Всё же Юншин чувствовал, что эти холодные глаза кололи его сильнее необходимого, но не понимал причину. Он ощущал потребность вырваться из этой неловкой атмосферы. Юноша протянул Сехону документы, которые держал в руках, и указал на первую страницу.
— Вот.
Сехон взял бумаги и внимательно прочёл страницу.
— Что ты на это скажешь?
— Этот иск, поданный против Юнджин Констракшн, находится на рассмотрении. Здесь поднимается вопрос об экологической ситуации, противоречащей закону об охране почв и окружающей среды. Я бы хотел присоединиться и попробовать свои силы в этом деле. Я знаю законы об охране окружающей среды на достаточном уровне, чтобы справиться с этим, — объяснил Юншин.
— Возмещение убытков по этому иску может лечь на плечи компании-покупателя, а может и нет. Нам придётся бороться в суде. Раз так, я думал рассматривать это как обязательство Юнджин Констракшн.
— Оно небольшое, но я думаю, стоит привлечь к этому СМИ. Если мы скажем, что Юнджин загрязняла окружающую среду, люди не заинтересуются. Но если скажем им, что загрязняющее вещество попало в почву и нанесло ущерб общественному здоровью, всё будет иначе.
Раскручивание правды и закидывание её как косточки для СМИ было методом, которым иногда пользовался Сехон. Юншин считал поднятие шумихи в медиа специализацией старшего адвоката. Насколько юноше было известно, Сехон приложил много усилий, часто встречаясь со старшими менеджерами новостных компаний. Если он замечал какие-либо бреши в защите противоположной стороны во время медиавойны, он тайно вмешивался, выхватывая свою победу.
Юнджин видел, как Сехон использует это всякий раз, когда берётся за достаточно крупное дело, чтобы осветить его в новостях. Он был своего рода эталоном.
Однако, похоже, это предложение не то чтобы понравилось Сехону. Юншин сжал губы, начиная думать, что дал неверный ответ. Затем Сехон глубоко вздохнул и включил телефон внутренней связи. Его голос раздался эхом в замершем пространстве.
— Секретарь Так, свяжитесь с Тэсан и попросите их прислать кого-нибудь к шести вечера.
Отдав простое распоряжение, он элегантно положил трубку и уставился на Юншина.
— Общественное мнение не формируется за одну ночь. Ты должен будешь создать его. Хочешь попробовать написать статью об экологии?
— А я могу?
— Я посмотрю на неё и решу, включать ли тебя в дело.
— Спасибо.
Юншин поклонился и уже собирался уходить, когда Сехон махнул пальцами, говоря ему остаться.
— Позволь спросить одну вещь. Если этот скандал разгорится, разрушится не только семья подруги твоей сестры, – все вовлечённые лица будут уничтожены. Они будут выставлены как туши в мясной лавке. Разве ты не чувствуешь вину, сообщая всё это мне? — спросил Сехон.
— Я знаю, что вы не станете использовать эту информацию подобным образом. Она более ценна, пока держится в тайне, — ответил Юншин.
— Я спрашиваю о том, что ты чувствовал, когда принёс всё это мне.
Чувствовал он себя не очень хорошо – правда. Он только что выдал чужие несчастья, словно ступеньку для победы. Судя по тому, что сказал ему секретарь сестры, Игён и жена Чо Воника стали подругами из-за похожий семейных ситуаций.
Они обе подумывали о разводе, но им было трудно бороться против крупной корпорации в одиночку, и в этом они находили общее. В конечном итоге Юншин вмешался в их затруднительное положение, сделав его ещё более неудобным.
Однако это была его работа. Даже если это пустяк, поделиться своими картами с Догук, чтобы помочь ей победить, было верным поступком. В последнее время он перестроил своё мышление и закалил сердце. Юншин решил, что мог бы попытаться должным образом выстоять вместо того, чтобы плыть по течению, цепляясь за что-то.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления