Шао Пин Бо хоть и говорил искренне, но он прекрасно знал, что Ню Ю Дао не отпустит его. Если Ню Ю Дао не отпустит его, то с чего бы ему отпускать Ню Ю Дао? Каждый из них не будет жить спокойно, пока не погибнет другой!
Шао Пин Бо был искренен потому, что знал чего хочет Тай Шу Сюн. А Ню Ю Дао определенно не сможет пойти к Тай Шу Сюну. Он столько раз сражался с Ню Ю Дао, а Тай Шу Сюн как раз рассчитывает на то, что они будут перед ним постоянно бороться друг против друга, сохраняя баланс.
В некоторой степени Ню Ю Дао такой же человек, как и Шао Пин Бо. Они оба не хотят поддаваться контролю. Если бы у него был выбор, разве он оставил бы Бэйчжоу?
Также и Ню Ю Дао сейчас, хорошо устроившись в Южной области, разве будет покидать ее. Сейчас его слово имеет большой вес. Он конечно не променяет Южную область, чтобы прийти сюда и постоянно поклоняться Тай Шу Сюну.
Шао Пин Бо точно знал, что желание Тай Шу Сюна не сбудется, поэтому он смело согласился с его желанием.
Однако Тай Шу Сюн искренне верил в его слова и удовлетворенно сказал:
— Если бы все починенные были такими, как ты, тогда бы царство Цзинь разве оказалось сейчас на этом месте? Мы, словно тигры, давно бы вырвались с ревом и потрясли всю поднебесную! Возможность получить господина — счастье для меня и счастье для царства Цзинь. Я верно выбрал человека. Хорошо, очень хорошо!
— Ваше величество незаслуженно хвалит меня. С уровнем воды поднимается и корабль. У покорного слуги тоже есть эгоистические мысли. — Шао Пин Бо поклонился.
— Это всем ясно, и это нормально. Все понимают, что ты — словно перо феникса или рог единорога. Ты сильнее многих подчинённых в тысячу раз. — Тай Шу Сюн стал расхваливать его. Шао Пин Бо был не против Ню Ю Дао, вот тот так обрадовался, что начал осыпать его комплиментами.
Шао Пин Бо мог только кланяться и благодарить.
Тай Шу Сюн протянул руку и поднял его, затем сказал:
— Как обстоят дела с царством Ци и Вэй? Я получил новости, что ты все еще не уверен. Может стоит увеличить скорость? Может сил отдела Черной воды еще недостаточно? Кто будет оттягивать важное дело, так ты сразу скажи!
Он подразумевал дело между сестрой и братом царства Вэй и императора и наследниками царства Ци. Ведь Шао Пин Бо отвечал за них.
Пока у Шао Пин Бо не было других дел, и он сейчас являлся его советником. Только Шао Пин Бо не за что было награждать. Шао Пин Бо в этот раз пришел, и Тай Шу Сюн выказал ему особое отношение. Из-за чего в высших кругах уже пошли обсуждения.
Теперь план по завоеванию поднебесной нужно было держать в тайне. Нельзя, чтобы кто-то узнал о нем. Поэтому император доверил это задание Шао Пин Бо.
Если Шао Пин Бо преуспеет в этом деле, то он поможет выпустить мощную армию. Тогда за это его можно будет вознаградить. И кто посмеет тогда что-либо ему сделать?
Это Шао Пин Бо конечно понимал.
Шао Пин Бо стал объясняться перед императором:
— Не то, что управитель Тао не помогает, это я просто не хочу провалить важное дело. Император царства Вэй хоть и абсурден, но Сюань Вэй не уступает мужчине. Да и в царстве Ци Хао Юн Ту — не простак. Если скосим траву, то спугнем змею, а потом уже будет сложно добиться успеха. Сначала нужно хорошо подготовиться. Если будем действовать, то нужно действовать наверняка. Отдел Черной воды предоставляет людей, да только я пока ими недоволен. Нужно выбрать лучших людей, чтобы к ним нельзя было придраться!
— М, в этом есть смысл. Это я поспешил. — Тай Шу Сюн закивал головой, одобряя его действия:
— Ты хорошо храни тайну. С твоими способностями, думаю, ты сможешь справиться с этим заданием! Я спокоен!
— Спасибо ваше величество за доверие! Покорный слуга выполнит все, что в его силах!
Южная область, резиденция правителя. Зал Мужества.
Мэн Шань Мин сидел в коляске перед картой, а Шан Чао Цзун стоял позади него.
Хоть царство Янь уже отвели войска, но Цинчжоу по-прежнему находилось под давлением. Царство Чжао все еще сосредотачивали войска у Цинчжоу, поэтому они сейчас думали, как действовать в случае нападения. Ведь если Цинчжоу падет, то Южная область окажется между наковальней и молотом.
Лан Жо Тин вошел в зал и после того, как поздоровался со всеми, передал письмо Шан Чао Цзуну:
— Владыка Дао передал письмо. Он просит князя отправить десятитысячную конницу гвардии Ули и Иньян в Цинчжоу, а также огромное войско отправить к границам Цинчжоу. Он говорит — не жалеть средств, чтобы всеми силами дать отпор царству Чжао.
Мэн Шань Мин, глядя на карту, кивнул: — Что и ожидалось.
Лан Жо Тин кивнул: Цинчжоу и Южная область должны поддерживать друг друга. Сейчас если кто-то падет, то другой останется один на один с другим царством!
— Я, похоже, стал подпевалой владыки Дао. — Шан Чао Цзун внезапно сказал.
Мэн Шань Мин и Лан Жо Тин испугались. Они быстро повернули головы и не знали, что сказать. Они сразу посмотрели по сторонам, боясь, что кто-либо мог это услышать.
От этих слов у них сердце упало в пятки.
Шан Чао Цзун, глядя на их реакцию, махнул рукой и горько улыбаясь сказал:
— Не нужно ошибочно понимать меня. Я знаю, что нужно помогать Цинчжоу. Только владыка Дао не рассказывает нам своих планов. Он только отправляет листок бумаги, где говорит, чтобы мы посылали в Цинчжоу армию. Ведь это не шутки. Сколько нужно времени, чтобы подготовить все. Как мне в неведении все успевать делать? Как мне отправлять и дислоцировать тысячи воинов? Неужели всей толпой отправить в Цинчжоу?
Мэн Шань Мин медленно проговорил:
— Владыка Дао не понимает же в военном деле, поэтому так и говорит. Будет возможность, я переговорю с ним об этом. Он поймет. Только князь…князь, нужно быть осторожным в словах!
— Поскромнее! — Лао Жо Тин тоже стал убеждать его и тихо напомнил:
— Учитель при жизни сказал как-то о правителе. Он постоянно говорил ему, что не стоит показывать свои недостатки. Нужно быть скромнее, и тогда будешь казаться гением. А если в каждом деле эмоционально о чем-то говорить, то как на тебя тогда будут смотреть. Как тогда за тобой кто-либо пойдет?
— Владыка Дао одарен — и князь это знает. И все недостатки князя владыка Дао заполняет. Князю только нужно один глаз держать открытым, а другой закрытым. Это и владыка Дао ясно понимает. Мы не собирались пока переводить войска, вот и владыка Дао ничего не спросил. Князь, нужно быть скромнее, скромнее!
Шао Чао Цзун горько улыбнулся:
— Я помню, что как только выбрался из столицы и по дороге убил генерала, тогда господин Лан постоянно говорил мне быть скромнее. Мысли господина Лана я знаю. Я просто экспромтом сказал, ничего такого я не думал. Полководец Мэн, господин Лан, не беспокойтесь.
Неважно — сказал он специально или нет, но Мэн Шань Мин еще раз медленно добавил: — Осторожнее в словах!
Такое же письмо получили и в резиденции горы Дачан.
В одном зале Хуан Ли посмотрел письмо от Ню Ю Дао и передал его остальным старейшинам.
Содержание письма было такое же. Только в этом письме Ню Ю Дао просил гору Дачан вместе с войсками Шан Чао Цзуна ворваться в царство Чжао для оказания давления.
Гора Дачан тоже не глупы и понимали, что в этом случае они должны оказать поддержку Южной области в виде Цинчжоу.
Множество людей прочитали письмо, а Хуан Ли вышел из зала. Он встал под навесом крыши и посмотрел на небо.
— Ах! — вздохнул он.
В этой ситуации не следовать указаниям Ню Ю Дао будет плохо, и сохранение Цинчжоу
— это также в интересах горы Дачан. Только ему не нравилось это ощущение, когда тебя будто водят за нос.
Однако у них не было выбора. Имперский дом увел свои войска, поэтому теперь у него даже права не было что-либо говорить.
Неважно гора Дачан или Шан Чао Цзун — все последовали указанию Ню Ю Дао. Все направили свои войска в Цинчжоу и не жалели каких-либо сил.
....
Имперский двор царства Чжао.
Хай У Цзи долго стоял молча перед картой.
Один дворцовый евнух зашел в зал и принес бульон на подносе. Он подошел ближе и тихо прошептал:
— Ваше величество, вы с утра ничего не ели…
«Цзн!»
Хай У Цзи повернулся, взмахнул рукой и перевернул поднос. Нефритовая чаша с бульоном разбилась об пол.
Увидев мрачное выражение лица Хай У Цзи, тот дворцовый евнух сразу встал на колени и не смел поднять головы.
А Хай У Цзи стал расхаживать по комнате. Он был вне себя от ярости.
Царство Янь малодушно бросило альянс. Он уже собирался вступать в Цинчжоу, чтобы обоими царствами прижать свои области. Да только Хай У Цзи был не в силах все это провернуть в одного. Он был зол.
И проблема была не в подтвержденных доказательствах, а в том, что все знают, что это он отравил свою собственную сестренку. И в итоге Хай Жу Юэ выжила, а Цинчжоу не тронут. И у него запятнанная репутация. Как ему теперь не злиться!
— Ваше величество! — еще один евнух зашел внутрь и, увидев обстановку, поменялся в лице. Он сразу же осторожно сказал:
— Ваше величество! Посол царства Янь — Гао Шао Мин просит аудиенции!
— Он еще имеет смелость приходить сюда? — Хай У Цзи гневно ответил:
— Бестолковая вещь! Не впускать, прогнать! Ответьте царству Янь, что мы не рады этому человеку. Пусть меняют своего посла!
Резиденция правителя Цинчжоу.
Сы Ту Яо навеселе привел нескольких людей во двор Ню Ю Дао.
Гуань Фан И доложила Ню Ю Дао, и тот вышел встречать их. После приветствия Сы Ту Яо радостно сказал:
— Братец, имперские войска ушли обратно. Буря стихла!
Ню Ю Дао улыбаясь ответил:
— Глава Сы Ту, я не обманул тебя. Моя Южная область быстро среагировала. Мы не тратили и минуты на важное дело.
Сы ТуЯо про себя был рад, поэтому довольно схватил руку Ню Ю Дао и стал хлопать по ней:
— Ничего ничего. Друг познается в беде. Братец — человек, заслуживающий доверия. Если братец принимает командование в Южной области, то мой дворец Вандун будет спокоен. Гора Дачан не представляет Южную область, впредь дела обеих областей мой дворец Вандун будет обсуждать с тобой!
Ню Ю Дао спросил: Будет ли это удобно?
Сы Ту Яо: Мы, как супруги, будем вечно вместе!
*Супруги?* — от этого у Ню Ю Дао мурашки по коже прошлись. Он вернул свою руку от Сы Ту Яо и улыбаясь сказал:
— Если как супруги, то Цинчжоу будет супругой.
Сы Ту Яо не согласившись ответил: — Почему это? Я думаю, что Южная область более подходит на роль супруги.
Ню Ю Дао махнул рукой:
— Не так. Хай Жу Юэ — женщина и не станет мужчиной, а князь — мужчина и не станет женщиной, (п.п. Он в Тайланде не был)
Против этого люди дворца Вандун ничего не могли возразить. А Ли У Хуа передернуло. Все же речь шла о его теперешней жене.
Гуань Фан И улыбалась. Она заметила, что владыка Дао и повода не даст опровергнуть его слова. Что не скажет, то все со здравым смыслом.
— Ты парень, даже здесь не пойдешь на уступки. — Сы Ту Яо выразительно посмотрел на него и, снова похлопав по плечу Ню Ю Дао, сказал:
— Братец, здесь разница в возрасте.
Он подразумевал, что Хай Жу Юэ и Шан Чао Цзун родились в разных поколениях.
Все расхохотались, и Ню Ю Дао тоже рассмеялся.
— Братец, можно тебя на пару слов. — Сы Ту Яо снова похлопал по плечу Ню Ю Дао и пригласил его в сторону.
Самая лучшая война — разбить замыслы противника; на следующем месте — разбить его союзы; на следующем месте — разбить его войска. Самое худшее — осаждать крепости.
Сунь Цзы
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления