И глазом моргнуть не успели, как А Дун превратилась из пухленькой маленькой девочки в очаровательную девушку.
Если подсчитать, с момента, как А Дун вошла в семью Тан и стала младшей сестрой Тан Фаня, прошло лет пять-шесть. За эти годы случилось столько всего, что Тан Фань даже опомниться не успел, как его сестренка уже достигла брачного возраста.
Да, брачного.
В прошлом году А Дун стала совершеннолетней, а в этом году ей исполнилось шестнадцать. Хоть по красоте с Сяо У ей было не сравниться, она все же была симпатичной девушкой с приятными чертами лица.
И хоть силы у этой девушки было немерено (она могла выполнить десятки приемов Суй Чжоу, вышибить одним ударом ворота, поднять Тан Чэна и так далее в том же духе), для Тан Фаня не было никого лучше его младшей сестренки.
Кроме того, под влиянием семьи Тан А Дун выросла сердечной, открытой и лишенной всяких предрассудков, благодаря чему с первого взгляда располагала к себе окружающих.
Из-за статуса семьи Тан и репутации А Дун, не успело той стукнуть и пятнадцати, как у ворот дома Тан выстроилась целая вереница из желающих сделать ей предложение.
Однако большинство женихов были военными чиновниками или их детьми, что Тан Фаня не особо устраивало: как всякий брат он считал, что его сестренка заслуживает всего самого лучшего. В конечном итоге ему начало казаться, что даже сам император ее недостоин! (Разумеется, император уже был женат и вовсе не собирался к ней свататься)
Одни как люди, может, и были хороши, но из семей происходили сомнительных. У других свекровь была подходящая, но характер совершенно неамбициозный – Тан Фань с Тан Юй выбирали долго и тщательно, но так и не нашли достойного жениха.
Тан Фань считал, что идеальный кандидат не должен происходить из чересчур богатой и влиятельной семьи. И уж тем более не должен занимать слишком высокое положение, ведь все это неизбежно приводит к семейным конфликтам. Главное, чтобы человек был хороший, из приличной семьи, с достойным образованием. Даже если беден, ничего страшного. В любом случае, столько лет подрабатывая в магазинчике, А Дун накопила достаточно, чтобы безбедно жить после замужества, не говоря уж о том, что сестра ее была обеспеченной предпринимательницей, а старший брат – министром Кабинета. Будущий муж ее, если не окажется совсем уж глупцом, разумеется, ни за что не посмеет обидеть такую жену.
Однако сим грандиозным планам было суждено рухнуть. Не успел Тан Фань подыскать себе подходящего зятя, как А Дун влюбилась сама.
В работника кондитерской.
Той самой проверенной временем кондитерской, которую так любил посещать Тан Фань.
Парня этого звали Ян Жуй. Он работал в этой кондитерской уже три года, и Тан Фань знал его, как честного малого, который никогда не лжет.
Однажды Тан Фань отправился купить сладостей, и внимание его привлекли печатные пирожные из маша. Добродушный Ян Жуй честно признался ему, что пирожные эти вчерашние, а свежие придется подождать. И говорил он так не только Тан Фаню, но и всем остальным посетителям, желавшим купить те печатные пирожные с машем. Одни были не против и вчерашних, тогда как Тан Фань с остальными предпочли выбрать другое пирожное.
Узнав об этом, хозяин кондитерской пришел в ярость и чуть не выгнал Ян Жуя, но Тан Фань уговорил его оставить работника.
Как друг этот человек был хорош, но вот перспектива заиметь такого зятя Тан Фаня совсем не радовала.
Что если, будучи слишком честным, он не посмеет заступиться за А Дун, ежели над ней будут издеваться?
Что если, будучи слишком честным, издевательствам подвергнется он сам? Неужели А Дун, как жене, придется заступаться за своего мужа?
Что если, будучи слишком честным, он будет не в состоянии прокормить семью? Станет жить на приданое А Дун?
У Тан Фаня набралось бы с десяток причин, почему Ян Жуй не подходит А Дун.
Но что толку? Та была уже взрослой девочкой и старшего брата больше не слушала. В ее глазах все озвученные им недостатки были достоинствами.
Из-за упрямства А Дун у Тан Фаня разболелась голова:
— Как вы вообще познакомились? Как так скоро успели пообещать себя друг другу? Что хорошего в этом мальчишке Ян Жуе? Я обещаю, что найду тебе кого-нибудь получше!
— Если бы ты, старший брат, не гонял меня за пирожными, я бы с ним не познакомилась! – с невинным видом ответила А Дун.
Тан Фань аж дара речи лишился.
А Дун взяла его под руку и, чуть смягчив голос, принялась канючить, как ребенок:
— Неужели старший брат смотрит свысока на Ян Жуя из-за его происхождения?
— Вовсе нет, – запротестовал Тан Фань. – Просто боюсь, что после свадьбы тебе придется несладко!
— Но ведь мне не привыкать: я была служанкой! – расплылась в улыбке А Дун.
Тан Фань щелкнул ее по лбу:
— Не говори так! Ты младшая сестра Тан Жуньцина!
Они вдвоем рука об руку прогуливались по заднему двору дома Тан Юй. Дело ее процветало, и Тан Юй была уже не той кроткой невесткой, что безмолвно терпит притеснения в доме своего мужа. Ее косметическая сеть разрослась до Цзяннани – управление там она передала Цянь Сан-эру, а сама сосредоточилась в северном направлении. И как бы смешно это ни было, но талантливый подчиненный Суй Чжоу, Сяо Лин, каким-то непостижимым образом приглянулся Тан Юй. Сами того не заметив, эти двое стали парой, а в конце прошлого года еще и поженились.
Этот дом был куплен Тан Юй. В прошлом он принадлежал помощнику министра, который вышел на пенсию, покинул столицу, а дом продал. Располагался он недалеко от дома Тан Фаня, благодаря чему брат с сестрой могли заботиться друг о друге. Безжалостный и непоколебимый снаружи, дома Сюэ Лин во всем слушал свою жену и ни капельки не комплексовал из-за ее успехов. В противном случае Тан Юй бы ни за что не ответила на его ухаживания и не вышла бы за него замуж.
Тан Чэн тоже не отставал и в столь юном возрасте уже сдал окружной экзамен. Однако, желая быть как дядя, покинул дом и отправился странствовать. К пятнадцати годам он уже объездил все окрестности столицы и теперь готовился к осенним экзаменам второго года правления императора Хунчжи где-то в другой провинции.
— Я знаю, брат с сестрой любят меня! – довольно улыбнулась А Дун, повиснув на руке Тан Фаня. – Я не принижаю себя. По правде сказать, если бы не братец, всего, что я сейчас имею, у меня бы не было. Я не стану губить свою жизнь, зная, как это вас расстроит!
— Причина, по которой мне не нравится Ян Жуй, заключается в его добром нраве. Неважно, насколько он богат или успешен. Важно лишь, насколько широки его взгляды.
— Муж моей мечты должен быть похож на тебя, братец. Мягкий и покладистый снаружи, но твердый и серьезный внутри. Хоть Ян Жуй с братцем и не сравнится, у него есть одно преимущество: большое и смиренное сердце, как у тебя, брат. Именно за это я его и ценю.
Нашелся бы хоть один старший брат, которому пришлась бы не по душе похвала младшей сестры?
Как бы ни был Тан Фань недоволен Ян Жуем, от этих слов на сердце у него потеплело.
— А я уж думал, что, раз у тебя теперь появился возлюбленный, ты о братце и думать забыла!
— Как я могу? – хихикнув, показала ему язык А Дун. – Если он действительно так не нравится братцу, я не стану настаивать, ведь брат – самый важный человек в моем сердце!
Даже зная, что эта чертовка просто притворяется, Тан Фань почувствовал огромное облегчение.
Он погладил А Дун по голове. Волосы ее были густыми и блестящими, а не тонкими и ломкими, как во времена, когда она только вошла в дом Тан.
— Помнится, когда мы только познакомились, ты была вот такусенькой, – опустив ладонь на уровень своего пояса, вздохнул Тан Фань. – Глазом моргнуть не успел, а ты уже взрослая девушка. Как быстро летит время!
— Ага! – с улыбкой отозвалась А Дун. – С тех пор как меня похитили на празднике фонарей, и мы с братцем чуть не погибли, я решила изучать боевые искусства, чтобы, даже если снова попаду в беду, не быть для братца обузой. Кто ж знал, что таланта к боевым искусствам у меня окажется поболе, чем к грамоте!
— Как ты можешь говорить так! – в притворном гневе вскричал Тан Фань. – Тебя бы не похитили, не согласись ты опрометчиво стать приманкой Ван Чжи!
Тан Фань всегда считал А Дун разумной девушкой, под беззаботным внешним видом которой скрывалось нежное сердце. А та всегда мечтала помогать Тан Фаню: сначала вызвалась стать приманкой, а затем принялась изучать боевые искусства.
Но, поскольку они были одной семьей, считать, кто сколько кому задолжал, не было нужды. Так же как А Дун молча старалась ради Тан Фаня, так и Тан Фань с Тан Юй молча заботились о своей младшей сестре.
— Брат, я действительно очень тебе благодарна, – вдруг спрятав улыбку, совершенно серьезно проговорила А Дун. – Если бы не ты, не знаю, как бы и жила теперь. Может, стала бы второй сестрицей А Цю (служанка семьи Ли, уехала вместе с “Ли Линем” в Нанкин во 2 томе).
— Снова какие-то глупости говоришь. В этом мире нет никаких “если”. Что произошло, то произошло. Ты часть семьи Тан и моя младшая сестра. И никак иначе.
— Угу, – А Дун тепло улыбнулась. – Поэтому я всегда завидовала тебе и братцу Сую!
— … Он-то тут при чем? Не приплетай его. Я о Ян Жуе говорю!
— Именно потому, что завидовала вашей любви: раз и на всю жизнь, я тоже хочу иметь такого человека, – захлопала глазами А Дун. – Братец, думаешь, Ян Жуй не справится?
— Пусть только посмеет не справиться – я его оскоплю! – холодно фыркнул Тан Фань.
— Значит, брат Тан согласен? – обрадовалась А Дун.
— Я должен с ним встретиться и лично проверить, – угрюмо отозвался Тан Фань.
Дабы удостовериться, что такой зять им подходит, Тан Фань послал сообщить Ян Жую, что хочет его видеть, и велел Суй Чжоу присутствовать на встрече.
— Покажи, какой ты суровый командующий Императорской Стражи. Напугай его так, чтоб колени от страха подкосились!
— ...
“Ты что, меня за льва-стража ворот держишь?” – подумал про себя Суй Чжоу.
Но раз уж таков был приказ его дражайшей половины, командующему Сую оставалось лишь подчиниться. Все время, пока Ян Жуй оставался в доме Тан, он, как Тан Фань и велел, сидел подле с ледяным лицом, всем своим видом словно говоря: “Со мной лучше не связываться”.
Но то ли Ян Жуй оказался слишком уж широкой души человеком, то ли еще по какой причине, но Суй Чжоу его совсем не напугал. Искренне и застенчиво улыбнувшись им с Тан Фанем той самой улыбкой, какой обычно одаривал посетителей в кондитерской, он вежливо сложил руки. Пусть и несколько торжественнее, чем обычно.
В ходе беседы Тан Фань узнал, что родом Ян Жуй был со столичной окраины. Родители его скончались рано, оставив его на старшего брата с женой. Невестка Ян Жуя невзлюбила, так что он ушел из дома на заработки. Проработав три года в кондитерской, он сумел накопить некоторую сумму. Небольшую, около сотни таэлей.
На эти деньги даже дом в столице было не купить, однако Ян Жуй продолжил:
— Господин Тан, прошу, дайте мне немного времени. В прошлый раз я приготовил новый десерт для хозяина, и покупателям он пришелся по вкусу. Хозяин пообещал выплачивать мне часть прибыли. Если удастся получить эти деньги, я смогу купить небольшой домик для А Дун.
— Какие у тебя планы на будущее? – спросил Тан Фань. – Неужто всю жизнь собираешься в кондитерской работать?
— Изначально я так и планировал, – почесал затылок Ян Жуй. – Но теперь, раз хочу жениться на А Дун, планы пришлось изменить: я собираюсь открыть свой собственный магазин.
— И на какие деньги?
— Части прибыли, что обещал мне хозяин, будет достаточно, чтобы арендовать магазинчик, – простодушно улыбнулся Ян Жуй.
— Хочешь, чтобы А Дун разделила с тобой эти тяготы? – с ледяным лицом спросил Тан Фань.
— А? – ненадолго растерялся Ян Жуй. – Нет, помощь А Дун в магазине не понадобится. Я сам справлюсь.
Тан Фань, как и полагается шурину, продолжил давить на своего будущего зятя:
— А что насчет стирки и готовки? Наша А Дун не должна заниматься такой грубой работой!
— Но после того, как арендую магазин, у меня не останется денег на служанку, – Ян Жуй крепко задумался. – Может, мне стоит заниматься этим самому по вечерам после работы?
Тан Фань невольно прикрыл лицо ладонью. В Поднебесной второго такого честного человека было днем с огнем не сыскать!
Будь тот хоть чуточку хитрее, давно бы придумал, как умаслить Тан Фаня. Но ведь именно за это его А Дун и любила, верно?
А Дун, видимо, тоже не в силах больше терпеть эту картину, тихо упрекнула его:
— Дурак!
Услышав это, Ян Жуй с улыбкой обернулся к ней.
Тан Фань с Суй Чжоу, ставшие свидетелями этой сцены, лишились дара речи.
Один бьет – другой сносит. Милые бранятся – только тешатся. Что еще тут скажешь?
Вот так свадьба и состоялась.
Однако прежде кое-что произошло.
Хозяин кондитерской, в которой работал Ян Жуй, узнав, что тот собирается начать свое дело, отказался выплачивать ему часть обещанной прибыли. А Дун рассказала об этом Тан Фаню, а тот попросил Суй Чжоу разобраться.
Позже Тан Фань поинтересовался у Ян Жуя, почему тот не обратился к ним за помощью и не потребовал у хозяина выплатить обещанное, а Ян Жуй ответил, что, когда он только прибыл в столицу один одинешенек, хозяин кондитерской взял его к себе. И хоть относился к нему посредственно, для Ян Жуя эта работа стала настоящим благословением. И раз уж его хозяин так решил, он не стал затевать ссору, дабы отплатить за оказанную милость.
Такой ответ заставил Тан Фаня изменить свое мнение о Ян Жуе. И больше он к нему не придирался.
Как показало будущее, у А Дун глаз был алмаз. После свадьбы Ян Жуй арендовал магазинчик, и многие клиенты, помня о том, как тот добр, его поддержали. Благодаря уникальным и вкусным рецептам сладостей кондитерская Ян Жуя процветала. Менее чем за год он заработал достаточно, чтобы купить свой магазин. И не один. А впоследствии стал богатым торговцем с блестящей репутацией доброжелательного человека, превратив А Дун из простой жены работника кондитерской в хозяйку богатой семьи.
Отношение Ян Жуя к ней осталось таким, как и прежде, и богатство никак на него не повлияло.
Но все это было потом.
После того как вопрос со свадьбой А Дун был улажен, наступил новый год.
Суй Чжоу редко общался со своей семьей, но на каждые новогодние праздники был вынужден навещать родителей, чтобы поздравить их и преподнести подарки.
А значит, неизбежно сталкивался со старшим братом и невесткой.
***
Послесловие автора:
Кое-кто сказал, что хотел бы почитать о возвращении командира Суя домой, поэтому был добавлен и этот сюжет~
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления