В одном из маленьких дворов гостевого двора Шао Пин Бо стоял под навесом. Шао Сань Шэн в это время проверял дворик.
Это место было подготовлено для гостей столицы. Узнав о положении Шао Пин Бо, Хао Чжэнь сразу же отправил его в этот гостевой двор. Хао Чжэнь отправил его в гостевой двор императора царства Ци, чтобы никто не поднимал лишних слухов.
Что касается безопасности, то это место всегда охраняется культиваторами. К тому же Хао Чжэнь еще послал сюда своих людей.
После проверки Шао Сань Шэн вернулся и доложил:
— Старший молодой господин, можно отдохнуть.
Шао Пин Бо вернулся из своих мыслей и спросил:
— Что ты думаешь насчет Лю Эр?
Шао Сань Шэн немного удивился и ответил:
— Хорошо! Она подобрела и стала более благородно вести себя. Похоже князь Ин хорошо к ней относится. Она давно подготовилась встретить нас.
Шао Пин Бо: Она слишком вежлива ко мне и при этом слишком равнодушна… Она не забыла прошлые дела и по-прежнему обижается на меня.
«Оказывается вот о чем он.» — Шао Сань Шэн промолчал.
Если говорить по существу, то он видел, как эти дети росли, и знал чувства Лю Эр по отношению к Шао Пин Бо.
Помолчав немного, он вздыхая сказал:
— Старший молодой господин, почему нам сразу не пойти к императору царства Ци?
Шао Пин Бо: Хао Юн Ту не молод. Он уже стар и долго засиделся на императорском престоле. Он полюбил власть и уже так просто не откажется от власти. Он также не позволит другим составлять угрозу для его власти. Пока он не погибнет, вряд ли он кому-либо передаст власть. Как я вижу положение царства Ци — сейчас Хао Юн Ту противоречит себе. С одной стороны — ему нужно выбрать наследника, с другой стороны — он опасается, что кто-то будет угрожать его престолу. Он как старый лев.
Поэтому сейчас среди всех наследников нельзя выделить вероятного наследника. Способные из его наследников скрываются в тени, как князь Ин. Хао Чжэнь если захочет принять меня, то я предпочту остаться у него и буду давать ему советы. Если он не примет меня, то идти к Хао Юн Ту нет смысла потому, что я связан с Лю Эр. Он примет меня, как человека Хао Чжэня. Сейчас Хао Юн Ту не будет сильно обращать внимание на меня. Если Хао Юн Ту не примет меня, то Хао Чжэнь не примет меня. Тогда смысл мне оставаться в царстве Ци? А сейчас самое важное — находиться рядом с могущественным человеком. Иначе сопротивляться Ню Ю Дао одному мне будет сложно!
Шао Сань Шэн кивнул. Он не думал, что выдача Лю Эр замуж принесет такие плоды уже сейчас. Он не сомневался в решении Шао Пин Бо. За столько лет, что он провел с ним, Шао Сань Шэн убедился в способностях Шао Пин Бо. Подняв голову, он спросил:
— Старший молодой господин, что дальше?
— Я уверен в Хао Чжэне, иначе я не стал бы прибывать сюда.
— А если госпожа начнет вставлять палки в колеса?
— Князь так долго ждал своего момента. Его слух знает, что надо слушать. Он может устоять перед мягкими речами и не подастся соблазну одной женщины. Стоит только Хао Чжэню держаться своего, то я не умру. И Лю Эр не будет точно мешать нам.
…
Среди пустынных степей по старой дороге скакала группа людей. Чэн Юань Ду вел всадников за собой.
Он уже получил сообщение от секты Небесного нефрита, что Ню Ю Дао уже в Бэйчжоу. Поэтому они и последовали туда…
Шао Дэн Юн держал дрожащей рукой одно письмо. В этом письме он увидел довольно знакомый почерк своего начальника, отчего он сразу вспомнил молодые годы. Вначале письма его добро ругали. Его бывший начальник спрашивал его — помнит ли он битву в начале января? Когда Нин Ван Шан Цзянь Бо лично из-за него втянулся в бой. Огромные войска сражались рядом с ним, чтобы вывести его из опасной ситуации. Сколько он славы получил из той битвы. И неужели это все ради того, чтобы стать потом знаменитым изменником?
Его спрашивали — помнит ли он, кто из-за него даже ночью ринулся во вражеское окружение, чтобы спасти его?
Его спрашивали — помнит ли он, сколько солдат Ули и Иньян погибли ради него?
Спрашивали — помнит ли он кого-нибудь из молодых солдат гвардии Ули и Иньян, которые стали изменниками?
А также спросили: *Ты думаешь, что находясь в Бэйчжоу, в опасном месте сможешь долго продержаться? С давних времен сколько людей за три поколения получали известность? Думаешь, своими такими подвигами можешь смыть свои грехи? Хочешь погибнуть — погибай, но своих подчиненных братьев не тяни за собой!
В письме его военачальник полностью отчитал. Он ругал его за измену и другие действия. Ругал из-за того, что он глупец.
*Раньше мы полагали, что ты поступаешь от безысходности, поэтому не расследовали дело. А сейчас? Слепой что ли? Не видишь, что флаг Нин Вана уже поднят в Южной области?*
Последнее предложение вовсе добило его: *Негодяй, еще не подумал вернуться? Каких времен тогда ожидаешь!*
Отчего у Шао Дэн Юна слезы из глаз потекли ручьем. Он навалился на стол и горестным голосом сказал:
— Полководец Мэн! Я признаю свою ошибку…
Ян Шуан двумя рукавами тоже вытирал слезы.
Шао Дэн Юн внезапно выпрямился и горестным голосом сказал:
— Четыре драгоценности ученого мне. Я буду писать повинную полководцу Мэн!
Янь Шуан протестующе махнул рукой:
— Господин, может это обман? Они просто потом убьют вас и скажут, что это все ради очищения позора перед Нин Ваном?
Шао Дэн Юн, вытирая слезы, сказал:
— Другие могут обмануть меня, но полководец Мэн нет! Быстрее неси четыре драгоценности ученого!
…
Гуань Фан И подошла к перилам одного дворца. Она подошла к Ню Ю Дао и, кивая назад, прошептала:
— В Южной области уже получили письмо. Почему хорошие люди делают это, а не ты?
Ню Ю Дао хохоча ответил:
— А я разве хороший человек? Я взялся за его семью. Разве я могу быть хорошим человеком в глазах Шао Дэн Юна?
— Это верно. Но они смогут уговорить его?
— Может и смогут, а может и нет. Неважно.
Гуань Фан И с сомнением спросила:
— Как понять?
Ню Ю Дао спокойно ответил:
— Если добьются. То это значит, что преданность Шао Дэн Юна еще не угасла. Если не добьются, значит он эгоист. В этой ситуации мы можем действовать согласно обстановке!
Гуань Фан И: Почему чем больше ты говоришь, тем больше я чувствую себя глупой?
Ню Ю Дао похлопал по перилам и вздыхая проговорил:
— Неважно что будет. Даже если он окажется эгоистичным, главное — чтобы он не был тупым. Тогда он поймет что нужно делать, чтобы получить выгоду для себя. Пока ситуация стабильна для меня. Можно будет и стабилизировать Бэйчжоу. Что он будет делать если не согласится? Если не получится побороться за Южную область, то в чем смысл Бэйчжоу? Если получится пробить себе дорогу в Южную область, то у Шао Дэн Юна будет путь к отходу. Конечно, вода придет и корабли начнут отплывать. Он конечно будет течь по стечению обстоятельств. А что делать — он и сам поймет.
Гуань Фан И удивилась и слегка кивнула. Она сейчас можно сказать получила урок жизни и еще сильнее стала боготворить Ню Ю Дао. Да только на словах она ухмыляясь сказала:
— Ты хорошо разбираешься в людях. Плохой человек!
Ню Ю Дао вздыхая сказал:
— Я и не собираюсь для тебя становиться хорошим человеком. Давай о деле. Пришел ответ от дворца Утренней луны?
Гуань Фан И понимала, что Ню Ю Дао больше всего заботил Шао Пин Бо. Она махнула рукой и передала ему письмо.
Ню Ю Дао достал письмо и начал читать. Он не находил слов. Это письмо было с царства Вэй. Шпионы секты Уляньшань из столицы царства Вэй докладывали, что Тан И уже прибыла туда и остановилась в резиденции Сюань Вэй. Она пока находится там.
Ню Ю Дао сразу же стер письмо в порошок и удивленно сказал:
— Я просил новостей о дворце Утренней луны, а не это.
Гуань ФАн И выкатила глаза:
— Дала тебе письмо с хорошими новостями, а ты не благодарен. Откуда ответ? Они только получили его. Они просят, чтобы ты назначил цену. Вот так и летают птицы с вопросами-ответами. Я так полагаю, что у тебя нескоро получится заполучить Шао Пин Бо.
Вечером Ню Ю Дао культивировал в комнате, как в коридоре послышались шаги.
Гуань Фан И вошла в комнату и показала письмо:
— Есть сообщение от Шао Пин Бо. — она понимала, что Ню Ю Дао беспокоился об этом.
Ню Ю Дао встал, взял письмо и обнаружил, что это письмо было от Хао Чжэня. Он сразу нахмурил брови.
Гуань Фан И уже прочла содержимое письма и спросила:
— Что делать? Хао Чжэнь хочет защитить его и еще Бэйчжоу.
— Я конечно уважаю его, только не стоит ему использовать мощь царства Ци. Чернила и кисть мне. Я лично отвечу ему! — Ню Ю Дао холодно усмехнулся.
Гуань Фан И принесла ему необходимое и помогла развести чернила.
Ню Ю Дао походил немного, потом сел и написал только несколько строк. После чего он подул на письмо, чтобы высохли чернила, и вручил его Гуань Фан И:
— Отправь оригинал.
Гуань Фан И посмотрела на письмо, поцокала и ушла.
…
— Уходишь? Не будешь дожидаться, когда здесь все закончится?
Ню Ю Дао пришел попрощаться, и Хуан Ли спросил его.
— Здесь есть глава Хуан. Мне нет смысла оставаться здесь.
— Тогда будем на связи.
— Хорошо! Я потом пришлю весточку. Кстати, я собирался подарить птицу черного нефрита Дяо, только сейчас могу извиниться.
Услышав это, Хуан Ли с каменным выражением лица ответил:
— Все в прошлом.
— Глава Хун так великодушен, и я тоже не буду малодушен. Значит так, как все уладится, когда мы снова встретимся в Южной области, тогда я продам горе Дачан одну птицу за 5 миллионов золотых. Как вам?
Услышав это, Гуань Фан И пристально посмотрела на Ню Ю Дао: *Ты охерел, мое уже снова продаешь? Даже ничего мне не сказав?*
Глаза Хуан Ли засверкали. Хоть и не бесплатно, но все равно выгодно.
— Хорошо. Я запомню это!
Позже две птицы вылетели из двора и покинули Бэйчжоу. На одной птице одиноко летел дядя Чэн, а на соседней Гуань Фан И далеко не тихо материла Ню Ю Дао.
В нескольких десятках ли от города, у пустынных гор две птицы приземлились.
В пустынном горном лесу скрывалась еще одна птица черной нефрит Дяо. Юань Ган, Юань Фан, Ин Эр и тринадцатый были здесь. Две группы снова встретились.
Другие две птицы ученики секты Уляньшань отправили обратно, чтобы не привлекать внимание.
Ин Эр изначально тоже хотели сразу отправить, да только Юань Ган зная, что мало кто с ней может справиться, взял ее с собой. Да вот Ин Эр разбушевалась, что Юань Фану кое-как удалось угомонить ее.
— Где она? — Ню Ю Дао спросил.
Юань Ган указал на груду камней, где можно было увидеть один силуэт.
— Сам посмотри.
Ню Ю Дао промелькнул и увидев лежащую Ин Эр. Он улыбаясь прошептал:
— Ин Эр!
Ин Эр повернула лицо.
И Ню Ю Дао оцепенел. На ее лице снова появились прожилки. Он неосознанно отошел назад и не смел к ней приближаться. На всем ее теле появлялись серебряные прожилки. Если ее увидишь днем, то можно легко испугаться.
Дядя Чэн и Сю Лао Лю не знали всю ситуацию и не знали положения Ин Эр. Они могли только удивляться — что же с ней такое произошло, что она так изменилась? Казалось, будто ее подменили.
Гуань Фан И только задрожала и сглотнула слюну от страха.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления