Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Мальтийский сокол The Maltese Falcon
Глава 2. Смерть в тумане

В темноте зазвонил телефон. После третьего звонка заскрипела кровать, пальцы начали шарить по столу, что-то маленькое и тяжелое упало на покрытый ковром пол, потом снова скрипнули пружины кровати, и мужской голос произнес:

«Алло… Да, это я… Убит?.. Да… Через пятнадцать минут. Спасибо».

Щелкнул выключатель, и белый шар, свисающий с потолка на трех позолоченных цепях, залил комнату светом. Спейд, босой, одетый в бело-зеленую клетчатую пижаму, сел на край кровати. Он хмуро покосился на телефон и взял со стола пачку коричневой курительной бумаги и коробку табака «Вулл Дарем».

Через два открытых окна в комнату врывался холодный туманный воздух, с острова Алькатрас доносились частые гудки противотуманной сирены. Стрелки будильника, стоявшего на самом углу книги Дьюка «Знаменитые уголовные преступления в США», показывали пять минут третьего.

Спейд свернул сигарету, поднял упавшую на пол зажигалку в кожаном футлярчике и прикурил. Снял с себя пижаму. Мощные руки, ноги, торс, массивные плечи делали его похожим на медведя. Впрочем, на медведя обритого: на его груди волосы не росли. Кожа его была по-детски мягкой и розовой.

Он почесал в затылке и начал одеваться. Сначала надел на себя белое белье, серые носки, черные подвязки и темнокоричневые туфли. Завязав шнурки, снял телефонную трубку и заказал такси. Надел сорочку в зеленую полоску, белый мягкий воротничок, зеленый галстук, серый костюм, в котором был накануне, свободное твидовое пальто и темно-серую шляпу. Когда Спейд рассовывал по карманам табак, ключи и деньги, позвонили в дверь парадного.

Там, где Буш-стрит поднимается над Стоктон-стрит, прежде чем круто спуститься к Чайнатауну, Спейд расплатился с водителем и вышел из такси. Улица тонула в ночном сан-францисском тумане – редком, липком и пронизывающем. Неподалеку от того места, где он оставил такси, несколько человек всматривались в переулок. На другой стороне Буш-стрит стояли две женщины и мужчина и тоже смотрели в сторону переулка. Из окон выглядывали любопытные.

Спейд пересек тротуар меж двух больших, обнесенных железными поручнями люков, в которых виднелись уродливые лестницы, подошел к парапету и, облокотившись о влажный камень, посмотрел вниз, на Стоктон-стрит.

Из туннеля под ним с ревом и свистом – будто ею выстрелили – вылетела машина и скрылась из виду. В нескольких ярдах от туннеля, около доски объявлений, закрывавшей прогалину между двумя складами, залепненной рекламой бензина и кино, в странной позе скорчился человек. Опустив голову почти до земли, он всматривался в щель под доской. Одной рукой он опирался на тротуар, другой держался за зеленую раму стенда. Еще два человека неловко заглядывали в небольшой зазор, образованный краем доски объявлений и складской стеной. По глухой серой стене другого склада и клочку земли, спрятанному за доской объявлений, шарили лучи фонариков, среди световых снопов бродили людские тени.

Спейд повернулся и пошел по Буш-стрит к переулку, около которого собрались люди. Полицейский в форме, стоявший под синей эмалированной табличкой с белой надписью. «Барритт-стрит», перестал жевать резинку, поднял руку и спросил:

– Что вам здесь надо?

– Меня зовут Сэм Спейд. Мне только что звонил Том Полхаус.

– А, это вы. – Полицейский опустил руку. – Я вас сначала не узнал. Вон они стоят. – Он ткнул большим пальцем куда-то себе за спину – Скверное дело.

– Хорошего мало, – согласился Спейд и пошел по переул ку.

Приблизительно на середине этой улочки стояла темная машина «скорой помощи». Слева, за машиной, переулок был отгорожен невысоким забором из длинных грубых досок. За забором темная земля круто обрывалась к тыльной стороне доски объявлений на Стоктон-стрит.

Верхняя десятифутовая доска забора была оторвана с одной стороны. Внизу, на склоне, футах в пятнадцати, из земли торчал большой плоский валун. В углублении между склоном и валуном лежал на спине Майлз Арчер. Над ним стояли двое Один из них освещал фонариком тело убитого. По склону сновали еще несколько человек с фонариками.

Один из полицейских, крикнув: «Привет, Сэм», начал взбираться к переулку вслед за своей тенью. Это был высокий брюхатый человек с маленькими хитрыми глазками, большим ртом и плохо выбритыми щеками. Его ботинки, колени, руки и подбородок были выпачканы грязью.

– Я решил, что ты захочешь посмотреть на него, прежде чем мы заберем тело, – сказал он, переступая через сломанный забор.

– Спасибо, Том, – сказал Спейд. – Как это случилось? – Он оперся локтем на заборный столбик и начал разглядывать людей внизу, кивая тем, кто здоровался с ним.

Том Полхаус ткнул себе в грудь грязным пальцем.

– Продырявили ему насос вот этой штуковиной. – Он вынул из кармана пальто большой револьвер и протянул его Спейду. Револьвер был заляпан грязью. – «Уэбли». Английская система, верно?

Спейд снял локоть со столбика, наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть оружие, но в руки его не взял.

– Да, – сказал он. – Револьвер системы «Уэбли-Фосбери». Все верно. Тридцать восьмого калибра, восьмизарядный. Сейчас их уже не выпускают. Сколько раз стреляли?

– Один. – Том снова ткнул себя в грудь. – Он уже, похоже, был мертв, когда треснулся о забор. – Он приподнял грязный револьвер. – Ты такие когда-нибудь видел?

Спейд кивнул.

– Видел, – сказал он равнодушно, а потом вдруг заговорил быстро. – Его застрелили вот здесь, верно? Он стоял спиной к забору там, где ты сейчас стоишь. Тот, кто стрелял в него, стоял здесь. – Спейд встал перед Томом и, подняв руку на уровень груди, выставил указательный палец в его сторону. – Этот тип стреляет, Майлз падает, сбивает верхнюю перекладину забора и летит вниз, пока не упирается в валун. Так?

– Так, – не спеша ответил Том, насупив брови. – Выстрел опалил ему пальто.

– Кто его обнаружил?

– Шиллинг, патрульный полицейский. Он шел по Буш-стрит и только поравнялся с переулком, как проходящая машина осветила сломанный забор. Он подошел к забору выяснить, в чем дело, и нашел его.

– А что это была за машина?

– Неизвестно, Сэм, Шиллинг не обратил на нее внимания, поскольку еще не знал об убийстве. Он говорит, что, пока шел от Пауэлл-стрит, из переулка никто не выходил, – он бы наверняка заметил. Есть только еще один способ выбраться отсюда – это пролезть под доской объявлений и выйти на Стоктон-стрит. Но там никто не проходил. Земля от тумана влажная, а других следов, кроме тех, что оставили тело Майлза и брошенный револьвер, на склоне нет.

– Кто-нибудь слышал выстрел?

– Побойся бога, Сэм, мы только что приехали. Кто-нибудь, наверное, слышал, но их еще надо найти. – Он повернулся, переступил одной ногой через забор. – Пошли, посмотришь на него.

– Нет, – ответил Спейд.

Том остановился, почти оседлав забор, обернулся и бросил на Спейда удивленный взгляд.

Спейд сказал:

– Ты же видел его. Ничего нового я не увижу.

Том, не отрывая глаз от Спейда, недоверчиво кивнул и перенес через забор вторую ногу.

– Пистолет у Майлза остался за поясом, пальто застегнуто на все пуговицы. В бумажнике нашли больше ста шестидесяти долларов. Он что, работал?

Мгновение поколебавшись, Спейд кивнул.

Том спросил:

– Что за работа?

– Он должен был пасти типа, которого зовут Флойд Терзби, – ответил Спейд и повторил описание, полученное от мисс Уондерли.

– Зачем?

Спейд засунул руки в карманы своего плаща и сонно поморгал, глядя на Тома.

– Зачем? – повторил Том нетерпеливо.

– Кажется, этот тип англичанин. Впрочем, я не знаю, что за игру он ведет. Мы только пытались выяснить, где он живет, – Спейд ухмыльнулся, вытащил руку из кармана и похлопал Тома по плечу – Не дави на меня. – Он снова засунул руку в карман. – Мне еще надо сообщить о случившемся жене Майлза.

Нахмурившись, Том открыл рот, потом закрыл его, так ничего и не сказав, откашлялся и заговорил с грубоватой теплотой:

– Это ж надо, как с ним жизнь обошлась. У Майлза, конечно, как и у всех нас, были недостатки, но ведь были и достоинства.

– Это точно, – неохотно согласился Спейд и пошел прочь.

Из дежурной аптеки на углу Буш-стрит и Тейлор-стрит Спейд позвонил по телефону

«Радость моя, – начал он, когда его соединили, – Майлза застрелили.. Да, убит.. Держи себя в руках.. Да… Сообщи об этом Иве.. Нет, я ни за что ей звонить не буду. Придется тебе. Умница.. И не пускай ее ко мне в контору.. Передай, что я сам к ней зайду.. На днях.. Да, но конкретно ничего не обещай.. Вот и все. Ты ангел. Пока!»

Металлический будильник Спейда показывал без двадцати четыре, когда он нажал на выключатель и белый шар снова залил комнату светом. Спейд кинул шляпу и пальто на кровать, пошел на кухню и вернулся в спальню со стаканом и высокой бутылкой «бакарди». Наполнив стакан, он выпил его стоя. Потом сел на край кровати и скрутил сигарету. Когда в дверь по звонили, он пил уже третий стакан «бакарди» и прикуривал пятую сигарету. Стрелки будильника показывали половину пятого утра.

Спейд вздохнул, встал с кровати и направился к ванной, рядом с которой на стене висело переговорное устройство. Подойдя, нажал на кнопку, отпирающую замок наружной двери. Потом пробормотал. «Черт бы ее подрал!» и принялся хмуро рассматривать черный ящичек переговорного устройства, тяжело дыша и постепенно багровея.

Из коридора донесся шум дверь лифта сначала открыли, а потом закрыли Спейд снова вздохнул и поплелся к двери. Судя по тяжелым шагам в коридоре, к двери приближались двое мужчин. Лицо Спейда прояснилось. Озабоченный взгляд исчез. Он быстро отпер дверь.

Привет, Том, – сказал он брюхатому высокому сыщику с которым говорил на Барритт-стрит. Привет, лейтенант сказал он его спутнику – Входите.

Они одновременно кивнули и молча вошли Спейд закрыл за ними дверь и провел их в спальню. Том сел на краешек дивана около окна. Лейтенант устроился в кресле у стола.

Лейтенант был человеком крепкого сложения с седым ежиком волос, квадратным лицом и короткими седыми усиками.

Спейд принес из кухни еще два стакана, наполнил все три, протянул стаканы гостям и сел на край кровати. На его спокойном лице нельзя было заметить и тени удивления. Он поднял свой стакан и со словами «За здоровье уголовничков» выпил его залпом.

Том осушил свой стакан, поставил его на пол около ног и вытер рот грязным указательным пальцем. Он начал разглядывать изножье кровати, словно силясь что-то вспомнить.

Лейтенант смотрел на свой стакан с десяток секунд, потом, отхлебнув, поставил его на стол рядом с собой. Он вниматель но осмотрел комнату, а потом бросил взгляд на Тома.

Том заерзал на диване и, не поднимая головы, спросил.

– Ты сообщил о случившемся жене Майлза, Сэм?

Спейд ответил:

– Угу

– И как она?

Спейд покачал головой:

– Я этих баб не понимаю

Том сказал тихо:

– Не прибедняйся.

Упершись руками в колени, лейтенант слегка подался вперед. Его зеленоватые глаза сверлили Спейда с каким-то механическим упорством – казалось, что отвести его взгляд в сторону можно только нажатием на рычаг или кнопку.

– Какими пистолетами ты пользуешься? – спросил он.

– Никакими. Не люблю стрелять. В конторе, правда, лежит несколько штук.

– Мне бы хотелось посмотреть на них, – сказал лейтенант. – У тебя случайно здесь нет хотя бы одного?

– Нет.

– Уверен?

– Посмотри сам. – Спейд улыбнулся и взмахнул пустым стаканом. – Можешь перевернуть здесь все вверх дном. Я не пикну, если, конечно, у тебя есть ордер на обыск.

Том запротестовал.

– Ты не зарывайся, Сэм!

Спейд поставил свой бокал на стол и встал напротив лейтенанта.

– Что тебе от меня надо, Данди? – спросил он твердо и решительно, так же твердо и решительно он и смотрел на него.

Лейтенант Данди, не шевелясь, продолжал следить за Спейдом одними глазами.

Том снова заерзал на диване, шумно выдохнул через нос и примирительно проворчал:

– Мы же не ссориться пришли, Сэм.

Не обращая внимания на Тома, Спейд обращался к Данди:

– Ну, чего тебе от меня надо? Выкладывай. Кто ты такой, чтобы брать меня за горло в моем собственном доме?

– Хорошо, – сказал Данди глухо, – садись и слушай.

– Это я и без тебя решу, сидеть мне или стоять, – ответил Спейд, не двигаясь с места.

– Ради бога, перестаньте, – взмолился Том. – На кой черт нам ссориться? Если ты хочешь знать, Сэм, почему мы не выложили тебе все напрямик, так вспомни, что, когда я спросил тебя, кто такой Терзби, ты мне ответил, дескать, не суй свой нос в чужие дела. Не надо с нами так, Сэм. Мы ведь на работе.

Лейтенант Данди вскочил на ноги и, стоя рядом с более высоким Спейдом, воинственно задрал подбородок.

– Я предупреждал, что рано или поздно ты поскользнешься.

Спейд, подняв брови, снисходительно скривил рот.

– Это с каждым может случиться, – сказал он с издевательским спокойствием.

– А теперь вот случилось с тобой.

Спейд улыбнулся и покачал головой.

– Со мной все в порядке. Не беспокойся. – Улыбка исчезла с его лица. Верхняя губа над левым клыком нервно дернулась. Глаза стали узкими и колючими. Он, как и лейтенант, заговорил низким грудным голосом. – Мне это не нравится. Что вы здесь вынюхиваете? Говорите прямо или выметайтесь и не мешайте спать.

– Кто такой Терзби?

– Я сказал Тому все, что знал о нем.

– Ни черта ты не сказал Тому.

– Я сам ни черта не знаю.

– Зачем ты сел ему на хвост?

– Это не я, а Майлз. А на хвост он ему сел по той простой причине, что этого пожелал клиент, заплативший настоящими американскими долларами.

– Кто этот клиент?

Спокойствие вернулось к Спейду. Он сказал с упреком:

– Ты же знаешь, что я не могу ответить на этот вопрос, не заручившись согласием клиента.

– Или ты сейчас говоришь это мне, или будешь отвечать перед судом, – сказал Данди запальчиво. – Не забывай, что речь идет об убийстве.

– Возможно. А ты, радость моя, не забывай, с кем имеешь дело. Я сам решу, что мне говорить тебе, а что – нет. Я уже давно отвык рыдать только оттого, что меня разлюбили полицейские.

Том пересел с дивана на кровать. На его небритом, испачканном грязью усталом лице залегли глубокие морщины.

– Не дури, Сэм, – попросил он. – Подумай и о нас. Как мы сможем поймать убийцу Майлза, если ты не расскажешь нам то, что знаешь?

– Вам нечего об этом беспокоиться, – сказал ему Спейд. – Я сам похороню своего мертвеца.

Лейтенант Данди сел и снова уперся руками в колени.

– Я в этом и не сомневался, – сказал он и улыбнулся с мрачным удовольствием. – Именно поэтому мы и пришли к тебе. Верно я говорю. Том?

Том проворчал что-то нечленораздельное.

Спейд настороженно наблюдал за Данди.

– Именно это я и сказал Тому, – продолжал лейтенант. – Я сказал: «Том, мне кажется, Сэм Спейд не из тех, кто позволит посторонним копаться в своих семейных делах». В точности так я ему и сказал.

Настороженность во взгляде Спейда сменилась скукой. Он повернулся к Тому и спросил с деланным безразличием:

– Что теперь беспокоит твоего приятеля?

Данди вскочил и постучал по груди Спейда костяшками двух согнутых пальцев.

– А вот что, – начал он медленно, после каждого слова прикасаясь костяшками пальцев к груди Спейда, – Терзби застрелили рядом с его отелем через тридцать пять минут после того, как ты ушел с Барритт-стрит.

Спейд выговаривал слова с не меньшей тщательностью:

– Убери свои поганые лапы.

Данди убрал руку, но голос его нисколько не изменился:

– Том говорит, ты так спешил, что даже не захотел посмотреть на своего убитого компаньона.

Том, как бы извиняясь, проворчал:

– Сэм, черт возьми, ты действительно убежал как ошпаренный.

– И домой к Арчеру, чтобы сообщить его жене, ты тоже не пошел, – сказал лейтенант. – Мы позвонили туда, там была девчонка из твоей конторы, и она сказала, что послал ее ты.

Спейд кивнул с выражением глуповатого спокойствия. Лейтенант Данди поднял было два согнутых пальца к груди Спейда, но быстро отдернул руку.

– Десять минут у тебя ушло на то, чтобы добраться до телефона и позвонить своей девчонке, – сказал он, – еще десяти минут, ну в крайнем случае пятнадцати, хватило, чтобы добраться до отеля Терзби – он жил в «Джиари» около Ливенуорта. Так что тебе пришлось даже ждать его минут десять – пятнадцать.

– Значит, я знал, где он живет? – спросил Спейд. – И, кроме того, я знал, что, убив Майлза, он не сразу пойдет к себе?

– Тебе лучше знать, что ты знал, – упрямо ответил Данди. – Когда ты вернулся домой?

– Без двадцати четыре. Я бродил по улицам, обдумывая случившееся.

Лейтенант качнул своей круглой головой.

– Мы знаем, что в полчетвертого тебя дома еще не было. Мы звонили тебе. Так где ты гулял?

– По Буш-стрит – туда и обратно.

– Ты не заметил кого-нибудь, кто мог бы…

– Нет, свидетелей нет, – сказал Спейд и добродушно рассмеялся. – Садись, Данди. Ты не допил ром. Давай твою посудину, Том.

Том сказал:

– Не хочу, спасибо, Сэм.

Данди сел, но на стакан с ромом даже не посмотрел.

Спейд налил себе, выпил и снова сел на кровать.

– Теперь я хоть понимаю, в чем дело, – сказал он, переводя добродушный взгляд с одного полицейского на другого. – Прошу прощения, что встал на дыбы, но посудите сами – вы вламываетесь среди ночи и пытаетесь пришить мне убийство – есть от чего занервничать. Смерть Майлза и без того выбила меня из колеи, а тут еще вы со своими штучками. Теперь, когда я знаю, что вас привело ко мне, все в порядке, зла я на вас не держу.

Том сказал:

– Забудь об этом.

Лейтенант ничего не сказал.

Спейд спросил:

– Терзби убит?

Пока лейтенант колебался, Том сказал:

– Да.

Тут лейтенант сказал раздраженно:

– Не мешает тебе также знать – если, конечно, ты до сих пор не знаешь, – что он умер, не успев никому ничего сказать.

Спейд сворачивал сигарету. Он спросил, не поднимая глаз:

– Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, что я знал это?

– Я имею в виду то, что сказал, – резко ответил Данди.

Держа свернутую сигарету в одной руке, а зажигалку – в другой, Спейд взглянул на него и улыбнулся.

– Ты ведь еще не можешь посадить меня в кутузку, Данди, – я правильно понял? – спросил он.

Данди холодно взглянул на него своими зелеными глазами и ничего не ответил.

– Тогда, – сказал Спейд, – я могу наплевать на то, что ты думаешь, ведь правда, Данди?

Том сказал:

– Не дури, Сэм.

Спейд сунул сигарету в рот, прикурил и засмеялся, выпустив клуб дыма.

– Я постараюсь не дурить. Том, – пообещал он. – Только скажите, как я убил Терзби? Совсем память отшибло.

Том заскрипел зубами. Лейтенант Данди сказал:

– Ему влепили четыре пули в спину из сорок четвертого или сорок пятого калибра с противоположной стороны улицы, когда он входил в свой отель. Свидетелей нет, но именно такая получается картина после осмотра.

– И в кобуре у него нашли «люгер», – добавил Том, – из которого не стреляли.

– Что вы узнали о нем в отеле? – спросил Спейд.

– Только то, что он прожил там неделю.

– Один?

– Один.

– Нашли что-нибудь? У него или в номере?

Данди втянул губы и спросил:

– А что, по-твоему, мы должны были найти?

Спейд беззаботно описал круг горящей сигаретой.

– Что-нибудь, что рассказало бы о нем самом или о его занятиях. Так нашли?

– Мы думали, ты нам сам об этом расскажешь.

Когда Спейд поднял на лейтенанта свои желтовато-серые глаза, в его взгляде мелькнуло почти неправдоподобное доброжелательство.

– Я никогда в жизни не видел Терзби, ни живого, ни мертвого.

Лейтенант Данди встал с недовольным видом. Том поднялся, зевая и потягиваясь.

– Мы задали все вопросы, ради которых пришли сюда, – сказал Данди хмуро, сверкая иглами зеленых глаз. Он поджал верхнюю губу и выталкивал слова одной нижней. – Мы рассказали тебе больше, чем ты нам. Пусть. Ты знаешь меня, Спейд. Убивал ты или не убивал, не сомневайся, я докопаюсь до истины. И уж если я окажусь прав, то не обессудь – от тюрьмы тебе не отвертеться.

– Ясное дело, – спокойно ответил Спейд. – Но мне будет спокойнее, если ты допьешь свой ром.

Лейтенант Данди повернулся к столу, взял стакан и медленно выпил его до конца. Потом сказал: «Спокойной ночи» – и протянул руку. Спейд церемонно пожал ее. Затем обменялся церемонным рукопожатием с Томом. Проводив полицейских до двери, Спейд разделся, потушил свет и лег спать.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть