Гора Лазурного Неба, за пределами поместья Пяти Ив.
Как и в старые времена, Повелителя Демонов сопровождали двое его Защитников. Его Левый Защитник стоял сбоку от его отсутствующей руки, в то время как Правый Защитник держала пипу, с шелковым вуалей на ее лице. На ней был тонкий голубой халат, подчеркивавший ее фигуру, и она играла на пипе для Вэнь Женьхэ. Невольно она показала шрам на правой руке. Это резко выделялось на фоне ее светлой кожи и, должно быть, было вызвано какой-то ужасной травмой, вызывая жалость у любого, кто это видел.
Они были в библиотеке недалеко от поместья Пятой Ивы, которое было излюбленным местом для смертных ученых, чтобы собраться и почитать стихи или обсудить литературу. Это также было место, где клан культивирования Чжунли набирал учеников.
Самая большая разница между кланом культивирования и сектой заключалась в том, что секта находилась отдельно от мира смертных, в то время как клан культивирования участвовал в нем. Чжунли были кланом ученых, а основная семья была земледельцами, которые жили в поместье Пяти Ив. Семья ветви должна была поступить ко двору после императорских экзаменов, посвятив свою жизнь служению императору.
Это был путь клана культиваторов. Точно так же, как Вэнь Женьхэ искал Дао на поле боя, клан Чжунли встал на путь мудрецов, сочиняя стихи или книги, чтобы заслужить признание смертных ученых, и используя это для продвижения в совершенствовании. В древние времена тот, кто был известен как Поэт-Мудрец, Бессмертный Лазурный Лотос, прославившийся “Убийством одного человека за десять шагов, неудержимым за тысячу ли”[1], также прошел этот путь.
1. Это отсылка к Ли Баю. Он был известен как Домохозяин Лазурного Лотоса или Бессмертный Поэт. Это цитата из его стихотворения "Ода галантности", перевода которого я нигде не смог найти. На ней изображен китайский странствующий герой.
Таким образом, каждый из четырех основных кланов культивирования будет принимать учеников из широкой публики, и каждое поколение глава и преемник клана будут создавать свою собственную репутацию. Их поклонники и слава послужили основой их самосовершенствования. Чем больше людей будут читать книги в мире смертных, тем дальше будут распространяться их произведения, и тем больше будет сила клана Чжунли.
Они были разделены на те же ряды, что и праведные и демонические культиваторы, но их сила могла кардинально отличаться. Те ученики кланов культиваторов, у которых было много поклонников, могли стать тем могущественнее, чем выше о них думали в мире, но если бы у них не было поклонников, они, возможно, даже не смогли бы победить стадию Единства Тела в Махаяне.
Кланы культиваторов изначально были малоизвестны, но Великая Война Сект, причинившая миру культиваторов тяжелые потери, открыла эпоху процветания для царства смертных. Все больше и больше людей имели возможность читать книги, и даже представители низшего класса могли выучить несколько слов, процитировать несколько стихотворных строк и запомнить имена некоторых мудрецов. Таким образом, влияние земледельческих кланов теперь возросло. После пятидесяти лет процветания, завоеванного войной, Чжунли Цянь сумел выкрасть Бейли Цинмяо из секты Шанцин.
На этот раз, из-за личного вмешательства Вэнь Женьхэ в Великую войну Сект, еще больше духовной энергии было возвращено в мир смертных, и семья Чжунли стала влиятельной и могущественной всего за двенадцать лет. Библиотека в поместье Файв Уиллоу была переполнена, и тот факт, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян смогли получить место у окна, был только благодаря Шу Яньяню, раскошелившейся на деньги.
Они пришли, потому что в этот день несколько молодых мастеров из семьи Чжунли обсуждали здесь литературу. Ученые съезжались отовсюду, чтобы принять участие, и никто не мог попасть туда без приглашения.
Им было достаточно легко проникнуть внутрь с помощью иллюзии, но с рассадкой было больше проблем. Шу Яньянь вложила серебряную монету в руку швейцара и позволила своей руке слегка коснуться его руки. Он был всего лишь культиватором Построения Фонда и не мог сравниться с обольщением Шу Яньяня, поэтому в оцепенении прикарманил серебро и показал им место в стороне.
Молодые мастера клана Чжунли еще не прибыли, но места уже были заняты. Несколько человек, увидев, что Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян были одеты как мастера боевых искусств и даже не носили академических мантий, но получили такие хорошие места, подошли, чтобы затеять драку.
Они явно не собирались пускать в ход кулаки, но заставили их читать стихи.
Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян прекрасно могли победить людей в драке, но они оба одновременно хмурились, когда речь заходила о поэзии. Все эти декламации звучали как жужжание мух у них над ушами, и они думали, что с двенадцатью небесными демонами Шу Яньянь будет легче иметь дело.
К счастью, Шу Яньянь была более культурной, чем они, и, бренча на своей пипе, спела несколько стихотворений, музыка и стихи которых идеально соответствовали друг другу. Она пристыдила ученых, заставив их замолчать, и они поклонились и попрощались, оставив группу в покое.
Шу Яньянь вернулась на свое место и подарила Вэнь Женьхэну подобострастную улыбку, передавая:
-“Почтенный, я хорошо справилась, верно?”
Вэнь Женьхэ слегка кивнул и поднял один палец.
Глаза Шу Яньяна заблестели.
- “Мое наказание может быть сокращено на десять лет?” - взволнованно спросила она.
Вэнь Женьхэ покачал головой.
-“Один-один год?” ,-Шу Яньянь поджала губы.
-“Один месяц”, - сказал Вэнь Женьхэ.
-“Только один месяц?!” ,- воскликнула Шу Яньянь, чувствуя себя обезумевшим - “Почтенный, вы сказали, что если я покажу хорошие результаты, мое наказание будет уменьшено”.
-“Захват Чжунли Цяня можно считать результатом”, - сказал Вэнь Женьхэ - “Ты еще вообще ничего не сделала”.
Шу Яньянь не осмелилась больше спорить с Достопочтенным и отпрянула, слезы наполнили ее глаза. Она выглядела такой жалкой, что наблюдавшие за ней ученые чуть не встали и не начали ругать Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян за невнимание к прекрасному полу.
К счастью, прибытие клана Чжунли спасло собрание от расправы со стороны Повелителя Демонов.
У нынешнего поколения семьи Чжунли было три выдающихся молодых мастера. Самым высокопоставленным был Чжунли Цянь, выглядевший культурным и утонченным, когда он медленно вошел, одетый в белые одежды, с бамбуковым свитком в руке. Он занял главное кресло, его осанка была подчеркнутой, каждое движение спокойным и непринужденным.
-“В облачном одеянии он поднимает лук и целится в Сириус[2]”, - сказала Шу Яньянь, ее глаза были прикованы к Чжунли Цяню с того момента, как он вошел.
2. Это "Повелитель Востока" из "Девяти песен Чуси" Цюй Юаня. Это стихотворение, восхваляющее бога солнца. Еще раз мой перевод – я нашел профессиональный перевод, но он не соединил эти две строки вместе. Горе мне.
Она передала Вэнь Женьхэ:
-“Почтенный, знаешь ли ты, сколько времени я когда-то потратила на изучение поэзии, чтобы воспитать образ культурной женщины? Это было просто для того, чтобы я могла познакомиться с молодыми учеными, такими как Чжунли Цянь. Ах... он потрясающий!”
Чжунли Цянь был самым любимым наследником клана Чжунли. Он недавно прорвался на стадию Границы Пустоты и, естественно, чувствовал на себе пристальный взгляд Шу Яньяня. Он слегка кивнул ей, затем отвел взгляд и больше не оглядывался.
-“Почтенный!” ,-Шу Яньянь передала в волнении: “Тот, кого мы должны заманить - это он, верно? Он самый лучший! Тогда я использовала свое обольщение, когда он смотрел на меня, но на него это нисколько не подействовало. Неужели я действительно нашла настоящего джентльмена?”
-“Если ты сможешь заполучить его, он твой”, - передал Вэнь Женьхэ в ответ.
Если Чжунли Цянь мог быть очарован Шу Яньянь, то не было никакого смысла назначать его на главную мужскую роль. Вэнь Женьхэ не хотел создавать еще одного Хэ Вэньчжао. С таким же успехом он мог бы подождать, пока этот призрачный культиватор подрастет — это должно быть еще лет восемь или около того.
Нет причин не позволить Шу Яньяню проверить Чжунли Цяня, чтобы убедиться, действительно ли он настоящий джентльмен.
Двумя молодыми мастерами, сопровождавшими Чжунли Цяня, были Чжунли Хэн и Чжунли Куан. Чжунли Хэн был одет в простую зеленую мантию и выглядел очень достойно, следуя за Чжунли Цянем. Чжунли Куан был одет в парчу, и у него был своенравный и легкомысленный взгляд. Когда Шу Яньянь случайно встретилась с ним взглядом, он поднял свое блюдо с вином и произнес тост за нее в воздухе.
Шу Яньянь никак не отреагировала, отвернувшись и полностью игнорируя его, чтобы сделать глоток своего чая.
Не дожидаясь вопроса Вэнь Женьхэ, она сама ответила на его вопрос.
-“Я видела слишком много таких самодовольных мужчин, как Чжунли Куан, которые всегда охотились за женщинами и выпивкой. Обычно я могла бы немного подурачиться с ним, видя, что с его внешностью все в порядке, но теперь, когда я увидела Чжунли Цяня, у меня разыгрался аппетит, и я не могу уделить ни одного взгляда кому-либо еще ”.
Чжунли Куан, увидев, что Шу Яньянь игнорирует его, злобно улыбнулся, в его глазах появилось возбуждение.
Если бы Чжунли Хэн тихонько не схватил его за мантию, Чжунли Куан мог бы броситься прямо к Шу Яньян, чтобы произнести тост за нее.
После того, как три молодых мастера Чжунли сели, собрание началось. Чжунли Хэн сначала поднимал тему, и каждый высказывал свое мнение. Затем Чжунли Куан прерывал и отвергал идеи нескольких человек, которым большинство аплодировало. Все вежливо ругали друг друга, и когда дебаты стали жаркими, Чжунли Цянь постучал своим бамбуковым свитком по столу и сказал что-то, чего Вэнь Женьхэ не понял. В комнате внезапно воцарилась почтительная тишина, все последовали примеру Чжунли Цяня.
Веки Вэнь Женьхэ были опущены, пока он слушал. Увидев, что Шу Яньянь взяла кисть и начала что-то записывать, он с некоторым трудом провел рукой по лицу и вдруг почувствовал, как чья-то голова ударилась о его плечо. Он оглянулся и увидел, что Инь Ханьцзян задремал.
Поняв, что он пренебрег приличиями и вторгся в личное пространство Достопочтенного, Инь Ханьцзян прикусил нижнюю губу, его уши покраснели.
-“Почтенный, этот подчиненный, должно быть, попал под чары клана Чжунли”, - передал он - “Я даже не знаю, когда и как я попался на эту удочку. Способности этого подчиненного слишком низки, и он навлек позор на Достопочтенного”.
Вэнь Женьхэ сдержал улыбку и передал в ответ:
-“Если бы ты не ударил этого Почтенного, я бы, наверное, тоже заснул. С тех пор как я был молод, я всегда начинал задремывать в ту минуту, когда слушал поэтические концерты. Кто бы мог подумать, что даже став культиватором, я буду бессилен избежать этого проклятия ”.
-“Этот подчиненный такой же”, - неловко сказал Инь Ханьцзян.
Эти двое были немного воодушевлены своей личной беседой, но в конце концов не смогли устоять. По мере того, как собрание продолжалось, и Чжунли Куан снова начал отстаивать свое собственное мнение, Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян уже перестали обращать на него внимание. Хотя их глаза были открыты, их головы снова склонились друг к другу, и они разбудили друг друга во второй раз.
Чжунли Куан, который все время поглядывал на Шу Яньянь, очевидно, заметил, что двое мужчин, сопровождавших ее, спали с открытыми глазами. В ярости он обратился к ним:
-“Эти два господина хотят что-нибудь добавить?”
На этом литературном собрании всех, кроме трех молодых мастеров Чжунли, называли " господин". Вэнь Женьхэ никогда не ожидал, что кто-то обратится к нему “господин”, и поскольку он был в полусне, ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что Чжунли Куан обращается к нему.
Чжунли Куан пришел в ярость от этого и встал.
-“Могу я узнать имена этих двоих, места происхождения и от кого они получили рекомендации?”
Все взгляды обратились к Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян, и, увидев, что они одеты не как ученые, сразу же поднялся шум.
Отношение Чжунли Куана было неприемлемо грубым для Инь Ханьцзяна, и после получения одобрения Вэнь Женьхэ он сказал ясным голосом:
-“Мы пришли сюда не специально, а просто услышали, что сегодня состоится литературное собрание. Мой учитель и я были обеспокоены бессонницей в течение нескольких дней, и так как мы уже задремали, просто слушая снаружи, мы очень хотели присутствовать. Действительно, мы смогли выспаться очень крепко и должны поблагодарить присутствующих здесь уважаемых людей ”.
Инь Ханьцзян умудрился оскорбить всех в библиотеке сразу, и, в частности, лицо Чжунли Куана потемнело еще больше. Он держал в одной руке кисть, тайно циркулируя своей духовной энергией, планируя преподать им двоим урок.
Однако Чжунли Цянь встал.
-“Цель литературных конференций семьи Чжунли - предложить знания и помощь всем членам общества. Даже если эти два господина не интересуются литературой, Цянь все равно благодарен за то, что эта конференция смогла облегчить вашу бессонницу ”.
Его ответ был настолько чрезмерно снисходительным, что даже Инь Ханьцзян не смог удержаться от гнева. Всего несколькими словами ему удалось разрядить напряжение в комнате, и даже если Чжунли Куан хотел закатить истерику, у него больше не было оправдания.
Вэнь Женьхэ оценивающе посмотрел на него. Сложив ладони рупором, он сказал:
-“Большое спасибо молодому мастеру Чжунли. Мы действительно многое выиграли от этого визита ”.
После того, как Чжунли Цянь уладил ситуацию, конференция продолжилась, и никто не обратил внимания, когда Вэнь Женьхэ и Инь Ханьцзян снова заснули. В конце концов, Молодой мастер Чжунли сказал, что книги могут исцелить ум, а бессонница - это расстройство ума. Если болезнь двух спящих мужчин была излечена, то, по крайней мере, они добились каких-то результатов.
-“Защитник Шу, я боюсь, что ты не сможешь заполучить этого человека”, - передал Вэнь Женьхэ Шу Яньяню.
-“Я и не знала, что в этом мире все еще существуют настоящие джентльмены”, - сказала Шу Яньянь, подперев подбородок рукой и наблюдая за Чжунли Цянь - “Теперь, когда я думаю об этом, даже если я не смогу заполучить его в свои руки, это только еще больше докажет его честность. Просто смотреть на такого человека издалека тоже хорошо ”.
Все присутствующие одобрили Чжунли Цяня. Только у Чжунли Куана, сидевшего слева от него, был злобный взгляд.
Вэнь Женьхэ уловил его недобрые намерения и наблюдал за ним, пытаясь вспомнить, какое значение он имел для этой истории, когда почувствовал странную разницу в пространстве над головой Чжунли Куана, в котором он увидел неясные очертания книги.
Внезапно ему вспомнилось, как он заполучил Оскорбительный Роман. Он также почувствовал пространственное возмущение над своей головой, и когда он протянул руку, его рука сомкнулась вокруг книги.
Видя, что книга вот-вот упадет на колени Чжунли Куана, Вэнь Женьхэ схватил книгу со своего стола и швырнул ее ему в голову, едва успев сбить другую с курса.
-“Что ты делаешь?!” ,-Чжунли Куан больше не мог этого выносить и встал, хлопнув ладонью по столу.
-“Моя рука соскользнула, и я случайно уронил две книги”, - небрежно ответил Вэнь Женьхэ.
Он повернулся к Шу Яньяню.
-“Ты можешь пойти забрать те две книги?”
Шу Яньянь, которая все еще находилась под наказанием, не могла ослушаться приказа Преподобного. Она поспешила к Чжунли Куану и, увидев, что он наступил на две книги, неловко сказала:
-“Молодой господин, я прошу вас убрать ногу”.
Ее глаза были жалкими и блестели от слез. Чжунли Куан, когда все смотрели на него, не мог побеспокоить невинную девушку. Видя, что Чжунли Цянь смотрит на него, он неохотно убрал ногу, позволяя Шу Яньяну забрать книги.
Поблагодарив его, Шу Яньянь грациозно наклонилась, чтобы поднять их. Она увидела, что один из них была книгой стихов, которую она принесла, но другая книга была с толщиной кирпича.
Возвращая их Вэнь Женьхэ, она краем глаза заметила название, выделенное жирным шрифтом на обложке:"Бог уничтожения: Том 1”
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления