Атаки Божественного доктора Уана Бупиня были буквально экстраординарными.
Он молча стоял неподвижно, слегка закрыв глаза.
Но шлейф невидимого, бесцветного и непахучего токсина поплыл вокруг его ног, вперед, незаметно, но верно приближаясь к Правому министру Линю Чжэну.
Врач может лечить, но может и убивать.
Медицинские навыки Уана Бупиня уже давно достигли пикового уровня.
Он проводил время с целебными травами весь день, он знал практически все обо всех травах на земле.
Этот бесцветный и непахучий порошок рассеивания бессмертной души был самым токсичным материалом, что можно было найти. Это был козырь, на развитие которого у него ушло несколько кропотливых лет. Говорят, что даже бессмертная душа великого мастера исчезнет, если отравить его этим порошком. Это могло быть и преувеличением, но опыт Уана Бупиня был очевиден.
Позже он получил шесть древних символов от Йе Циньгу, которые он исследовал вместе с Дугу Куанем долгими днями и ночами. Тайными техниками он активировал порошок рассеяния бессмертной души, и теперь этот метод сражения можно было считать невероятно сильным.
Йе Циньгу выпрямился и снова взреве.
Четыре великих мастера совместно атаковали Правого министра.
Мастера двух крупных солдатских лагерей также сражались в ближнем бою.
Ожесточенный бой перешел в свою последнюю стадию.
Светлый Дворец находился в максимально невыгодном положении.
Будь то элитные мастера или количество людей, во всем был приоритет у Правого министра.
Прошло всего несколько минут, но Йе Циньгу, Цинь Чжишуй, Божественный доктор и Бог Медицины, все эти четыре человека, получившие довольно тяжелые травмы, были в своих боевых одеждах, пропитанных кровью. Под штормовыми атаками Правого министра Линь Чжэня они с горечью пытались противостоять ему, но в какой-то момент их все же оттеснило назад…
Мастера, прибывшие в качестве подкрепления, также получали тяжелые ранения.
Увидь этот бой обычные люди, они были бы поражены — бессмертные могущественные мастера, способные взлететь в небо или опуститься под землю в любое мгновение, теряли свои жизни, словно простые солдаты в бою. Каждую секунду кто-то умирал.
Вне зависимости от исхода этой битвы для Небесной пустоши это в любом случае было огромной катастрофой. Все мастера стекались на эти жернова смерти, и никакая репутация не могла их спасти…
Потеря жизни каждого мастера боевых искусств была катастрофической потерей для людей Небесной Пустоши.
Со смертью каждого мастера боевых искусств человеческой расы сила людей ослабевала.
Возможно, некоторые техники будут утеряны навсегда.
Для других рас, это, несомненно, было хорошей новостью.
Цинь Чжишуй снова отправился в полет.
Вся его правая лопатка была раздроблена ударом Правого министра Линь Чжэна, еще немного, и прославленный мастер однозначно потеряет способность сражаться.
Капсула Дугу Куана, которая превратилась в гигантское дерево, начало увядать. Скорость, с которой оно вытягивало свои ветви и лозы, была гораздо медленнее, чем раньше. Дугу Куан потратил слишком много силы, и вдобавок к тому же раны его не были легкими, и губы его были украшены яркой кровью.
Божественный доктор Уан Бупинь уже практически исчерпал свой порошок.
Правый министр Лин Чжэн был крайне способным человеком с невероятной базой знаний — пусть вещество, тянущееся к нему, было бесцветным и едва заметным, внутри него уже забилась тревога. Интуиция всегда подсказывала ему, когда что-то шло не так.
Хотя Лин Чжэн не мог видеть порошок рассеивания бессмертной души, но какой-то частью себя он ощущал наличие чего-то постороннего рядом с собой.
Если бы не Уан, использующий шесть древних символов, необходимых для активации и контроля порошка рассеивания бессмертной души, Лин Чжэн, скорее всего, уничтожил бы его.
И Йе Циньгу было хуже.
Он был полностью покрыт кровью.
Шрамы украшали его тело, чешуя дракона в нескольких местах уже была раздроблена. Много раз его кости ломались, но восстанавливались благодаря внутренней Юань Ци Йе Циньгу и истинной воле небесного дракона.
100 духовных источников Йе Циньгу показывали невероятный эффект.
Хотя и от 90 духовных источников 100 отделял всего лишь десяток, это все равно очень помогало. Они были посланниками Весны — этого совершенства было крайне сложно достичь.
Бесчисленное множество мастеров с прекрасными боевыми данными, которые насильно активировали в себе 100 духовных источников, но вместо этого вызвали божественное наказание и вызвали демонов в их сердцах.
Это еще больше подчеркивало силу 100 духовных источников.
Йе Циньгу, по счастливому стечению обстоятельств, получил возможности, о которых многие даже не смели думать.
Но сегодняшняя битва с Правым министром была тяжелой, в такой Йе Циньгу раньше никогда не участвовал, и пусть даже он сражался бог о бок с другими мощными мастерами своего времени, он уже был на пределе.
Как тот, кого считали сейчас главной угрозой Правому министру, Йе Циньгу все равно был буквально усыпан ранениями. Они были столь серьезными, что увидь его в этот момент тетя Лан и Литтл Грасс, они бы не узнали его.
Среди четырех воинов он испытывал наибольшее давление.
Но оно помогло ему полностью раскрыть скрытые где-то внутри силы.
100 источников показывали, насколько активна его внутренняя Юань Ци, и энергия не исчезала, она, напротив, только росла и умножалась, словно внутри Йе Циньгу цвел источник бесконечной силы.
Позже даже тетя Хэн, наблюдавшая за сражением, присоединилась к боевому кругу.
Пять человек сражались вместе, но их силы все равно не хватало, чтобы одолеть Лин Чжэня.
«Почему все происходит так? Сила Линь Чжэня настолько велика, что она достигла начальной стадии границы Вознесения небес. Логически говоря, эта сила должна была вызвать божественное наказание Небесной Пустоши. Но почему оно до сих пор не свалилось на его голову?»
Йе Циньгу снова отправился в полет, позвоночник его где-то в нижней части был сломан, и с тяжелым ударом о землю в его голову закрался вопрос.
Генерал Конг, Вэнь Ван, Симэнь Иешуи и другие люди решили выйти на поле битвы затем, чтобы избежать божественного наказания.
Суть его заключалась в равновесии — чем сильнее был мастер боевых искусств, тем больше он боялся наказания свыше.
Но теперь Лин Чжэн, с силой начального этапа границы Вознесения небес, принудительно сдерживал пятерых великих мастеров более получаса. Его атаки становились все более и более мощными, как будто он совершенно не боялся божественного наказания.
«Это сила доспехов белого тигра, Орудие судьбы. Она рождается по воле живых существ мира, не вызывает хаоса и беспорядка и не подчиняется правилам божественного наказания...»
Сзади раздался голос.
Это был старый командир Ли Гуанби, его броня была покрыта пятнами крови. Он, наконец, пришел в сознание, раны на груди не зажили, и кровавые дыры выглядели действительно поражающе, но он все равно встал и вышел к своим собратьям.
И рядом с ним стоял левый министр Ку Ханьшань.
Эти два человека были мастерами высокого уровня Горького моря, у них были знания и умения, высокий уровень мастерства, что суммарно позволило им выжить, несмотря на тяжелые ранения.
Двое мужчин вступили в боевой круг.
«Старый командир, будьте осторожны», кто-то из стоящих вокруг напомнил ему.
Ли Гуанби рассмеялся, черный железный меч в его руке завибрировал, и затем он снова напряг всю свою энергию, от чего кровь снова хлынула из его ран, и с громким ревом он бросился вперед, на Лин Чжэна.
И Ку Ханьшань встал рядом с Уанем Бупинем, с пылающим силой мечом в его руке он снова бросился в бой…
Внезапно семь великих мастеров вместе атаковали самого Правого министра Линь Чжэна.
Но даже так Йе Циньгу и остальные оставались в невыгодном положении.
Лин Чжэн с активированной до предела силой, несмотря на старость и внешнюю худобу, с доспехами белого тигра был необычайно силен. Он был окутан огнем и серебряным сиянием, каждое его движение было практически смертельным. Никто из воинов не мог отразить его удар, им оставалось только уклоняться.
«Умри!»
В полет отправился Цинь Чжишуй.
Обе его руки были сломаны, одного удара Лин Чжэна хватило, чтобы чуть ли не лишить его жизни. Он врезался в толпу и потерял сознание...
«Молодой господин!»
«Лорд Города Света!»
Мастера несравненного города клинков, увидев это, громко закричали, быстро оторвались от сражения и окружили Циня Чжишуя, чтобы защитить его.
Ку Ханьшань был вторым, кого отправили в полет.
Меч в его руке непрерывно гудел, как будто он мог сломаться в любой момент, и на поверхности его были трещины.
Йе Циньгу, обратившись в дракона, передвигался по полю со скоростью молнии.
Среди семи человек он находился под самым сильным давлением, его можно было назвать главной силой их группы. Каждая кость его тела была сломана минимум раз. Без истинной воли небесного дракона, он, скорее всего, уже лежал бы на земле, и ему потребовалась бы неделя на восстановление.
«Время почти пришло...»
В глазах Линь Чжэня промелькнул странный свет.
Он внезапно оставил в покое нескольких великих мастеров и в одно мгновение оказался у Светлого Дворца.
«Старый ублюдок, проваливай отсюда!»
Толстяк Ван Лицзинь взревел, и одна выпущенная им стрела разделилась на три древка, которые опустились возле Правого министра и создали плотный энергетический щит, словно пытаясь сдержать движение Лин Чжэна.
Умение толстяка стрелять из лука было непревзойденным.
Даже Правый министр с его способностями не смог сдвинуться дальше.
Но он не обратил на это внимания — он отступил на шаг назад, поднял руку вверх, и из ладони вырвался дух белого тигра.
Это был самый сильный удар, который Правый министр Линь Чжэн нанес с тех пор, как он появился тут.
Целью его кулака был не толстяк.
Сотни солдат крепко охраняли подвешенные ступени.
«Осторожно!..» крикнул Йе Циньгу.
Солдаты лагеря приняли на себя этот удар и мгновенно ощутили огонь, будто пожирающий их изнутри.
«Защищайтесь!»
Взревел глава солдат.
Голос был громкий, как медный колокол, такой громкий, что даже глухие могли услышать его.
И все эти люди в один момент следом за огнем ощутили прилив сил, они взревели, не отступая перед этим ударом.
Бум!
Но это не помогло.
Удар пришелся по основанию Светлого Дворца, и пыль взлетела в воздух…
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления