Пэн Ю Цай чуть наклонился и заглянул в глаза Фэн Лин Бо. Он махнул рукой, и все остальные присутствующие покинули их. Он обратился к Фэн Лин Бо:
— После окончания этой битвы нельзя допустить, чтобы этот человек здесь оставался. Придумайте, как избавиться от него.
Фэн Лин Бо не совсем понимал, о ком идет речь, поэтому вежливо спросил:
— Отец, о ком идет речь?
Пэн Ю Цай повернулся в сторону удаляющегося в инвалидной коляске мужчины и слегка кивнул.
Фэн Лин Бо снова решил уточнить: Мэн Шань Мин?
Пэн Ю Цай слегка кивнул.
Фэн Лин Бо сразу же напрягся: Почему?
Пэн Ю Цай: Этот человек знает свое дело, его репутация — не пустой звук. Если он останется, то можно считать, что Шан Чао Цзун уже победил. Он может поспособствовать ему воспрять духом. Поэтому из них двоих может остаться только один, кто тебе больше нравится?
Фэн Лин Бо понял его мысль, другого выхода у него не было. Шан Чао Цзун был его зятем. И он сделает что-то, что не выгодно для Шан Чао Цзуна, только в крайнем случае. В целом он не желал зла своему зятю, к тому же ему нужно было помнить о своей дочери. Получается, что просто подрезать Шан Чао Цзуну крылья — является оптимальным вариантом в сложившейся ситуации.
Если он плохо поступит в отношении собственного зятя, то как на него после этого будут смотреть люди?
Лучше конечно выбрать, чтобы Шан Чао Цзун остался в живых.
— Пусть он незаметно исчезнет. Не нужно поднимать шум.
Пэн Ю Цай искоса посмотрел на Фэн Лин Бо, затем развернулся и ушел.
Фэн Лин Бо чуть приподнялся, когда Пэн Ю Цай уходил. Он посмотрел на уже почти исчезнувшего вдалеке человека в инвалидной коляске и в сердце у него защемило.
Он не ожидал, что известный генерал Мэн Шань Мин в итоге станет им помехой. Ему было жаль, что ситуация приняла такой оборот. Однако ничего уже исправить нельзя было.
Слова Пэн Ю Цайя имели смысл. Мэн Шань Мин совершенно точно оказывает определенное влияние на Шан Чао Цзуна, и он является его правой рукой…
На берегу озера Мэн Шань Мин неожиданно поднял руку, показывая Лу Ану остановить коляску.
Где-то вдалеке зеленые деревья в горах шелестели на ветру. Мэн Шань Мин всматривался в даль, мысли окутали его, и взгляд его стал совсем спокойным. Его седина на висках блестела от лучей заходящего солнца. Так он сидел молча очень долго, и было непонятно, о чем он думает.
Шан Чао Цзун и еще несколько человек переглядывались в непонимании.
Шан Шу Цин подошла к инвалидной коляске и спросила:
— Дядя Мэн, вы уже очень давно не отдыхали, давайте вернемся и хорошенько выспимся?
Мэн Шань Мин пришел в себя от ее слов. Он посмотрел на нее, на ее лицо и вдруг очень сентиментально сказал:
— Ты еще не вышла замуж? Моя принцесса, тебе уже немало лет, пора бы и мужа найти. Я уверен, что многие правители будут счастливы взять тебя в жены.
Шан Шу Цин слегка наклонилась к коляске и сказала с улыбкой:
— Я уже давно привыкла быть одной, мне это подходит больше всего. Я не хочу замуж.
Мэн Шань Мин погладил ее по голове, в его глазах читалась любовь и забота:
— Ты такая дерзкая девушка. Если женщина не видит смысла в замужестве, то ее жизнь будет наполнена сожалением. Я понимаю твои чувства. Но если ты поглядишь перед собой, то увидишь Владыку Дао. Спроси у него, есть ли какой-то метод избавить тебя от этого пятна на лица. Владыка Дао — человек, который добр даже к врагу, он тебе не откажет.
Шан Шу Цин снова улыбнулась: Дядя Мэн, это ни к чему, правда. Мне и так хорошо. Неужто дядя Мэн хочет найти мне мужа?
Мэн Шань Мин все также смотрел на нее с любовью:
— Девочка моя. Запомни: нужно быть прямодушным, и судить о человеке по наружности — является нормальным для людей. Как же иначе? Всякая девушка желает быть красивой. Ты уже давно страдаешь от этого недуга. Ты наше сокровище! И кто тебя найдет — тот и станет самым везучим человеком в мире. У нынешней молодежи есть глаза, да нет зрачков — они не видят ничего дальше своего носа.
….
Многочисленная армия клокотала подобно морскому приливу. Воины осаждали город со всех сторон.
На одной из сторон воины и всадники держали шест со знаком «У» на влаге, а среди воинов стоял в ярких латах У Тян Дань.
Войска наверху городских стен с трепетом наблюдали за осадой.
У Тян Дань прибыл к стенам, сразу же достал меч из ножен и указал на верх городской стены:
— Войска на стене, слушайте внимательно. Я приказываю вам немедленно капитулировать и сдаться. Мы готовы вас пощадить. Если вы решите сопротивляться, то мы всех убьем, когда пройдем в город!
Спустя некоторое время со стены спустилась большая корзина, в которой находился один человек для переговоров.
Еще через какое-то время городские ворота открылись, и оттуда вышел генерал без доспехов, голый по пояс. На плече он нес розги для принесения извинений за свою ошибку.
У Тян Дань принял капитуляцию, и многочисленная армия вошла в город, официально захватив его.
В городе простой народ был сильно напуган происходящим, поэтому никого на улицах не было практически. Со временем они немного успокоились.
Такое происходило в разных местах в 6 графствах Южной области.
…
Императорский дворец в столице был ярко освещен. Внутри грандиозного главного зала из стороны в сторону сновал седовласый мужчина. Он яростно кричал:
— 800 тысячная армия! 800 тысяч воинов! За несколько дней вся эта армия потерпела поражение в полной неразберихе. Чжоу Шоу Сян, ты — идиот! Ты подвел меня! Ты всех нас подвел!
Внутри зала министр общественных работ Тун Мо, управляющий императорским дворцом Тян Ю и Га Мяо Шуй — все стояли с опущенными головами. Все они были очень серьезны из-за случившегося, а также опечалены.
…
Внутри военного лагеря воины патрулировали территорию, пока царь птицы то и дело улетали и прилетали в лагерь.
В палатке все сведения и военные приказы тщательно собирались одним из работников. Чжоу Шоу Сян стоял перед картой без доспехов, со страдальческим выражением лица. Волнение и тревога так сильно его захватили, что он не спал уже несколько дней.
Он по-прежнему думал, как ему исправить ситуацию, поскольку на границах Южного округа все еще были распределены несколько сотен тысяч его солдат. Вот только все не было подходящей возможности оккупировать мятежные войска. Его несколько сотен тысяч воинов были разбросаны по границе Южной области. Основная часть воинов уже была разгромлена, а малые части не могли воссоединиться вместе. Отовсюду к нему приходили письма с просьбами о помощи и защите.
Чжоу Шоу Сян хотел помочь, но не знал как? Мятежные войска наступили по всем фронтам. Шаг за шагом они били по уязвимым местам, использовали прекрасную стратегию и тактику наступления. И в результате у него перед глазами образовалась такая плачевная ситуация. Его 800 тысяч воинов превратились в раздробленные группки.
Снова прибыла информация, и Чжоу Шоу Сян сразу же ознакомился с ней. Силы совсем покинули его, и он чуть не упал.
Сидевший с каменным лицом начальник округа Линчжоу — Сюэ Сяо поднялся и взял письмо, чтобы ознакомиться с последней новостью.
Это было письмо от одного из командующих Чжоу Шоу Сяна на границе Южного округа. Более 5000 солдат оказались окруженными в горах. Они выживали за счет охоты на местных животных и добывали воду из горного ручья. Однако противник рассек горный поток, изменив его направление течения. Враг захватил территорию и окружил их, поэтому войска империи оказались без воды, и теперь воинский дух почти пал. Если никто не прибудет к ним на помощь, то командующий будет вынужден сдаться. Как бы позорно это не было.
Сюэ Сяо глубоко вздохнул. Подобные сообщения он читал почти весь день от всех его отрядов.
Чжоу Шоу Сян уже догадался, почему его хорошо продуманная стратегия потерпела крах.
Сюэ Сяо кинул письмо на стол и вздохнув сказал:
— Тактика у противника оказалось очень безжалостной и решающей в данной битве. Враг ударил по слабым местам. Очень хитрый ход! Противник с самого начала завладел контролем над всей битвой, и теперь у 800 тысячной армии нет сил дать отпор. Вражеское мастерство ведения боя чрезвычайно высокое, его можно назвать прекрасным. Вот уж не думал, что Фэн Лин Бо сможет так умело показать свое знание военного дела!
Чжоу Шоу Сянь вдруг поднял голову и горестно сказал:
— Сюэ Сяо, неужели ты действительно думаешь, что командовал вражескими войсками Фэн Лин Бо?
Сюэ Сяо удивился: Императорский дворец сообщил, что Фэн Лин Бо заполучил контроль и военную власть, а не Шан Чао Цзун. Он же главнокомандующий армией 5 графств Южного округа, разве нет?
Чжоу Шоу Сян скорбно ответил:
— Сюэ Сяо, императорский двор ошибся! Фэн Лин Бо уже давно обосновался в графстве Куангай. Мы с ним не первый раз воюем, поэтому я хорошо знаю, на что он способен. Думаешь, я бы не понял, что это не он?
Сюэ Сяо: Шан Чао Цзун?
Чжоу Шоу Сянь покачал головой и с мучением произнес:
— Человек, который впервые командует настолько огромными войсками не смог бы так искусно их направить в нужные точки и выбрать подобную тактику. Здесь командует более опытный человек. Как думаешь, кто из наших врагов там обладает подобным богатым опытом? Фэн Лин Бо? Шан Чао Цзун?
У Сюэ Сяо промелькнула мысль, и он вдруг замер от удивления: Мэн Шань Мин!
Чжоу Шоу Сян ударил двумя кулаками по столу и уже готов был разрыдаться:
— Если бы мы знали заранее о Мэн Шань Мине, то я бы разве стал так расставлять войска? Конечно я потерпел такое ужасное поражение! Сведения императорского двора были ошибочными, и они подвели меня!
Сюэ Сяо молчал и лишь нахмурил брови. Он был недоволен, а Чжоу Шоу Сян продолжал что-то говорить, но его слова уже не имели смысла…
Ранним утром следующего дня Чжоу Шоу Сян резко проснулся от страшного сна. Он услышал непонятный галдеж на улице.
Поднявшись, он почувствовал, что его тело будто окостенело. Он потянулся и быстрым шагом направился наружу. Но перед этим он открыл занавески и тут же заметил незнакомые лица. Его 3000-ное войско исчезло бесследно, и теперь тут были другие воины.
— Что тут происходит? — спросил Чжоу Шоу Сян, выйдя наружу.
Никто ему не ответил. Вскоре Сюэ Сяо в сопровождении нескольких людей прибыли к нему. Сним были Цзинь У Гуан из дворца Совершенного интеллекта и Цао Ю Эр из дворца Летающих лепестков.
Двое руководителей посмотрели на Чжоу Шоу Сяна довольно серьезно.
Сюэ Сяо подошел к нему и молча посмотрел на него.
Чжоу Шоу Сян постепенно осознал, что произошло, и мрачно улыбнулся:
— Сюэ Сяо, императорский двор вас прислал?
Сюэ Сяо чуть стянул губы и медленно ответил:
— Его величество желает заключить вас в тюрьму в столице. Я должен помочь в осуществлении этого дела!
Чжоу Шоу Сян взглянул на Цзинь У Гуаня и Цао Ю Эра, посмотрел на их лица и уже мог догадаться, что это они собираются его везти. Поэтому он сразу же спросил:
— Можно мне с вами поговорить наедине?
Два человека переглянулись, затем посмотрели на Сюэ Сяо. Убедившись, что он не против, они слегка кивнули в знак согласия.
Вместе с Чжоу Шоу Сяном они вошли в палатку, где он перед ними выложил на стол нож: — Я безоружен и беспомощен. Я навлек беду своими действиями на дворец Совершенного интеллекта и дворец Летящих лепестков.
Цао Ю Эр горько усмехнулась:
— Раз уж так получилось и нет возможности вернуть все назад, не нужно бояться. Его величество не станет приговаривать тебя к смерти, ты и так уже прошел через многое. Мы надеемся, что он войдет в наше положение. А иначе мы не сможем больше защищать его.
Чжоу Шоу Сян конечно мог понять, что это дело приняло такой оборот, что две школы уже не могли помочь ему сбежать и таким образом противостоять императорскому двору. Им только и оставалось бросить его.
Чжоу Шоу Сян сложил руки в знак просьбы:
— Если есть возможность, из чувства нашей с вами долголетней дружбы, позаботьтесь о моей семье.
Цзин У Гуань: Сейчас еще не время. Его величество не станет ничего делать, дело еще не настолько плачевно.
Чжоу Шоу Сян покачал головой:
— Конец. Это дело уже никак не улучшится, я должен взять вину на себя. После проверки у меня путь только в могилу. Подождите секунду!
Договорив, он взял кисть и быстро стал писать что-то, а в конце поставил подпись. Затем дрожащей рукой он отдал лист и сказал:
— Передайте это господину Сюэ для доклада перед императорским двором.
Двое посмотрели на бумагу и прочли содержимое, и их лица резко поменялись.
Цао Ю Эр взволнованно сказала: Чжоу Шоу Сян, не может до такого дойти!
Чжоу Шоу Сян махнул рукой:
— После заключения в столичной тюрьме я уже не смогу избежать наказания. Это верная смерть. Я не могу допустить, чтобы моя семья была впутана в это. Я покончу с собой, чтобы сохранить свое честное имя. Императорский двор не должен тронуть мою семью, иначе их совесть замучает. Меня ждет смерть, вам не зачем меня переубеждать. Берегите себя!
Двое глав школ осознали, что это был мудрый ход со стороны Чжоу Шоу Сяна.
Когда они втроем вышли, вдруг послышался звук меча, который достали из ножен. Двое глав резко обернулись.
С другой стороны палатки Сюэ Сяо тоже увидел, что Чжоу Шоу Сян остался внутри палатки, пока двое глав выходили из нее. Он увидел, что собирался сделать Чжоу Шоу Сян и тут же выкрикнул: Брат Чжоу!
Чжоу Шоу Сян решительно воткнул острие меча себе в горло, и алая кровь потекла по шее….
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления