Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Дракон в море The Dragon in the Sea
4

Коммандер Спарроу спускался по пандусу цилиндрического хода, приостановившись перед тем, как войти в подземную, залитую светом дуговых фонарей пещеру – стоянку подводных судов. Капля испарившейся влаги, сконденсировавшейся высоко на сводах, упала ему на лицо. Он продолжил путь среди суеты быстрых микробусов и спешащих, занятых людей. Прямо перед ним высился его похожий на кита подводный буксировщик: вагнеровская оперная примадонна размером в 140 футов меж прожекторов гигантской сцены.

В мозгу капитана все еще звучали последние инструкции, полученные на совещании в Службе Безопасности.

– Ваша команда имеет высший рейтинг по безопасности, но вам следует опасаться «спящих» агентов.

– В моей команде? Черт побери, парни, я знаю их всех уже несколько лет. Боннет со мною уже восемь лет. С Джо Гарсией я служил еще до войны. Хеппнер и… – Его лицо побагровело. – Что там с новым электронщиком?

– О нем пускай у вас голова не болит. Теперь, инспекторы уверяют нас, что у вас на борту вражеских сигнальных устройств нет.

– Тогда зачем мне это ваше предупреждение?

– Это дополнительная предосторожность.

– Так что там насчет нового человека? Каковы его квалификации?

– Это один из лучших в Службе. Вот, поглядите его документы.

– Ограниченный опыт боевых действий в береговом патруле? Да ведь он совсем еще зеленый!

– Но вы поглядите на его квалификации.

– Опыт боевых действий ограниченный!

Водитель микробуса заорал на Спарроу, чтобы тот убирался с дороги. Капитан поглядел на свои часы: 07:38 – двадцать две минуты до сбора команды. Желудок сжало. Спарроу ускорил шаг.

– Чертова Безопасность с их замечаниями в последнюю минуту!

За черным бархатом причального бассейна он мог видеть подсвеченный вход в тоннель. А за 160-мильным уклоном этого тоннеля, за глубинами каньона Де Сото и Мексиканского залива – и еще дальше – таились в засаде враги. Враги наносили удары всегда неожиданно и опасно, сейчас их эффективность против подобного рода судов приблизилась к 100 %.

Спарроу пришло в голову, что подводный тоннель походит на гротескный родовой канал. А вся эта пещера, вырубленная в горах Джорджии, гнездилась в земных недрах, будто фантасмагорическая матка. Когда они выведут судно наружу, чтобы сражаться – они родятся в чудовищном мире, чего им вовсе не хотелось.

Ему было интересно, как отнесется к подобной идее ПсиБю. «Скорее всего, оценят ее как признак моей слабости, – подумал он. – Но почему бы мне и не иметь слабости? Сражения на полуторамильной глубине океана, неослабевающее давление воды выявляют в человеке любую слабость. Это все из-за давлений. Постоянные давления. Четыре человека, изолированные под давлением, заключенные пластистальной тюрьмы, но и пленники тюрьмы своих душ».

Еще один микробус пересек дорогу Спарроу. Тот увернулся, глядя на свой корабль. Теперь он был достаточно близко, чтобы различить название на боевой рубке высоко над ним: «Фениан Рэм С1881».[3]от Феньяна, легендарного воина, освободителя Ирландии; фенианцами называли себя члены тайной организации, созданной в Нью-Йорке для борьбы против английского владычества в 40-е годы XIX в Погрузочный трап спускался от рубки на пирс длинной, грациозной дугой.

Капитан дока, круглолицый лейтенант-коммодор в робе с проверочным списком в руке, спешно подошел к Спарроу.

– Капитан Спарроу?

Не останавливаясь, он повернул к нему.

– Да? А, привет, Майерс! Экипаж собрался?

Майерс отставал от Спарроу на шаг.

– Большая часть. А вы похудели, Спарроу.

– Легкая дизентерия, – ответил тот. – Поел несвежих фруктов в «Гарден Гленн». Мой новый офицер-электронщик показался?

– Его не видел. А вот его оборудование прибыло уже давненько: запломбированный ящик с его барахлом. Приблизительно вот такой, – он показал руками размер. – Адмирал Белланд распорядился.

– Руководитель Службы Безопасности?

– А кто же еще?

– А почему ящик опломбирован?

– Говорили, что там весьма хрупкие инструменты для контроля за вашим поисковым оборудованием дальнего радиуса действия. Его опечатали, и теперь никакой излишне любопытный шпион не сунет туда носа.

– Так, значит, новое поисковое оборудование установлено?

– Да. Вы проверите его в боевых условиях.

Спарроу кивнул.

Группа мужчин у подножия грузового трапа встала по стойке «смирно», когда два офицера подошли к ним. Спарроу и Майерс остановились. Спарроу скомандовал:

– Вольно.

– Еще шестнадцать минут, капитан. – Майерс пожал руку Спарроу. – Удачи! Дайте им прикурить!

– Договорились, – согласился тот.

Майерс направился дальше по доку.

Спарроу же повернулся к крепко сбитому человеку с ястребиным лицом, стоящему у трапа, своему первому офицеру, Боннету.

– Привет, Лес.

– Рад вас видеть, шкип.[4]от англ. «капитан"

Боннет сунул папку, что была у него в руках, под мышку, отослал трех рядовых, стоявших с ним, и обратился к Спарроу:

– Куда это вы направились с Ритой после вечеринки?

– Домой.

– Мы тоже, – сказал Боннет. – Большим пальцем он указал на подводный корабль за собой. – Последняя инспекция по безопасности полностью завершена. Проверочное оборудование не обнаружило ничего. Но есть одна заминка: замена Хеппнера еще не доложилась.

Спарроу вслушался в себя, чувствуя сжимающие желудок позывы страха.

– Так где же этот тип?

Боннет пожал плечами.

– Мне известно лишь то, что звонили из Службы Безопасности и сообщили, что может произойти заминка. Я сказал им…

– Безопасность?

– Совершенно верно.

– Господи Иисусе! – рявкнул Спарроу. – Так долго они будут тянуть резину до самой последней минуты? Или они меня считают… – Он сплюнул. Все было ясно.

– Но они сказали, что это их самый лучший, – добавил Боннет.

Спарроу представил все сложности, связанные с прохождением линий защиты базы после договоренного срока.

– Придется выходить в другой день, договариваться о времени.

Боннет поглядел на свои наручные часы и глубоко вздохнул.

– Я им сказал, что самое позднее – это 8:00. А они даже не удосужились ответить…

Он замолчал, потому что на трапе рядом с ними раздались шаги.

Оба офицера подняли головы и увидели спускающиеся вниз три фигуры: двое рядовых, тащивших тяжелое электронное поисковое оборудование, за которыми следовал невысокий худощавый человек со смуглой кожей латиноамериканца. Он тоже был одет в рабочий комбинезон и нес под правой рукой небольшой электронный детектор.

– О, дон Хозе Гарсия! – сказал Спарроу.

Гарсия переложил тестер-детектор под левую руку и спустился на пирс.

– Шкип! Рад вас видеть!

Спарроу отступил, давая пройти рядовым с тяжелым ящиком, и вопросительно глянул на детектор под рукой у Гарсии.

Тот отрицательно покачал головой.

– За Бога и Отчизну, – сказал он. – Только иногда мне кажется, что я перебрал кредит у Господа. – Он перекрестился. – Эти парни из Безопасности полночи промурыжили нас на этой плавучей кишке. Мы четырежды прошли ее от носа до руля по разным маршрутам. Нигде и не пикнуло. Так вот, а сейчас я скажу вам вот что: они хотят, чтобы я провел еще один поиск, когда мы будем проходить тоннель. – Он воздел руку. – Я вас прошу!

– Мы так и сделаем, – сказал Спарроу. – Я рассчитываю на время до первой контрольной точки для полнейшей проверки на погружение.

– Да ладно, – улыбнулся Гарсия. – Вы же знаете, что я всегда готов.

Боннет опять поглядел на часы.

– Двенадцать минут…

Высокий звук двигателя командирского микробуса перебил его. Все трое обернулись на шум. Микробус ехал снизу, от темного въезда в пещеру. Фара, будто глаз циклопа, освещала скальную стенку. Микробус скатился по пандусу и остановился с визгом тормозов. Рядом с водителем сидел рыжеволосый мужчина с круглым лицом невинного дитяти, сжимая в руках форменную фуражку.

Спарроу заметил на его петлицах знаки различия энсина и подумал: «Это и будет мой новый офицер-электронщик». Спарроу облегченно вздохнул и улыбнулся над облегчением, рисующемся на лице новичка после безопасного прибытия. Безрассудная езда водителей базы была известной шуткой.

Новоприбывший надел фуражку на свои рыжие волосы и вышел из микробуса. Машина качнулась под его весом. Водитель развернулся и помчал назад тем же путем.

Энсин остановился перед Спарроу, отдал салют и представился:

– Рэмси.

Спарроу тоже отсалютовал и сказал:

– Рад иметь вас в экипаже.

Рэмси передал свое предписание Спарроу и объяснил:

– Не было времени посылать это по обычным каналам.

Спарроу передал документы Боннету и представил его:

– Мистер Боннет, первый офицер. – Потом повернулся к Гарсии. – Мистер Гарсия, инженер.

– Рад встретиться с вами, – сказал Рэмси.

– Очень скоро мы ваши иллюзии развеем, – ответил Гарсия.

Спарроу улыбнулся, протянул руку Рэмси и был удивлен крепостью мышц нового члена команды. Парень только с виду был мягкотелым. Боннет и Гарсия тоже пожали руку новичку.

Рэмси был занят систематизацией первых впечатлений от трех мужчин во плоти. Странно было то, что видел он их впервые, но чувствовал себя так, будто знал их целую вечность. И это, он знал, придется скрывать. Дополнительной информации о личной жизни этих людей – вплоть до имен их жен – в его памяти просто не могло быть.

– Служба Безопасности сообщила, что вы можете и опоздать, – сказал Спарроу.

– Кто вам наплел такое? Правда, мне показалось, что меня собираются там анатомировать.

– Мы обсудим это позже, – сказал Спарроу. Он потер тонкий шрам на шее, где хирурги Безопасности вшили динамик системы обнаружения. – Сборы заканчиваем в 8:00. Мистер Гарсия проведет вас на борт. Переоденьтесь в рабочий комбинезон. Вы будете ассистировать ему при окончательной проверке и поиске вражеских шпионских передатчиков, когда мы будем проходить тоннель.

– Есть, сэр, – ответил Рэмси.

– Ваше оборудование прибыло уже давно, – сообщил Гарсия. Он взял Рэмси за руку и провел его на трап. Они поднялись на борт.

Рэмси мучила мысль, когда ему удастся распечатать свой ящик с телеметрической аппаратурой. Он чувствовал некое беспокойство – как пойдет изучение информации об эмоциональном состоянии Спарроу.

«Эта его манера потирать шею, – размышлял Рэмси. – Это что, попытка скрыть нервное напряжение? Видно по скованности движений».

На пирсе Спарроу повернулся, чтобы полюбоваться на водную гладь пристани, обрамленную линией движущихся огней.

– Вот и наш буксир. Лес.

– Вы считаете, шкип, мы сделаем это?

– Нам всегда удавалось.

– Да, но…

– «Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали, – сказал Спарроу. – Ночь прошла, а день приблизился: и так отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света».[5]"К Римлянам» 135: 11-12 – Он поглядел на Боннета. – Павел написал это в Послании к Римлянам две тысячи лет назад.

– Очень умный парень, – заметил Боннет.

В доке засвистела боцманская дудка. Поворотный кран опустил стрелу, чтобы убрать грузовой трап. Рядовые бросились крепить крюки, вопросительно поглядывая на двух офицеров. Те прошли по пирсу. В их движениях чувствовалась целеустремленность. Спарроу окинул взглядом окружающее. Потом он с Боннетом прошел к трапу.

Они поднялись в башню подводного буксировщика. Боннет подошел к контейнеру кабеля перископной камеры. По привычке он осмотрел все помещение, убедившись, что здесь все закреплено в готовности погружения. Из башни он спустился по трапу в субмарину.

Спарроу оставался наверху. Бассейн подземной базы напоминал безбрежное озеро. Он глядел в темноту каменных сводов.

«Здесь должны быть звезды, – думал он. – Люди должны бросить последний взгляд на звезды, прежде чем спускаться под воду».

Внизу, на пирсе, маленькие фигурки людей убирали магнитные захваты. На какое-то мгновение Спарроу почувствовал себя бесполезной пешкой, которой жертвуют в партии. Он знал, было такое время, когда капитаны, отплывая от пирса, отдавали свои распоряжения в мегафон. Теперь же все было автоматическим – все делали машины и люди, что были как машины.

Надводный буксир подвернул к носу «Рэма» и закрепил на нем буксировочный конец. Под рулем буксира закипела вода. «Фениан Рэм» поначалу сопротивлялся, как бы раздумывая, отплывать или нет, а потом начал медленно, обдуманно двигаться к выходу из подземной гавани.

Стоянка освободилась, и уже другой буксир подошел к их корме. Матросы в магнитной обуви забрались на глушащую плоскость и открепили причальные концы и питающие кабели в длинной пластиковой кишке, повисшей теперь над темной водой гавани. Их крики казались Спарроу в рубке отголосками детской игры. Он почувствовал пропитанное запахами масла дуновение и понял, что они миновали вылет вентиляционной шахты.

«Никаких фанфар, духовых оркестров, никаких церемоний отплытия, – думал он. – Мы, как тростник, на ветру. И что увидим мы, выходя в дикий мир? И нет в нем Иоанна Крестителя, ждущего нас. И все же – это как крещение!»

Где-то в темноте прогудела сирена. «Повернись и проверь следующего за тобою». Еще одна придумка Безопасности: идентифицируй себя, когда прозвучит сигнал. «Чертова Безопасность! Выплыв отсюда, я буду доказывать свое тождество лишь Господу, и никому иному».

Спарроу поглядел на корму, на крепление буксировочных тросов. «Нефть. Война нуждается в чистой субстанции, рожденной осадочными породами вздымающихся материков. Нефть получилась не из растений. Война не вегетарианка. Война – тварь плотоядная!»

Буксиры отплыли в сторону, и теперь «Рэм» был прицеплен носом к специальной установке, которая и доставит подводный корабль по тоннелю в каньон и дальше – в залив.

Спарроу поглядел на контрольный пульт в рубке и увидел зеленый сигнал «впереди чисто». Он включил «стоп» для буксиров позади «Рэма» и привычным движением коснулся кнопки свертывания башни. Она медленно сползла внутрь корпуса, ее пластистальные листы свернулись в своих гнездах.

Возле пульта управления башней висел микрофон. Спарроу снял его и отдал приказ:

– Готовиться к погружению.

Теперь он сконцентрировал свое внимание на панели пульта контроля за погружением.

В ответ раздался голос Боннета, лишенный жизни металлическим призвуком системы внутренней связи.

– Корпус под давлением.

Одна за другой лампочки на пульте у Спарроу меняли свой цвет с красного на зеленый.

– Все в порядке, – сказал он. – Полный стоп.

Теперь Спарроу почувствовал давление корпуса и какое-то иное давление в желудке. Он включил систему оповещения, сообщившую командам надводных буксиров, что его судно готово к проходу через тоннель.

«Рэм» дернулся. По корпусу прокатилась волна низкого тона. На верхушке контрольного пульта вспыхнул янтарный огонек: они были в захвате тоннельного подъемника. Двадцать часов беззаботной поездки.

Спарроу взялся за поручень и прошел на мостки машинного отделения. Ноги издавали при ходьбе такой звук, будто он скользил по поверхности, когда он шел в сторону кормы. Спарроу раздраил дверь на центральный пост и, согнувшись, вошел. По дороге его взгляд на мгновение остановился на вручную отполированной бронзовой пластинке, которую Хеппнер повесил рядом с дверью – выгравированное изречение какого-то ученого умника XIX века:

«Только сумасшедший станет строить подводную лодку, и только лунатик, если таковую построят, спустится в ней под воду».

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть