Все в этой комнате уже осознали сложившуюся ситуацию.
— Из-за того, что Лария слишком добрая, мы не можем грубо обходиться с её родственниками.
— Э-это…
Карен начала заикаться.
Герцог раздражённо произнес, проходя руками по своим волосам.
— Либо вас отведут в темницу, либо вы отдаёте «Слёзы зелени». Моранд, проверь ожерелье на всякий случай.
— Хорошо.
Я и не подозревала, что господин Моранд, дворецкий, умеет оценивать драгоценности.
Мне наконец улыбнулась удача. Ожерелье, из-за которого так тряслась Карен, конечно же оказалось подлинным. Её прогнали. Но кое-что герцог и Эван не заметили. Она ушла, не забрав своей подделки. Конечно, если бы она сказала: «Пожалуйста, верните моё ожерелье…», её бы действительно бросили в темницу. Эти двое не знают, что такое бедность, поэтому даже не задумались о местонахождении подделки.
«Но для Карен это были почти все её деньги».
Возможно, она даже заложила свой дом. Карен пришла в особняк, но не смогла ничего получить.
И тут пошёл второй акт нашей пьесы.
— Ах… — я склонила голову, — Я… верила ей… она же… моя родственница…
— Я не хотел говорить тебе, потому что ты выглядела счастливой, — Эван говорил начистоту, — На самом деле, это довольно распространённое явление, когда родственники хотят извлечь выгоду. Особенно если они появляются неожиданно.
Герцог Акард и Эван, похоже, раскусили её с того самого момента, как она появилась в особняке, но ничего не сказали из уважения ко мне.
— Я… Ах… Отец, у меня нет родственников, которые были добры ко мне, когда я была в беде. С этого момента, если кто-то приходит и говорит, что он мой родственник, пожалуйста, просто прогони его. Прошу.
— Лария.
— Просто мне… больно.
На мгновение в зале воцарилась тишина. Даже Моранд посмотрел на меня с жалостью и пробормотал.
— Вот так и становятся взрослыми, принцесса…
Теперь я могу спокойно сказать: «Я не хочу с вами встречаться, потому что в прошлый раз случилось кое-что неприятное», даже если родственники будут кружить у особняка, как мухи. Герцог сможет выгнать их без всякого чувства вины.
— Всё в порядке.
Затем герцог Акард положил руку мне на голову и сказал.
— Ты же говорила, что здесь ты гораздо счастливее, чем с графом Ростри. Не стоит зацикливаться на кровных узах.
— …Что?
— Именно так, Лария, — Эван тоже решительно произнёс, — Не грусти.
Я была слегка удивлена, увидев красные глаза, полные искренности.
— Я буду гораздо лучшей семьёй, чем все твои родственники вместе взятые.
Эм… Что? Я не ожидала такой реакции.
— Я буду лучше всех.
Честно говоря, я думаю, что нет ничего удивительного в том, что Карен так сбежала. Кто в здравом уме мог стать моей настоящей семьёй? Все просто пользовались мной. Конечно, герцог такой же…
— По крайней мере, для меня ты важный член семьи. Так что не волнуйся слишком сильно.
Когда я услышала слова Эвана, моё сердце пропустило удар.
«Что это?».
Неожиданно тёплые слова дошли до меня.
«Я тронута?».
Я стояла с пустым взглядом, а герцог вздохнул.
— Должно быть, тебе очень больно. Ты и так неважно себя чувствуешь.
— Тебе даже приходится оставить нас, чтобы восстановить силы…
Эван тоскливо сжал мою руку.
— Я заполню кареты подарками, чтобы ты не чувствовала себя одинокой. Я не могу заменить твою семью, но надеюсь, что это будет для тебя утешением.
— Спасибо, Эван…
Это был достаточно хороший исход. Я получу много подарков и мне больше не придётся встречаться с родственниками, а Лиза получила пятидневный отпуск. И…
— Боже мой, оно такое дорогое несмотря на то, что это подделка! Царапину уберут за пару дней. Мне нравится!
Поддельное ожерелье Карен досталось Серене. Это была награда за то, что она следовала сценарию, который я написала от начала до конца.
***
В день моего отъезда была целая колонна карет с моим багажом. Марсель пришёл из храма, чтобы дать мне своё благословение на отъезд.
Когда работники особняка герцога увидели сверкающие серебряные волосы Марселя, аккуратно ниспадающие вниз, все воскликнули.
— Боже, чувствую, что очищаюсь, просто глядя на него.
— Он выглядит так благородно…
На самом деле, он шарлатан…
— Спасибо всем. Этого недостаточно, но всё равно много.
— Ох? Вы не говорите по-имперски?
Марсель кивнул на наивный вопрос Серены.
— Я долгое время учился в Каровантесе.
Его слова снова взбудоражили всех.
— Почему… Такой удивительный священник…
Я поняла, почему Марсель притворялся священником. Он наслаждался тем, что его хвалят.
«Шарлатан, которому нравится, когда его узнают…».
Как бы то ни было, Марсель благословил меня, и жгучая боль снова распространилась по всему моему телу.
«Уверена».
Подумала я, нахмурившись.
«Моё тело не воспринимает благословение».
Марсель улыбнулся, а я миленько произнесла.
— Ты же будешь приезжать в Бортну время от времени, да?
— Ох… Это немного далеко… Это место…
— Ты обещал.
Марсель сразу же кивнул, когда ему передали конверт с пожертвованием.
— Да, конечно, я буду часто приезжать, чтобы благословить принцессу.
Получив конверт, он забыл, что должен притворяться, что не умеет говорить по-имперски?
Он положил его в карман.
— Иногда я буду посылать письма с вопросами о теологии. Пожалуйста, отвечай.
Я недоумевала моей реакцией на благословение.
— Хорошо.
Марсель кивнул. Сказав, что у него плотный график, он вернулся в храм, не дожидаясь моего отъезда.
— Лария.
Как только он ушёл, Эван, наблюдавший за всем этим, произнёс.
— Священники не могу жениться.
— А?
— Конечно, девушкам тоже не следует приближаться к ним.
— Я знаю, но почему ты вдруг заговорил об этом?
— Просто говорю.
— …Зануда.
Я была готова ухмыльнуться и уехать прямо сейчас. Моя карета была настолько высока, что мест там хватало только на двоих, поэтому Лиза с Сереной долго боролись за оставшееся место. В конце концов, Серена победила, потому что слуги, которые начинали рыдать, как только видели её, стояли тут и там.
Моранд, не в силах смотреть на это, пробормотал: «Нельзя позволить этому продолжаться», и заставил меня посадить её в мою карету.
Не думала, что её вопрос про отношения приведёт к таким последствиям.
Эван отвёл меня в сторону и напоминал снова и снова.
— Лария, ты моя жена. Хоть мы и молоды.
— Да, я знаю.
— Я буду часто приезжать.
— Сколько времени ты потратишь на дорогу туда и обратно? Это пустая трата времени, так что, пожалуйста, воздержись.
— Лария, ты не должна быть такой внимательной ко мне.
Я всерьёз задумалась, не попросить ли мне Свена перерубить мост на дороге в Боротну.
Герцог Акард, который молча стоял со скрещёнными руками, произнёс.
— Если ты станешь изгоем в светских кругах Боротны, напиши мне незамедлительно.
— Что?
— Невинные и слабые люди вроде тебя – идеальная добыча для общества.
Если кто-то в Боротне не будет со мной играть, то он пришлёт мне друга?
— Если ты плохо адаптируешься, то я просто перекрою местные источники средств.
Ах… В конце концов, он злодей, который может разом перекрыть поток местной экономики!
— Тогда ты сможешь купить дружбу за деньги.
— …
Разве такой совет надо давать ребёнку?
Настроение Эвана было не таким уж и плохим.
— Скоро увидимся, — сказал Эван, крепко держа меня за руку и не отпуская до того момента, пока я не села в карету, — Я приеду на твой банкет.
— Да, хорошо.
— Выздоравливай.
— Хорошо. А ты… выполняй свою работу добросовестно. Усердно занимайся и продолжай обучение фехтованию.
— Тогда что ты сделаешь для меня?
— …Буду восхищаться тобой?
Я сказала это, но такая награда казалась бесполезной. Повезло, что Эван не рассмеялся.
— Я сделаю всё, что в моих силах, Лария.
Неожиданно, но Эван выглядел довольно решительно.
Серена, сидевшая передо мной, посмотрела на Эвана и выглядела очень обеспокоенной. В конце концов, мы смогли отправиться в путь только после того, как Серена сурово предупредила, что если я буду медлить, то сильно устану.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления