова, Великий Старейшина так испугался, что ему показалось, будто его душа погасла. Затем по окрестностям раздались взрывы потрясенных восклицаний. Эти крики исходили от учеников Павильона Ветра и Облака, которые установили построение.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления