Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Дракон в море The Dragon in the Sea
11

Стрелка автоматического таймера сделала круг… еще один… и еще. Менялись вахты, а «Рэм» все еще вжимался в ил подводной горы.

Одиннадцать дней и тридцать две минуты с момента отплытия.

Спарроу стоял возле командного пульта рядом с Рэмси, деля с ним вторую половину вахты. Чувство неустанного давления на корпус стало ухе привычным.

– Сколько времени прошло, как ты последний раз слышал сигнал той стаи?

– спросил Спарроу.

– Уже больше шести часов.

– Как с баржей?

Рэмси поглядел на ряд индикаторов, затем на мониторы боковых телекамер.

– Лежит справа от нас. Угол отклонения от нашей оси – 30 градусов. Тросы свободны.

Спарроу проверил контроллеры и включил двигатели. Чувство предвкушения движения пробежало по всему корпусу подводного судна. Рэмси и сам почувствовал этот трепет всем своим телом, начиная от ног, упирающихся в палубу.

– Поехали брать эту чертову нефть, – сказал Спарроу. Он нажал на клавишу включения движителя. – Только надо стряхнуть с себя грязь. Джонни, сбрось четыре незаряженные торпеды. Это немного повысит нашу плавучесть.

– А как быть с баржей? Давление не позволит ей всплыть с такой глубины.

– Мы подымем ее рывком. Попусти трос, чтобы было достаточно места для разгона.

Рэмси нажал на черный рычаг, и четыре торпеды упали на дно.

«Рэм» начал всплывать. Спарроу добавил мощности двигателям. Подлодка рванула вверх, буксирный трос разматывался за нею.

– Стопори трос! – приказал капитан.

Рэмси включил магнитные тормоза тросового барабана. Подлодка почти остановилась. Двигатели напрягались изо всех сил. Они очень медленно продвигались вперед.

– Трос натянулся, – сообщил Рэмси. – Чертов «слизень» ужасно тяжел.

– Сколько еще осталось троса?

– Футов восемьсот.

– Попусти немного.

«Рэм» снова подымался под углом вверх. Спарроу повернул штурвал направо, потом влево, ведя корабль змеиным зигзагом.

– Операционная глубина, – объявил Рэмси. – Внешнее давление – 2994 фунта на квадратный дюйм.

– Стопори трос и продуй первую цистерну,[12]пространство между внешним и внутренним, силовым, корпусами на подлодке; при погружении туда закачивается забортная вода, при всплытии вода вытесняется сжатым воздухом – приказал Спарроу.

Рэмси вновь остановил барабан троса. Его правая рука нажала на красный рычаг с надписью «Сжатый воздух» и переключила его подачу на первую цистерну.

– Сжатого воздуха не жалеть! – приказал Спарроу.

Рэмси дважды повернул кран на вентиле подачи.

Спарроу дал двигателям полную мощность. Нос «Рэма» задрался на десять градусов вверх. Они подымались дюйм за дюймом, но давалось им это нелегко.

– Баржа оторвалась от грунта, – доложил Рэмси.

– Как там с компенсационной системой давления на «слизне»?

Рэмси поглядел на показания приборов.

– Действует согласно изменениям внешнего давления.

– Продувай цистерны на носу баржи и на корме лодки.

– А мы не…

– Продувай. Давление воды удержит воздух, когда баржа достигнет оперативной глубины. Нам сейчас годится для подъема всякая помощь, причем как можно быстрее.

Рэмси, выполняя приказ, действовал на пульте управления.

Дюйм за дюймом они поднимались над дном. Рэмси следил за показаниями датчиков давления на барже.

– Передний танк уже всплывает.

Они сразу же почувствовали это: палуба выровнялась, скорость росла.

– Передний танк продут полностью, – доложил Рэмси. – Перехожу к заднему. – Он отер пот с лица.

– Это как раз то, о чем должен был подумать Лес, – сказал Спарроу. – Теперь мы знаем, что всплывать сможем. И это нам удастся всегда, если будет какой-то начальный вес, от которого можно будет избавиться для получения начальной плавучести.

– А откуда вы знаете, что Лесу это не…

– Я знаю своего помощника, – объяснил Спарроу. – Учись тут, Джонни, и станешь хорошим подводником. Никогда не влезай вместе со своей подлодкой в что-нибудь, если перед тем не разработаешь план, как можно будет выбраться с другой стороны.

Рэмси очень осторожно выбирал слова.

– Ну а насчет нефти? Вы уже продумали план, как нам выбраться с другой стороны?

– И не один, – сказал Спарроу. – У меня продуманы планы для самых разных случаев. Но какие-то вещи я, возможно, и не продумал.

Спарроу обернулся и осмотрел его с ног до головы.

– К примеру, что члены моего экипажа один за другим начинают сходить с ума.

У Рэмси даже челюсть отвисла. Слова вылетели сами, он не успел их остановить:

– А что вы скажете про себя?

Глаза Спарроу блеснули.

– Это первое, о чем я и подумать не мог, – ответил он и повернулся к пульту управления.

«Да он же совершенно как часть автомата, – подумал Рэмси. – Великий Боже на небесах, как могло случиться, что этот человек стал таким?»

Вошел Боннет. В руке он держал шприц, игла которого была защищена стерильной ватой.

– Капитан, вам пора делать укол.

– В левую руку?

– Хорошо…

– И я не растеряю своего достоинства?

Рэмси улыбнулся.

– Я чувствую, ребята, что вы втихомолку смеетесь надо мной, – ворчал капитан.

– Для вашей руки здесь будет слишком много, – сказал Боннет. Он поглядел на показатель давления. – Шесть тысяч футов! Что мы делаем на этой отмели?

Спарроу довольно захихикал.

– Можешь заняться сам, чтобы я не морочил голову. – Он отошел от пульта управления.

– Джонни, встань-ка к штурвалу.

Рэмси занял его место. За собой он слышал ворчание Спарроу:

– Потише, Лес.

– Как умею, шкип. Во время своей вахты Джо сделает вам следующий укол. Похоже, что с вами все в порядке.

– Как тут не быть в порядке! Имея таких трех сиделок…

Спарроу направился к Рэмси.

– Держи нас на курсе шестьдесят четыре градуса сорок пять минут.

Рэмси повернул штурвал и направил взгляд на сонарную карту.

– Получается, мы обойдем Нордкап. – Он сделал в уме кое-какие расчеты, сверяясь с показаниями таймера. – Где-то двадцать шесть с половиной часов.

Спарроу удивленно поглядел на него.

– Он шикарно считает в уме, – объяснил ему Боннет.

– И к тому же он слишком интересовался, куда это мы направляемся и когда прибудем на место, – сообщил Спарроу.

– Все эти предупреждения Безопасности годятся только для малых детей, – заявил Рэмси.

– Осмелюсь напомнить, что мы обнаружили на борту мертвеца, опять же, постоянные попытки устроить диверсию… – Капитан отошел, пристально глядя на Рэмси.

Теперь уже пришла очередь Боннета глядеть удивленно.

«Сейчас события вышли из-под моего контроля. Дай Боже, чтобы я оказался прав в своих расчетах… ведь у меня нет возможности вылезти с другой стороны».

Спарроу глядел на таймер.

– Пора Лесу заступать на вахту. – Жестом он приказал Боннету встать за штурвал. – Ставь на автопилот и так держать!

Рэмси отправился к тыльной двери и заметил, что Спарроу провожает его взглядом. Увидав, что Рэмси глядит на него, капитан делано повернулся и подошел к Боннету:

– Как только станем на автопилот, будешь следить за локаторами.

– Есть, капитан.

Рэмси вышел за дверь, прикрыл ее и остановился, прижав ухо к щели.

Боннет спросил:

– Как там Джо?

– С ним все в порядке. Свою вахту он стоять будет.

– А что насчет Долговязого Джона Рэмси? Капитан, может он быть не тем, за кого себя выдает?

– В этом нет никаких сомнений, – ответил Спарроу. – Меня занимает один вопрос: какого рода не тот это человек?

– А может он быть…

– Вполне вероятно. Ведь кто-то напичкал лодку шпионскими «маяками», загнал в смертельную ловушку этого офицера Безопасности.

– Но ведь тогда Рэмси на борту не было.

– Вот это меня и беспокоит. Но может этот тип из Безопасности что-то напутал с временем. Тогда все сходится.

– Я буду следить за ним, капитан.

– Так и решили. А я предупрежу Джо.

Рэмси на цыпочках отошел от двери. «Так, я сделал это. Боже, лишь бы я оказался прав». – Подумав об этом, он вздрогнул, направился по центральному проходу и спустился на свой уровень. Перед каютой Гарсии он остановился, поглядел на голую металлическую дверь. Вновь пришла мысль: «Боже, лишь бы я был прав в своих расчетах».

Он зашел в свою каюту, тихонько запер дверь на замок, потом достал телеметрическую аппаратуру и размотал ленты.

Это были реакции Спарроу во время пребывания в тоннеле, ремонта манипулятора – но капитан проявлял полнейшее самообладание. График напоминал траекторию резинового мячика, отбивающегося от двух параллельных стенок.

«Я должен сломать это самообладание, – думал Рэмси. – Он сделал ошибку только раз. В подходящее время и подходящих обстоятельствах».

Но другая часть его сознания говорила ему:

«Это чертовски трудно, сделать что-нибудь».

Рэмси подавил эту мысль.

«Должно сработать. Проверено на практике. И уже работает».

«В большинстве случаев».

Ему вспомнилось замечание Спарроу: «Никогда не влезай в какое-нибудь дело, пока не разработаешь план, как можно будет выбраться с другой стороны».

Рэмси сел на койку, сложил аппаратуру, закрыл ящик и спрятал его под стол.

Он завалился на постель, глядя на узор заклепок над головой. «А что, если план мой не сработает? Имеется ли у меня альтернатива на случай непредвиденных обстоятельств?» Тихие постукивания и урчание механизмов подлодки уводили Рэмси в какие-то фантастические миры. Он погрузился в беспокойный сон, а когда проснулся, чтобы заступить на следующую вахту, понял, что ни капельки не отдохнул, припоминая сны – нет, кошмары – которые никак не удавалось объяснить.

Автотаймер показывал двенадцать дней семь часов и пять минут с момента отправления. Вторая половина вахты Гарсии и первая – Боннета. Красное пятнышко на сонарной карте находилось у побережья Нордкапа: отмели, где «Рэм» прижимался ко дну на глубине в 100 фатомов.

Центральный пост ярко освещен, мерцали индикаторные лампы, рычаги и штурвалы отбрасывали плотные тени. Постоянное шевеление стрелок приборов. Два человека, занятые своим делом, напоминают рабочих в металлической пещере.

Боннет поглядел на показатель статического давления: 260 фунтов на квадратный дюйм.

– Что это шкип надумал так близко прижаться к берегу?

– Не надо задавать так много вопросов. – Гарсия ненадолго изменил угол наклона носовых рулей, поглядел на репитер показателя глубины. – Мы в двадцати футах от дна.

Из тыльной двери вышел Спарроу.

– Локаторы ничего не показывают?

В его голосе чувствовалась усталость. Он закашлялся.

– Ничего, – ответил Боннет.

– Это уже их воды, – сказал Спарроу. – На северном побережье у них нет береговых следящих станций, только южнее, в Норвегии.

– И все-таки мы в опасной близости от них, – заметил Боннет. Он тоже поглядел на репитер глубины. – И здесь чертовски мелко.

– И ты не считаешь, что для нас это самое безопасное место?

– Нет.

– Прекрасно. Значит и они так думают. Они знают, что мы – глубоководный буксировщик. Вот они и рыскают в Норвежском бассейне. Там глубина соответствует нашему пределу погружения.

– Ну и?

– Поэтому мы и решили проскочить по мелководью. – Он поглядел на Гарсию, потом на карту. – Джо, курс – семьдесят градусов.

Гарсия повернул штурвал, проследил по компасу, пока они не встали точно на курс, а потом и он поглядел на карту.

– Новая Земля, – прошептал он.

– Лес, найди-ка для нас изобару, идущую параллельно нашему курсу. Хотелось бы подольше идти не открываясь.

Боннет достал карту региона, покрытую плотно линиями изобар.

– Джо, пять минут держи нас на курсе 69 o .

Гарсия коснулся руля. Теперь все следили за репитером показателя температуры забортной воды. Внезапно вода стала холодней на 15 o .

– Возвращайся на прежний курс, – приказал Спарроу.

Теперь «Рэм» пробирался под покровом холодной воды.

– Так держать, – сказал Спарроу. – Выставить локатор на дальний поиск. Надо идти прямо.

– К Новой Земле, не так ли? – спросил Гарсия.

– Там ракетная испытательная база «восточных», – сообщил Боннет. – Там полно самолетов, и все напичкано детекторной аппаратурой.

– Мы провертели скважину прямо у них под носом, – сказал Спарроу. Уж если нам удалось ее пробурить, и они нас не услыхали, нам и удастся и опорожнить месторождение досуха, чтобы они не вычислили.

– Они тоже ищут здесь нефть?

Спарроу по-волчьи оскалил зубы в усмешке, его длинное лицо блестело в свете индикаторных ламп контрольных систем.

– В том-то вся и прелесть! Они и понятия не имеют, что здесь есть нефть!

– Господи, – прошептал Боннет. – Девственная скважина! И что, мы будем искать ее по каким-то знакам?

И вновь Спарроу внутренне содрогнулся, в то время как его глаза следили за красным пятнышком на сонарной карте. «Если „восточные“ засекут нас здесь, для них это перестанет быть секретом, – подумал он. – Но мы теперь в Божьих руках».

– Будем искать узкую расщелину, – сказал он. – Ее называют «кишкой», и она тянется поперек островного шельфа. Если искать, то пропустить ее будет невозможно. Глубина ее 3600 футов, а ширина – всего лишь 400.

– И правда, расщелина, – заметил Гарсия. – И мы войдем в нее?

– Нет. Для нас это указатель. – Он снова поглядел на карту. – При данной скорости нам до нее идти тридцать три часа. – Спарроу повернулся к выходу. – Если что изменится, вызовите.

И он вышел.

– Если что-то изменится, – пробормотал Боннет. – Здесь мы у всех на виду, как подсадные утки. Если что и изменится, то это рыба у нас в желудках. Вот тогда он проснется.

– А мне кажется, что он прав, – сказал Гарсия. – «Восточные» будут искать нас в глубоких водах. А здесь, похоже, мы прорвемся.

– И все же мне страшновато, – ответил Боннет. Он замолк, следя за показаниями локаторов.

«Рэм» несся вперед через мели, как перепуганная рыба. Стрелки таймера продолжали отсчитывать время.

– Сменяю на вахте мистера Гарсию, – сказал Рэмси, когда, пригнув голову, он вошел в помещение центрального поста. Он чувствовал враждебность двух других членов экипажа и растущее напряжение.

Гарсия попытался все перевести в шутку:

– Ты погляди, Лес, вот кто требует от нас все флотские формальности.

Рэмси встал рядом с Гарсией.

– Курс – семьдесят градусов.

Гарсия передал штурвал.

– Шуруем прямиком через мели. Если это нам удастся – поставлю свечку святому Губерту.

– Не сглазь, – заметил Боннет.

– А вы не слыхали, чем занимаются «восточные»! – спросил Рэмси. – У себя на Новой Земле они уже прогревают двигатели. Как только мы подойдем поближе, нас зацапают и зашлют в Сибирь.

– Умные ребята, – заметил Гарсия.

– Капитан загоняет нас прямо к ним в сеть, – продолжал Рэмси. – До конца войны просидим в концлагере, нам промоют мозги, а «Рэм» разберут до винтика…

– Заткни свой грязный рот! – взорвался Гарсия. – Мы идем выполнить задание. А как только мы выйдем в своем доке, я с удовольствием начищу тебе…

– А ну перестань! – крикнул Боннет. – Только драки здесь не хватало!

– Ты бы не говорил так, если бы знал этого умника получше. Исключительная голова: все знает, все видит и ничего не говорит!

– Уматывай, Джо, – вмешался Боннет. – Это приказ!

Гарсия отвернулся от Рэмси и вышел в тыльную дверь.

– Зачем ты это делаешь, Джонни?

– Что ты имеешь в виду?

– Зачем заводишь Джо?

– Он слишком легко заводится.

Боннет пристально поглядел на него.

– Если хочешь гибели кораблю, испорть отношения в экипаже, – сказал он.

– Больше такого не должно повторяться.

– Сейчас ты говоришь, будто старые тетки из Безопасности.

Боннет побагровел.

– Не нарывайтесь, мистер Рэмси. Со мной это не пройдет.

«Мой план уже работает», – подумал Рэмси. Он сказал:

– Веселенькая компашка из нас получится, когда мы доберемся наконец до Новой Земли. Уже сейчас каждый подсматривает друг за другом.

– Откуда ты знаешь, куда мы идем? – удивился Боннет. – Тебя же не было здесь, когда капитан говорил нам о цели назначения.

– Нагадал на кофейной гуще. – Рэмси кивнул в сторону прибора, вычерчивающего на ленте профиль дна. – Вы это ищете?

Боннет переключил свое внимание на ленту. Прерывистая линия спустилась к самому низу ленты и только через некоторое время вернулась к середине.

– Вот оно, изменение , – сказал Боннет. – Буди капитана.

Рэмси нажал на черную кнопку под табличкой с первым номером.

– Курс не меняем?

– Нет. Через четверть часа развер… Сигнал! – Он включил компьютер, расшифровывающий показания локаторов, и одновременно вырубил двигатели.

– Они на курсе перехвата. В восемнадцати милях.

Рэмси повернул штурвал вправо.

– Они услыхали нас?

– Пока об этом ничего не говорит.

Они бесшумно спускались. Боннет был занят данными на экране.

К ним вбежал Спарроу.

– Сигнал?!

– По курсу 270 o .

– Какая здесь глубина?

– Около четырехсот футов.

– Ты кое о чем забыл, – сказал Рэмси. Он показал на ленту с профилем дна и глубоководной расщелиной в шельфе.

– Что, прятаться там? – От волнения голос Боннета поднялся на пол-октавы. – Там у нас не будет возможности маневра. Мы зайдем в эту долину, и нас там закупорят.

Когда они сошли с курса, «Рэм» накренился влево.

– Веди нас прямо, – приказал Спарроу.

Рэмси вел подлодку на самой малой скорости, следя за показаниями эхолота и изменениями профиля дна. Проход возник чуть ли не рядом. Не ожидая приказа, Рэмси повернул штурвал влево, и они вошли в расщелину.

– Прижмись ко дну, – приказал Спарроу.

– Но вдруг она совершенно сузится? – спросил Боннет. – Мы не сможем вывернуть, не запутав буксирный трос. Мы…

– Следи за своими приборами, – прикрикнул на него Спарроу.

Изображение дна на экране спустилось вниз, потом вообще пропало.

– Полная скорость, – приказал капитан. – Погружай нас, Джонни.

Рэмси чувствовал, как от волнения сжимается желудок.

– Стены расщелины скроют наши шумы.

– Но если мы врежемся, весело не покажется, – заметил Боннет.

Спарроу бросил взгляд на главный показатель давления: 1240 фунтов на квадратный дюйм.

– Пройдись-ка по этим стенкам сонарными импульсами с интервалами в пять секунд.

– А что я, по-вашему, делаю?

Спарроу улыбнулся и положил руку на плечо Рэмси.

– Чуть-чуть подыми нас.

– А скорость?

– Ничего. Веди нас поровней.

Рэмси выровнял носовые рули. Палуба «Рэма» тоже выровнялась.

– Один градус вправо, – сказал Боннет.

Рэмси повернул штурвал.

– Сейчас мы делаем двадцать два узла. Если нам удастся…

– Два градуса вправо, – сказал Боннет.

– Упроси ее двигаться чуточку побыстрей, – сказал Спарроу.

Рэмси выжал рычаг индукционного двигателя до отказа.

– Снять звукоглушащие плоскости, – приказал Спарроу.

– Но…

Пальцы капитана вцепились в плечо Рэмси.

– Выполняй!

Рука Рэмси отжала большой красный рычаг над штурвалом. Они сразу же почувствовали прибавление скорости.

– Двадцать восемь узлов, – отметил Спарроу. – У старушки еще есть порох в пороховницах.

– Два градуса влево, – скомандовал Боннет.

– Подводный крейсер «восточных» может делать сорок пять узлов, – заметил Боннет. – Вы что, собираетесь гнаться с ним наперегонки?

– Как быстро смогут они зажать и блокировать последнюю, известную им нашу позицию? – спросил Спарроу.

– Расчетная поисковая скорость – двадцать узлов, – ответил Боннет. – Скажем, 45–50 минут, но, учитывая повышение скорости после того, как мы засветились своим шумом… Тогда, где-то полчаса.

Спарроу поглядел на регистратор пройденного пути.

– Будем рассчитывать на полчаса. – Он ждал, не говоря ни слова.

– Два градуса влево, – сказал Боннет.

Рэмси повернул штурвал, выводя лодку на новый курс.

– Расщелина сужается книзу, – сообщил Боннет. – Ширина дна – не более трехсот футов. – Он подстроил локатор. – Уже 250… Два градуса влево!

Рэмси повернул штурвал.

– Будет прекрасно, если мы не счешем бок «слизня» о стены этой расщелины, – заметил Спарроу.

– Три градуса вправо.

Рэмси выполнил приказ.

– Две сотни футов, – считывал Боннет с экрана ширину прохода. – Еще меньше… меньше… 185… 200… 215… Два градуса вправо.

«Рэм» дернулся при повороте на полной скорости.

– Ставь звукоглушащие плоскости, – приказал Спарроу.

Рэмси отжал назад большой красный рычаг. Все почувствовали, как тормозит подлодка.

– Половинная скорость! – скомандовал капитан. – Как далеко до края каньона?

– Могу лишь догадываться, – ответил Боннет. – Слишком малый угол слежения, чтобы сказать точно.

– Ладно, так сколько, по-твоему?

– Около 1800 футов.

– За нами что-нибудь слышно?

– Нет.

– Вырубай двигатели, – приказал Спарроу.

Рэмси выключил тумблер.

– А сейчас что-нибудь слышно?

Боннет засуетился возле своей аппаратуры.

– Ничего.

– Полная скорость, – приказал капитан. – Носовые рули – два градуса.

– Носовые рули – два градуса, – повторил Рэмси. Он приподнял рули, идти стало легче, и лодка понеслась вперед и вверх.

– Один градус влево, – сказал Боннет.

Рэмси тронул штурвал.

Спарроу поглядел на показатель давления: 860 фунтов на квадратный дюйм, они поднялись выше уровня в 2000 футов. «Рэм» продолжал всплывать.

– Половинная скорость, – приказал Спарроу.

Рэмси потянул дроссельную заслонку.

– Я уже могу сказать про край каньона, – сообщил Боннет. – Приблизительно 90 фатомов.

– Это 540 футов, – перевел Спарроу. – Ты уверен, что это вся глубина?

Боннет перепроверил показания приборов.

– В общем-то уверен. Через минуту можно будет сказать поточнее.

Спарроу вновь поглядел на показатель давления: 600 фунтов.

– Точнее – 80 фатомов, – сказал Боннет. – Я не учел угловых искажений.

– Это 480 футов. Четверть скорости, пожалуйста. Лес, что-то слышно?

– Ничего.

Стрелка показателя давления поднялась уже до 400 фунтов на квадратный дюйм: они были теперь выше уровня в 1000 футов.

– Могу сообщить, что сейчас ширина каньона – 460 футов, – сказал Боннет.

– И никаких акустических данных, сигналов?

– Пока еще тихо.

– Давай на двигатели полную мощность, пока не наберем максимальной скорости, – приказал Спарроу. – Потом все отключай и садись на самый край каньона. Но садись как можно осторожнее.

У Рэмси глаза на лоб полезли.

– Давай! – крикнул Спарроу.

Рэмси потянул дроссельную заслонку до отказа. Лодка рванулась вперед. Все видели, что скорость возросла до двадцати трех узлов.

– Давай! – еще раз воскликнул капитан.

Рэмси вырубил двигатели и индукционную систему, винт теперь вращался свободно. Он так выставил рули глубины, что «Рэм» с легким скрежетом сел на киль.

– Мы на краю, – сообщил Боннет.

Рэмси проследил за показателем скорости баржи, пока не убедился, что буксирный трос провис. Он выровнял носовые рули.

Они сели на дно, но вперед двинуться уже не могли.

– Я слышу их, шкип, – доложил Боннет. – Они в десяти милях позади нас и направляются…

– Что такое?

– Я их потерял.

– Они зашли в «кишку» по нашему следу, – сказал Рэмси.

– Подымай нас, – приказал Спарроу. – Как можно быстрее!

Рэмси включил двигатели, дал вращение винту, оторвался от дна и отжал дроссельную заслонку до упора.

Спарроу следил за таймером. Пять минут.

– Вырубить ход.

– Пока все тихо, – сообщил Боннет.

– Еще пять минут.

Снова Рэмси рванул лодку вперед. Пять минут. Слушать, дрейфуя. Пять минут. Дрейфовать и слушать. Пять минут. Снова дрейф и прослушивание.

– Джонни, ложись опять на дно.

«Рэм» опустился вниз и лег на кочкообразное дно, сложенное из черных марганцевых конкреций.

– Мы отошли от «кишки» на восемь миль, – сообщил Боннет. Он поглядел на показатель давления: 300 фунтов на квадратный дюйм. – Здесь всего лишь 700 футов глубины.

– Так чего мы осторожничаем? – спросил Рэмси. – Сейчас они в расщелине, где будут прочесывать каждую пядь дна.

– Но оттуда к нам ведет явный след, – заметил на это Спарроу.

Рэмси непонимающе глянул на него.

– Что вы имеете в виду?

– Они засекли нас слишком близко от цели. И прямо по нашему следу придут к скважине.

– Откуда им знать, что это не ложный маневр?

– Нет, они знают, что мы прячемся. Знают… – Он замолчал.

– Вы хотите сказать, что мы уйдем с пустыми руками?

Это был Боннет. В голосе горечь.

– Не хотелось бы доставлять им такой радости, – раздался голос от тыльной двери: Гарсия.

Все, находящиеся на центральном посту, повернулись.

Гарсия медленно подошел к посту управления.

– Мы же уже показали им нос, шкип!

– Как долго ты там стоял? – спросил Спарроу.

Гарсия погрустнел.

– Минут десять. Я услышал, что нечто случилось, по переменам скорости… – Он не стал продолжать. – Капитан, мы прошли такой путь…

– Успокойся, – сказал Спарроу. – Мы собираемся прорваться.

– Каким образом?

– Тем, что посидим тут.

– Как долго?

– День, может, больше. Пока им не надоест искать, или же они решат, что нам удалось смыться.

– Но тогда они окружат весь район, – запротестовал Боннет.

– Помолись, чтоб так оно и было, – сказал Спарроу. – Лес, становись за штурвал и будь начеку. Джонни, ты вместе с Джо пойдешь за мной. – Спарроу направился к столу. Он отложил свои предыдущие расчеты, взял новый лист бумаги и стал рисовать на нем волнообразные линии. Потом взял следующий листок и повторил рисунок.

Рэмси с интересом следил за ним. Гарсия наклонился, чтобы видеть получше.

Наконец Спарроу выпрямился.

– Как ты считаешь, Джонни, что это такое?

– Это может быть акустическая кривая, но…

– Это модулированный сигнал одной из наших торпед А-2, – догадался Гарсия.

Спарроу кивнул.

– А теперь глядите сюда. – Он соединил оба листка, поднял их к свету и чуть передвинул один относительно другого. Он сколол листки вместе и, все еще держа их против света, начал рисовать новую кривую, небрежно ведя карандашом. – Довольно грубо, но важен принцип.

– Акустический «портрет» винта «Рэма» с включенной звукопоглощающей плоскостью, – сказал Рэмси.

– Это две наши «рыбки» А-2, соединенные вместе, у которых винты вращаются в резонанс, – объяснил Спарроу.

– Это обманет «восточных» лишь до тех пор, пока эта спарка не подойдет к ним поближе, тогда они заметят разницу в массе, – заметил Рэмси.

Спарроу кивнул, соглашаясь с ним.

– А что, если наша парочка торпед будет нести еще и имитатор звуков, а они еще не успеют обнаружить разницу по массе?

Рэмси отступил на шаг и поглядел на Спарроу.

– Здесь мелко, – рассуждал он вслух. – «Восточные» обязательно окружат весь этот район, пригонят сюда противолодочные корабли и…

– И будут страшно довольны, взорвав эту штуку.

– Все это замечательно, но как мы пошлем наших «рыбок», когда мы на глубине всего в 700 футов и не можем запустить двигатели? – спросил Гарсия.

– У нас имеется отличный стабилизатор – «слизняк», – объяснил Спарроу.

– Мы продуем цистерны, чтобы всплыть, затем футов на триста попустим буксирный трос, чтобы отойти от баржи и сделать свое дело. А «слизняк» будет нас якорить.

– Баланс на буксировочном тросе, – бормотал Гарсия. – Это будет чертовски интересно. И это должно сработать. – Он поглядел на Спарроу. – Шкип, вы гений!

– Сможете вы так отстроить эти торпеды, чтобы сымитировать звук нашего винта? – спросил Спарроу.

– Только пошлите нас, – улыбнулся ему Рэмси.

– Еще одно, – сказал Спарроу. – Я хочу, чтобы вы сделали со скоростью вот что… – Он снова наклонился над столом, черкая на листке.

Рэмси перебил его.

– Погодите, капитан.

Тот выпрямился, удивленно глядя на Рэмси.

Офицер-электронщик взял карандаш из рук Спарроу.

– К черту изменения самой скорости. Это слишком сложно. Вы хотите что: поначалу звучание подводного буксировщика класса «Хеллс Дайвер», идущего на четверти скорости, потом на половине, а потом на полную катушку, имитируя бегство. Так? – Он начертил ряд гармоник. – А мы просто поменяем резонансную частоту и…

– Перестройка резонанса не даст особой потери в скорости, – заметил Гарсия.

– Этого будет вполне достаточно. Не станут же они вникать во все тонкости. Предложение Джонни гораздо проще, значит, меньше возможностей не сработать. – Спарроу положил руку на зарисованный кривыми листок. – Вы сможете сделать это вдвоем?

– Пошлите нас.

Спарроу повернулся к Боннету.

– Лес, ты слышал?

– Достаточно, чтобы ухватить идею. – Жестом он указал на локатор. – От этих парней до сих пор ни звука.

– Будем надеяться, что они направились прямо на Новую Землю, – сказал Спарроу. – Обеспечь нам полупроцентную плавучесть в носовой цистерне.

Боннет сделал шаг влево, повернул регулятор на долю градуса, сверился с циферблатом и завернул рукоять.

– Джо, подымай нас на тросе, – приказал Спарроу.

Гарсия прошел к пульту контроля буксирного троса и освободил магнитные зажимы тросового барабана. Очень медленно, почти незаметно для глаз «Рэм» оторвался от грунта и пополз вверх.

Все следили за датчиком статического давления. Стрелка указывала 200 фунтов на квадратный дюйм, 180… 160… 140…

– Чуть помедленней, – приказал Спарроу.

Гарсия слегка прижал тормоза. 130… 120… 115…

– Стопори!

Стрелка остановилась на показании 110 фунтов на квадратный дюйм.

– Это соответствует 250 футам, – сказал Спарроу. – Ну что ж, Джонни, Джо, ваш выход.

Гарсия еще раз проверил пульт троса.

– Лес, следи за балансом натяжения тросов, а то, если течение дернет…

– Это уже наши заботы, – сказал Спарроу. – Перед тем, как выпустить вас двоих под давление, я продую цистерны.

– Извините, шкип, – робко улыбнулся Гарсия. – Вы знаете, как я чувствую с…

– С тобой отличный электронщик, – подбодрил его Спарроу. Он кивнул в сторону Рэмси и значительно поглядел на Гарсию.

– Я понял, капитан.

«Почему бы ему не сказать: „Присмотри там за этим подозрительным типом“? – подумал Рэмси. Он поглядел на Гарсию и спросил:

– Ты что, боишься искупаться?

Смуглое лицо Гарсии побледнело.

– Хватит вам, – вмешался капитан. – У вас есть работа!

Рэмси пожал плечами.

– Ладно, пошли, поплаваем, – сказал он и прошел в переднюю дверь, в машинное отделение, чтобы пройти к выпускному отверстию.

Костюмы для подводного плавания и акваланги находились в небольшом складике рядом с выпускной камерой. Рэмси вытащил один комплект и встал рядом с Гарсией, готовясь встретиться с морем. Наконец, он раздраил люк камеры и наклонился к штурвалу на внешней стенке.

Гарсия последовал за ним, проверил свой загубник и поглядел на Рэмси.

– Когда-нибудь, где-нибудь, кто-то стукнет тебя по башке.

– Угу, пробиватель голов. – Рэмси глянул на инженера. – Что…

– Все вы, психи… то есть, психологи, одинаковые, – сказал Гарсия. – Вы думаете, что храните темные, глубинные знания… и кроме вас других таких нет.

– Я не из них.

– Пошли уже наружу, – сказал Гарсия.

– Но я думал, что ты…

– Ну? – Гарсия невесело улыбнулся.

– Хорошо, я…

– Ты думал, что я принимаю тебя за шпиона, веселого такого «спящего» агента, – неожиданно сказал Гарсия. Он отрицательно покачал головой. – Вовсе нет. Я совершенно уверен, что ты не из них.

– Что заставило тебя подумать, будто я психолог?

– Мы понапрасну теряем время, – Гарсия взял свой загубник, закрыл люк, ведущий вовнутрь, и задраил его.

Рэмси взял холодную резину загубника в зубы, попробовал воздух. Тот горчил какой-то химией.

Гарсия открыл доступ забортной воде.

Холодная мокрая масса вскипела вокруг них, вращаясь по цилиндрическим стенкам камеры и устраивая небольшие водовороты.

Толчок ластами заставил Рэмси выйти в открытое пространство. Снаружи была совершенная темнота, нарушаемая лишь светом в выходной камере и маленьким ручным фонарем, что был у Гарсии. Долгая арктическая ночь на поверхности и толща воды скрывали какой-либо отблеск света. Несмотря на подкладку своего подводного костюма, Рэмси чувствовал пронизывающий холод воды.

Одной рукой Гарсия выставил предохранитель замка, уже закрепив на поясе страховочный конец. Ручной фонарь, закрепленный на руке, высвечивал торпеды внизу: тонкие, смертельно опасные силуэты, опоясывающие корпус, как пули в патронташе.

Рэмси тоже закрепил карабин страховочного конца на своем поясе.

Гарсия направил луч на проход, указал на веревку, змеившуюся в зеленоватом свете выходной камеры. Рэмси потянул за нее. Это была сумка с инструментом.

Течение подхватило Рэмси, относя от люка. Но довольно короткий страховочный конец остановил его. Рэмси поплыл обратно и взял сумку.

Гарсия оттолкнулся от корпуса и поплыл вниз, к торпедной обойме. Рэмси, подняв голову к чернильно-черной поверхности, последовал за ним. Остановился инженер в самом низу обоймы, держась за винт на носу торпеды. Желтые полосы на корпусе за винтом говорили, что это аппарат ближнего действия с замедленным взрывателем.

Смертоносные «рыбки» покрывали поверхность «Рэма» ряд за рядом.

Гарсия поглядел на Рэмси.

Тот отрицательно покачал головой и показал на следующий ряд, с красными полосами на корпусах – для поиска целей на больших расстояниях.

Гарсия кивнул.

Они опустились вниз к торпеде, осторожно отключили взрыватель. Рэмси запомнил номер: четырнадцать.

Он снял панель на боку торпеды, подсветил. Он заранее продумал все изменения схемы: отсоединил поисковые детекторы, перенастроил уровень глубины, перевел двигатель на новые обороты винта: 400–600 – 800. Занятый работой, он забыл думать про Гарсию.

И вот все уже сделано. Они спустились к другой торпеде того же класса и повторили все необходимые переключения, не забывая про резонансную частоту. Потом пришло время отсоединить верхнюю торпеду и сцепить их обе вместе с помощью шарнирных болтов.

Чуть ниже уже приготовленных торпед Рэмси нашел красно-желтые торпеды-приманки. В одну из них он подсоединил капсулу искателя, снятую из первой торпеды. С помощью кабеля он подсоединил приманку к торпедной спарке.

Когда он уже заканчивал работу, луч фонаря становился все слабее и слабее. Рэмси вставил последний разъем и поглядел вверх, вдоль корпуса подлодки.

Гарсия плыл высоко над торпедным поясом, направляясь к выпускной камере. Плыл быстро. Темнота подводного мира сгущалась вокруг Рэмси.

«Он что, готовит мне засаду? Собирается закрыть люк прямо перед носом?»

Его охватила паника. Рэмси заработал ластами, спеша за исчезающим пятном света.

«Гарсия подождет в выпускной камере, пока в его акваланге не закончится воздух, зная, что у меня точно такой же запас. А потом он спокойненько пройдет в лодку. Пока они смогут вернуться за мной, я уже утону. А он потом расскажет какую-нибудь правдоподобную историю о моем отсутствии».

Луч фонаря Гарсии исчез в выпускной камере, оставляя снаружи только темноту.

«Я не позволю ему так сделать!»

Внезапно страховочный конец дернул его. Рэмси потянул. За что-то зацепился? Он отцепил конец от пояса и бросил его болтаться.

Сейчас Рэмси был у самого выпускного люка. Он схватился за край люка и почувствовал руку, втягивающую его вовнутрь. Гарсия! Рэмси почувствовал облегчение. Уже в камере он увидал, что Гарсия запутался в страховочном тросе. Тот натянулся между крышкой люка и барабаном. Гарсия указывал на выходной люк.

«Он хочет, чтобы я вышел наружу и распутал конец», – догадался Рэмси. Он отрицательно покачал головой.

Гарсия вновь показал на люк.

И снова Рэмси отрицательно покачал головой.

Гарсия пожал плечами, кое-как размотал свой конец троса и выплыл из камеры, забирая с собой фонарь. Потом он вернулся, намотал трос на барабан и закрыл внешний люк.

Рэмси открыл затвор воздухопровода. Уровень воды стал понижаться.

Когда вода уже опустилась до уровня пояса, они сняли маски. На губах у Гарсии была легкая ухмылка.

«Он знает, что напугал меня, – подумал Рэмси. – И сделал это сознательно».

Остатки воды ушли в дыру в полу. Гарсия открыл внутреннюю дверь выпускной камеры и вышел на верхние мостки машинного отделения. Не говоря ни слова, они сняли костюмы и прошли на центральный пост.

Спарроу встретил их уже у двери.

– Все нормально?

– Сделали, – ответил Гарсия. – Номер четырнадцатый сцепили с двадцать вторым. Обе будут отстрелены с позиции «22». Они пойдут к северу, держась фатомах в десяти над поверхностью дна.

Спарроу поглядел на Рэмси, тот кивнул. Капитан обратился к Гарсии:

– Какие-нибудь сложности?

– Джонни – истинный электронщик. Он сделал всю работу.

Спарроу повернулся к Рэмси. Тот пожал плечами:

– Это и вправду было легко.

Гарсия доложил:

– У нас запутался страховочный конец, я распутал. Немножко поплавал снаружи.

– У нас тоже все спокойно, – сказал Спарроу. Он кивнул в сторону раскладушки в дальнем конце помещения, на которой растянулся Боннет. – Лес решил подремать. Вам тоже лучше всего последовать его примеру. А потом вам на вахту.

– Правильно, – согласился Гарсия. – Плавание меня утомило. Пошли, хлопец Джонни. – И он вышел. Рэмси за ним.

У порога своей каюты Гарсия остановился и расцвел улыбкой:

– Приятных сновидений… пробиватель голов.

Рэмси вошел в свою каюту, закрыл дверь, но не уходил от нее, прислушиваясь. Он чувствовал, как сильно бьется его сердце.

«Чтобы этого Гарсию черти взяли!»

Он заставил себя немного успокоиться, вытащил коробку с телеметрической аппаратурой и просмотрел новые отрезки ленты.

Чувства Спарроу находились под стопроцентным контролем.

Рэмси перезарядил ленту, выключил свет, лег в койку и погрузился в беспокойный сон. Казалось, он только-только закрыл глаза, как прозвучал зуммер будильника. Он еле поднял непослушное тело с кровати и поплелся на центральный пост. Все остальные уже были там.

– Займись локаторами, – приказал ему Спарроу. Он подождал, пока Рэмси не проверит приборы, и нажал кнопку отстрела торпеды «22».

Рэмси тут же услыхал пульс ее сигнала у себя на пульте. Он почувствовал, что Спарроу встал у него за спиной. Они вместе уставились на маленький экранчик сонара.

– Хорошая работа, – сказал капитан. – Ну точь-в-точь как наша жестянка. Рэмси поворачивал наружный приемник гидроакустической системы.

– Совершенно нет признаков того, что они окружили весь район, – доложил он.

– Может случиться и прокол, – сказал Гарсия. – Все попытки наших пробиться сюда закончились ничем. Я всегда…

– Вот он, – сообщил Рэмси. – С северо-востока. Идет быстро.

– Курс перехвата, – добавил Спарроу.

– И тут наша приманка удвоила скорость. Точно по расчетам.

– Лучше времени и не выберешь, – добавил Боннет.

– Еще один сигнал. С запада, – доложил Рэмси. – Наши охранники вызвали загонщиков.

– И сразу же имитация полной скорости, – порадовался Спарроу. – Прекрасная работа, Джонни!

Они ожидали, следя за изменениями сигналов. Тут, как и было придумано, включился генератор приманки.

Все ждали.

Далекий двойной взрыв срезонировал в корпусе «Рэма», и тут же сигнал приманки исчез.

– А теперь проследи за каждым из них, – приказал Спарроу. – Если «восточные» уйдут, значит нам и вправду удалось оставить их с носом.

Рэмси следил за показаниями на экране.

– Стая разделилась и расходится по всему району взрыва. Ушли четыре корабля. – Он продолжал ждать. – Еще два уходят на юго-запад. И последние уходят.

Он прослеживал их до последнего, затем с торжествующей улыбкой повернулся к Спарроу:

– Все как вы и запланировали, шкип!

– Ммммм, да. – Капитан повернулся к остальным. – Обождем еще четыре часа и отправляемся к скважине.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть