Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Однажды летом
Часть третья. Разоблачитель чудес и суеверий

На объектив движется тележка с пассажиром в пелерине и Феней. Вдруг пассажир приказывает остановиться и смотрит вперед. На его полном вздорном лице выражается удивление, смешанное с беспокойством. Со все возрастающим недоумением он извлекает из-под пелерины географическую карту и рассматривает ее. Он водит по ней пальцем.

Палец скользит по тоненькой линии шоссе и останавливается на пустом месте.

Гражданин в пелерине, ничего не понимая, смотрит вперед.

Открывается долина. Там сияют белые кубы многоэтажных домов, правильными строчками расположившихся посреди чистого поля. Это странный на первый взгляд город, где нет окраин, где сразу же за последним домом лежит степь. Сверху видно, что город полон людей. На самом горизонте, в разрыве с городом, виднеются контуры индустриальных зданий.

Пелерина снова смотрит на карту.

Крупными буквами год ее издания – 1930.

Гражданин в пелерине. Город, которого нет на карте! Феня, мне это не нравится!

Он морщится, недоверчиво вертит головой.

Тележка едет по городу. Город, которого нет на карте, спешно доделывается. Подобно новой комнате, которой обойщики и мебельщики придают последний лоск, город обрастает бытовыми подробностями. Подвешивают последние фонари, к углам прибивают таблички с названиями улиц, зарывают в землю столбик «Остановка автобуса». Все в городе контрастно. В верхних этажах дома уже висят занавески и слышатся звуки мандолины, а внизу еще только вставляют оконные рамы и прилаживают двери. На улице один тротуар уже асфальтирован, а другой еще из временных досок, перекинутых поверх строительного мусора. Навстречу телеге едут грузовики и ломовые с кирпичами, мебелью, ваннами и молодыми деревьями, зашитыми в рогожи. Мальчик несет гипсовый бюст Максима Горького. Большинство прохожих не с портфелями, а с чемоданами. Очевидно, население города еще только съезжается.

Гражданин в пелерине стоит перед заведующим клубом. Он небрежно распахивает на груди пелерину. На толстовке его обнаруживается целый иконостас орденов Красного Знамени.

Слышно, как по соседству одним пальцем выстукивают на пианино песенку: «Я Мишу встретила на клубной вечериночке».

Ордена вблизи оказываются значками различных добровольных филантропических организаций.

Потом пелерина вываливает перед заведующим множество удостоверений и отзывов, сует их в глаза завклубом и страшно горячится. Ослепленный блеском значков и количеством удостоверений, заведующий слабо отбивается.

Подъезд клуба, у которого утомленно ждет Феня. Гражданин в пелерине гордо выходит из подъезда, вынимает из чемоданчика афишу, вешает ее на стену и любуется. Афиша:


Экстренная лекция индусского профессора

СЕН-ВЕРБУДА

известного разоблачителя чудес и суеверий

ТАЙНЫ ПОРАБОЩЕННОЙ ИНДИИ

Тезисы

1. Бога нет.

2. А что есть?

3. Человек как венец творения (рабочий, колхозник, профработник).

4. Гибель факиров и жрецов.

5. Что наша жизнь? Игра? Нет!

6. Гимн труду.

7. Гимн солнцу.

А также радикальное лечение гипнозом,

номера по опыту Шерлока Холмса, адская палатка, материализация духов

и раздача слонов.

У рояля – Фатима-ханум Сен-Вербуд


Над самой афишей распахивается окно, и выстукивание на пианино доносится громче. «…Картина шла тогда „Багдадский вор“, глаза зеленые и желтые ботиночки зажгли в душе пылающий костер».

Затемнение


Мост готов. Он в полной исправности и даже снабжен новыми перилами. На шесте треплется флажок в знак победы. Толпа стариков.

Автомобиль готов к отъезду. Жора и Телескоп прощаются со стариками. Старухи подают автомобилистам руки лопаточкой, предварительно вытерев их об юбки.

Волков стоит в машине и, заглядывая в свою книжечку, знаками пытается обратить на себя внимание.

Когда Жора и Телескоп садятся в машину, Волков начинает давно задуманную речь.

Волков. Теперь, товарищи, перейдем к международному положению. Кабинет Тардье…

Но и здесь Волкову не удается закончить свой политический прогноз. Телескоп тянет оратора за рубашку, и он падает на сиденье.

Жора (пуская машину). До свиданья, ребятки! Машина прорезает толпу и переезжает мост, сопровождаемая бегущими детьми и криками толпы.

Автомобилисты движутся по ужасной дороге. Это напоминает плаванье в бурную погоду. Машина с трудом взбирается на гребень, потом стремглав валится вниз. Пассажиры падают друг на друга, хватаются руками за борты, на их лицах написано терпеливое страданье.

Авторыдван въезжает на тот холм, с которого спускалась Сен-Вербуд. Перед автомобилистами открывается город в долине.

Жора рассматривает карту пятилетки. Телескоп и Волков смотрят через его плечо.

Палец Жоры останавливается на кружке, рядом с которым помещены изображения фабричного здания, плуга и паровозика.

Машина спускается в долину.

По городу, вызывая всеобщее любопытство, движется диковинный автомобиль. Останавливаются прохожие. Из пробегающих автобусов высовываются головы. Сзади нетерпеливо напирают грузовики. Даже ломовые извозчики и те взирают на автомобиль без всякого почтения.

Молодые люди крепятся, как говорится, держат фасон, но им плохо, неудобно. Они нахохлились и в своей машине вертят головами, как воробышки в гнезде. Мир оказался величественней, чем они предполагали.

Они проезжают через площадь, на которой сколачивается небольшая деревянная трибуна и на шесты подымают большой аншлаг: «Старт автопробега в Нижний Новгород». Автомобилисты не замечают этого. Они слишком взволнованы.

Автомобиль проезжает мимо клуба, еще украшенного афишей «разоблачителя чудес и суеверий».

Из клубного подъезда выбегает Сен-Вербуд. Крылатка его развевается. За ним, плача, бежит Феня.

Сен-Вербуд (орет). Феня! Хватай кассу!

Феня. Дядя! Вы шарлатан!

За ними мчатся зрители. Впереди всех сезонник, который потрясает захваченным трофеем – чалмой.

Сен-Вербуд (отчаянно). Профессора бьют! Члена Цекубу!

Заслышав позади себя гул, автомобилисты оборачиваются. Они не верят своим глазам. За девушкой, которую они недавно спасали, и за ее почтенным дядей гонится толпа.

Сен-Вербуд бежит неожиданно быстро для своих лет.

Сен-Вербуд (поравнявшись с машиной, задыхаясь). Я хороший.

Не ожидая приглашения, он вскакивает на подножку и переваливается внутрь машины, как купальщик в лодку. В слепом ужасе он отпихивает Феню.

Ее подхватывает и втаскивает в машину Телескоп.

Сен-Вербуд (трусливооглядываясь, командует). Полный ход!

Машина бросается вперед и исчезает из виду.

Машина катит по темнеющей дороге. Сейчас в машине тесно. Впереди – Жора и Волков. Сзади – Телескоп, Феня и Сен-Вербуд. Индусский профессор еще больше увеличивает тесноту тем, что беспрерывно ерзает, размахивает руками и боязливо оглядывается назад.

Сен-Вербуд. Некультурные бандиты! Меня, заслуженного профессора разных республик… (Хватает Телескопа за руку.) Они не будут стрелять нам вдогонку?

Телескоп. Что вы, товарищ профессор!

В тот же миг раздается оглушительный выстрел.

Сен-Вербуд падает на дно машины, пытаясь укрыться в ногах Телескопа.

Жора резко тормозит автомобиль.

Лопнула шина.

Профессора успокаивают. Автомобилисты принимаются менять камеру. Машину подымают домкратом, возятся, кряхтят. Феня помогает как может. Сен-Вербуд, к которому вернулась обычная наглость, бродит, величественно запахнувшись в крылатку, и ни черта не делает.

Сен-Вербуд. Торопитесь!

Жора удивленно смотрит на него. Старик отскакивает и продолжает бурчать.

Затемнение


Лагерь автомобилистов. Пылает костер. Сен-Вербуд собрал все автомобильные сиденья и подушку Телескопа и удобно укладывается спать.

Телескоп налаживает радиоприемник с репродуктором.

Жора, Волков и Феня печально смотрят на огонь.

Волков (Фене). Я бы сейчас съел зразы.

Феня. И много хлеба.

Телескоп вертит ручки приемника.

Генерация. Мяуканье и свист далеких станций.

Феня. Сколько времени, по-вашему, человек может не кушать?

Телескоп вертит ручки.

Генерация. На секунду проскакивает музыкальная фраза. Снова генерация.

Волков. Дня два. Потом он быстро умирает.

Жора. Быть молодым, голодным, счастливым, разводить костры на советской земле – разве так плохо?

Волков. Да ты просто философ. Кто это говорит? Христианский социалист или комсомолец?

Телескоп, свесив язык, добирается до станции.

Свист радио спускается вниз.

Громкий бархатный голос радио:

«Говорит руководитель музыкальных трансляций Вышеславцев».

Все вздрагивают и оглядываются. Феня смеется.

Репродуктор и радостное лицо Телескопа.

Телескоп. Москва. Опытный передатчик.

Голос руководителя музыкальных трансляций:

«Через одну-две минуты включаем зал без предупреждения».

Телескоп устраивается на ночь рядом с репродуктором, укрывается пальто.

Телескоп. Я буду слушать всю ночь.

Радио начинает передавать «Шехерезаду» Римского-Корсакова.

Телескоп немедленно засыпает, обняв рукой репродуктор.

Устраиваются на ночь и остальные. Феня укладывается в машине, выдернув из-под храпящего Сен-Вербуда подушку Телескопа.

Жора и Волков ложатся у костра, укрывшись короткими прорезиненными пальто.

Пылает костер. Все спят.

Слитные звуки большого симфонического оркестра. Звездное, чистое, как в планетарии, небо.

Подымается Волков. Он ежится, подбрасывает в костер ветку, подходит к автомобилю и нежно смотрит на спящую Феню. Потом подходит к Жоре, снимает с него пальто и укрывает им девушку. Ложится на свое место и, вздохнув, засыпает.

Некоторое время спустя ворочается Жора, встает, смотрит на Феню, снимает пальто с Волкова и укутывает им девушку с трогательной заботливостью. Ложится у самого костра, голова с головой Волкова.

Подымается Телескоп. Некоторое время ошалело глядит в рупор и слушает музыку. Потом, улыбаясь, подкрадывается к Фене. Долго на нее смотрит. Снимает с себя пальто и накрывает ее.

В ту же минуту «Шехерезада» кончается. И как бы в ответ на рыцарство Телескопа из рупора гремят аплодисменты и слышатся крики: «Браво!», «Бис!».

Телескоп ложится. Костер потухает.

Затемнение

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть