Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Мифы Древней Греции
Судьба Медеи

155. Смерть Пелия


Одним осенним вечером аргонавты вновь пристали к навсегда им запомнившемуся берегу Пагасейского залива, но увидели, что никто их не встречает. В Фессалии действительно поговаривали, что аргонавтов уже нет в живых. Пелий даже осмелился убить родителей Ясона — Эсона и Полимелу — и их маленького сына Промаха, родившегося уже после отплытия «Арго». Эсон испросил разрешения лишить себя жизни самому и, получив его, выпил бычьей крови и испустил дух. При виде мертвого супруга Полимела зарезалась или, как некоторые говорят, повесилась, успев проклясть Пелия, безжалостно разбившего голову Промаха об пол дворца1.

b. Ясон, услышав эту скорбную историю от одинокого лодочника, запретил ему сообщать о возвращении «Арго» и созвал военный совет. Все его товарищи были того мнения, что Пелий заслуживает смерти, но, когда Ясон потребовал немедленно пойти на приступ Иолка, Акаст сказал, что он вряд ли сможет пойти против своего отца; тогда другие заметили, что лучше будет разойтись по домам, а потом, если возникнет необходимость, собрать отряды для войны на стороне Ясона. Иолк действительно имел слишком большой гарнизон, чтобы его мог взять приступом такой небольшой отряд, как аргонавты.

c . Медея же пообещала взять город в одиночку. Она велела аргонавтам спрятать корабль и спрятаться самим на каком-нибудь лесистом и пустом берегу в пределах видимости Иолка. Если над крышей дворца в Иолке станут размахивать факелом, то это будет означать, что Пелий мертв, ворота открыты и они могут делать с городом все, что угодно.

d. Во время посещения Анафы Медея обнаружила полую статую Артемиды и погрузила ее на «Арго». Теперь она одела своих двенадцать феакийских рабынь в довольно странные одежды и пошла во главе их к Иолку, причем статую Артемиды рабыни несли по очереди. Подойдя к городским воротам, Медея, придавшая себе вид дряхлой старухи, потребовала от стражей пропустить их. Она кричала пронзительным голосом, что богиня Артемида явилась из туманной земли гипербореев в колеснице, запряженной крылатыми змеями, чтобы принести счастье Иолку. Озадаченные стражи не посмели ослушаться, а Медея со своими рабынями стала носиться по улицам, подобно менадам, приводя жителей в религиозное неистовство.

e. Пробудившись ото сна, Пелий со страхом спросил, что хочет от него богиня. Медея ответила, что Артемида хочет отблагодарить его за благочестие и вернуть ему молодость, чтобы он смог зачать наследников вместо блудного сына Акаста, который недавно утонул вместе с кораблем у берегов Ливии. Когда Пелий засомневался в правдивости ее слов, Медея, стерев с лица следы старости, вновь стала юной на его глазах. «Такова сила Артемиды!» — вскричала она. Затем Пелий стал свидетелем того, как она на его глазах разрезала на тринадцать кусков старого барана и сварила его в котле. С помощью колхидских заклинаний, которые царь принял за гиберборейские, и торжественных призывов в помощницы Артемиды Медея сделала вид, что омолодила мертвого барана, а на самом деле ей удалось спрятать резвого ягненка внутри полого изваяния богини. Пелий, теперь уже полностью поверивший обману, согласился лечь на ложе, где под чарами Медеи он погрузился в глубокий сон. Затем она приказала его дочерям, Алкестиде, Эвадне и Амфиноме, разрезать его на куски так же, как она только что разрезала барана, и сварить все куски в том же котле.

f . Алкестида отказалась пролить кровь родного отца, какими бы благими ни были намерения Медеи, но та, еще раз продемонстрировав свою магическую силу, убедила Эвадну и Амфиному решительно взяться за ножи. Когда все было сделано, она отправила их на крышу с факелами в руках и объяснила, что они должны взывать к луне, пока вода в котле закипит. Из своего укрытия аргонавты увидели свет факелов и, обрадовавшись сигналу, ринулись в Иолк, где не встретили никакого сопротивления.

g . Ясон, боясь мести со стороны Акаста, оставил ему трон и не оспаривал решение совета Иолка изгнать его, поскольку у него была надежда найти себе где-нибудь трон побогаче2.

h. Кое-кто отрицает, что Эсон был вынужден лишить себя жизни, утверждая, что, наоборот, Медея, выпустив из него старую кровь, с помощью волшебного эликсира вернула ему молодость, как она вернула молодость Макриде и ее сестре — нимфе с острова Коркира. Представив его крепким и бодрым перед Пелием у ворот дворца, она убедила царя сделать с собой то же самое, но обманула его, пропустив нужные заклинания, и он умер жалкой смертью3.

i . На погребальных играх в честь Пелия, состоявшихся на следующий день, Эвфем выиграл в состязании колесниц, запряженных парой лошадей, Полидевк стал победителем в кулачном бою, Мелеагр дальше всех метнул копье, Пелей победил в борьбе, Зет — в беге на короткие расстояния, его брат Калаид или, как некоторые считают, Ификл победил на длинной дистанции, а Геракл, к тому времени вернувшийся от Гесперид, выиграл бой на выносливость. Но в состязаниях на квадригах победителем стал колесничий Геракла Иолай. Главк, сын Сисифа, был пожран его же лошадьми, которых богиня Афродита лишила рассудка с помощью гиппомана4.

j . Что до дочерей Пелия, то Алкестида вышла замуж за Адмета из Фер, которому она давно была обещана; Эвадну и Амфитриону Акаст изгнал в Мантинею, что в Аркадии, где после очищения они нашли себе почтенных мужей5.


1Диодор Сицилийский IV.50.1; Аполлодор I.9.16 и 27; Валерий Флакк I.777.

2Аполлодор I.9.27; Диодор Сицилийский IV.51.1—53.1; Павсаний VIII.11.2; Плавт. Псевдол III.868 и сл.; Цицерон. О старости XXІІІ.83; Овидий. Метаморфозы VII.297—349; Гигин. Мифы 24.

3Краткое содержание «Медеи» Еврипида; Овидий. Цит. Соч. VII.251—350.

4Павсаний V.17.9; Гигин. Цит. соч. 278.

5Диодор Сицилийский IV.53.2; Гигин. Цит. соч. 24; Павсаний VIII.11.2.


* * *


1. Критяне и микенцы использовали сильно разведенную бычью кровь как магическое средство для повышения урожая хлебов и деревьев. Не боясь отравиться, бычью кровь без разведения могли пить только жрицы матери-земли (см. 51.4).

2. Мифографы классической эпохи не могли для себя решить, что было в Медее от иллюзионистки, что от надувательства, а что от магии. «Котел омоложения» встречается повсеместно в кельтских мифах (см. 148.5—6). Вот почему Медея называет себя гиперборейской богиней, т.е. богиней с Британских островов.

3. Запряженная змеями — змеи обитают в подземном мире — колесница Медеи была крылатой потому, что Медея одновременно была и богиней земли, и богиней луны. Здесь она появляется в виде триады Персефона — Деметра — Геката, т.е. трех дочерей Пелия, умерщвляющих своего отца[276]Предположение о том, что дочери Пелия — это сама Медея, а также о том, что здесь она является в виде триады Персефона — Деметра — Геката, необоснованно. Вообще непонятно, зачем Медее представляться кем-то, если она сама — внучка Гелиоса и (по версии Диодора IV.45) дочь Гекаты, т.е. занимает достаточно высокое положение.. В классическую эпоху запряженная змеями колесница была уже бесспорной собственностью Гелиоса, и в поздних мифах о Медее и Тесее (см. 154. d ) Гелиос на время отдает ее своей внучке Медее, да и то потому, что ей угрожает смерть (см. 156. d ).

4. Каллимах склонен был отдать первенство в беге на погребальных играх в честь Пелия охотнице Кирене (см. 82. a ).


156. Медея в Коринфе


Ясон сначала отправился в беотийский Орхомен, где повесил золотое руно в храме Зевса Лафистия; затем он причалил на «Арго» к берегу у коринфского Истма, где принес корабль в жертву Посейдону.

b. Теперь Медея была единственной из оставшихся в живых детей Ээта, законного наследника коринфского трона, который он, переселившись в Колхиду, оставил некоему Буну[277]Бун — сын Гермеса и Алкидамии, получивший Коринф от Ээта при его отъезде в Колхиду на том условии, что по возвращении Ээта или его наследников Коринф будет им тут же возвращен.. Поскольку Коринф, сын Марафона, называвший себя «сыном Зевса» и захвативший коринфский трон, умер, не оставив наследников, Медея предъявила свои права на трон, и жители Коринфа признали Ясона царем. Но, просидев на троне десять удачных и счастливых лет, Ясон стал подозревать, что Медея добыла ему этот трон, отравив Коринфа. Поэтому он решил развестись с ней и жениться на Главке Фиванской, дочери царя Креонта.

c. Хотя Медея и не отказалась от совершенного ею преступления, но напомнила Ясону о том, как в Эе он клялся ей в верности всеми богами. Когда же он заявил, что силой вырванная клятва недействительна, она заметила, что коринфский трон также достался ему с ее помощью. На что он ответил: «Это правда, но жители Коринфа привыкли уважать меня, а не тебя». Видя, что он упорствует, Медея с притворным покорством отправила Главке свадебный подарок, изготовленный руками царских детей — ведь к тому времени Медея родила Ясону семерых сыновей и семерых дочерей, — золотую корону и длинное белое одеяние. Стоило Главке надеть их на себя, как незатухающее пламя охватило не только ее (хотя она с головой бросилась в дворцовый фонтан), но и царя Креонта, многих других уважаемых гостей из Фив и всех других, оказавшихся во дворце. Самому Ясону удалось спастись, выпрыгнув из окна верхнего этажа.

d. Зевс, оценивший мужество Медеи, влюбился в нее, но она отвергла его домогательства. Гера была рада: «Я сделаю твоих детей бессмертными, — заявила она, — если ты положишь их на жертвенный алтарь моего храма». Медея так и поступила, а потом бежала на колеснице, запряженной крылатыми змеями, которую ей одолжил ее дед Гелиос. Перед тем как скрыться, она завещала трон Сисифу1.

e. Сохранилось имя только одной дочери Медеи и Ясона — Эриопида. Ее старший сын Мед, или Поликсен, учившийся у Хирона на горе Полион, стал впоследствии правителем Мидии. Правда, отцом Меда иногда называют Эгея2. Остальных сыновей звали Мермер, Фер, или Фессал, Алкимен, Тисандр и Арг. Всех их побили камнями коринфцы, возмущенные убийством Главки и Креонта. В искупление этого преступления семь девушек и семеро юношей в черных одеждах и с бритыми головами провели целый год в храме Геры на холмах, где было совершено убийство3. По велению Дельфийского оракула трупы умерщвленных детей были погребены в храме, а их души стали бессмертными, как и обещала Гера. Есть и такие, кто обвиняет Ясона в том, что он потворствовал убийству детей, но добавляют в его оправдание, что он был безмерно опечален ужасным поступком Медеи4.

f. Другие же, ошибочно следуя за драматургом Еврипидом, которого коринфцы подкупили, заплатив пятнадцать талантов серебром, верят, что Медея убила только двоих своих детей5, а остальные погибли в огне подожженного ею дворца. В живых остались только Фессал, который потом бежал и правил Иолком (его именем стала называться вся Фессалия), и Ферет, сын которого Мермер унаследовал от Медеи искусство отравления6.


1Диодор Сицилийский IV.54; Аполлодор I.9.16; Овидий. Метаморфозы VII.391—401; Птолемей Гефестион II; Апулей. Золотой осел I.10; Цец. Схолии к Ликофрону 175; Еврипид. Медея.

2Гесиод. Теогония 981 и сл.; Павсаний II.3.7 и III.3.7; Гигин. Мифы 24 и 27.

3Аполлодор I.9.28; Павсаний ІІ.3.6; Элиан. Пестрые рассказы V.21; Схолии к «Медее» Еврипида 9 и 264; Филострат. Диалог о героях XX.24.

4Диодор Сицилийский IV.55; Схолии к «Медее» Еврипида 1387.

5Гигин. Цит. соч. 25; Еврипид. Медея 1271; Сервий. Комментарий к «Буколикам» Вергилия VIII.45.

6Диодор Сицилийский IV.54; Гомер. Одиссея I.255 и сл. и схолии.


* * *


1. Количество детей у Медеи похоже на количество титанов и титанид (см. 1.3 и 43.4), но четырнадцать мальчиков и девочек, которые круглый год содержатся в храме Геры, могут обозначать четные и нечетные дни первой половины священного месяца[278]Относительно числа детей Медеи и Ясона у мифографов единства нет. Называемое обычно число 14, очевидно, завышено (чтобы объяснить обычай пребывания детей в храме Геры)..

2.Смерть Главки, возможно, была навеяна изображением ежегодного сожжения жертв в храме Геры, наподобие того, который Лукиан описал в Гиераполе («О сирийской богине» 49). Но Главка должна была быть жрицей, украшенной диадемой, которая руководила сожжением, а не жертвой. Источник служил для ритуального омовения. Лукиан объясняет, что сирийская богиня была в целом такой же, как Гера, хотя кое-что в ней напоминало Афину и других богинь (там же 32). В данном случае Эриопида («большеглазая») указывает на волоокую Геру, а Главка («сова») — на совоокую Афину. Во времена Лукиана домашних животных вешали на ветки деревьев, сложенных кучами во дворе храма в Иерополе, и сжигали живьем. Однако смерть четырнадцати детей Медеи и искупительный обряд, совершаемый в связи с этим, говорят о том, что первоначально в жертву приносились люди. Меликерт, критский бог, который председательствовал на Истмийских играх в Коринфе (см. 70. h и 96.5), был Мелкартом («защитник города»), т.е. финикийским Гераклом, в честь которого, как можно с уверенностью утверждать, в Иерусалиме сжигали живых детей (Лев. 18.21 и 20.2; 3 Цар. 11.7; 4 Цар. 23.10; Цар. 32.35). Огонь был священной стихией, делавшей жертвы бессмертными, как он сделал бессмертным самого Геракла, взошедшего на костер на горе Эта и поглощенного пламенем (см. 145. f ).

3. Кто принес в жертву детей — Медея, Ясон или жители Коринфа, — этот вопрос обрел значимость позже, когда Медею перестали отождествлять с Ино, матерью Меликерта, а человеческие жертвы стали символом варварства. Поскольку любая драма, завоевывавшая приз на афинском празднике в честь Диониса, тут же приобретала религиозное значение, не исключено, что коринфяне хорошо заплатили Еврипиду за то, что он нужным образом изменил позорный для них миф.

4. Любовь Зевса к Медее, как и любовь Геры к Ясону (Гомер. Одиссея XІІ.72; Аполлоний Родосский III.66), говорит о том, что «Зевс» и «Гера» были титулами царя и царицы в Коринфе (см. 43.2 и 68.1). Коринф, будучи сыном Марафона, называл себя «сын Зевса», а у отца Марафона Эпопея («всевидящий») жену звали так же, как и жену Зевса (Павсаний II.1.1).


157. Медея в изгнании


Медея сначала бежала к Гераклу в Фивы, где он обещал укрыть ее, если Ясон изменит ей. В этом городе она излечила Геракла от безумия, когда он убил своих детей. Однако фиванцы не разрешили ей поселиться в их городе потому, что Креонт, которого она убила, был их царем. Тогда она отправилась в Афины, и царь Эгей с радостью на ней женился. Когда ее изгнали из Афин за попытку отравить Тесея, она поплыла в Италию и научила марубов[279]Марубы — жители города Маррувий на Фуцинском озере в средней Италии, принадлежали к племени марсов. заклинать змей. Они до сих пор поклоняются ей как богине Ангитии1. После короткой остановки в Фессалии, где Медея потерпела неудачу, попытавшись сравниться красотой с Фетидой, о чем судил Идоменей Критянин, она вступила в брак с царем из Азии, имя которого не сохранилось и которого считают настоящим отцом Меда.

b . Узнав, наконец, о том, что принадлежавший Ээту колхидский трон захвачен ее дядей Персом, Медея отправилась вместе с Медом в Колхиду. Мед убил Перса, вновь посадил на трон Ээта и расширил царство колхов, присоединив к нему Мидию. Кое-кто считает, что к этому времени Медея уже примирилась с Ясоном, но история Медеи, конечно, была приукрашена и искажена выдумками многих авторов трагедий2. На самом деле Ясон, злоупотребив благосклонностью к нему богов, чьи имена он всуе назвал, нарушив клятву, данную Медее, бродил бездомным из города в город, презираемый людьми. В старости он еще раз побывал в Коринфе, прилег в тени «Арго», вспоминая былую славу и обрушившиеся на него несчастья. Он уже было повесился на носу судна, но нос рухнул и придавил его. Корму «Арго» Посейдон поместил среди звезд, поскольку на ней не было вины в убийстве человека3.

c. Медея не умерла, а стала бессмертной и правит на Островах Блаженных; некоторые утверждают, что это она, а не Елена, вышла замуж за Ахилла4.

d. Что же касается Афаманта, оказавшегося неспособным принести в жертву Фрикса, что и стало причиной плавания аргонавтов, то его самого чуть было не принесли в жертву в Орхомене во искупление греха, как того потребовал оракул Зевса Лафистия, но вовремя вернувшийся из Эи его внук Китиссор спас его. Это обидело Зевса, который объявил, что отныне старший сын Афамантидов под угрозой смерти не должен входить в пританей (совет), и это требование соблюдается до сих пор5.

e . Возвращение аргонавтов породило много рассказов. Но самый поучительный из них — это рассказ о кормчем Большом Анкее. Пройдя через множество невзгод и опасностей, он вернулся в свой дворец в Тегее, где прорицатель предсказал, что ему никогда не испить вина из того винограда, который родит ранее посаженная им лоза. В день возвращения Анкея его слуга уже собрал первые грозди и приготовил вино. Анкей наполнил этим вином кубок, поднес его к губам и призвал прорицателя, чтобы опровергнуть его за неверное предсказание. Прорицатель ответил: «Господин мой, вино не во рту, пока губ не утру!» В этот момент вбежал слуга Анкея с криком: «Господин, дикий вепрь портит твой виноградник!» Анкей отставил нетронутый кубок, схватил рогатину и побежал. Притаившийся в кустах вепрь напал на него и убил6.


1Диодор Сицилийский IV.54; Аполлодор I.9.28; Плутарх. Тесей 12; Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия VII.750.

2Диодор Сицилийский IV.55—66; Гигин. Мифы 26; Юстин XLII.2; Тацит. Анналы VI.34.

3Диодор Сицилийский IV.55; Схолии к краткому содержанию «Медеи» Еврипида; Гигин. Поэтическая астрономия II.XXXV.

4Схолии к «Медее» Еврипида 10 и к Аполлонию Родосскому IV.814.

5Геродот VII.197.

6Схолии к Аполлонию Родосскому I.188.


* * *


1. Аттический культ Деметры как земли-богини породил рассказ о пребывании Медеи в Афинах (см. 97. b ). Аналогичные культы объясняют ее пребывание в Фивах, Фессалии и Малой Азии. Правда, марубы могли эмигрировать в Италию из Ливии, где псиллы хорошо владели искусством заклинания змей (Плиний. Естественная история VII.2). То, что Медея царствует на Островах Блаженных, вполне понятно: как богиня, владеющая «котлом омоложения», она может предоставить возможность героям прожить вторую жизнь (см. 31. c ). Елена («луна») — это, возможно, одно из ее имен (см. 159.1).

2. Вероятно, в героическую эпоху царя Орхомена по окончании срока его правления вели на вершину горы Лафистий для принесения в жертву. Такой царь был одновременно жрецом Зевса Лафистия, причем эта должность передавалась по наследству в матрилинейном клане миниев. Согласно Геродоту (VII.197), во время Персидских войн предводитель клана все еще должен был находиться в пританее, когда его призывали присутствовать при жертвоприношениях. Правда, никто не настаивал, чтобы он следовал этим призывам и, судя по рассказу Геродота, вместо него всегда присутствовал его представитель, кроме тех случаев, когда случались бедствия, например чума или засуха, и он считал своим долгом присутствовать при обряде жертвоприношения лично.

Смерть Ясона и Анкея — это притчи, подчеркивавшие опасность излишней славы, процветания или гордости. Но Анкей умирает как царь в своем родном городе от клыков напавшего на него вепря (см. 18.7), тогда как Ясон, наподобие Беллерофонта (см. 75. f ) и Эдипа (см.105. k ), бродит от города к городу, ненавидимый всеми и в конце концов погибает от несчастного случая. В Истме, где правил Ясон, по обычаю, царствующего фармака сбрасывали со скалы в море, где его поджидала лодка, после чего его изгоняли, обрекая на жизнь безымянного нищего, уносившего из города все несчастья (см. 89.5 и 98.6).

3. Исаак Ньютон, насколько мне известно, был первым, кто указал на связь между знаками зодиака и плаванием «Арго». В Александрии на формирование легенды вполне могли оказать влияние знаки зодиака: Овен — Фрикс, Телец — Ээт, Диоскуры — небесные Близнецы, Лев — Рея, Весы — Алкиной, Водолей — Эгина, Геракл — Стрелец, Медея — Дева и Козерог — символ распутства, как напоминание о привольной жизни на Лемносе. Если использовать египетские знаки зодиака, то появятся недостающие элементы: змей — для Скорпиона и Скарабей, символ возрождения, — для Рака.


Читать далее

Комментарии:
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий