– Ух ты, – шепнула Лин, во все глаза разглядывая возвышающийся над ними хрустальный небоскреб. – Это здесь вырос Киф?
– Многое объясняет, да? – пробормотала Софи.
Мистер Форкл не был уверен, стоит ли брать с собой близнецов, но Софи настояла. Может, так Тэм поймет, откуда росли ноги поведения Кифа.
Хрустя гравием, они прошли под замысловатой аркой, в которую были вплетены железные буквы, гласящие: «Канделшейд». Лорд Кассиус, одетый в изысканно расшитый синий плащ, отворил золоченую дверь до того, как мистер Форкл закончил стучать. Он слишком сильно напоминал собственного сына – у него были такие же светлые волосы и светло-голубые глаза. Такое же красивое лицо. Только все веселье из него выжали, и осталась одна только горечь.
Даже улыбался он пугающе – маслянисто и неискренне.
– О, мисс Фостер, – сказал он. – Я почти не узнал вас с убранными волосами. Но всегда рад видеть. Как и вас, мистер Форкл. И мистер Вакер, – он скользнул взглядом по Сандору с Гризель, не замечая их, и остановился на Тэме и Лин. – А кто же наши неожиданные гости?
– Тэм и Лин Сонг, – представил мистер Форкл, не обращая внимание на Тэма, скривившегося при звуке фамилии.
– Сонг? – переспросил лорд Кассиус. – Вы дети Квана и Май?
– Их близнецы, – поправил Тэм.
Раньше отец Тэма пытался убедить всех, что Тэм старше Лин на год, но они отказались подыгрывать.
– Да, вижу схожесть, – лорд Кассиус ближе пригляделся к близнецам. – Я хорошо знаком с вашим отцом. В Фоксфайре он был старше на курс, но мы часто занимались вместе. Иногда мы до сих пор ходим выпить в Атлантиду.
Тэм косо глянул на Софи.
– И почему я не удивлен.
– Ваши родители знают, что вы с «Черным лебедем»? – спросил лорд Кассиус.
– С чего бы им, – отозвался Тэм. – И, кстати, мы не приносили клятву верности.
– Пока, – поспешно добавила Лин.
– Понимаю вас, – лорд Кассиус добровольно вызвался вступить в «Черный лебедь» – из-за чего Софи хотелось стошнить прямо на его украшенные драгоценностями ботинки. Ее не волновало, что он обыскивал вещи своей жены в поисках зацепок о «Незримых». Несколько карт и инструменты для создания одноразовых кристаллов не могли изменить то, как он относился к сыну.
– Невероятно, – произнес лорд Кассиус, обмахиваясь, – я и забыл, какие у вас сильные эмоции, мисс Фостер. Так непривычно ощущать их в воздухе. Как статическое электричество, только колючее.
Обычно эмпаты считывали эмоции через физический контакт, но Киф с отцом почему-то отличались – по крайней мере, когда дело касалось Софи.
– Ну, – сказала она, надеясь, что он чувствует исходящие от нее волны отвращения, – на некоторые вещи я реагирую сильнее, чем обычно.
Насилие бывало разным – и хотя лорд Кассиус никогда не бил сына, постоянное унижение нанесло достаточно вреда.
Неудивительно, но он пропустил их в дом, даже не поинтересовавшись, как поживает Киф. Аскетичное фойе было настолько же холодным и «дружелюбным», как морг – с черным полом, гладкими стенами, поблескивающими синим колдовским огнем, и серебряной лестницей, спиралью поднимающейся к двухсотому этажу.
– Вы сказали, что вам нужна моя помощь, – напомнил лорд Кассиус.
– Это так. Нам нужна любая информация, касающаяся этого символа, – мистер Форкл достал дневник памяти из плаща и передал его Кассиусу.
Тот широко распахнул глаза.
– Путеводная звезда.
– Значит, это и правда она? – спросила Софи.
Лорд Кассиус нахмурился, поворачивая дневник, чтобы рассмотреть символ с разных сторон.
– Странно. Слово всплыло, как только я увидел его, но не понимаю почему.
Иногда с воспоминаниями так бывало – особенно со стертыми.
Некоторые зацепки вытаскивали лишь детали, некоторые – провоцировали головокружительное возвращение полной картины. Софи хорошо знала это чувство благодаря секретам, которые «Черный лебедь» вложил в ее разум. И поэтому же ей нельзя было видеться с человеческой семьей: встретив ее, они могли все вспомнить.
– Такое ощущение, будто я что-то упускаю, – произнес лорд Кассиус, запуская руку в волосы и портя свою безупречную прическу.
– Разум – сложная штука, – сказал ему мистер Форкл, забирая дневник памяти. – Если вспомните что-то еще, вы знаете, как со мной связаться.
– Разумеется. Хотя не представляю, почему именно я. Вы ведь должны понимать, что кое-кто принесет вам куда больше пользы.
Софи хотела было спросить кто, но догадалась сама, и по коже побежали мурашки.
– Вы… хотите, чтобы мы спросили о Путеводной звезде вашу жену?
– Почему бы и нет? – поинтересовался лорд Кассиус. – Разве не она заварила эту кашу? Кто решит проблему лучше женщины, ее создавшей?
– Эм, может, тот, кто не заперт в огрской тюрьме? – предположил Фитц.
На долю секунды лорд Кассиус дрогнул и стал похож на скорбящего мужа и подавленного отца, одиноко стоящего в холодной пустой башне.
Но затем он моргнул, и видение пропало, сменившись лживой улыбкой.
– Было бы желание, а способ найдется.
– Не в этом случае, – отрезал мистер Форкл. – Если мы проявим интерес к леди Гизеле, то она станет козырем огров – и мы слишком дорого за него заплатим.
– Дипломатия редко приносит плоды, – согласился лорд Кассиус. – Но именно поэтому я так заинтересован вашим орденом. Ходят слухи, что несколько месяцев назад «Черный лебедь» совершил весьма успешный набег на Изгнание. Почему бы не повторить?
– Потому что мы стали мудрее, – ответил мистер Форкл. – И опытнее.
Их приключения в Изгнании пошли не совсем по плану: Фитц чуть не умер, а Совет едва всех не арестовал. И все же невольно Софи сочла предложение лорда Кассиуса заманчивым. Леди Гизела не просто могла рассказать все то, что Киф так стремился узнать, но и ему бы больше не понадобился Финтан, чтобы спасти мать.
«Нет, – прервал ход ее мыслей мистер Форкл. – Вламываться в неизвестную тюрьму, охраняемую самой жестокой расой, слишком рискованно. Оно того не стоит, особенно учитывая, что леди Гизела может оказаться мертва».
Ужас скрутил живот узлом.
«Но Финтан сказал Кифу…»
«Да, я знаю, что он обещал. А еще я знаю, что в это время он пытался заманить мистера Сенсена в свой орден. И даже если его слова были правдой, прошло уже много времени, а во время ареста леди Гизела была тяжело ранена. А если она и жива, то существует огромная вероятность, что перед заключением ей стерли воспоминания».
«Вы много об этом думали», – заметила Софи.
«Разумеется. Мы с Коллективом часто обсуждали эту тему. Я не рассказывал тебе, потому что знаю, как ты любишь игнорировать здравый смысл».
«А может, это вы просто привыкли на все отвечать отказом? Вы же понимаете, что в девяноста процентах случаев вы сначала читали мне лекцию о том, насколько опасен мой план, а через несколько недель мы все равно его осуществляли?»
Его губ коснулась печальная улыбка.
«И каждый раз это случалось из-за того, что положение становилось безвыходным. К счастью, сейчас это не так. Мы еще многое не опробовали. Например, мы можем показать символ Гетену и посмотреть, удастся ли вытащить из него информацию».
«Ну да, наверное», – неохотно признала Софи.
Она ожидала от Форкла привычных бесполезных предложений вроде «прочитать тонну очень длинных книг» или «попрактиковаться с Фитцем в телепатии».
Гетен… действительно мог помочь.
«Значит, решено», – произнес мистер Форкл, оборачиваясь к остальным.
– Прошу прощения, мы отвлеклись.
Лорд Кассиус кивнул.
– Полагаю, все здесь привыкли к телепатам. Вы что-нибудь надумали?
– Только то, что мы будем придерживаться иного плана. Но спасибо за предложение. Могу я узнать, можно ли побеспокоить вас еще одной просьбой? Я бы очень хотел осмотреться перед уходом. Возможно, свежим взглядом я отыщу зацепки, оставленные вашей женой.
– Где вы хотите начать? – спросил лорд Кассиус. – Выбор у вас немалый.
И это еще мягко сказано.
Даже армии гномов понадобилась бы неделя, чтобы обыскать огромный особняк, – а гномы были самыми продуктивными и трудолюбивыми созданиями на свете. И все же, перед тем как сбежать к «Незримым» Киф ночевал в Канделшейде. И пока он там был, что-то должно было случиться.
Когда он уходил от Софи, то казался расстроенным – но далеко не настолько, как на следующий день.
Что-то вызвало у него новые воспоминания – воспоминания, из-за которых он решил, что является частью инициативы «Путеводная звезда».
А значит, если она осмотрит его комнату, то может найти причину пробудившейся памяти.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления