Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Тайна греческого гроба The Greek Coffin Mystery
Глава 13. ОПОЗНАНИЕ

У инспектора Квина были все резоны запомнить это прекрасное, яркое сияющее октябрьское утро. Оно также стало, можно сказать, праздником для молодого Белла, отельного клерка без мании величия, но с сильной тягой к оному. Миссис Слоун это утро принесло одно беспокойство. Можно лишь смутно предположить, что оно принесло другим, — но «другим» за исключением мисс Джоан Бретт.

С учетом всех обстоятельств мисс Джоан Бретт пережила ужасное утро. Ничего удивительного, что она была обижена и обида пролилась чистыми, как жемчуг, слезами. И без того нелегкая судьба, по-видимому, решила, в своей обычной бесцельной манере, стать еще тяжелее. Парадоксально, что, несмотря на обильную поливку слезами, почва все-таки едва ли была подготовлена к засеиванию семенами нежной страсти.

Короче говоря, такое было чересчур даже для дочери доблестного британского героя.

И все это началось с исчезновения молодого Алана Чини.

Отсутствие Чини сначала не бросилось в глаза инспектору. Расположившись в библиотеке Халкиса, он провел смотр своих сил и приказал ввести жертвы. Его внимание было целиком поглощено наблюдением за индивидуальной реакцией. Белл — с зорким взглядом и чувством собственной значимости — стоял у кресла инспектора, как воплощение справедливости закона. Они медленно входили один за другим — Гилберт Слоун и Насио Суиза, безупречный директор частной художественной галереи Халкиса, миссис Слоун, Демми, Вриленды, доктор Уордс и Джоан. Вудраф немного запоздал. Уикс и миссис Симмс встали у стены, постаравшись найти место как можно дальше от инспектора... И когда все вошли, острые глазки Белла сузились, руки пришли в движение, губы свирепо задрожали, и в довершение всего он несколько раз торжествующе кивнул, неумолимый, словно отпрыск фурии.

Никто не произносил ни слова. Каждый при взгляде на Белла тут же отводил глаза.

Инспектор с суровым видом причмокнул.

— Рассаживайтесь, пожалуйста. Ну, Белл, мой мальчик, видишь ли ты в этой комнате кого-либо из тех, кто посещал Альберта Гримшоу вечером в четверг, тридцатого сентября, в отеле «Бенедикт»?

Кто-то тяжело вздохнул. Быстро, как змея, инспектор повернул голову на звук, но виновник мгновенно затаился. Одни были равнодушны, другие заинтересованы, третьи вообще утомлены всем на свете.

Белл распорядился своим шансом наилучшим образом. С громким хлопком он сложил руки за спиной и начал прогуливаться по комнате перед усевшейся компанией, разглядывая ее критически, очень критически. Наконец он победоносно указал на франтоватую фигуру... Гилберта Слоуна.

— Вот один из них, — с живостью произнес он.

— Так. — Инспектор угостился понюшкой, держась довольно невозмутимо. — Меня это не удивляет. Ну, мистер Гилберт Слоун, мы вас поймали на маленькой невинной лжи. Вчера вы сказали, что никогда прежде не видели Альберта Гримшоу в лицо. Теперь ночной портье отеля, где останавливался Гримшоу, указал на вас как на человека, посетившего Гримшоу вечером накануне убийства. Что вы можете сообщить от себя?

Слоун слабо шевельнулся, как рыба в траве.

— Я... — начал он, но голос пресекся, горло перехватило, и Слоун замолчал, чтобы очень старательно его прочистить. — Я не знаю, инспектор, о чем говорит этот человек. Несомненно, здесь какая-то ошибка...

— Ошибка? Вот как. — Инспектор обдумал ответ, затем сардонически подмигнул. — Вы, конечно, не берете пример с мисс Бретт, Слоун? Вспомните, что вчера она высказывалась точно теми же словами...

Слоун что-то промямлил, а Джоан вспыхнула, но продолжала сидеть неподвижно, глядя прямо перед собой.

— Белл, это ошибка или вы действительно видели этого человека в тот вечер?

— Я видел его, сэр, — сказал Белл. — Его.

— Ну, Слоун?

Слоун с вызовом закинул ногу на ногу.

— Это же... это просто смешно. Я ничего об этом не знаю.

Инспектор Квин улыбнулся и повернулся к Беллу:

— Которым из них он был?

Белл смутился.

— Точно не помню, каким он был по счету. Но уверен, что он был одним из них, сэр! Абсолютно уверен!

— Видите ли... — энергично начал Слоун.

— Я уделю вам внимание в другой раз, мистер Слоун. — Инспектор махнул рукой: — Дальше, Белл. Кто-нибудь еще?

Выпятив грудь, Белл снова начал прохаживаться с видом охотника на крупного зверя.

— Да! — сказал он. — Тут я могу присягнуть.

И он так резко метнулся через комнату, что миссис Вриленд испустила сдавленный вопль.

— Вот! Вот та самая леди! — кричал Белл. Он указывал на Дельфину Слоун.

— Гм... — Инспектор сложил руки на груди. — Что, миссис Слоун, я полагаю, вы тоже не знаете, о чем мы говорим?

Кровь медленно, но обильно прихлынула к белым как мел щекам женщины. Она несколько раз облизнула губы.

— Нет, инспектор. Не знаю.

— И вы тоже говорили, что никогда ранее не видели Гримшоу.

— Не видела! — исступленно закричала она. — Нет, нет!

Инспектор печально покачал головой, тем самым философски комментируя лживость свидетелей по делу Халкиса.

— Есть кто-то еще, Белл?

— Да, сэр.

Твердым шагом Белл пересек комнату и хлопнул по плечу доктора Уордса.

— Этого джентльмена я узнал бы в любом месте, сэр. Невозможно забыть его густую каштановую бороду.

Инспектор был неподдельно изумлен. Он уставился на английского врача, а английский врач уставился на него, никак не изменив выражения лица.

— Которым он был?

— Самым последним, — уверенно ответил Белл.

— Разумеется, — сказал доктор Уордс холодным, как всегда, тоном, — вы должны понимать, инспектор, что это вздор. Сущая чепуха. Что могло меня связывать с вашим американским преступником? Какие мотивы могли побудить меня встречаться с этим типом, даже если я его знал?

— Вы меня спрашиваете, доктор Уордс? — Старик улыбнулся. — Это я спрашиваю вас. Вы идентифицированы человеком, который общается с тысячами людей, человеком, чья профессия учит запоминать лица. И, как сказал Белл, запомнить вас совсем нетрудно. Так что, сэр?

Доктор Уордс вздохнул:

— Мне кажется, инспектор, что сама... да, особенность этой моей несчастной косматой физиономии предоставляет мне убедительную возможность для опровержения. Черт побери, сэр, неужели вы не понимаете, что изобразить меня проще простого — нужно лишь приладить такую же бороду?

— Браво, — шепнул Эллери Пепперу. — Наш лекарь быстро соображает.

— Слишком быстро, — так же тихо отозвался Пеппер.

— Это очень умно, доктор, действительно очень умно, — оценил инспектор. — И довольно справедливо. Очень хорошо, мы принимаем ваше высказывание и согласны, что вас изобразил кто-то другой. Все, что от вас требуется, сэр, — отчитаться в своих перемещениях вечером тридцатого сентября в то время, когда кто-то разыгрывал вашу роль. Итак?

Доктор Уордс нахмурился:

— Четверг... вечером... Дайте подумать. — Он погрузился в размышления, затем пожал плечами. — Ну нет, инспектор, это не по правилам. Как вы можете предполагать, что я вспомню, где был в определенный час более недели назад?

— Вы же вспомнили, где были вечером в ту пятницу, когда я вас об этом спросил, — сухо заметил инспектор. — Впрочем, вашу память требуется немного встряхнуть...

Звук голоса Джоан заставил его, как и всех остальных, повернуться. Сидя на краешке стула, она натянуто улыбалась.

— Дорогой доктор, — сказала она. — Я должна сказать, что вы или чересчур галантны, или же... Вчера вы по-рыцарски защищали миссис Вриленд, а теперь пытаетесь сберечь мою несчастную подпорченную репутацию. Или и правда забыли?

— Боже мой! — внезапно воскликнул доктор Уордс, и его карие глаза загорелись. — Вот глупец, какой же я глупец, Джоан. Видите ли, инспектор, — какая все же любопытная вещь человеческая память, да? — видите ли, сэр, в прошлый четверг в это время я был с мисс Бретт!

— Вот как? — Инспектор медленно перевел взгляд с врача на Джоан. — Очень мило.

— Да, — заторопилась Джоан. — Это было после того, как я видела, что горничная впустила в дом Гримшоу. Я вернулась к себе, а доктор Уордс постучал в дверь и спросил, не хочу ли я прогуляться куда-нибудь в город...

— Конечно, — пробормотал англичанин, — и мы вскоре вышли из дому, доплелись до какого-то кафе на Пятьдесят седьмой улице — не могу припомнить, как оно называлось, — и весело провели вечер. Вернулись мы, кажется, в полночь, так, Джоан?

— По-моему, так, доктор.

Старик проворчал:

— Очень мило. Очень... Ну, Белл, вы все-таки думаете, что вот этот сидящий здесь человек и был тем самым последним посетителем?

— Я знаю, что это он, — упрямо сказал Белл.

Доктор Уордс хрюкнул, и инспектор, подпрыгнув, вскочил на ноги. Его добродушия как не бывало.

— Белл, — рявкнул он, — это отчет — будем называть это «отчетом» — за троих: Слоун, миссис Слоун, доктор Уордс! А еще двое мужчин? Вы видите кого-то из них здесь?

Белл помотал головой:

— Я уверен, что среди сидящих здесь джентльменов ни одного из них нет, сэр. Один из тех двоих был очень высокий — почти гигант. У него были седеющие волосы, красное лицо, типа обожженное на солнце, а выговор как у ирландца. Сейчас не могу вспомнить, пришел ли он между этой дамой и этим джентльменом, — он показал на миссис Слоун и доктора Уордса, — или был одним из первых двоих.

— Высокий ирландец, — пробормотал инспектор. — Каким образом он-то возник? В этом деле не было человека с таким описанием... Хорошо, Белл. Раскладываем ситуацию. Гримшоу входит вместе с мужчиной — с закутанным мужчиной. Затем появляется еще один. Затем входит миссис Слоун. За ней следующий мужчина, и под конец доктор Уордс. Двое из троих оставшихся — это присутствующий здесь Слоун и высокий ирландец. А третий? Есть ли здесь кто-нибудь, похожий на него?

— Правда не знаю, сэр, — с сожалением произнес Белл. — У меня все смешалось. Возможно, этот мистер Слоун был закутан, и, может быть, другой — недостающий — пришел позднее. Я... я...

— Белл! — прогремел инспектор.

Белл вздрогнул.

— Нельзя допустить, чтобы все так и осталось. Ты что, не уверен?

— Я... Нет, сэр, нет.

Инспектор угрюмо огляделся, оценивая аудиторию по шкале своих проницательных старых глаз. Было ясно, что он осматривает комнату в поисках человека, чье описание Белл не вспомнил. И вот в его глазах вспыхнул неистовый блеск, и он проревел:

— Проклятие! Я знал, что кого-то не хватает. Чувствовал! Чини! Где этот щенок Чини?

В ответ пустые взгляды.

— Томас! Кто дежурил у парадной двери?

Вели с виноватым видом вскочил и очень тихо сказал:

— Флинт, инспектор... Квин.

Эллери спрятал улыбку. Прежде он ни разу не слышал, чтобы поседевший на службе бывалый сержант обращался к старику так официально. Судя по бледности, Вели откровенно испугался.

— Достать его!

Вели выскочил с такой скоростью, что инспектор, исторгавший из недр своего крохотного существа страшное рычание, даже чуть приутих. Сержант привел дрожащего Флинта — почти такого же внушительного, как он сам, но в данный момент просто сильно перепуганного.

— Ну, Флинт, — угрожающим тоном произнес инспектор, — входи. Входи!

Флинт заладил:

— Да, шеф. Да, шеф.

— Флинт, ты видел, как Алан Чини выходил из дома?

Флинт судорожно дернул кадыком.

— Да, сэр. Да, шеф.

— Когда?

— Вчера вечером, шеф. В одиннадцать пятнадцать, шеф.

— Куда он направлялся?

— Он что-то сказал про клуб в центре города.

Инспектор спокойно спросил:

— Миссис Слоун, ваш сын принадлежит к какому-нибудь клубу?

С трагическим видом Дельфина Слоун заламывала руки.

— Нет, инспектор, нет. Не могу понять...

— Когда он вернулся, Флинт?

— Он... не возвращался, шеф.

— Не возвращался? — Голос инспектора стал еще спокойнее. — Почему же ты не доложил об этом сержанту Вели?

Флинт умирал в муках.

— Я-а... как раз собирался доложить, шеф. Я заступил вчера в одиннадцать, и меня должны сменить через пару минут. Я собирался доложить об этом, шеф. Подумал, может, он где-то загулял. И вообще, шеф, у него не было никаких вещей, ничего такого...

— Подожди меня за дверью. Я еще займусь тобой, — проговорил старик все тем же вселяющим ужас, ровным голосом.

Флинт вышел с видом приговоренного к смерти[16]К сведению читателей мистера Квина, которым сотрудники инспектора Квина знакомы по уже опубликованным романам, следует заметить, что за свой провал детектив Флинт был наказан и переведен из отдела по расследованию убийств. Позднее, помешав дерзкой краже, он был восстановлен в должности. Хронологически настоящее дело является самым ранним из представленных до сих пор публике. (Примеч. Дж. Дж. Мак-К.).

Сержант Вели дергал посиневшей щекой и бубнил:

— Это не Флинт виноват, инспектор Квин. Это моя вина. Вы велели мне собрать всех. Я должен был сам это сделать — мы бы спохватились раньше...

— Заткнись, Томас. Миссис Слоун, у вашего сына есть счет в банке?

Дрожащим голосом она сказала:

— Да. Да, инспектор. В Коммерческом национальном банке.

— Томас, позвони в Коммерческий национальный банк и узнай, снимал ли Алан Чини сегодня утром деньги.

Чтобы подойти к столу, сержанту Вели нужно было протиснуться мимо Джоан Бретт. Он пробормотал извинения, но она не двинулась. И даже Вели, поглощенного личными невзгодами, поразили ужас и отчаяние в глазах девушки. Стиснув руки на коленях, она едва дышала. Вели потер свою бульдожью челюсть и обошел ее стул кругом. Сняв телефонную трубку, он все еще не сводил с нее взгляда, но теперь уже обычного своего тяжелого взгляда.

— Вы можете предположить, мадам, — отрывисто спросил инспектор у миссис Слоун, — куда направился ваш сын?

— Нет. Я... Вы же не думаете...

— А вы, Слоун? Мальчик ничего не говорил вам вчера, куда он собрался?

— Ни слова. Я не могу...

— Ну, Томас? — нетерпеливо крикнул инспектор. — Каков ответ?

— Выясняют. — Вели произнес в трубку несколько кратких фраз, пару раз кивнул и, наконец, положил трубку. Засунув руки в карманы, он спокойно сказал: — Улетела пташка, шеф. Очистил свой счет в банке в девять утра.

— Вот черт, — сказал инспектор.

Дельфина Слоун поднялась с кресла, помедлила, окинула комнату диким взглядом и, когда Гилберт Слоун коснулся ее руки, опять села.

— Подробности известны?

— У него было четыре тысячи двести. Закрыл счет и получил деньги мелкими купюрами. В руке держал небольшой кейс, на вид новый. Ничего не объяснял.

Инспектор подошел к двери.

— Хэгстром!

Появился детектив скандинавской внешности, держался он нервно, возбужденно.

— Алан Чини сбежал. В девять часов утра забрал в Коммерческом национальном банке четыре тысячи двести долларов. Найди его. Для начала узнай, где он провел ночь. Получи ордер и держи его при себе. Сядь ему на хвост. Возьми помощников. Может быть, он попытается уехать из штата. Оставляй следы, Хэгстром.

Хэгстром исчез, и Вели вслед за ним.

Инспектор опять повернулся к остальным, но на этот раз уже никакой благожелательности в нем не замечалось.

— Мисс Бретт, до сих пор вы участвовали почти во всем, что здесь происходило. Вы знаете что-нибудь о бегстве молодого Чини?

— Ничего, инспектор, — тихо ответила она.

— Ну, кто-нибудь! — рявкнул старик. — Почему он удрал? Что за всем этим стоит?

Вопросы. Предостережения. Невидимые, но кровоточащие внутри раны... И минуты, бегущие одна за другой. Дельфина Слоун рыдала:

— Конечно... инспектор... вы не... вы ведь не могли подумать... Мой Алан еще ребенок, инспектор. Ох, он же не... Здесь что-то не так, инспектор! Что-то не так!

— Из ваших слов, миссис Слоун, я ничего не понял, — сказал инспектор с жутковатой усмешкой и повернулся, так как в дверном проеме, как Немезида, возник сержант Вели. — В чем дело, Томас?

Вели вытянул вперед огромную ручищу с маленьким листком бумаги. Инспектор вырвал у него листок.

— Что это?

Тут же подоспели Эллери с Пеппером, и втроем они прочли несколько небрежно написанных строк. Инспектор посмотрел на Вели. Вели отвел инспектора в угол. Инспектор задал единственный вопрос, и Вели лаконично ответил, после чего они вернулись на середину комнаты.

— Позвольте, леди и джентльмены, кое-что вам прочитать.

Все напряженно подались вперед, едва дыша. Инспектор сообщил:

— Я держу в руке записку, обнаруженную сержантом Вели в этом доме. Она подписана Аланом Чини. — Инспектор начал читать медленно и выразительно: — «Я ухожу. Возможно, навсегда. При сложившихся обстоятельствах... Но какой смысл? Все так перепуталось, и я просто не могу сказать, что... Прощайте. Мне вообще не следовало писать. Для вас это опасно. Пожалуйста, ради вашего блага — сожгите это. Алан».

Лицо миссис Слоун приобрело желтоватый оттенок. Она привстала с кресла, вскрикнула и потеряла сознание. Слоун успел подхватить ее обмякшее тело, повалившееся вперед. Комната взорвалась звуками — криками, возгласами. Инспектор наблюдал за происходящим, невозмутимый, как кот.

Наконец миссис Слоун удалось привести в чувство. Тогда инспектор подошел к ней и очень вежливо поднес бумагу к ее глазам.

— Это почерк вашего сына, миссис Слоун?

От ужаса ее рот широко раскрылся.

— Да. Бедный Алан. Бедный Алан. Да.

Инспектор громко произнес:

— Сержант Вели, где вы нашли эту записку?

Вели громыхнул:

— Наверху, в одной из спален. Ее засунули под матрац.

— И чья же это спальня?

— Спальня мисс Бретт.

Это было уже чересчур — для всех. Джоан закрыла глаза, чтобы загородиться от враждебных взглядов, невысказанных обвинений, скрытого торжества инспектора.

— Ну, мисс Бретт? — только и сказал он.

Тогда она открыла глаза, и он увидел, что они полны слез.

— Я... нашла ее сегодня утром. Она была подсунута под дверь моей комнаты.

— Почему вы сразу не сообщили?

Нет ответа.

— Почему вы ничего не сказали, когда обнаружилось отсутствие Чини?

Молчание.

— Но важнее всего следующий вопрос — что имел в виду Алан Чини, написав: «Для вас это опасно»?

После этого шлюзы, являющиеся анатомическим придатком деликатного устройства женского организма, стремительно открылись, и мисс Бретт потонула в жемчужных слезах, о которых мы уже упоминали. Она тряслась, всхлипывала, задыхалась, шмыгала носом — самая несчастная молодая женщина в это солнечное октябрьское утро во всем Манхэттене. Зрелище столь обнаженного горя заставило смутиться остальных. Миссис Симмс инстинктивно сделала шаг в сторону девушки, но слабохарактерно отступила назад. Доктор Уордс впервые так разгневался, его карие глаза прямо-таки метали молнии в инспектора. Эллери неодобрительно качал головой. Одного лишь инспектора это ничуть не растрогало.

— Ну, мисс Бретт?

В ответ она вскочила со стула, прикрывая рукой глаза, и без оглядки выбежала из комнаты. Было слышно, как она, спотыкаясь, поднимается по лестнице.

— Сержант Вели, — холодно сказал инспектор, — вы отвечаете за то, чтобы с этого момента за всеми передвижениями мисс Бретт велось тщательное наблюдение.

Эллери тронул отца за руку, и старик с лукавым видом обернулся к нему. Чтобы другие не услышали, Эллери прошептал:

— Мой дорогой, уважаемый, даже почитаемый отец, вероятно, ты самый компетентный полицейский на свете, но как психолог... — И он печально покачал головой.


Читать далее

Отзывы и Комментарии
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий