Баш очнулся в своей комнате в королевском замке.
Комната без окон, приготовленная суккубами.
Дверь была тяжёлой с надёжным замком.
— ...
Поднявшись на кровати, он вздохнул.
Это был вздох облегчения.
Даже будучи очарованным, он помнил, как на выручку пришла Венера.
Все враги были уничтожены, битва закончилась победой.
А ему повезло. Раз выжил, значит шанс ещё будет. Ведь война никогда не заканчивается.
Но если говорить по сути дела.
— Проиграл.
Давно он не проигрывал.
Всё же мужчинам не выстоять против расы суккубов.
Оказавшись во власти молодёжи, даже не бывавшей на поле боя, Баш в очередной раз осознал это.
Он думал, как ему стоило поступить.
Если бы убил, мог пройти дальше.
На поле боя всегда было так.
На поле боя были лишь союзники и враги, и нет врага, которого нельзя убивать.
На крыше, когда он закрыл глаза и задержал дыхание, достаточно было взмахнуть мечом, чтобы не проиграть.
С серьёзным противником справиться было непросто, но таких врагов он буквально мог победить с закрытыми глазами.
Но подумал, что нельзя их убивать.
Ведь враги были юны. Это ещё дети. Даже среди орков не считали нормальным убивать детей.
Настала мирная эпоха, и суккубы не враги.
Такие чувства покоились в нём.
— Это не было поражением. Господин мог покончить со всем с лёгкостью. Ты ведь просто сдерживался...
— Зел...
Зел был подавлен.
Для него это не было первым поражением, и он никогда не был хорош в защите.
Он низко летал, чтобы никого не подпускать к Башу, и отвлекал врагов.
И делал он всё правильно.
Но уступал молодняку.
В отличие от орков на фей не действовало очарование. Ему было куда проще сражаться против суккубов, чем мужчинам, и всё же.
— ...
— ...
Оба ветерана были подавлены поражением.
Это был не первый проигрыш, но это не значило, что подобное не расстраивало.
— Это.
Когда Баш поднял голову, находившаяся рядом с кроватью девочка поднялась.
Это была Лука.
— Вы в порядке?
— Да. Лука, ты меня спасла. Без тебя суккубы съели бы меня.
— Нет, я сразу проиграла...
— В бою слабые выигрывают время, пока не придут сильные. Ты отлично справилась с задачей.
Если бы Лука не пришла, Зел мог умереть.
А Баш лишиться девственности.
Конечно он сам этого хотел, но радость была бы недолгой, и когда всё закончилось, он бы с отчаянием задумался о судьбе воина-мага.
Честь орков была на грани краха.
Мужчина был ничем не обязан Венере, всё же случившееся спровоцировала страна суккубов, но с Лукой всё было иначе.
— Ты моя спасительница. Именем короля орков клянусь, что верну долг. Если ты чего-то хочешь, просто скажи.
— А!..
Услышав слова Баша, она покраснела.
— Это, тогда!.. — девочка решительно подняла голову и взяла его руку.
Он ощутил тепло маленькой детской ручки.
— С-станьте моим мужем!
Это было предложение.
— ... Зачем? — ничего не понимая, спросил Баш.
Вся красная Лука крепче сжала его руку:
— Вы же сами сказали, что отправились в путешествие, чтобы найти жену. И условия таковы, что жена должна родить детей и её титулом можно похвастаться перед другими орками... Я ещё ребёнок и не могу родить, но я ребёнок великого воина Луралуры! Меня можно будет с гордостью представить перед другими орками!
— Я спрашивал про причину.
Баш был рад предложению.
У Луки было симпатичное личико. И Баш знал, что огрессы красотки.
Она наверняка станет красавицей, когда вырастет.
... Но только когда вырастет.
Говорят, что орки бросаются на всех женщин подряд, но это неправда.
Их не привлекают юные тела, не способные выносить ребёнка.
Конечно в стране орков есть и такие, но про них говорят, что у них специфичные сексуальные предпочтения.
То есть Лука не подходила.
Возможно через несколько лет она будет во вкусе Баша, но пока она ребёнок.
И через несколько лет Баш станет воином-магом.
Он не мог ждать.
Потому уклонился от немедленного ответа.
Если бы это сказала Сильвиана, он бы уже бросился на неё.
— Причину?
— Да, почему ты внезапно сказала это?
Думая, Лука замолчала.
— Причину...
Она не знала, что сказать.
Но вот наконец открыла рот:
— ... Луралура моя мама, но не родная.
— Вот как?
— Да. Она вырастила нас и заставила признать нас её детьми, но родила нас другая женщина.
Баш испытал культурный шок.
У огров были настоящие и поддельные матери.
— Мама Луралура конечно же дорога мне. Но у меня были родные мама и папа. Правда воспоминания о них уже смутные.
— Что с ними стало?
— Их убили.
— Значит ты хочешь отомстить не за Луралуру, а за них?
— ... Нет. Так было в самом начале, но когда разобралась, поняла, что мои родители сами виноваты.
— Сами виноваты?
— Они были шпионами. Мой отец был огром, продающим информацию альянсу, а мама была разведчиком людей... Они сбежали вместе, потом родились мы, а дальше их нашли...
Лука опустила голову, её плечи дрожали.
Башу было не понять её эмоций.
У орков не было понятия «предательство».
Просто они недостаточно умны для предательства. Они разве что могли не подчиняться приказам короля.
— Среди преследователей была Луралура, когда наших родителей не стало, она взяла к себе меня и моего брата, — пока вспоминала, края губ Луки приподнялись. — Мама Луралура была невероятной. Она делала всё, чтобы стать вождём, и заботилась обо всех. Она была просто потрясающей. И я, и брат уважали её, — однако она продолжала. — Но однажды мы нашли труп. В проулке... Будто выброшенная собака... — вспоминая, что тогда случилось, девочка заплакала, тонкими руками, она обхватила своё дрожащее тело. — Мама, она была такой сильной, так просто она бы не проиграла, наверняка её ударили со спины, а потом бросили там... Мама не заслуживала, чтобы умереть вот так. Я, ни я, ни брат не простим этого. Ведь это непростительно... — Лука крепче сжала руку Баша.
Дрожь её тела прекратилась.
— Мы поклялись. Даже если сами умрём, даже если мама этого не хотела бы, наш долг как огров отомстить...
— Долг отомстить?
Баш слышал, что у огров есть такой обычай.
Если кто-то убил родителей или учителя, ты должен отомстить, даже если придётся рискнуть жизнью. Иначе тебя не признают полноправным членом общества и не разрешат иметь детей.
По той же причине орки насилуют женщин на полях сражений.
Потому они такие сильные.
Если война длиться долго, не избежать смерти родителей и учителей.
И только огры продолжали отстаивать своим умерших.
— Но... Вы видели моего брата, что вы о нём думаете? И обо мне?
— Что?
— Мы сможем победить эту женщину? Что будет, если мы бросим ей вызов?
— Вы проиграете, — дал он немедленный ответ.
Способности Лудо и Луки сильно отличались от способностей той женщины.
Даже за сотню попыток они разве что её слегка зацепят.
— Ну да, — плечи девочки опустились. — Я и сама это понимаю. И мой брат тоже знает, что не победит. А просто умрёт почём зря...
Она выглядела очень подавленной.
— Что будет после нашей смерти?
— Ничего. Это лишь будет значить, что Луралура и вы мертвы. Либо эта женщина сможет рассказать историю вашей храбрости в какой-нибудь таверне, — дал естественный ответ Баш.
Он давно воевал, и смерть была ему знакома.
Родителей у него не было, зато большая часть старших товарищей, учителей и друзей погибли.
«Пока есть он, я выживу, если он умрёт, умру и я, потому он не должен умереть, мы и дальше будем сражаться вместе...» — многие думавшие так погибли, а Баш выжил, и после этого ничего не изменилось.
Так он думал.
Даже если Зел умрёт, будет грустно, но ничего не поменяется.
Рядом нет того, кто всегда там и останется.
— Я, я не хочу умирать. И хочу, чтобы жил брат.
— Угу.
— Но и отомстить хочу. Хоть и понимаю, что нам не победить...
— Угу.
Нежелание умирать — это нормально.
Все расы говорят себе что-то, чтобы поддержать себя.
— Я хочу отомстить, но брат точно никогда не сдастся. Сам понимает, что не победит, но пытается храбриться... И я не могу на это смотреть.
— ...
— Я уже и сама не знаю, как лучше и чего я сама хочу...
Не выдержав, она прикрыла лицо руками и плакала.
Баш молча выслушал её и вот ответил:
— Потому ты и предложила брак?
— У огров есть правило, что член семьи может помочь отомстить.
— Потому женитесь на мне и убейте эту женщину.
Баш задумался.
Он получит жену, если поможет отомстить.
Такое предложение нечасто можно было услышать, но её вполне можно понять.
Орки бы сказали, что мстить надо самостоятельно. Огры скорее всего тоже.
Но перед ним был ребёнок.
— Я рожу столько детей, сколько вы пожелаете. Возможно сейчас это невозможно, но я сделаю всё, что в моих силах! Я буду стараться, чтобы вы могли гордиться мной как женой «орка-героя»! Потому прошу, прошу вас... Помогите... — умоляла Лука.
Это точно не было шуткой. И не было обманом.
И если Баш набросится на неё, она примет его без единого крика.
Однако Баш сказал:
— Я не могу взять тебя в жёны.
Шокированная Лука села.
Прежде чем она спросила, почему, Баш продолжил.
— Но я разберусь с этой женщиной.
— А? Но это против правил...
— Я лично отомщу за Луралуру. В правилах орков нет ничего о том, что мстить могут лишь члены семьи.
К такому выводу пришёл Баш, пораскинув мозгами.
— К тому же я думал вскоре покинуть эту страну.
Суккубы были к нему добры.
И было бы неплохо задержаться здесь.
Но страна суккубов всё ещё остаётся опасным местом. В очередной раз поняв это, мужчина хотел поскорее уйти.
И ещё он понял, что потратил слишком много времени на дела, отличные от своей цели. Мужчина просто не хотел рассердить духа, потому и занимался этим.
Но пора вернуться к изначальной цели.
Времени у Баша осталось немного.
Если бы для достижения цели были бы какие-то условия, он бы выполнил их, но тут всё иначе.
Вне зависимости от средств и методов, надо действовать скорее.
Баш сразится и победит эту женщину.
И это лучший ответ, который он мог найти.
Возможно дух разозлится на Баша и убьёт его, но уж лучше так, чем ждать здесь, пока он не станет воином-магом.
Для «орка-героя» смерть предпочтительнее становления воином-магом.
— Возможно я не защищу вашу гордость, это ничего?
К тому же Баш сам сказал это.
Именем короля орков он вернёт долг Луке.
Если она просит помочь, значит он обязан помочь.
— Господин Баш такой добрый, — сквозь слёзы она улыбнулась.
***Закончив плакать, девушка узнала, что Лудо очнулся, и она покинула комнату.
Похоже очарование на нём подействовало сильнее, так что парня лечили отдельно.
Баш сел на кровати, проверил своё тело, а потом поел.
Если собирается в путь, ещё и мстить за Луралуру, то он должен быть в идеальной форме.
Если на нём всё ещё будет влияние суккубов, он может проиграть даже в заведомо выигрышном сражении.
Мужчина видел её лишь раз, но она явно заслуживает особого внимания.
К Башу обратился Зел:
— Господин, ты уверен?
— В чём?
— Лука наверняка вырастет красавицей. Уж я-то знаю. В красоте огров я не разбираюсь, но я знаю твой вкус, и мне кажется, она станет разрушительной женщиной.
— Тогда просто сделаю предложение, когда придёт время.
Да, Лука красивая девочка.
И в будущем наверняка станет красоткой.
Но не сейчас.
Чтобы вырасти, ей надо пять... Нет, хотя бы три года.
Но за это время Баш превратится в воина-мага.
Если наложит на неё свои руки раньше, то может и лишится девственности, но Баш просто не видел в Луке женщину.
— Если женишься сейчас, никто её у тебя не заберёт!
— Но и я другую женщину не заполучу.
Баш вспомнил эльфов.
С одним мужчиной была одна женщина.
Он не знал, какая система у демонов, но если такая же, как у эльфов, будучи женатым, он там никого не найдёт.
А значит надо оставаться свободным.
— ... Простите, что прерываю.
К ним в комнату вошла женщина с большой грудью.
— «Королева суккубов» Карликейл...
— Мне жаль, что в бунт был вовлечён «огр-герой» Баш. Как королева я обязана извиниться, — спокойно сказала королева суккубов и села на кровать, где лежал Баш.
Рядом оказались большая грудь и попка, так что Баш отвёл взгляд.
Настоящее искушение.
Кстати рука, касавшаяся Баша, была невероятно горячей, а попка, которой она коснулась его бедра, была очень мягкой.
Разумеется Карликейл делала это без хитрого умысла.
Собираясь искренне извиниться, суккубы старались сесть как можно ближе просто по привычке.
Этот жест суккубов ненавидели в других странах, особенно в стране людей.
— После того, что было, я не могу лгать. Мне стыдно это признавать, но мы пытаемся свести концы с концами. И жестоко простить молодёжь сохранить гордость.
— ...
— Но как вы сами могли видеть, мы старательно контролируем «еду» и как следует заботимся о ней.
— ...
— Если у нас будет достаточно пищи, мы бы могли научить молодёжь гордости суккубов.
В её голосе всё ещё ощущался налёт высокомерия.
Но Баш смог разглядеть неописуемое отчаяние.
— И теперь мы можем лишь просить. Господин Баш, пожалуйста, спасите страну суккубов.
— ... Если об этом просит королева суккубов, я не могу отказать. Когда придёт время, я вам помогу.
Баш не знал, что надо сделать, чтобы помочь.
Но лидер одной из стран союза, которая выше орков, просила о помощи «орка-героя».
Баш просто не мог отказать.
Скорее уж он был горд этим.
Орки простаки.
— Я рада услышать это.
— Но, Карликейл.
— Да.
— Я помогу, но не сейчас. В данное время мне надо покинуть страну.
У него уже были обязательства.
И кстати Баш слегка побаивался сидевшую рядом Карликейл. Казалось, что она ждёт, когда на неё набросятся.
Потому он слегка отстранился, сказав это.
— Вот как... Всё же после того, что произошло...
Посчитав это отказом, у женщины перехватило дыхание.
— Это было неправильно. Мне очень жаль... Если желаете, можете забрать мою голову.
— Об этом я не попрошу. Суккубы были добры ко мне. Вы смотрите на орков свысока, но отнеслись ко мне с теплом. И за это я благодарен.
— Вы слишком щедры...
После этих слов Баш встал, будто заканчивая этот разговор.
Если останется сидеть рядом с этой женщиной, точно повалит её на кровать.
Он в любом случае определился с тем, что надо сделать.
А значит надо идти к своей цели и сражаться.
— Что ж, прощайте.
— ... Да.
Голос Карликейл был едва слышан, когда Баш покинул комнату.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления