Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Торговец плотью
Глава 2

Тони договорился встретиться с Марией в “Железном коне” на Мейдн-Лейн около часу ночи и поэтому постарался освободиться пораньше этим субботним вечером, намереваясь прогуляться немного, заглянуть, быть может, в “Святой Франциск” или на Юнион-сквер пропустить пару стаканчиков, чтобы убить время.

Он принял душ, побрился в ванной и вернулся по коридору в свою комнату. Прошелся расческой по волосам и уже надевал однобортный темно-синий костюм, когда зазвонил телефон. Это была Мария.

— Тони?

— Да, золотце, кто же еще?

Она рассмеялась и сказала:

— Тони, мне очень жаль, но я не смогу встретиться с тобой в час. Мои планы изменились.

— Черт, а я-то разоделся! А что случилось?

— Мне придется пойти на одну вечеринку. Идти надо непременно, поскольку меня пригласили к Шарки. Помнишь, я говорила тебе о нем — он один из здешних тузов. Мне повезло, что выбор пал на меня, Тони. Позвали четырех девочек, и Кастильо — он пашет на Шарки в нашем районе — сказал мне, что отобрали самых хорошеньких, так что я оказалась на неплохом счету. — Мария говорила взволнованно, запинаясь. Помолчав, она добавила: — Это как настоящий комплимент, да, Тони? А ты тоже считаешь меня одной из самых хорошеньких?

— Ты лучше всех, детка. Ах, Мария, я так мечтал о нашей встрече сегодня ночью. Вечеринка у вас частная или у меня есть шанс попасть на нее чуть позже?

— Послушай, дорогой, я спешу. Мне нужно подготовиться. Вечеринка же в общем открытая, но только для тех, кто работает на Шарки. Будут Кастильо и еще один из его приятелей...

— Анджело тоже прибудет?

— Нет, только наши парни. Кастильо говорит, что вечеринку устраивают в честь приехавшего в город сенатора? Или как?

— Конгрессмена?

— Нет, тип из штата... как это называется?

— Из законодательного собрания штата?

— Ага, этот Свэн, человек Анджело. Он...

— Кто? Свэн? А дальше? Я имею в виду — какой Свэн? Как его имя?

— Не знаю. Просто Свэн. Дружок Анджело.

— Золотце, а ведь это мой знакомый. Даже приятель, во всяком случае, был таким. Послушай, я должен, кровь из носу, попасть на вашу вечеринку.

Колесики в мозгу Тони закрутились вовсю: вот он, тот самый случай, которого он ждал. Он мог бы самостоятельно пробиться к Шарки, и даже к Анджело, и попросить места — любого, самого скромного места в организации, и, скорее всего, нарвался бы на отказ. А тут все складывается так удачно, лучше, чем можно было надеяться. Но в руки удача сама не дается, здесь нужно подсуетиться самому.

Тем временем Мария говорила, не скрывая обиды:

—Я знаю, почему ты хочешь попасть туда. Не из-за меня, нет, а из-за этих деятелей — Шарки и других.

Что верно, то верно — Тони ведь говорил ей о своем желании влезть в организацию, но Марии его намерение совсем не понравилось. Ей хотелось, чтобы он держался подальше от мира, который втянул ее, и занялся бы чем-нибудь пристойным. Сама-то она довольствовалась нынешним положением.

— Все верно, я хочу познакомиться с Шарки, — согласился Тони. — Ты можешь это устроить?

— Я же не его подруга, дорогой. Пожалуйста... Не надо тебе приходить туда. Мы увидимся позже.

— Еще как надо, черт побери. Так что устрой это.

— Нет, Тони.

— О’кей, детка. Тогда катись к чертовой матери. Может, когда и увидимся.

Тони замолчал, но не положил трубку, выжидал. Он просто обязан попасть к Шарки.

— Тони? Ты слушаешь?

— Ага.

— Милый, я не знаю даже, как к ним подступиться. Я ведь ничего не значу для этой компании.

— И не надо. Наряжайся и отправляйся... Кстати, когда ты должна быть там?

— В десять. Примерно через час.

— Хорошо. Ты увидишь там Свэна. Скажи, что знаешь Тони Ромеро, поговори с ним. Передай ему, что я до смерти хочу проведать старого приятеля. Поняла? Просто приехать и повидать его. Именно сегодня.

— Ну... ладно, Тони. — В ее голосе звучала покорность, а не прежняя радостная взволнованность. — Я постараюсь, но, может, у меня ничего и не получится.

— Все будет о’кей. Только сделай то, что я прошу. Да, детка, я тебе нисколько там не помешаю. Мне просто нужно повидаться со Свэном... и потолковать с Шарки. Я не доставлю тебе неприятностей.

— Попробую, Тони. Я позвоню тебе позже.

— Пока, детка. Обязательно позвони.

Тони принялся нервно, как зверь в клетке, расхаживать взад и вперед по маленькой комнатке. Он с силой ударил кулаком по ладони и нахмурился, замер. Черт возьми, нельзя упускать такой случай, раз подвернулся Свэн! Свэн! Как вам это нравится? Надо же, Свэн! По крайней мере, нужно постараться с ним встретиться. Мария говорит, что Свэн вась-вась с Анджело. С самим боссом. Проклятие! То-то и оно. Нельзя упустить такой шанс. Именно маленькой удачи и не хватает такому парню, как Тони Ромеро, и вот он, счастливый случай. Он снова стукнул кулаком по ладони — резко, нервно, словно вколачивая гвоздь.

Взгляд на часы: девять с минутами — еще час до того, как все закрутится. Должно закрутиться. Возбуждение теснило его грудь.

Может быть, уже через час с небольшим он войдет в желанный контакт с по-настоящему крутыми ребятами.

Без десяти одиннадцать Тони подошел к зеркалу, развязал галстук и снова тщательно повязал его широким узлом между длинными углами воротничка. Выглядит он что надо. Сшитый на заказ и стоивший кучу денег костюм хорошо сидит на его мощных плечах и сходит, по моде, на конус на тонкой талии и узких бедрах. Темно-синий цвет отлично оттеняет его смуглое мужественное лицо. И вообще, весь его облик говорит: этот парень знает, что к чему. Тони присел на постель, закурил последнюю сигарету и нервно затянулся, уставившись на телефон.

В чем, черт возьми, дело? Он уже томится здесь почти два часа. Если Мария подвела его, придется задать ей по первое число. Она не понимает, как это важно для него, а может, понимает, но не хочет помочь? А вдруг этот Свэн совсем не тот, кого он знал давным-давно? Да и не может он представить Свэна в роли важного туза из штата. Вот в чем дело. А он-то губы раскатал. А все же Свэн как раз такой тип: высокий блондин, на вид честный парень с открытым лицом. И голос подходящий, вспоминал Тони. И он в упряжке с Анджело — так что все может быть. Анджело же мог купить кого угодно в законодательном собрании. Сукин сын! Ему захотелось выпить. Хватить бы стакан.

Но если он собирается отправиться на разговор к Шарки, ему следует оставаться трезвым. Там будет, что выпить. “Проклятие, проклятие, проклятие! Черт бы все побрал! Я напьюсь. И пойду своим путем”. Глубоко затянувшись пару раз, Тони потушил сигарету, пошуровал в пустой пачке, смял ее и зло швырнул в угол.

И тут ожил телефон.

Тони подпрыгнул, будто ужаленный, протянул руку к трубке, потом помедлил, дал телефону прозвонить второй и третий раз и только тогда отозвался небрежным “алло”.

Звонила не Мария. Это был мужской голос — глубокий, рокочущий и одновременно приятный. Теперь он звучал сочнее, богаче, но все же это был голос, который он помнил.

— Эй, Ромеро? Это тот хулиганистый паренек Тони?

— Ага, Свэн! Это ты, Свэн?

— Он самый. Как поживаешь, Тони? Куда, к черту, ты запропастился, парень?

— Да все время во Фриско, Свэн. А ты, я слышал, пошел в гору. Ну, друг, как приятно слышать тебя снова. Сколько лет уже я не встречал таких чудаков, а жаль.

Свэн хохотнул:

— Я вижу, ты в полном порядке. Юмор тебе никогда не изменял.

— Более или менее. Ты же мой первый учитель. Ну, мужик, как же я хочу тебя видеть!

— Послушай, малыш, тут на мне висит прелестная блондинка. Увидимся, если ты подскочишь сюда.

У Тони дернулось сердце, потом снова забилось нормально.

Во рту пересохло. Он и сам не представлял себе, до чего же ему хотелось попасть туда.

— Туда к тебе? Ничего, если я приду незваным?

— Почему бы и нет? Я с удовольствием поболтаю с тобой, малыш. Ты всегда был мне в кайф. Да и вечеринка-то, сказать честно, ни к черту. Ладно, даю отбой. До встречи.

— Пока, Свэн. — Тони собрался было положить трубку, но запаниковал, вспомнив, что понятия не имеет, где проходит вечеринка. — Свэн! — заорал он. — Эй, Свэн!

— Да-да?

— Ты где находишься-то? Чуть не забыл спросить.

Рассмеявшись, Свэн назвал адрес и отключился.

Тони испытал благоговение: Шарки жил в “Арлингтоне” — большом многоквартирном престижном доме рядом с заливом.

Над тротуаром у входа, представьте, полотняный тент; когда такси, доставившее Тони, остановилось, дверцу открыл швейцар в ливрее. Тони сунул ему один бакс и тут же подумал: зачем он это сделал? Кто его просил открывать дверцу — он мог бы и сам управиться. Ну да черт с ним. Придется привыкать совать баксы в услужливо протянутую руку.

Тони отважно пересек роскошно убранный вестибюль, поднялся на лифте на десятый этаж и прошел по толстому ковровому покрытию к номеру 1048. Еще на подходе к двери он услышал доносившийся из-за нее гул голосов, смешки и повизгивания. Нажимая кнопку звонка, он всеми фибрами души ощутил, что пришел в одно их тех мест, которые пахнут деньгами, пахнут богатством. И подумал об упитанных мужиках, розовые лица которых массируют в парикмахерских, и о женщинах с ехидными взглядами и золотыми шапочками для душа... Послышались быстрые шаги, и дверь распахнулась.

Перед ним стояла изящная, хорошо сложенная брюнетка почти одного с ним роста. Тони кивнул ей, соображая, что сказать.

— Так-так, — удивилась брюнетка, — это еще что за явление? — Она вопросительно приподняла на полдюйма темную подкрашенную бровь.

— Я — Тони Ромеро, — представился он. — Меня пригласил Свэн.

— А, заходи, милок.

Оттеснив от двери брюнетку, Тони заглянул в комнату. Хозяйка захлопнула дверь за его спиной, и Тони сразу почувствовал прилив радости, истинного наслаждения, быстро оглядывая обстановку, вбирая в себя все увиденное, упиваясь открывшимся зрелищем. Посмотреть было на что. Он оказался в просторной гостиной, в помещении, которое грезилось в его затаенных мечтах. Здесь был даже свой бар во всю стену с четырьмя высокими хромированными табуретами с обитыми красной кожей сиденьями; на противоположной стене красовалась большая, в пять-шесть квадратных футов, картина, на которой дюжина обнаженных красоток сновала по зеленому лесу и томно купалась в озере.

В гостиной колготилось человек двенадцать — пятнадцать, голоса еще нескольких доносились через открытую дверь справа от Тони. Его слегка оглушили громкие разговоры и смех, а резкий запах виски перебивал дразнящий аромат женских тел и духов. На длинном диване удобно устроились три человека с высокими стаканами в руках, часть гостей расположилась у стойки бара, остальные рассыпались по комнате, пили и беседовали. Противоположная от входа стена представляла собой сплошное окно, обрамленное черными шторами. В ночи за окном сверкали огни Золотых ворот и знаменитого моста через залив Сан-Франциско.

Тони шумно вздохнул, продолжая оглядываться. Пока что он не заметил ни одного знакомого лица. Несколько секунд он простоял у двери, подавленный шквалом звуков, света, резких и тонких запахов, не зная, куда приткнуться. Потом услышал раскатистый смех Свэна и наконец увидел его — высокого, светловолосого, небрежно прислонившегося к стене справа от черной шторы у края окна; он что-то говорил рыженькой женщине, которая поигрывала рубчатым лацканом его смокинга.

Тони решительно направился к нему, и в тот же момент Свэн поднял глаза и заметил его.

— Привет, малыш, — пророкотал он и пошел навстречу, протягивая руку.

Они встретились посредине комнаты и обменялись крепкими рукопожатиями. Тони чувствовал себя на седьмом небе.

Несколько человек обернулись и с любопытством уставились на них: на впервые попавшего в такую роскошную обстановку никому не знакомого молодого человека, дружески пожимавшего руку Свэну... шишке из штата Свэну!

— Здорово, Свэн. Страшно рад видеть тебя. Или мне следует называть тебя “мистер Свэн”, “достопочтенный” — или как там еще?

— Просто Свэн. Я все тот же. — Он оглядел Тони с ног до головы. — А ты здорово вырос. Сколько же ты весишь?

— Около ста восьмидесяти фунтов.

— Постой-ка, тебе уже двадцать, а?

— Да нет... двадцать три, — весело ответил Тони. — Вернее, двадцать два.

— Ах ты, сукин сын! — улыбнулся Свэн. — Совсем не изменился. Идем-ка, я познакомлю тебя с Шарки.

— Обязательно.

Прекрасно. Все шло как по маслу. Свэн положил руку на плечо Тони и повел его через комнату к крупному мужчине, сидевшему в низком и широком, кремового цвета кресле. На подлокотнике непринужденно примостилась Мария. Свэн и Тони остановились перед ними.

Так это и есть Шарки? Здоровый мужик — одного роста со Свэном, но более необхватный в груди и поясе. Лет сорока, с мешками под глазами и морщинами, с дорожкой лысины до макушки. Квадратное лицо, прорезанное прямой линией рта с толстыми, кажущимися чересчур красными губами.

Немногие оставшиеся на голове волосы тоже были красными, даже вроде бы розоватыми. Короткопалая рука Шарки покоилась на бедре Марии, и густые кустистые рыжие волосы на тыльной стороне его ладони походили на бородку недельной давности.

С некоторым раздражением Тони отметил про себя, что Шарки пьян. Он и сам не мог бы объяснить свое недовольство или удивление: ведь все вокруг пили и вечеринка была в полном разгаре. Просто, с точки зрения зеленого новичка, как-то не пристало надираться такой важной фигуре, как Шарки. Да и Свэн явно выпил изрядно, но по нему это было незаметно — он просто развлекался.

Тони бросил взгляд на Марию, соображая, нужно ли поздороваться с ней, — заранее он как-то не подумал об этом. А она улыбнулась и проронила:

—Хэлло, Тони.

Он подмигнул ей:

—Привет, Мария.

— Эй, Шарки, — окликнул хозяина Свэн, — проснись. Это тот парень, о котором я тебе говорил. Тони Ромеро. Тони, это — Эл Шарки.

— Рад познакомиться с вами, мистер Шарки, — сказал Тони. — Я много слышал о вас.

Шарки поднял глаза и пожевал губами:

—Ромеро?

Его бледно-голубые глаза заморгали — слишком маленькие глазки, подумалось Тони. Недостаточно большие для его широкого лица, к тому же налиты кровью. Он так и не мог взять себе в толк, почему вид Шарки ему не понравился. Тем временем Шарки продолжал:

—Свэн говорит, ты — крутой парень. Это верно?

— Ну... — Уж не смеется ли над ним этот бугай? — Мы давно знакомы с мистером Свэном.

— Ладно, рад знакомству с тобой, Ромеро, — кивнул Шарки. — Чувствуй себя как дома. Выпей чего-нибудь, парень. А заодно и мне принеси виски с колой, а то меня ноги плохо держат.

Тони разозлился — ведь он же не какой-то там мальчик на побегушках, но подавил свой гнев и постарался не принимать обидный эпизод близко к сердцу.

— Конечно, мистер Шарки, сию минуту.

Но тут вмешался Свэн.

— Эй, Джинни, — крикнул он хозяйке, — принеси-ка одно виски с колой и... — Он посмотрел на Тони: — А ты что будешь?

— Ты что пьешь?

— Виски с водой.

— И мне то же самое.

Свэн рассмеялся и хлопнул себя ладонью по бедру:

— Ах ты, маленький сукин сын. Скажи я “яд”, и ты попросил бы яду. — Он спросил у Марии, чего она хочет, и прокричал: — Джинни, еще два виски с водой и один ром с колой. Хорошо, золотце?

Открывшая Тони брюнетка помахала рукой и принялась готовить напитки. Рука Шарки скользнула по зеленой юбке Марии и сжала ее бедро. Она взглянула на Тони и похлопала Шарки по руке. Когда принесли напитки, Свэн подвел Тони к окну и пододвинул два стула так, чтобы можно было любоваться открывающимся из него видом. Тони сел и уставился на залив.

Они неспешно беседовали несколько минут, потягивая виски. Свэн рассказал, что познакомился с Анджело задолго до того, как повстречался с Тони, и подружился с ним (“Мы с ним кореша”). Анджело фактически обеспечил выборы Свэна в законодательное собрание штата, дабы свой человек присматривал за его интересами. Да, точно, Анджело — главная фигура.

В его руках игорный и наркобизнес, публичные дома и тому подобное. Если проституцией он заправляет самостоятельно, то в других делах связан с национальной мафией. Разумеется, Анджело запустил руки и в легальный бизнес, чем и занимался главным образом Свэн, — вроде многоквартирных домов (“Кстати, и этот, в котором мы находимся”), пары кинотеатров, другой недвижимости, участия в капитале ряда ночных клубов. Ага, Шарки сейчас “стоит” миллион-два, если не больше. В конце концов Свэн поинтересовался, чем занимается Тони, как у него идут дела.

Поколебавшись немного, Тони признался:

— Скажу тебе все, как есть, Свэн. Похвастаться мне особо нечем. Так, перехватываю кое-что на жизнь, но до больших бабок мне далеко. — Он помолчал. — Господи, я многое бы дал, чтобы быть заодно с этими парнями. — Тони кивнул на собравшихся гостей. — С Шарки и другими.

— Почему ты стремишься к ним, малыш? Зачем тебе этот рэкет? Найдутся дела и почище.

— Есть причина. Здесь я могу проявить себя. И тут крутятся хорошие бабки. Я много думал об этом.

Свэн понимающе кивнул:

—Охотно верю. Так ты хочешь, чтобы я замолвил за тебя словечко? Да?

— Ну, не совсем, Свэн. Я хотел сказать...

— Не пудри мне мозги. Ты же именно за этим сюда и пришел, разве нет? Я же тебя знаю, не забывай, малыш. Или ты сильно изменился? Могу поспорить, что вряд ли...

— Я пришел повидать тебя, Свэн. Но мне совсем не помешает, если ты отрекомендуешь меня. — Тони покосился на старого приятеля. — Черт побери, я хочу влезть в это дело, очень хочу. Надо же с чего-то начать, Свэн. Жизнь ведь такая обидно короткая.

Свэн расхохотался:

—Какая мудрость в двадцатилетнем пареньке. Извини, Тони, в двадцатидвухлетнем. Ты можешь добиться многого, верю. Но послушай дружеского совета. Это серьезно. Не пытайся слишком быстро карабкаться наверх. Торопишься — в этом твоя беда. И можешь нарваться на большие неприятности. Я-то знаю — много чего повидал на своем веку.

Тони покрутил стакан в руках, позвякивая оставшимся кусочком льда, посмотрел внимательно на товарища.

— Свэн, — произнес он с самым серьезным видом, — такие, как я, не могут не торопиться.

Глядя на него, Свэн поморщился, качнул отрицательно головой:

—Ошибаешься, Тони, но я посмотрю, что тут и как. У Шарки неприятности с одним парнем. Под непосредственным началом Шарки трое помощников, управляющих борделями, — они сдают ему прибыль, отчитываются и все такое. Это Кастильо, Хэмлин и Элтери. Фрэнк Элтери. Последний-то и не в ладу с Шарки. Поговаривают даже, что он пристрастился к игле. Может, ничего и не получится, ручаться не могу, но посмотрим. — Свэн вздохнул и поднялся. — Ладно, пойду пообщаюсь. Да и ты пошуруй тут, познакомься с людьми. Не стесняйся, выпивка-то бесплатная.

— Добро.

Тони не удержался и бросил взгляд на Шарки — тот присосался красными губами к очередному стакану, делая большие глотки. Свэн проследил за его взглядом и небрежно бросил:

— За выпивку платит он, малыш.

— И он, похоже, любит поддать. Так кто тут кто? Я имею в виду управляющих борделями.

Свэн показал ему Хэмлина, Кастильо и третьего мужчину, которого он знал только по имени — Бизер. Элтери отсутствовал. Были и другие, достойные внимания, но пока что Тони заинтересовался Кастильо. Низкорослый, темноволосый, узколицый итальянец лет двадцати пяти, в двубортном в коричневую клеточку костюме. Он сидел в широком кожаном кресле, а на его коленях устроилась та девушка, что впустила Тони, — Свэн назвал ее Джинни. Тони прошелся мимо них раз-другой, остановился и спросил вежливо:

— Хотите, я принесу вам чего-нибудь выпить?

— Ага, спасибо, — отозвался Кастильо. — Я бы пропустил стаканчик виски и воду отдельно. — Он глянул на Джинни и подмигнул Тони. — Я бы и сам налил, но очень уж не хочется освобождаться от этой милой тяжести.

— Я тебя понимаю. А вы? — Тони вопросительно глянул на девушку.

— Ты знаешь, как приготовить “Стингер”?*

— Не совсем.

— Что значит — не совсем? Либо знаешь, либо нет.

— Ладно, не знаю.

* “Стингер” — коктейль из виски с мятным ликером и льдом.

Джинни расхохоталась и объяснила, как смешать напиток.

Тони все еще пялился на них, когда Джинни повернулась к Кастильо, наклонилась к нему и высунула свой язычок. Кастильо поцеловал кончик ее языка, потом втянул его в рот, захватив уже и ее губы; одновременно его рука проскользнула в вырез ее платья. Тони вдруг стало жарко, как в аду, и он ушел.

За стойкой бара Тони нашел мятный ликер и бренди, залил ими измельченный лед в тонком бокале, подходящем, по его мнению, для такого забавного коктейля, потом приготовил напитки для себя и Кастильо. Попутно он мысленно представлял себе, что с уханьем рубит дрова, пока не остыл немного, потом поставил напитки на поднос.

Джинни пригубила свой “Стингер”, надула губки и благосклонно оценила:

— Для непрофессионала неплохо.

— Спасибо.

— О! — воскликнула она. — Вы же незнакомы! — Она глянула на Тони: — Кстати, как тебя зовут?

— Тони Ромеро.

— Тони, это Лео Кастильо.

— Привет, Тони.

Кастильо протянул руку, и Тони постарался пожать ее крепко и одновременно сердечно сказал:

— Рад познакомиться с вами, мистер Кастильо.

— Просто Лео. Мистер Кастильо меня называют только в призывной комиссии.

— А со мной ты не хочешь познакомиться? — спросила девушка.

— Я слышал, как Свэн называл вас Джинни.

— Сокращенно от Вирджинии. — Она рассмеялась. — Знаю-знаю, о чем вы подумали, но никто никогда не называл меня сокращенно Вирджин*. А не потанцевать ли нам, Тони?

— Ну...

— Да пошли же!

* Игра слов: Вирджин означает “девственница” (англ.)

Тони вопросительно глянул на Кастильо: мол, не возражаешь?

— Давай, — ответил тот, а Джинни непонятно почему вдруг принялась так исступленно хохотать, что чуть не задохнулась.

Отсмеявшись, она спрыгнула с коленей Лео, поправила платье и протянула руки к Тони. Он невольно сделал шаг навстречу. В комнате звучал медленный фокстрот. Тони приобнял ее и деликатно сжал ее руку. Танцевала Джинни прекрасно, прижимаясь к нему и с легкостью следуя за каждым его движением. Сначала они молчали, потом она спросила:

— Тебе здесь нравится?

— Еще как. Отличная вечеринка, а?

— Да уж. Придется уговорить Эла почаще устраивать такие развлечения. Если ты будешь приходить на них. Будешь, Тони?

Он ответил не сразу, соображая: какого такого Эла? Ах да, Эл Шарки! Что она хочет сказать этим “уговорить”?

— Вы говорите о мистере Шарки? Вы хорошо знаете его?

Она опять хохотнула:

— Знаю ли я его? Господи, да мы женаты уже шесть лет!

Тони сбился с такта. Если она и дальше будет подкидывать ему такие сюрпризы, то он вообще забудет о ритме танца.

— Вы женаты? — пролепетал он.

— А что тут такого? — Джинни улыбнулась. — Мы... понимаем друг друга.

Тони бросил взгляд через плечо туда, где в последний раз видел Шарки. Его кресло оказалось пустым. Тони быстро огляделся и увидел, что тот сидит у стойки бара с какой-то девушкой. Мария же расположилась теперь на диване рядом со Свэном. Тони отметил отсутствие кое-кого из гостей, хотя он мог поклясться, что никто не уходил из квартиры! Он обратил внимание на пару дверей, которые вели, очевидно, в спальни. Ничего себе вечеринка! Странновато, конечно, но такова жизнь, подумал Тони.

— Да ничего особенного, миссис Шарки, — запоздало ответил он на ее вопрос, увидел, как она поморщилась, и добавил: — Джинни, я хотел сказать. Просто меня это удивило. В смысле, я не ожидал...

— Ладно, пусть тебя это не волнует, Тони. Мне нравится, как ты танцуешь.

“Знал бы я, что она так танцует, — подумал Тони, — не выходил бы из-за стойки”. Вслух же он сказал:

— Ты сама прекрасно танцуешь, Джинни. Надеюсь, мистер Шарки... Я хочу сказать, что мне не хотелось бы, чтобы он сердился на меня. Я надеялся получить у него работу.

— Вот как? Тогда тебе придется обязательно посещать все его вечеринки, верно?

Тони радостно кивнул и чуть сильнее обнял ее. “К черту бар! Пусть знает, что я чувствую. И посмотрим, что будет дальше. Значит, жена Шарки?” Продолжая танцевать и прижимать ее к себе, он ответил:

— Придется, если он станет моим боссом. Ни о чем другом я и мечтать не смею. Я имею в виду ваши вечеринки.

— Ты уже говорил с ним?

— Еще нет. Я... не хочу торопить события.

Джинни улыбнулась, и улыбка не сходила с ее лица, пока не кончился танец. При заключительных звуках мелодии она еще плотнее прильнула к нему всем телом, даже потерлась об него низом живота и все с той же мечтательной улыбкой спросила:

—Почему бы и не поторопить? Что нам мешает?

Тони облизал пересохшие губы.

— Почему бы и нет? — произнес он и бросил взгляд на Шарки, который сидел за стойкой спиной к ним. Отпуская Джинни, он провел рукой по шелку, струящемуся по ее телу, задержал ладонь на мягкой округлости ее ягодиц и затаил дыхание — не взбрыкнет ли девица?

Джинни взяла его за руку, подвела к креслу, в котором раньше сидел Кастильо — сейчас он танцевал с другой девушкой, — усадила его и спокойно умостилась на его коленях.

Деловито расстегнув его рубашку, Джинни положила руку на его голую грудь и слегка царапнула ногтями.

— Я нравлюсь тебе, Тони?

— Еще как, — пробормотал он, косясь взглядом на Шарки.

— Да не обращай ты на него внимания!

На лице Джинни появилось напряженное выражение. Свободной рукой она взяла его правую руку, провела ею по своему бедру и прижала к упругому животу, не спуская глаз с его губ.

Тони чуть шевельнул пальцами, и она понимающе улыбнулась, подтянула его руку к глубокому вырезу в своем платье и опустила ее туда. Тони обнял ее другой рукой и привлек к себе.

“Черт, — выругался он про себя, — а она — горячая штучка, можно и рискнуть”. Ей не больше двадцати пяти — двадцати шести лет, а тело у нее богаче, чем у любой стриптизерки из бурлеска. Он с трудом оторвался от ее губ и огляделся. Никто не обращал на них внимания.

— Я все еще нравлюсь тебе, Тони? — мягко прошептала Джинни.

— С каждым мгновением все больше. — Тони помолчал, подумал. — И я не хочу и не собираюсь пока никуда уезжать.

— Я поговорю с Элом. Хочу, чтобы ты побыл рядом со мной, миленький. Тони, милый, подари мне еще один поцелуй.

— Подожди минутку. — Тони внимательно наблюдал, как Шарки тяжело сполз с табурета у стойки, подошел покачивающейся походкой к креслу, почти рухнул в него и откинул голову на спинку.

Джинни проследила за его взглядом и тихо объяснила:

— Он готов. С ним случается такое почти на каждой вечеринке. Я знаю его как облупленного. Следи за его стаканом.

Тони не сразу сообразил, что она имела в виду, но продолжал наблюдать за Шарки. Через минуту-другую стакан в руке Шарки наклонился, его содержимое пролилось ему на брюки, а стакан выскользнул из пальцев и застрял между его бедром и подушкой подлокотника. Шарки затих, дыша широко открытым ртом.

Тони быстро осмотрелся. Две парочки обнимались на диване. Другие устроились в глубоких креслах. Марии не было видно. До него доносились тихие голоса из кухни. В гостиной же воцарилась тишина, если не считать негромкой музыки, льющейся из динамиков.

— Все вроде успокоились, — заметил Тони.

— Угу. В гостиной угомонились, а в спальнях резвятся. Тебя это не шокирует?

— Не-а, мне здесь нравится. Все, как есть, нравится.

Тони поцеловал ее, крепко сжал в объятиях, чувствуя, как сердце бешено заколотилось. Его руки оглаживали тело Джинни, обнимали его, все сильнее и сильнее притягивая к себе.

Джинни оторвалась от его губ, поцеловала в щеку и в шею, прошептала:

— О боже, какой же ты сильный! Ты делаешь мне больно, Тони, но это приятно, так приятно. Ты очень сильный, милый, и мне это нравится. — Ее губы ласкали его щеку, нашли его ухо и еле слышно выдохнули: — Обними меня, Тони, милый, обними меня, как только можешь крепко.

Через минуту Джинни соскользнула с его коленей, подошла к двери, щелкнула выключателем, и комната погрузилась в темноту. Никто даже не пискнул. Джинни тут же вернулась, уселась верхом на его колени, лицом к Тони, взяла в ладони его лицо, припала к нему всем телом и стала жадно целовать его.

Тони пробрала дрожь. Многие женщины и раньше одаривали его своими ласками, но Джинни делала с ним что-то неслыханное, глубоко задевала его за живое. У него возникло ощущение, будто все его тело бьется как одно огромное сердце, а его кожа горит там, где она прикасается к нему. Одна ее рука скользнула под его рубашку и стала поглаживать его голый живот сверху вниз. Тони обхватил ее за талию и притянул к себе, а Джинни сорвала с себя платье, прижала его руки к своему телу и стала извиваться под его горячими ладонями. Плотнее прижалась к нему, осыпая легкими, нежными поцелуями его губы и щеки.

Тони тихо спросил:

— Ты хочешь этого?

— Да. — Ее голос дрожал. — Да. Прямо здесь и сейчас, милый.

— Ну... это...

— Да! Проклятие! Да.

Ее губы снова накрыли его губы, а ее руки принялись исследовать, ощупывать его тело, и вся она медленно задвигалась, прилаживаясь к нему, как бы обволакивая всего его, погружая в себя.

Читать далее

Отзывы и Комментарии