Телефон звонил долго. Монотонно-надоедливые звуки, издаваемые мобильным телефоном с завидной настойчивостью, вовсю пытались разбудить колоритно похрапывающего на широкой кровати в полумраке комнаты крупного мужчину, лежащего на спине с разметанными по сторонам руками. При каждом новом витке музыкальной трели мобильной трубки мужчина вздрагивал сквозь сон. Наконец, Бромель, а это был именно он, с трудом открыл глаза и глянул на часы: 7.10 утра. Он что-то недовольно пробормотал себе под нос и протянул руку к лежащему на тумбочке телефону, переливающемуся разноцветными огоньками.
- Бромель слушает, - буркнул Иван Александрович в трубку, садясь на кровати. Ему снились пальмы и бескрайний простор залитого ярким солнечным светом океана. Шум прибоя все еще стоял в ушах Бромеля...
- Подымайся, бери ручку и записывай! - без предисловий скомандовала трубка голосом главного редактора 'Криминальных войн'. - Мы пробили в базе данных адрес твоего патлатого, ставшего затем лысым уродом. Тебе надо к нему съездить и разговорить парня!
Бромель еще раз, уже более осмысленно, глянул на часы, собрался с мыслями и недоуменно покачал головой:
- К чему такая спешка? Вчера вы отнеслись к моей информации без особого интереса, а сегодня звоните ни свет, ни заря и приказываете мне, чтобы я во всю прыть мчался к парню по прозвищу Рыба! Что изменилось за это время? Пепел, который я собрал в кабинете на двенадцатом этаже - причина в нем? Вы сделали анализы? Вы что-то раскопали?
- Слишком много вопросов, Иван Александрович, - по привычке отрезал главный редактор. - Пепел здесь ни при чем. Дело совсем в другом - 'МП-5', найденный тобою в лифте, оказался чистым. На нем не висит ни одного убийства! Вот ключевая информация. Следовательно, парни, предположительно нанятые Боксером, действительно получили серьезную ответку от некого неизвестного господина, возможно - и Господина Почтмейстера. Настолько серьезную, что в спешке они забыли дипломат с чистым стволом в кабине лифта. Вывод: их здорово напугали! Судя по сделанным тобою фотографиям, нагнать страху на таких ребят - почти невыполнимая задача. Но тому господину, с которым им пришлось иметь дело, удалось поставить их на место. Это в корне меняет весь расклад. Итак, у нас есть цепочка: Боксер - Рыба - пятеро бойцов, названных Боксером 'камикадзе', - и некий господин 'Икс'. В этой цепочке самое слабое звено - Рыба. С него и следует начать. Пиши адрес, диктую. Кстати, он живет один.
Сбросив с себя во время непривычно длинной тирады главного редактора остатки сна, Бромель поднялся с кровати и достал из ящика стола ручку и чистый лист бумаги. Затем он записал координаты Рыбы и отрапортовал:
- Привожу себя в порядок и выезжаю.
- И вот еще что - попытайся встретиться с девицей, в квартире которой застрелили владельца сети казино Зубова, и разговорить ее. К часу дня жду тебя с докладом, - подвел черту под разговором главный редактор. - И не вздумай в такой ответственный момент наступить на пробку!
- Есть! - вяло рявкнул Бромель. - Я буду печален и трезв!
Из трубки донеслось сдавленное рычание Бармалея. И почти сразу же за этим - короткие гудки.
Желто-малиновый попугай по прозвищу Адмирал Нельсон постучал клювом по прутьям клетки, сверкнул единственным глазом и вдруг громко закричал, перевирая на свой манер слова:
- Привет! Завтракать! Завтракать!
- Привет, Адмирал, - Иван Александрович тяжело вздохнул и направился в душевую выгонять из организма последствия вчерашнего вояжа по столичным пивным барам, затянувшегося, как обычно, до глубокой ночи...
В половине девятого утра Бромель подъехал к многоэтажке, в которой жил Рыба. 'Если мне удастся расколоть этого урода, я наверняка узнаю много интересного, - подумал журналист, окидывая цепким взглядом пустынный двор, с кустами сирени и лавочками у парадных. - Судя по всему, Рыба - слизняк. Жестокости необузданной в нем нет, в отличие от Боксера. Вот и служит он тому, довольствуясь ролью приближенного-шестерки...'
Бромель припарковал машину на площадке перед домом, вышел из нее и двинулся к ближайшей парадной. В этот момент из нее пулей выскочил лысый уродец с пунцовым лицом и ошалело выпученными глазами. Он стремительно сбежал по ступенькам вниз и юркнул за угол дома.
'А вот Рыба! - пронеслось в голове у журналиста. - Что здесь происходит? От кого он убегает?!'
Бромель повернул голову вправо: неподалеку, скрытый от глаз разлогими кустами, отблескивал на солнце джип Боксера. 'Вот это да!! - азартно подумал журналист. - на ловца и зверь бежит!!'
Бромель не раздумывая спрятался за кустом сирени и как раз вовремя - дверь парадной снова распахнулась. На крыльце показался Боксер, яростно вспарывающий гневным взглядом пространство вокруг себя в поисках Рыбы.
- Я тебе сейчас покажу Хермана-Самца! Сам в натуре Херманом станешь!! - оглушительно гаркнул он, на мгновение остановившись, и проворно двинулся в том же направлении, что и беглец.
'Опять Боксер! Странные дела творятся со вчерашнего дня. Снова я в гуще событий... Самое время навестить квартиру Рыбы, - внезапно подумал журналист. - Пока Боксер будет за ним бегать, я попробую раскопать что-нибудь интересное! Что еще за Херман-Самец? Может, их подельник?'
Бромель подождал, пока широкая спина Боксера не скроется за углом, и быстро направился ко входу в подъезд. Мысль о том, что этими действиями он подвергает свою жизнь серьезной опасности, даже не приходила ему в голову - по своей натуре журналист был весьма рисковым человеком.
Дверь квартиры, в которой жил Рыба, оказалось приоткрытой. Бромель крадучись прошел в комнату и замер от неожиданности - с экрана компьютерного монитора на него насмешливо пялилось огненно-рыжее существо с растрепанной челкой. Слева, в углу изображения было написано: Herman. Расположенная под изображением надпись на английском языке гласила: 'Находится под защитой закона'.
'Херман-Самец - орангутанг? - несказанно удивился журналист. -Полный бред какой-то получается...'
Бромель прошелся по квартире и вернулся опять к компьютеру, пытаясь разгадать ребус с орангутангом. Внезапно со стороны лестничной клетки донесся хриплый голос Боксера:
- Я тебя, сволочь, все равно найду!
'Надо где-то спрятаться, - встревожено подумал журналист. - Не хватало еще встретиться с разъяренным Боксером на чужой территории!'
Бромель открыл дверку платяного шкафа, с трудом втиснулся в него, и тут же закрыл ее за собой, оставив для наблюдения маленькую щель.
Боксер ворвался в комнату и приблизился к монитору.
- Херман, значится, - с ненавистью пробормотал он, испепеляя взглядом изображение. - В натуре самец. Кто ж скажет, что самка? Нидерланды, мать твою! А фраер - приколист редкий, базара нет!
Он выхватил их кобуры пистолет, направил оружие на экран монитора и с шальным огоньком в глазах начал стрелять в него. Экран эффектно заискрился, проглатывая пули, и погас.
Лоб Бромеля покрылся мелкими противными капельками холодного пота. 'А если он обнаружит меня? - в легкой панике подумал журналист. - Что будет тогда?..'
Неожиданно заработал принтер. Из его недр неторопливо выехал стандартный лист бумаги формата А-4 с тщательно пропечатанной выразительной рожицей Хермана и надписью на английском языке: 'Находится под защитой закона'.
Боксер с идиотским выражением на лице глянул на фотографию. Затем он невнятно заматерился, схватил с подноса покрытую капельками оттаявшей изморози недопитую бутылку водки и опрокинул ее себе в рот.
Бромель с внезапной завистью проследил глазами, как прозрачная сорокаградусная жидкость убывает по назначению.
Боксер громко крякнул и поднес к свернутому вбок носу ломтик лимона. Затем он подошел к зеркалу, вмонтированному в центр платяного шкафа, и бессмысленно улыбнулся, обращаясь к себе самому:
- Колобок меня в натуре уроет... Гадом буду...
Бромель солидарно кивнул, скрытый от глаз Боксера тоненькой перегородкой. Действительно - по сравнению с Колобком Боксер был безобидным шалунишкой.
Тем временем Боксер вынул из принтера лист бумаги с фотографией орангутанга, небрежно сложил его, сунул в карман плаща и вышел из квартиры.
'Пронесло, - по привычке отметил про себя журналист. - Все могло окончиться гораздо хуже...'
Бромель выбрался из шкафа и проследовал в прихожую. Судя по всему, Рыба вот-вот должен был вернуться к себе домой.
'Наверняка урод напуган и деморализован, - с удовлетворением мысленно констатировал журналист. - Его надо брать в оборот тепленьким, пока он не очухался от стычки с Боксером'.
Не прошло и десяти минут, как со стороны лестничной площадки донеслись звуки шагов. Бромель спрятался за входной дверью, тяжело посапывая.
В квартиру проскользнул недавний беглец и быстро захлопнул за собою дверь.
- Фу-у-ух! - с неимоверным облегчением выдохнул Рыба и внезапно обнаружил, что в квартире он не один. Стоящий в углу прихожей внушительных размеров мужчина с любопытством разглядывал его.
- Вы кто? - встревожено проблеял Рыба, безуспешно пытаясь придать твердость своему дрожащему голосу.
- Твоя проснувшаяся совесть! - внезапно рявкнул Бромель. Чахлый венчик слипшихся волос на его голове угрожающе вздыбился.
Рыба попятился в комнату. Посетитель двинулся следом за ним, словно щит, выставив перед собой свой округлый пивной живот.
Рыба уткнулся в диван и замер.
- Только по лицу не бейте, - плаксиво сказал он. - Я сам вам все отдам. Вы - грабитель?
Бромель покосился на пустую бутылку из под водки, сиротливо стоявшую на подносе, непроизвольно сглотнул и снова рявкнул:
- Молчать! Вопросы задаю я!
Рыба покорно опустился на диван, беззвучно шлепая губами.
- Ну что, парень, уже решил, кто за квартиркой твоей присмотрит, пока ты нары будешь греть на зоне? - зловещим голосом задал вопрос Бромель, нависая над Рыбой.
Лицо Рыбы покрылось пунцовыми пятнами:
- Н-н-не п-п-понял, - заикаясь, выдавил он из себя. - О ч-ч-чем эт-то вы?
- Ты не знаешь? А разбойное нападение на сотрудницу фирмы 'Люкс', которое произошло вчера в половине четвертого дня на двенадцатом этаже торгово-офисного центра в кабинете номер '1201'? Преступник назвался электриком. Он был одет в синюю спецовку, а в руке держал ящик с инструментом. Вспомнил?
Рыба отрицательно закачал головой.
Бромель с издевкой хмыкнул:
- Девушка думает, что преступник ее обесчестил! Я надеюсь, ты парень не глупый, и понимаешь, что тебя ожидает в тюрьме, если этот эпизод будет доказан...
Рыба перестал заикаться и возмущенно фыркнул:
- Не трогал я ее! Я по другому делу там был!
Бромель склонился прямо к уху Рыбы и вкрадчиво спросил:
- По какому - другому?
- Не скажу! - угрюмо насупился хозяин квартиры. - Коммерческая тайна!
- Ну-ну, - снисходительно заметил журналист и вдруг оглушительно заорал: - Колись, тварь! Чье лицо приказал тебе сфотографировать Боксер крупным планом? Кого должны были отвлечь бойцы, названные Боксером в разговоре с тобой 'камикадзе'? Где находится кабинет этого господина?
Рыба упрямо молчал.
Бромель достал из кармана мобильный телефон.
- Есть два варианта последующего развития событий, - чеканя слова, произнес он. - Вариант первый - я звоню своему знакомому майору из органов, тот забирает тебя в отделение, пускает в ход свои не совсем законные методы дознания, и не пройдет и суток, как ты напишешь все сам, умоляя о пощаде. Вариант второй - сейчас ты подробно отвечаешь на мои вопросы, затем я даю тебе слово, что имя источника информации, то есть твое имя, нигде не всплывет, и мы расстаемся по-хорошему. В таком случае вопрос с разбойным нападением навсегда снимается с повестки дня и перед законом ты остаешься белым и пушистым. Даю тебе тридцать секунд на размышление, а вот эти снимки, сделанные до и после нападения на девушку, надеюсь, помогут тебе принять правильное решение, - Бромель бросил на колени Рыбы несколько фотографий, выразительно глянул на Рыбу и умолк.
Рыба впился взглядом в снимки. На фотографиях был запечатлен он: в машине Боксера; с рацией в руках возле нее; затем абсолютно голым с рабочим саквояжем в руке...
- Это ничего не доказывает, - ожесточенно пробормотал Рыба.
Бромель снисходительно произнес:
- Рацию в своих руках видишь на снимке?
- Ну-у?
- А о чем ты говорил по ней с Боксером, не помнишь?
- Что вы мне дело шьете? - неуверенно возмутился Рыба. - Ни о чем не говорил!
- Тогда слушай, я освежу твою память, - Иван Александрович достал диктофон и включил запись, сделанную вчера на стоянке:
- Поднимешься на верхний этаж - еще раз выйдешь на связь, - вдруг донесся из динамика простуженный голос Боксера.
- Понял, отбой, - фальцетом ответил Рыба.
Спустя некоторое время динамик вновь ожил:
- Боксер, я на месте. Свет вырубил. На этаже спокойно.
- Понял, Рыба. Жди команды. Отбой.
Затем из динамика донеслось:
- Через две минуты приступай. Камикадзе подымаются на этаж. Сейчас они устроят там такую звуковую завесу, что шума от работы твоей штучки ОН не услышит. Повторяю - мне нужно его лицо. Крупным планом. Ты все понял?
Рыба отозвался:
- Не вопрос. До связи.
Бромель выключил диктофон. Хозяин квартиры обессилено поник.
- И еще одно, - удовлетворенный произведенным эффектом, добавил журналист. - Не думаю, что Боксеру понравится, если майор вдруг вздумает классифицировать нападение на девушку, как групповое, и назначит Боксера твоим подельником...
- Я вам все расскажу, - быстро забормотал Рыба. - Только обещайте мне, что никто не узнает, кто именно слил информацию!
- Без проблем, - великодушно буркнул Бромель. - Итак, первый вопрос: на кого охотится Боксер?
Рыба набрал в грудь воздуха и решительно ответил:
- Единственная и самая главная цель Боксера - человек по имени Господин Почтмейстер. Боксер спит и видит, как бы поскорее расправиться с ним!!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления