Вокруг стояла непроглядная тьма. Обычный человек ничего не сможет разглядеть в такой тьме, но культиваторы могли. Они ясно видели людей, плывущих среди бурлящей воды.
Несмотря на опасность, ожидающую их в этом бурлящем потоке, группа солдат один за другим прыгали в реку. Культиваторы беспомощно смотрели на них. Они ясно видели, что происходило в реке. Но ничего не поделаешь, времени у них мало!
Хоть это место из-за природного рельефа особо не охраняли противники, но это не значит, что противник вовсе оставит его без внимания. Каждые полчаса, как подсчитали лазутчики, сюда прибывает дозор. Поэтому сейчас у всех было только полчаса, чтобы переправить как можно больше людей.
Культиваторы царства Сун не дадут войскам царства Янь времени больше чем полчаса.
Воинам нужно за это время не только пересечь реку, но и еще где-нибудь скрыться. Иначе их обнаружат.
А если их обнаружат, то весь план Мэн Шань Мина падет прахом.
В этот раз прибыло 50 тысяч воинов. Им нужно было как можно больше людей переправить на другой берег, ведь от этого зависит исход боя.
50 тысяч воинов. С одной стороны их поджидала опасность в виде бушующей реки, а с другой стороны время работало против них.
И опять же возможность этой атаки заключалась в невозможности этой атаки. Поэтому они и делают сейчас невозможное ради этой возможности.
Неважно будут помогать культиваторы или нет, только по времени очень мала вероятность того, что все смогут благополучно переправиться через реку.
В самом опасном промежутке реки нужно как можно быстрее переправить воинов. Только так в нынешнем положении можно поступить.
Бревна в руках воинах должны были помочь им вскарабкаться на берег. Один культиватор не выдержал и сказал:
— Все помогите им. Скольким сможем помочь — стольким и поможем. Никто не был против. Каждый культиватор бросился в реку, хватал двух человек и летел на противоположный берег. Каждый бросал двух людей на берег и возвращался обратно за следующими воинами.
Культиваторы прекрасно понимали, что в этот момент им нужно как можно больше людей переправить на противоположный берег.
Поглощенные водой и пеной воины за счет бревен цеплялись за скалистый берег и всеми силами пытались вскарабкаться.
Это была задумка Мэн Шань Мина, чтобы хоть как-то дать шанс воинам забраться на берег, если тех унесет течение.
В этой тьме ничего не было видно, поэтому воины двигались наощупь.
Воин если бревном сможет нащупать берег, то уже изо всех сил постарается взобраться наверх.
Воины, которые смогли взобраться на берег, сразу же бежали к своим товарищам и помогали им карабкаться на берег.
Каждый поднявшийся воин так поступал и искал товарищей, кому требовалась помощь. Кто-то кого-то вытягивал за бревно.
Мэн Шань Мин также предположил, что в темноте на скалистом берегу сложно будет даже вытащить товарища на берег, поэтому он и велел солдатам взять с собой бревна.
Однако все воина действовали вслепую. Ведь стояла кромешная тьма.
Кому-то совсем не везло. Кто-то не успевал нащупать бревном берег и его сильным течением относило так, что он разбивал голову о камни, отчего мозги разлетались во все стороны.
Многим культиваторам от этой сцены было не по себе. Действительно им было больно смотреть на то, как множество воинов погибают.
В этот момент один культиватор сказал главному:
— Может выпустим лунных бабочек, чтобы они хотя бы видели куда плывут. За короткое время вряд ли кто нас заметит.
Тот командир сразу же дал пощечину тому культиватору:
— Чушь! Хочешь всех похоронить?! Один блеск может выдать нас всех. Сколько тогда воинов, не успевших подняться на берег, просто так погибнут. Не только их, нас также могут вражеские культиваторы взять в кольцо. Слушай меня внимательно: Ни в коем случае нельзя, чтобы нас кто-либо обнаружил!
В обычное время тот культиватор не потерпел бы к себе такого отношения. Но сейчас было другое время, поэтому он просто промолчал.
Воины постепенно поднимались на берег. Уже можно было заметить, что воинов на берегу стало немало. Однако были и те, кто не смог подняться наверх. их уносило течением, и неясно было живы они или нет.
Кого-то из-за течения и водоворота просто уносило обратно на противоположный берег.
К такому воину сразу же подлетал культиватор и перебрасывал его обратно. Времени мало, поэтому у всех был только один шанс переправиться на противоположный берег. Второго шанса у них больше не будет.
К счастью, немного воинов унесло течением. Большая часть переправилась на противоположный берег или их течение отбросило обратно.
Не прошло много времени, как все 50 тысяч воинов спустились в воду.
Никто пока не мог сказать точно, сколько воинов перебралось на противоположный берег. Точнее не успели посчитать. Ведь воины, взобравшиеся на берег, тут же скрывались в глубине леса.
— Уходим! — один командир скомандовал, и все начали покидать берег.
Несколько культиваторов остались на берегу. Они с помощью ци и сильного ветра заметали следы воинов.
Впереди воинов следовали культиваторы, которые показывали путь. Иначе воины в такой тьме выведут всех не вто направление, и тогда все будут обнаружены.
В итоге более 30 тысяч воинов смогли переправиться через реку. Еще около тысячи человек вернулись обратно на изначальный берег.
Можно сказать, меньше чем за полчаса около 20 тысяч воинов поглотила река.
Все воины были телохранителями Чжан Ху. Можно сказать, что они доверенные воины и самые обученные воины Чжан Ху. Все они прошли множество битв и много лет следовали за Чжан Ху.
Именно из-за того, что они были надежными и сильными людьми, Мэн Шань Мин доверил эту миссию людям Чжан Ху.
— 20 тысяч братьев, вот так и не стало. Сколько раз они могли быть убиты от меча врага! Сколько раз они находились на краю жизни и смерти, однако они выживали. Но здесь, после моего приказа их не стало. Что я скажу теперь их семьям?! Ааах…— один командир взывал, глядя в небо. Огромный мужчина в этот момент плакал, как ребенок.
Другой командир, глядя в ночное небо, вздохнул. У него также по щекам текли слезы.
Это были правая и левая рука Чжан Ху. Оба сейчас не могли сдержать слез. — Ах! — стоящий рядом культиватор тоже не выдержал и вздохнул.
Горе и скорбь не должны повлиять на дело, поэтому армия продолжила двигаться дальше. По пути они достали пайки и начали есть, восполняя силы.
Под дождем итак холодно, а они еще искупались в ледяной бурлящей реке. Поэтому сейчас по их телам пробежал холод. Им обязательно нужно поесть и набраться сил. Ведь важная задача еще впереди.
Каждый воин на ходу жевал мокрую лепешку, которую было легко взять с собой.
На полпути они остановились у подножья одной горы и разделились на два отряда…
Сверкнула молния. Дождь лил, как из ведра, а за палаткой стоял один человек. Луо Да Ан, увидев его, проговорил: — Учитель.
Смотрящий на карту Мэн Шань Мин медленно поднял голову и увидел стоящего под дождем за палаткой Чжан Ху.
Два человека посмотрели друг другу в глаза. Мэн Шань Мин похоже осознал что-то и стянул щеки.
Гун Лин Цзэ, стоящий у двери другой палатки, тоже что-то понял и сразу же подошел сюда. Он заметил, что Чжан Ху как-то странно себя вел. Поэтому он сразу спросил:
— Господин Чжан, почему вы здесь стоите под дождем?
Чжан Ху, не обращая на него внимания, медленно зашел внутрь палатки. Капли дождя медленно с него падали на пол. Он смотрел в глаза Мэн Шань Мину. Гун Лин Цзэ тоже вошел внутрь и снова спросил:
— Что такое?
Чжан Ху не ответил ему. Он только спросил Мэн Шань Мина:
— Можно говорить?
Мэн Шань Мин посмотрел на Гун Лин Цзэ. Раз Гун Лин Цзэ пришел, то уже нет необходимости утаивать что-то от него. В итоге он кивнул Чжан Ху.
Чжан ху стянул щеки, его глаза покраснели, и он, глядя на потолок палатки, горестно сказал:
— 20 тысяч братьев не стало. Гун Лин Цзэ удивился: «Какие 20 тысяч братьев?»
Мэн Шань Мин стянул крепче щеки. Он знал, что это очень опасно, но не думал, что 20 тысяч воинов вот так пропадут. Поэтому ему тоже стало больно на душе.
Все были людьми военными, поэтому он знал, что сейчас ощущал Чжан Ху. Если даже сейчас взять 100 тысяч людей и предложить их Чжан Ху взамен тех 20 тысяч, Чжан Ху не раздумывая откажет.
Постояв немного, Мэн Шань Мин вздохнул:
— Оставшиеся 30 тысяч?
Чжан Ху: Переправились.
«Что значит переправились?» — Гун Лин Цзэ по-прежнему не понимал.
Мэн Шань Мин облегченно вздохнул. Он почувствовал снова уверенность в ногах и серьезно сказал:
— Созвать генералов на совет! — Повинуюсь приказу! — Чжан Ху сложил руки и развернувшись ушел.
Как только он вышел из палатки, то протер руками глаза. Оставшиеся в живых 30 тысяч телохранителей в тылу врага, и еще неясно сколько из них останется в живых? Как ему не волноваться? Хорошо, что холодный дождь помогал ему сохранять самообладание.
Сидящий за столом Мэн Шань Мин проводил взглядом Чжан Ху. Также провожал взглядом Чжан Ху и Гун Лин Цзэ. Потом он спросил у Мэн Шань Мина:
— Что происходит?
Мэн Шань Мин: Разве Чжан Ху уже не сказал?
Гун Лин Цзэ: Я не понял.
Мэн Шань Мин: Уже 30 тысяч воинов переправились через реку.
— Уже 30 тысяч воинов переправились через реку. — Гун Лин Цзэ удивился. Переправиться через реку, когда ее так хорошо охраняют? Тем более когда на улице ничего не видно. Как такое возможно?
Мэн Шань Мин добавил: 50 тысяч воинов, личных телохранителей Чжан Ху — это братья, которые много лет следовали за Чжан Ху. Из них только 30 тысяч смогли перебраться через реку. Глава, разве вы не вынуждали меня выдвигать войска? Войска выдвинуться сегодня ночью. Надеюсь, что глава велит всем культиваторам помогать нам.
Братья не братья — для Гун Лин Цзэ это было не так важно. Однако он наконец понял, что произошло и, нахмурив брови, спросил:
— Почему скрыли это от меня?
Мэн Шань Мин: Если бы хоть кто-нибудь разгласил тайну, то многое могло не получиться. А в этом бою царство на кону! Несколько десятков тысяч воинов поставили жизнь на это задание. Здесь не может быть ошибки. Надеюсь, глава поймет меня и не будет держать обиды. — ответил спокойно Мэн Шань Мин.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления