После мгновенного убийства пяти святых воинов чужой раскрыл пасть и издал громкий, пронзительный, вибрирующий вопль. При виде случившегося и услышав этот чуждый для человеческих ушей звук, единственное чувство, что испытали ещё оставшиеся в живых люди, — это отчаяние и страх, выразившиеся в непроизвольной дрожи тела. У лежащих за укрытиями бойцов сильно упал боевой дух. Святые воины были элитой вооружённых сил Святой земли. Каждый из них был равен как минимум сотне обычных воинов, и вот эта тварь так легко и быстро расправилась сразу с пятью святыми воинами.
— Выродок, страдай и подыхай! — выкрик сопровождал громкий рёв, с каким золотой дракон, состоящий из морозящей энергии, раскрыв пасти, помчался к чужому 5-го типа.
Он мгновенно обвился вокруг тела твари и начал наносить укусы по телу существа. К сожалению, крепость рогового панциря не позволила ему нанести хоть какой-то вред чужому, но сковать его движение своим телом смог.
Мужун Ван, выйдя из сверхскорости, воплотился из полосы размазанного света снова в человеческую форму и нанёс удар раскрытой ладонью по телу чужого, спеленатого драконообразной морозящей энергией. Тварь взорвалась струями кислоты вперемешку с кусками плоти, что, попадая на землю, усеяли её множеством больших и малых дымящихся ямок.
— Это его святое высочество!
— Его высочество святой смогло прийти нам на помощь!
— Присутствие его высочества святого делает нас непобедимыми!
Убивший обездвиженного чужого Мужун Ван услышал эти и подобные им крики от прятавшихся поблизости людей.
Почему люди так радовались прибытию святого и его почти мгновенному убийству чужого? Да потому, что тварь, которая уничтожила огромное количество бронетехники и сильных бойцов, казалась неуязвимой, но была уничтожена почти мгновенно.
Сам же Мужун Ван только нахмурился после убийства чужого: «А у этих тварей поразительно крепкая природная защита».
Первоначально он предполагал, что воплощённой энергии будет достаточно, чтобы мгновенно разорвать на куски чужого, но неожиданно ему пришлось вмешиваться самому для его убийства.
Мужун Ван сделал почти незаметное движение кистью руки, и в ней возник клинок двух метров длиной. После этого он приказал своим людям:
— Разбейтесь на группы по пять, вооружитесь и начинайте охоту. Будьте осторожны, эти твари крайне сильны!
Несмотря на то, что Мужун Ван был мелочен и спесив, но кое-что в сражениях он понимал. Он не боялся признавать силу противника и не хотел, чтобы его подчинённые по этой же причине погибали.
У избранных Святой земли при словах старшего в сердце заёрзал неприятный холодок осознания, что не всё будет так просто, как им представлялось. Достав своё оружие и разбившись на группы по пятеро, они начали охоту на чужих.
На другой улице блеснули на долю мгновения прозрачные шёлковые нити, и чужой 5-го типа рассыпался на куски, покрывая землю дымящейся кислотой.
Тан Си приказала своим по-прежнему ледяным голосом:
— Разбиться на группы по пять человек, вооружиться и начать охоту. Излишней ненужной агрессией не увлекаться, голову в преследовании не терять.
Сердца избранных Святой земли женского пола тоже ощутили дуновение леденящего страха, и все в унисон ответили:
— Будет исполнено!
Где-то на другой улице пятьдесят залёгших за импровизированными укрытиями человеческих бойцов вели сражение.
Эти пятьдесят бойцов не были такими чудищами на поле боя, как Святые воины. Это были просто одни из расквартированных в городе отборных воинских частей.
Несмотря на то, что их вооружение и снаряжение было не сравнить с подобным у Святых воинов, они тоже обладали достаточно хорошей защитой и огневой мощью, представленной гауссовыми винтовками, плазменными антитанковыми гранатами, легковесной пуленепробиваемой бронёй из сверхсплава и другим подобным снаряжением.
Гаусс-ружья посылали во врага самые настоящие потоки стальной смерти, но, когда человеческим стрелкам удавалось по счастливой случайности попасть в тела пробирающихся между домов чужих, всё, на что оказывались способны пули, — это неопасные выбоины на роговом панцире тварей, откуда очень слабенько сочилась дымящаяся кровь.
Гаусс-винтовки хоть и не смертельно опасны для этих существ, но всё же не были против них совсем бесполезны.
С громким полукриком-полурёвом пятеро бойцов поднялись на ноги и стали поливать из ружей врага, не прячась за укрытием:
— Сдохните, твари!
Секунда, и прорвавшийся через поток пуль чужой заплясал между поднявшимися людьми, взмахивая лапами-клинками. Тела людей крупными кусками осыпались на землю.
В следующее мгновенье взорвались заранее взведённые плазменные гранаты, находившиеся на разгрузках человеческих бойцов, испепеляя как тела людей, так и чужого.
Наблюдавший за произошедшим из-за укрытия командир этого отряда бойцов, высокий и крепкий мужчина по имени Цуй Энь, отдал воинскую честь месту последнего боя его подчинённых, а из его глаз вниз по щекам протянулись две мокрые дорожки:
— Бойцы, вы были великолепны. Вы настоящие герои нашего города!
Находившиеся рядом с ним несколько бойцов молча последовали его примеру.
Несмотря на то, что эти воины были элитой среди воинских частей города, по сравнению с чужими они были крайне слабы физически, и их атаки не могли нанести серьёзных повреждений врагу. Даже при постоянном поливании силуэта противника из своего оружия всё, что им удавалось, так это нанести тому поверхностные повреждения. Единственным образом, каким они могли убить подобного противника, — это подорвать плазмогранаты и погибнуть вместе с чужим.
Взволнованный боец, что только что подбежал, доложил:
— Полковник, плохо дело, ещё четверо чуждых приближаются!
В конце улицы стали видны силуэты четырёх неспешно двигающихся чужих.
Никакое живое существо не способно долго поддерживать предельно высокий темп движения. Даже столь сильный человек, как воин 7-го типа Юэ Чжун, способный воспользоваться энергией неба и земли, может держать максимально доступную ему скорость движения не более получаса.
Обычная скорость передвижения чужих не слишком быстра, но стоит им заметить добычу или вступить в бой, и они развивают ужасающую скорость.
Цуй Энь, приглядевшись, заметил четыре приближающихся вражеских силуэта и, побледнев, как и остальные солдаты рядом с ним, прошептал:
— Проклятье, и вправду четверо тварей!
Стоит только этим четверым созданиям вступить в бой, и подразделение Цуй Эня будет обречено.
— Полковник, наше отделение готово использовать этот метод, чтобы разобраться с тварями! — обратился к командиру один из бойцов с решительным лицом.
Цуй Энь тут же кивнул:
— Отправляйтесь!
Внезапно один из воинов, указывая пальцем туда, где раньше пожертвовали собой бойцы с самоподрывом плазменных гранат, произнёс голосом, полным отчаяния:
— Полковник, беда!
Цуй Энь посмотрел в ту сторону и увидел, как, с трудом покачиваясь и опираясь для равновесия одной единственной оставшейся рукой-клинком, с земли поднимается чуждый.
При виде происходящего в голове у полковника пронеслось: «Проклятье, да как же убить этих чудовищ?!»
На лицах других солдат тоже проступило отчаяние. Как противники чужие намного превосходили всё, с чем эти бойцы, как они предполагали, могли столкнуться в бою, да и к тому же они были почти неубиваемы. Естественно, это вызвало у них приступ отчаяния.
Чужой, оттолкнувшись единственной уцелевшей рукой-лезвием от земли, выпрямился, повернул голову в сторону, где засел основной отряд, и принялся всматриваться.
Ощущение скорой смерти овладело как полковником, так и его людьми.
И в это мгновение в направление пяти чужих с неба упали пять тёмно-красных лучей.
Пятеро чужих, которые, как оказались, были настолько крепки, что даже подрыв плазменных гранат не мог с гарантией уничтожить их, мгновенно упали иссушенными мумиями.
Цуй Энь с облегчением перевёл дыхание: «Какая сила! Неужто люди владеют такими силами, что позволяют убивать таких врагов так легко?»
Над асфальтом улицы завис медленно опустившийся из воздуха Юэ Чжун. Он повёл рукой, и пять кроваво-красных полос метнулись к нему, присоединившись к остальным пяти обволакивающим его тело защитным сияниям. Сейчас он походил не на человека, а на адского князя.
Юэ Чжун посмотрел в сторону полковника, и тот с холодком в сердце понял: «Он увидел меня!»
Тут на улице появился Чжэн Сюань, и при виде того, как десять кровавых лучей делали тело Юэ Чжуна похожим словно на кровавого демона, с завистью произнёс:
— Брат Юэ Чжун, что за боевое искусство ты практикуешь?
— Оно называется: «Дух крови», — ответил со спокойной улыбкой Юэ Чжун, на месте мгновенно придумав название.
Чжэн Сюань, нахмурившись, негромко произнёс:
— Среди десяти сильнейших боевых стилей Святой земли нет ни одного с таким названием.
Юэ Чжун тут же сменил тему:
— Чжэн Сюань, брат, я считаю, что нам следует сосредоточиться на зачистке города от чуждых.
— Верно, — с улыбкой ответил тот.
Юэ Чжун потянулся к энергии неба и земли и невидимыми путами перенёс Чжэн Сюаня к себе поближе.
У Чжэн Сюаня от подобного проявления силы слегка сузились зрачки: «Впечатляюще, ещё одно неизвестное искусство или сила разума?»
Цуй Энь приблизился к двум людям и доложил голосом, незаискивающим и негрубым:
— Господа, я командир первой мобильной бригады города Купающегося Ветра, полковник Цуй Энь.
Юэ Чжун ответил ему:
— Я Юэ Чжун. Полковник, надеюсь, что вы согласитесь использовать ваших бойцов для поддержания порядка в городе. Уничтожением же чуждых займёмся мы.
Обстановка в городе в этот момент была не из лучших. Повсюду метались обезумевшие от страха толпы, горели дома, творилось насилие и грабежи. Никогда подобных бедствий не происходило в городах Святой земли, и теперь, когда все силы были отправлены на сражение с чуждыми, не поддерживаемый их присутствием правопорядок рухнул.
— Будет исполнено, господа! — громко и ясно ответил Цуй Энь.
В это мгновение выражение на лице улыбающегося Чжэн Сюаня внезапно изменилось, и он громко выкрикнул:
— Тан Си попала в беду, надо как можно быстрее оказать ей помощь!
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления