「Мы официально отозвали удочерение Аннет.
— Джерард фон Аксельферион」
« Я это сделала!»
Я прикрыла рот от радости.
В тот момент, когда я сладко наслаждалась радостью победы, я заметила слова, написанные с большим нажимом.
«Ах, он, должно быть, стиснул зубы от гнева».
Когда вспомнила дрожащее лицо Джерарда, я немного повеселела.
«Хехе. Дурак».
Мадам Мимоза, подарившая мне визитку, сказала мне:
— Помощник принца придет к вам завтра днем. Он говорит, что есть вопрос, который нужно решить.
«Он пытается достать портсигар».
Перед этим я должна убедиться.
— Насколько я помню нельзя отменить отозванное заявление на усыновление? — спросила я мадам Мимозу.
— Верно, Аннет.
Она показала мне толстую книгу правил (это книга Лесных правил, она точно раскрыла ту часть).
[Если предполагаемый опекун отказывается от своего намерения забрать ребёнка, повторное усыновление невозможно. (Однако, за исключением запросов на повторное принятие заявления со стороны Древа.)Это уважение прав человека Деревьев.]
«Это правило, созданное из беспокойства, что дети могут пострадать из-за дворян, которые делают то и это без тщательного рассмотрения».
Это сработало очень хорошо для меня.
Потому что Джерард никогда больше не сможет меня усыновить.
— Как, черт возьми, ты убедила принца, Аннет? Он ни в коем случае не тот человек, на которого можно легко повлиять.— Спросила мадам Мимоза с выражением сильного любопытства.
—…Что ж.
Это не было убеждением.
Было ли это сочетанием 80% сделки, 15% запугивания и азартных игр в оставшихся 5%?
Я ответила с улыбкой.
— Я просто доходчиво объяснила ему свое мнение. Мне пора идти, мадам!
Я попрощалась с мадам, у которой на лице отображался неприкрытый интерес, и вышла из комнаты.
Мои шаги были очень легкими.
***
—Сестра подозрительна. — Серьезно сказал Генрих, скрестив руки на груди.
Теперь мальчики были одни около мусоросжигательной печи.
Именно Генрих тайком соблазнил Сислина, сказав, что ему есть что сказать. Это было необычно. Обычно он не делает такого предложения. Потому что они относятся друг к другу как к дерьму.
Итак, Сислин знал, что произошло что-то серьезное.
— Аннет подозрительна. Что ты имеешь в виду?
Выражение лица Сислина обострилось, когда появилось имя Аннет.
— Сестра ничего тебе не говорила?
— Скажи мне, чтобы я понял.
— Она спросила меня о чем-то странном.
Генрих нежно погладил себя по подбородку.
— Аннет спросила меня, что я буду делать, если ее удочерят? Спрашивать что-то подобное…Такое было впервые. Кроме того, не была ли она немного подозрительной за обедом ранее?
Это было очень подозрительно.
Генрих объяснил так, как будто видел очень пугающее зрелище.
— Каждый раз, когда выходит булочка с кремом, сестра съедает ее в течение 30 секунд. Ты знаешь, верно?
— …Да.
— Но она не ела, а задумалась!!
Сислин кивнул с серьезным выражением лица.
Очевидно, это было огромное изменение.
То, что Аннет не позаботилась о хлебе со сливками, могло означать, что случилось что-то серьезное.
—Это, конечно, странно.
— Понятно, что у сестры проблемы. Но я думаю, что она пытается решить их самостоятельно. Вот почему я делаю волшебные инструменты, чтобы узнать подробности и помочь.
Фиолетовые глаза Генриха украдкой загорелись.
—……
Сислин бесстрастно посмотрел на него.
Магия.
— «Основы магических инструментов» в учебной программе, которую слушали 11-летние дети, были просто фундаментальной наукой.
— Волшебные инструменты очень дороги, потому что их трудно сделать, даже с финансовыми ресурсами Волшебной Башни.
«Если это он сделает это, это будет грубо».
Это было бы бесполезно.
Если кто-то не был великим гением, он никак не мог сделать что-то полезное, просто слушая основы магических инструментов.
И узнать, была ли эта серебряная голова перед ним гением…
— Ах, этот гениальный мозг.
—……
Генрих, который, притворяясь, что хвастается, приложил руку ко лбу, на мгновение встретился холодным взглядом Сислина.
— Какого хрена ты пялишься на меня с таким выражением, сволочь?! Не смотри на меня так!
Сислин молча покачал головой перед глухим котом.
Потом прямо сказал:
— Я думаю, тебе следует некоторое время присматривать за Аннет.
— …Это верно.
Эти двое решили стать командой.
Два мальчика тонко презирающие друг друга, заключили «временный союз» ради Аннет.
Это был первый момент, когда плохо построенный мост Оджакгё, спроектированный Аннет, работал хаотично.
— Да. Тогда постарайся.
— Хорошо! Занимайся своими делами, ублюдок.
Огонь в мусоросжигательной печи ярко горел.
***
— Хм? Почему у меня чешутся уши?
Какие-то люди должно быть говорят обо мне. Прекратите, прекратите…!
Я потерла уши.
Кунг кунг!
В окно очень слабо постучали.
—……?
Но я была одна на этом складе?
Я посмотрела в окно, озадаченная и испуганная.
«Что это за чертовски милое создание?»
Передо мной был небольшой пучок меха.
Белочка с красным галстуком-бабочкой, пышным хвостом и сверкающими черными глазами.
Её передние зубы симпатично торчали.
Белка снова постучала в окно передними лапами (которые были вежливо сжаты, как руки для подаяния).
Кунг, кунг!
— …Ох, он постучал своей маленькой передней лапкой?
«Ой, это так мило, я умираю!!!»
Я быстро побежала и распахнула окно.
Тогда белка вскочила и вытащила из-под окна карточку размером с ее тело.
— Это животное-почтальон?
Когда я приняла карточку, джентльменская белка поклонилась и вежливо поприветствовала меня в красивой позе.
— Спасибо, мой милый маленький друг.
На карте была эмблема скрещенного волшебного пистолета, черепа и розы.
Откуда это могло быть?
Семья, которая использовала милую белку вместо птицы.
«Я узнала об этой эмблеме в классе».
В частности, волшебные ружья использовались дикими и жестокими агентами разведки в преступном мире, поэтому мало кто из дворян использовал их.
В стране была только одна семья, которая использовала это ружье.
«Маркиз Уинстон!»
И действительно, его подпись была написана роскошным курсивным шрифтом под гербом семьи.
Бизе Уинстон
«Я думаю, что сегодня произойдет много хорошего».
Я получила подтверждение, что сбежала от проклятого принца и Императорского дворца, и, если этого было недостаточно, я также получила приглашение от моего невинного сторонника.
Взволнованно открывая карту, я вздрогнула.
«Возможно, нет».
Если подумать, он мог с опозданием подумать, что это слишком большое приглашение, поэтому, возможно, он пишет мне, чтобы отменить его.
«Может быть, это было письмо с извинениями».
Правда в том, что я до сих пор не могу понять, почему мой спонсор поддержал меня.
В прошлой жизни я была из детского дома, и никто не хотел меня усыновлять.
Девочка-сирота, в которой нет ничего особенного.
Ни один взрослый никогда не был так добр ко мне.
Детский дом, в котором я находилась в прошлой жизни, был не так хорош, как «Лес», и я всегда была голодна, потому что директор был ублюдском, который крал государственные субсидии.
Единственные моменты, когда я развлекалась, были уроки выпечки, которые проводились в приюте раз в неделю.
Запах ароматного хлеба.
Аромат хлеба означал, что сегодня мне не придется голодать.
Это был запах изобилия и тепла.
Итак, когда я покинула это место в возрасте 18 лет, у меня была заветная мечта стать «владельцем пекарни».
Это была мечта всей моей жизни.
Я очень хотела добиться своего хотя бы раз.
Мне всегда согревала сердце мысль об открытии маленькой пекарни и раздаче вкусного хлеба голодным людям.
Что я сказала, выходя из ворот приюта?
« — Это начало моей счастливой жизни».
В тот момент, когда я произнесла эти слова, меня сбил пьяный мотоциклист, и я умерла на месте.
«Это была действительно жизнь, в которой почти нечего было увидеть».
Мои плечи немного опустились.
«Странно, у меня не хватает смелости».
Почему то я боялась открывать конверт.
— Даже если он отзовёт…
Даже если спонсор отменил спонсорство и приглашение, я ничего не могла с этим поделать.
Такая слепая и сладкая доброта вполне могла однажды лопнуть, как мыльный пузырь.
Этому я уже научилась в прошлой жизни.
— Хуу.
Я увеличила свое глубокое дыхание.
Затем я достала желудь, хранящийся на складе, и дала его услужливой белочке.
Ньям, ном, ном—
Белочка-почтальон (?) из Уинстона жадно съела желудь, придерживая его своими милыми передними лапками.
Тем временем я положила кучу мягкой соломы поверх ящика на складе и, уютно усевшись, открыла открытку.
«Давай никогда ни в чем не разочаровываться».
Я выругалась и прочитала содержимое.
「Дорогая мисс Аннет.
Наконец-то я готов пригласить юную леди в маркизат.
В 11 утра через два дня сможешь ли ты приехать ко мне домой?
Я приготовил много еды, которая понравится Аннет.
Думаю, что этого недостаточно, но я не знаю, что еще сделать.
Каждый день я составлял план приглашения, думая о том, что понравится моему ребенку.
О, кстати, Кайл тоже этого ждет.
Он попросил меня сохранить это в секрете, но после банкета, на котором он встретил Аннет, каждый день он был так взволнован, что не мог заснуть.
Я должен согласиться с ним.
Увидимся в тот день.
— С любовью, ваш спонсор.」
Это было так тепло, как очень дружеские объятия.
Вопреки моим ожиданиям…
Беспокойство и тревога растаяли, как снег, и я потерла тыльной стороной ладони свои странно заплаканные глаза.
─ ──────────
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления