Эпилог – Девушка в рабочей форме.
После этого Флайинг Пуссифут в сохранности прибыл к зоне запрета паровозов.
Там локомотив должны были сменить на бездымный электровоз, чтобы поезд продолжил свой путь до самой станции Пенсильвания, однако…
На пункте смены поезд ожидала целая толпа офицеров полиции.
Полицейские быстро взяли весь поезд под свой контроль. Достаточно иронично, но они провернули это куда быстрее и организованнее, чем и чёрные, и белые костюмы.
Выживших чёрных и белых костюмов тут же задержали, а пассажиров, после двух часов допроса, отпустили. Им также вручили огромную сумму денег, предоставленных спонсором этого поезда – корпорацией Небула – при условии, что никто не будет распространяться об этом инциденте. По какой-то причине и правительству, и этой корпорации хотелось сохранить всё произошедшее в тайне.
Билет Рэйчел был частично заляпан кровью, но офицеры полиции и работник станции без проблем приняли его.
Правда ирония в том, что сработало это лишь потому, что они подумали, что это её кровь: девушка всё же была ранена в ногу.
Ей оказали первую помощь и, поскольку больше от неё ничего не требовалось, она просто сидела на стуле, когда к ней вдруг подошёл какой-то солидный мужчина.
— Мне сообщили, что это вам моя жена и дочь обязаны спасением их жизней. Благодарю.
Сначала Рэйчел растерялась, но затем до неё дошло: похоже, этот мужчина был мужем миссис Бериам – сенатором Бериамом. Даже хотя она работала на информационное бюро, девушка не знала, кем была эта женщина, до тех самых пор, пока не спасла её. Рэйчел тут же мысленно отругала себя за то, какая она бестолковая, как вдруг мужчина протянул ей толстый бумажный конверт.
— Возьмите.
— Чт-...
Но сенатор Бериам уже развернулся и ушёл, даже не спросив у Рэйчел её имя.
Несмотря на то, что девушка оценила вручённую ей сумму, это просто было очень грубо. Рэйчел показалось, что он относится к ней так, будто она помогла его семье только из-за денег, и девушка уже подняла руку, чтобы бросить конверт ему в спину…
Но внезапно кто-то мягко остановил её. Это была сама миссис Бериам.
— Пожалуйста, позвольте мне принести извинения за моего мужа. Но мне всё же хотелось бы, чтобы вы приняли эти деньги.
— Вам не стоит извиняться.
— Нет, прошу, позвольте мне… Поймите, он неплохой человек. Видите ли, мой муж просто не знает, как иначе выразить свою благодарность. В результате чего люди часто понимают его неверно…
Что ж, теперь Рэйчел не могла выкинуть эти деньги. Ей очень хотелось узнать, почему миссис Бериам из всех людей вышла замуж именно за него, но она оставила эту мысль при себе.
— Я должна была сказать это сразу, но… Мы вам глубоко признательны. И мы никогда не сможем отблагодарить вас за то, что вы для нас сделали.
Из-за спины миссис Бериам выглянула Мэри. Обычно стеснительная девочка смотрела прямо на Рэйчел с блеском в глазах.
— Мисс Рэйчел, огромное спасибо! Когда я вырасту, я хочу стать такой же замечательной, как и вы!
Услышав эти довольно зрелые слова для столь маленькой девочки, Рэйчел смутилась. Девушка тут же почувствовала укол совести, поскольку из-за того, что она была безбилетницей, ей казалось, будто она обманывает девочку.
В конце концов Рэйчел приняла деньги. Когда они прибыли на станцию Пенсильвания, она тут же направилась прямо к кассе и накупила себе билетов на половину из полученной суммы. Итак, девушка покинула станцию с кучей самых разных билетов.
Она уже знала, на что потратит часть оставшихся денег. Для начала Рэйчел планировала показаться местному доктору, чтобы он осмотрел её ногу. Но даже несмотря на боль от ранения, походка девушки была лёгкой и уверенной, словно она сбросила огромный груз со своих плеч.
Эпилог – Маскарадные воры.
Нью-Йорк – Станция Пенсильвания.
Двери поезда открылись, и пассажиры начали выходить на перрон, радуясь окончанию этого кошмарного путешествия.
Поскольку полиция не могла позволить составу, который стал местом преступления, ехать дальше в Нью-Йорк, пассажиров пересадили на другой поезд, на котором они и добрались до станции.
На оживлённом перроне стояла группа из нескольких человек.
Фиро и Эннис ждали своих друзей – Айзека и Мирию.
Майза ждал своего старого друга – Чеса.
Братья Гандоры, в свою очередь, ждали своего брата и наёмного убийцу – Клэра Станфилда.
Никто из вышеперечисленных ещё не покинул поезд. И вот поток людей, покидающих вагоны, уже практически иссяк.
Вскоре из поезда вышла девушка в рабочей форме с раненной ногой.
За ней последовал человек в сером одеянии и парень, который, похоже, был его ассистентом. Вслед за ними поезд покинули юноша с татуировкой на лице, девушка в очках и повязкой на глазу и гигант.
И хотя вся группа на мгновение отвлеклась на эту странную процессию, Фиро и остальные продолжали терпеливо ждать.
И вот наконец последние пассажиры вышли из поезда…
Ими были стрелок прямиком с Дикого Запада и танцовщица, одежды которых были сильно изодраны.
— О-о! Эннис, Фиро и Майза! Давно не виделись, друзья мои!
— Вы все выглядите просто замечательно! Я так рада!
Хотя, услышав привычный жизнерадостный тон Айзека и Мирии, все немного успокоились, но они всё же не могли не задаться вопросом:
— Что это за тряпьё?
— Хе-хе, сейчас я стрелок прямиком с Дикого Запада! Можете звать меня Белль Старр с Востока!
— Только что же с запада был…
— А разве Белль Старр не была девушкой?
Игнорируя остроты Фиро и Берги, Мирия тоже решила назваться случайным именем известного преступника прошлого:
— В таком случае, меня можете звать Эдгар Уотсон с Севера!
— Постой, но это ведь тот парень, который пристрелил Майру Мэйбл Ширли… Короче, Белль Старр.
— Что-о-о-о?! Значит, я убью Айзека? Нет, ни за что!
— Не волнуйся, Мирия! Ради тебя я готов отдать жизнь!
Фиро и Эннис улыбнулись, видя, что их друзья совсем не изменились.
— Га-ха-ха, а вы всё такие же идиоты! – усмехнулся Берга.
Айзек и Мирия тут же синхронно вскинули руки вверх, словно игрушки на пружинках, и начали возмущаться:
— Что-о-о?! Можешь сколько угодно смеяться надо мной, негодяй, но я не позволю тебе оскорблять Мирию!
— Можешь сколько угодно смеяться надо мной, но я не позволю тебе оскорблять Айзека!
— Другими словами, наш гнев будет в два раза сильнее!
— А раз нас двое, то в четыре раза!
— А это значит, что мы в большинстве!
— Один против четырёх!
— Э, п-погодите секунду…
Берга, смущённый этими противоречащими хоть какой-то логике доводами, начал считать на пальцах, бурча себе что-то под нос.
— Прекрати, братец Бер, ты нас позоришь, – укорил его Лак.
Вдруг, словно озарённый внезапной мыслью, Айзек воскликнул:
— А, точно-точно! Я чуть не забыл! Эннис, мы привезли тебе подарок!
— Замечательный подарок!
— А-а, вот как! Спасибо вам большое! – с улыбкой ответила Эннис.
Айзек и Мирия почему-то развернулись и зашли обратно в поезд. Пока остальные в замешательстве переглядывались, они вернулись обратно на перрон, но не одни.
Справа от Айзека стоял какой-то мальчик, уже успевший переодеться в другую одежду.
Фиро и остальные с широко раскрытыми глазами слушали, как Айзек и Мирия с невероятно довольным видом представляют мальчика. Похоже, они так и не забыли то письмо, которое они получили от Фиро и Эннис ещё в Калифорнии.
— Этого мальчика зовут Чес!
— Пусть он станет твоим младшим братиком, Эннис! Это будет замечательно!
Эпилог – Алхимик.
А-а, Майза прямо передо мной. Майза, тот самый, который призвал демона и узнал секрет бессмертия. Я прибыл в этот город, чтобы съесть его. Что за идиот. Он, наверное, не подозревает, насколько я изменился. И это станет твоим последним мгновением. Вот он наконец подошёл ко мне. Самое время. Всё, что осталось – это назвать его болваном и протянуть к нему правую руку.
— Майза…
Ч-ч-что это только что было? Это странно. Нет-нет, почему я позвал его по имени?
Прекрати, Майза! Не гладь меня по голове вот так! Мне уже больше двухсот лет, чёрт побери, Майза, ты разве не правша? Почему ты гладишь меня по голове левой рукой? Мне не нужна твоя жалость! Чёрт возьми! Давай же, Чес! Просто назови его идиотом! Мне всего лишь нужно протянуть руку и съесть его!
— Я скучал по тебе.
Нет! Я хотел назвать его идиотом! Чёрт, возьми себя в руки! Вспомни, сколько раз ты обманывал этих болванов взрослых, и сколько раз они обманывали тебя! Мне нельзя никому доверять! Майза, очевидно, тоже попытается съесть меня. Он начнёт мучить меня, прямо как это делал «он»! Проклятье! Чёрт! Это всё их вина! Красного монстра и той странной парочки, это из-за них я веду себя так!.. Неправда… Идиот!.. Он не такой… Я скучал… Прекрати! Я всегда был один… Мне всегда было одиноко… Нет, я сам хотел быть один! Давай же! Назови его глупцом!.. Я скучал по ним… По всем с того корабля… Нет! Протяни правую руку…
…Я просто хочу увидеться с кем-то, кем угодно, кто знал меня таким, каким я был прежде. Я просто хочу, чтобы всё это оказалось сном… Чтобы я проснулся и оказался прежним невинным ребёнком на том корабле.
— Майза. Я так скучал по тебе, Майза!
Я знаю, что завтра проснусь от этого сна и вернусь к своему прежнему, эгоистичному и злому «я». Но я больше не буду даже думать о том, чтобы съесть Майзу. Я знаю, что если я сделаю это, то кошмары будут преследовать меня до скончания веков. Я просто хочу задержаться в этом сне немного подольше. Хочу ещё немного поплакать в объятиях того, кто знал прежнего меня.
Прошу, буквально ещё чуть-чуть…
Перрон вокзала. Бессмертный в теле ребёнка рыдал, уткнувшись лицом в грудь своего старого друга.
И его слёзы всё не прекращались и не прекращались…
Эпилог – Железнодорожный обходчик.
— Извините, вы мистер Гандор?
— Вы совершенно правы.
Работник станции вручил Лаку какой-то конверт. Кит быстро прочитал послание внутри и покинул перрон вместе со своими младшими братьями. Но перед этим Берга быстро извинился перед Фиро:
— Прости, Фиро. Походу, Клэр ждёт снаружи. Мы скоро вернёмся.
Они обнаружили парня в одном из переулков.
— Клэр, ты же проводник, ты чего тут-то забыл?
— А я больше не Клэр.
После этого внезапного заявления, полностью проигнорировавшего вопрос Берги, парень перешёл сразу к делу.
— Ну, идёмте. Итак, кого я должен убрать? Я этой ночью слегка размялся, чтобы форму не терять. Но вообще хочется заняться чем-то серьёзным.
Клэр, уже сменивший свою одежду, решительно направился вперёд. Братья, всё ещё немного ошарашенные, последовали за ним.
— Давайте побыстрее покончим с этим. Знаете, сразу после этого мне нужно отыскать кое-кого. А если повезёт, то вскоре вы получите приглашение на мою свадьбу.
Услышав это, братья переглянулись.
— Не говори мне, что ты опять сделал предложение какой-то незнакомке?
— Вроде того.
— Что значит «вроде того»?! Это в какой раз уже?
Это заявление явно поразило Бергу, но Клэр продолжил как ни в чём не бывало.
— Погоди, но я не какой-то ветреный парень, я каждый раз абсолютно серьёзен, так что какие проблемы? И к тому же до сих пор меня отвергали только потому, что, очевидно, меня ещё ждёт кто-то получше. Ведь весь этот мир…
— …«Вертится вокруг меня», верно? – закончил Лак фразу, которую слышал уже под сотню раз.
— Именно. В любом случае в этот раз она точно согласится. Ну а если нет, то я встретил ещё одну девчушку. Если первая откажет, то глянем, что скажет вторая.
— Короче, ты всё такой же ветреный.
— Глупости! Я ведь никогда не встречался с двумя девушками одновременно! Ну, потому что я вообще никогда не встречался с девушками. Я делаю девушке предложение, а, если она отказывает, я просто переключаюсь на другую. Но если она примет моё предложение, то я до скончания веков буду любить её. Не вижу в этом никаких проблем.
Всё же какая-то своеобразная, но логика в его словах была, чего Лак не мог не признать и лишь тяжко вздохнул.
— Фиро не помешало бы чуть-чуть поучиться у тебя…
Услышав имя старого друга, Клэр с некоторой ностальгией сощурил глаза.
— Фиро, да? Я по нему скучаю. Так чему он там должен у меня поучиться?
— Он уже год живёт в одной квартире с девушкой, в которую влюблён, но он ещё не признался ей и, понятное дело, они до сих пор не целовались.
— Ты шутишь, да?.. Он вообще человек? – изумился Клэр, однако темпа не сбавил.
— В любом случае, Клэр, не думаю, что хорошая идея доверять девушке, которая так сразу соглашается выйти замуж, – посоветовал ему Лак.
— Клэр мёртв. По крайней мере, по документам, – невозмутимо заявил Клэр, надеясь, что выглядел круто.
Но Лак тут же вернул его с небес на землю.
— Если по документам ты мёртв, то как ты жениться собрался?
Клэр замер и резко развернулся.
— Чёрт, и что делать? Как думаете, сколько стоит купить новые документы?
— О чём ты вообще говоришь? И как нам тебя теперь звать?
Клэр пошёл дальше и беззаботно ответил:
— Ну, можете звать меня «Вино» или, если хотите, Железнодорожный обходчик.
— Тупость какая-то, – отрезал Берга.
И в тёмном переулке Нью-Йорка тут же началась громкая перебранка между Бергой и Клэром. Наблюдая за ними, Кит размышлял о предстоящем конфликте, который, без сомнений, с этого момента будет лишь обостряться.
Возможно, в ближайшее время покоя ждать не стоит. И Кит молча наблюдал за разгорающейся дракой.
Эпилог – Сумасшедший убийца.
Один из следователей подошёл к Эдварду Ною с отчётом, и, выслушав его, тот спросил:
— Так, я слышал, вы нашли выживших.
— Да, мужчину и женщину. Мы думаем, что они оба были членами банды, которая пыталась захватить поезд.
— В каком они состоянии?
— У девушки травма шеи, но ничего серьёзного. Мужчина находится в критическом состоянии, так что прямо сейчас инспектор Салливан допрашивает его в больнице.
Офицеры полиции выстроились кругом неподалёку от того места, где ранее они обнаружили выживших.
— Так, ещё раз, почему столб-то сломан?
— Может, выжившие врезались в него?
— Или, может, он в самом деле его ударил?..
— Да не бывает так!
— Но… вы ведь тоже его руку видели!
— Вот поэтому я и не отрицаю. Он монстр какой-то или что?
— Ему, наверное, руку ампутируют.
Офицеры вспомнили изуродованную левую руку выжившего и некоторые из них почувствовали, что их снова начинает тошнить.
Мясо на левой руке выжившего в белом было содрано вплоть до самой кости по самый локоть. Из локтя торчала кость без каких-либо кусков мяса. И уже одно только это казалось невероятным, но вскоре они обнаружили кое-что ещё более шокирующее.
Мужчина тут же согласился дать показания, будто всё было в полном порядке.
Билл Салливан прямо в больничной палате допрашивал Ладда.
— М-м… так вы признаёте свою вину?
— Тип того. Но хочу уточнить, что я убивал тех ребят только при самозащите. Я признаю, что пытался захватить поезд, но держите в голове и это, лады?
— А-а… Ну, думаю, вам лучше сообщить об этом вашему адвокату.
Билл встал и уже собрался уходить, как вдруг Ладд спросил:
— А вы слышали про парня по имени Хьюи Лафорет?
— Э-э… Ага. Он, в некотором роде, знаменитость.
— Уже известно в какую тюрьму его отправят?
— М-м… Это ещё не решено, но, насколько я могу судить, я бы сказал, что, скорее всего, его отправят в Алькатрас.
— Вот как? Спасибо.
— А-а… берегите себя. Мы постараемся подыскать вам протезиста до суда.
И, сказав это, Билл покинул палату.
Алькатрас, значит? Неплохое местечко для него. Интересно, что я должен натворить, чтобы меня тоже туда отправили? Ха-ха.
Фантазируя о том, как он будет убивать бессмертного, Ладд провалился в сон с выражением истинного удовольствия на лице.
Эпилог – Террористы.
Новый ассистент серого волшебника – Фреда – тихо разговаривал сам с собой.
— А-а, а Ладд и Луа оба так и не вернулись. Хотя, зная их, сомневаюсь, что они просто умерли.
Хотя он и был членом банды белых костюмов, когда полицейские ворвались в поезд, парень попросил Фреда, чтобы тот представил его своим ассистентом, так что он смог избежать ареста. Остальные хулиганы косились в его сторону, но сдать его не могли, поскольку сами были преступниками.
После этого он попытался связаться с товарищами, которые должны были вести переговоры с железнодорожной компанией. Компания, как выяснилось, тут же отказалась отвечать на их требования. Похоже, чёрные костюмы угрожали кому-то из правительства, так что те надавили на руководство железнодорожной компании. Они изначально не думали, что их план сработает, но всё же раздражало, что провалился он только из-за чёрных костюмов. Конечно, парню повезло, поскольку он остался в живых и на свободе, правда, про остальных членов банды такого сказать было нельзя.
Идти ему было некуда, так что в итоге он согласился работать на Фреда в его клинике.
Услышав бормотание бывшего белого костюма, Фред слабо улыбнулся.
— Если они ещё живы, то вы обязательно встретитесь вновь. Главное тебе самому остаться в живых… Кстати, если подумать, то «он» тоже кого-то искал.
— Кто?
— Один из моих пациентов. Из-за того, что я лечил его, я в итоге опоздал на поезд… В конце концов мне пришлось потратить целое состояние на ещё один билет. А пока я пытался спасти его, ещё и полиция приехала.
— Полиция?
— Да. Я как раз ехал в Чикаго на машине, когда заметил вдалеке чудовищный взрыв…
⇔
Гусс ещё дышал.
Он еле-еле смог выбраться из этого взрыва, оставшись в живых.
Я отказываюсь погибнуть так просто! Я должен выжить, я должен узнать секрет Хьюи…
Он полз вдоль железнодорожных путей, ведомый своей одержимостью.
Мои люди должны быть где-то неподалёку. Десять человек не сели на поезд и должны были вести переговоры с правительством. Я видел сигнальный огонь, когда мы пересекали реку. Правительство, похоже, согласилось на наши условия. Чёрт! Мне нужно было продержаться ещё немного! Нет, ещё ничего не кончено. С группой из десяти человек мы быстро восстановим наши силы…
Внезапно на него упала тень.
— Я искал вас, господин Гусс.
Наконец-то, это, должно быть, один из моих людей…
Гусс поднял взгляд. И ему в лицо прилетел плевок.
— Что за…
Гусс в шоке замер. Перед ним стоял парень с сильными ожогами на лице. К тому же у него виднелись ожоги на шее и руках, и, кроме того, у мужчины не было правого запястья. И Гусс прекрасно знал этого человека.
— …Нейдар!..
Этим человеком был парень, который пытался предать Гусса ещё до начала операции, от которого в итоге решили избавиться. И который должен был обратиться в прах после взрыва.
— Да уж… Я выжил, прикрывшись трупами, как щитом, но, правда, если бы не доктор, проезжавший мимо, я бы всё равно погиб… Хотя я и так едва на ногах стою.
Гусс заметил на руках мужчины наручники. С запозданием осмотревшись по сторонам, Гусс также увидел неподалёку нескольких полицейских. Они внимательно изучали кусты, похоже, ещё не заметив самого Гусса.
— Они осматривают место преступления. Я заключил с ними небольшую сделку, понимаешь? Я рассказал им детали нашего плана и где будут проходить переговоры, так что после этого меня отпустят на условное освобождение. Конечно, людям это не особо понравится. Хотя, насколько я понял, они хотят в целом скрыть весь этот инцидент.
— Уб… людок.
— А-а, кстати, они недавно арестовали тех ребят, что вели переговоры, которых ты с таким нетерпением ждёшь. Не повезло.
Мужчина с ожогами присел на корточки и наклонился практически впритык к отчаявшемуся лицу Гусса.
— Тебе стоило прикончить меня, когда у тебя был шанс. И вот поэтому ты не солдат, – сплюнул Нейдар, вложив в эти слова всю свою ненависть и презрение. – Мне тебя даже жаль, неудачник.
Нейдар холодно посмотрел на Гусса сверху вниз. И тот вскоре молча уронил голову на землю.
— Хватит шляться где попало, Нейдар! Ещё раз, и я приму это за попытку побега! …М? Выживший?!
Офицер тут же подбежал к нему, но Нейдар лишь тяжело вздохнул.
— Похоже, он только что умер.
Гусс лежал лицом вниз, а из его рта лилась кровь вперемешку с кусками плоти.
Нейдар развернулся спиной к неподвижному чёрному костюму, потеряв хоть какой-то интерес.
— А-а, чёрт, задолбался я. И смысл вообще следовать за кем-то, кто торопит свою смерть? Не для меня это всё. Может, лучше вернуться обратно в деревню к своему старику и помогать ему с кукурузными полями…
Если бы молодого террориста сейчас спросили, то он бы уже даже не смог вспомнить лицо Гусса.
Ну, по сути, это всё, чем смог стать Гусс.
Жалким трупом, обдуваемым промозглым зимним ветром, который быстро забрал последние остатки тепла из его тела.
Эпилог – Хулиганы.
На сегодня расследование было завершено, и Флайинг Пуссифут поместили внутрь железнодорожного ангара.
И к тому времени, когда даже полиция покинула место преступления, в вагонах тихо зашевелились несколько силуэтов.
— Нехорошо это.
— Совсем нехорошо…
Йон – бармен, и Фан – помощник шеф-повара, были теми, кто уговорил Джакуззи и банду сесть на поезд. Если бы всё пошло по плану, то они бы в полной сохранности прибыли в Нью-Йорк, провернув его без чьего-либо ведома. Но в итоге они оказались в ужасной ситуации.
— Как думаешь, нас тырнут отсюда?
— Возможно…
Когда Джакуззи решил освободить вагон-ресторан от чёрных костюмов, им пришлось раскрыть свои личности. Все в вагоне-ресторане видели, как умело они обращались с оружием и что они были заодно с молодым человеком, который заявил о захвате поезда. Им удалось избежать ареста, потому что об ограблении так никто и не узнал, но в итоге шеф-повар вызвал их на важный разговор, и они замерли в ожидании того момента, когда на них обрушится его гнев. Ну, по крайней мере, они думали, что так всё и будет.
— А что, если он и правда нас уволит?
— У меня сестрица работает официанткой в медовой лавке, можно попробовать податься туда…
— Что ещё за медовая лавка? И разве ты не говорил, что наворотил дел и тебя вышвырнули из Чайнатауна?
— Мою сестру тоже вышвырнули. У них там круговая порука. В итоге её взяли к себе на работу какие-то итальянцы. Я слышал, что она работает в спикизи при медовой лавке, которой они управляют, – как бы между прочим сказал Фан.
Йон же, уставившись в пустоту, пробормотал:
— А-а… Спикизи, значит? Может, им и бармен пригодится?
После этого довольно апатичного вопроса повисла неловкая тишина.
Возле барных стульев чувствовался сильный, умопомрачительный аромат, от которого пустые желудки дуэта начали урчать. Всё, что нарушало тишину – это звон черпака, бившегося о кастрюлю, в которой шеф-повар готовил рагу, доносившийся с кухни. Но в такой атмосфере этот звук лишь усиливал их страх и голод.
Внезапно звук прекратился, и с кухни послышался напоминающий медвежье рычание голос шеф-повара:
— С завтрашнего дня вы двое можете сюда не возвращаться.
Йон и Фан практически с облегчением выдохнули.
— Вы нас увольняете?
Они ожидали чего-то подобного, так что восприняли данную новость довольно спокойно. Однако…
— Да какая к чёрту разница, увольняю или нет? С завтрашнего дня в этом вагоне-ресторане в принципе никто работать не будет.
— А?
— Чего?
Йон и Фан опешили. Шеф, однако, спокойно рассказал им всё как есть.
— Мне сообщили, что компания, которая спонсирует этот поезд, собирается сделать вид, что его никогда не существовало. Так что вы, получается, здесь никогда и не работали. Собственно, меня это тоже касается.
Йон и Фан удивлённо переглянулись. Если даже их шефа увольняли, то почему именно их двоих вызвали на этот важный разговор?
— Так вот, к чему это я всё. Слыхали про семью Дженуардо? Семья богатеев из Нью-Джерси. Я слышал, что их наследница ищет себе повара и бармена. Я сам собираюсь договориться с владельцем и вернуться в головной ресторан, а вы двое отправляйтесь поработать к ней. Дженуардо достаточно богаты, чтобы позволить себе личного бармена, так что не думаю, что у вас есть причины жаловаться.
Глаза Йона и Фана в шоке расширились, став похожими на столовые блюдца. Однако шеф-повар не обратил внимания на их шок и продолжил:
— Меня не волнует, с кем вы якшаетесь, и мне плевать, даже если вы преступники. Меня интересуют только ваши навыки как повара и бармена, и за это я могу поручиться. Когда я услышал это предложение, вы двое первыми пришли мне на ум. Думаю, ваша работодательница прямо сейчас должна находиться в Нью-Йорке, так что загляните к ней завтра. Всё поняли?
От грозного тона шефа двое машинально кивнули. Но в глубине души дуэт был невероятно рад, что их навыки так высоко оценили.
— Рагу готово. Доешьте его, прежде чем уходить, – крикнул шеф с кухни.
— Приятного аппетита! – синхронно воскликнули Йон и Фан, и их губы растянулись в одинаковых улыбках.
Однако после следующих слов шефа они оба замерли на месте.
— Рад это слышать. Я уж подумал, что мне придётся выкинуть все сто порций этого замечательного рагу. Но раз вы с таким рвением согласились, то, надеюсь, вы съедите всё без остатка. И если я увижу на тарелке хоть один кусочек, то следующий бульон я приготовлю из ваших рук.
⇔
— Так что это наш тебе гостинец. Налетай!
— Клянусь, оно правда очень вкусное! Ты очень пожалеешь, если не попробуешь! Это мы с Йоном гарантируем!
Йон и Фан выдавили из себя улыбки, стоя перед огромной кастрюлей, в которой, казалось, могло поместиться килограмм сто этого рагу.
— П-помилуйте!
С другой стороны этой гигантской кастрюли лежал Джакуззи, который подвинулся к краю больничной койки и выглядел так, будто готов в любой момент разрыдаться.
В данный момент они все находились в клинике Фреда. Джакуззи должен был провести здесь ещё несколько дней, однако вскоре его обещали выписать.
На соседней кровати лежал Джек, а рядом на полу спал Донни и громко храпел. Он был тем, кто, услышав о том, в каком положении оказались Йон и Фан, согласился донести досюда эту кастрюлю, а по пути съел минимум двадцать порций.
Однако даже так не казалось, что они вскоре смогут доесть это блюдо. Судя по всему, там изначально было куда больше, чем сотня порций.
Помимо них в комнате находились Нис и Ник. Другими словами, здесь собрались все члены банды, которые ехали на поезде. И пока они обсуждали, что им делать с этой горой рагу, они вдруг услышали исходящие из коридора голоса.
— Что это? Пахнет вкусно.
— Эй, не зажимайте жрачку! Оставьте и нам немного!
Один за другим в комнату ввалились остальные члены банды Джакуззи.
— Ребята!
Когда Джакуззи увидел их, лицо юноши просветлело. Среди новоприбывших были и те, кто подбирал груз, который они сбросили в реку.
— Эй, Джакуззи! Касательно той взрывчатки, мы смогли заключить сделку со знакомым шахтёром и одним голливудским режиссёром! Причём на огромные бабки! Мы теперь богаты! Сотня кусков! Можешь себе представить?
— А керамические гранаты мы выпотрошили и продали каждую за двести баксов!
Его друзья, совсем не беспокоясь о ранениях Джакуззи, набросились на лидера, в восторге от такого успеха. И именно за это юноша и любил их.
— Вот как, рад это слышать!
— Но, Джакуззи, ты больше не сможешь вернуться в Чикаго, – как бы между прочим упомянул один из его товарищей, на секунду отрываясь от миски с рагу.
— А?
— Кажись, мафия выяснила, где ты живёшь. Стоит тебе приблизиться к своему дому, как тебя тут же продырявят.
— Ч-чего?!
От лица Джакуззи вдруг отхлынула вся краска.
— Тогда почему бы нам не остаться в Нью-Йорке? Я передал это остальным, так что они тоже должны скоро приехать.
— У-у, ты говоришь об этом так, будто всё очень просто…
Но друзья Джакуззи проигнорировали его наполняющиеся слезами глаза и начали обсуждать куда более позитивную тему.
— А, верно, Джакуззи! Ты не поверишь, но одна прекрасная дама буквально свалилась на нас с неба!
— Самоубийство?
— Не глупи! Мы в тот момент подбирали ящики, которые вы выбросили! И затем мы увидели, как она вынырнула из воды и схватилась за один из них! Красавица с раненым плечом! Мы сказали, что едем в Нью-Йорк, и она тут же согласилась присоединиться к нам! Она молчаливая, но знаешь, вся такая элегантная! Её тоже местный врач осмотрел.
— А-а, вот как? Может, она одна из пассажирок с того поезда.
Джакуззи на мгновение задумался, а затем его лицо озарила улыбка.
— Вот бы с ней познакомиться.
— О, а давайте её сейчас и представим. Заходи, Шанне!
В комнату молча вошла прекрасная девушка в чёрном платье, и Джакуззи приветливо ей улыбнулся… в то время как Нис и Ник выронили свои миски с рагу.
Эпилог – Флайинг Пуссифут.
Несколько дней спустя – Где-то в Нью-Йорке.
— И что изменилось после того, как ты потратила половину тех денег на билеты? – спросил некий голос Рэйчел, пытаясь пробиться через бесконечные телефонные звонки на фоне.
Девушка ответила достаточно громко, чтобы её смогли услышать через всю эту какофонию звуков.
— Я не знаю. Я просто… устала.
Весьма необычно для Рэйчел, но сейчас она использовала довольно официальный тон. В данный момент она разговаривала со своим работодателем – президентом информационного агентства.
Несмотря на то, что лицо президента скрывали многочисленные стопки бумаг, Рэйчел не могла избавиться от неловкого ощущения, будто он улыбается.
— Ну, думаю, от тебя зависит, воспользуешься ты этим опытом или нет.
— Если честно, я жалею о том, что не избила того жирдяя своими собственными руками, – с сожалением пробормотала девушка.
— У меня есть некоторая информация касательно того, что произошло после этого инцидента. Хочешь послушать? Это за счёт заведения, – спросил безликий информационный брокер.
— Да даже не подумаю! Я вас всех тут засужу, слышите?! И за отвратительную охрану поезда, и за то, что позволили там работать этим дрянным жёлтой макаке и деревенщине-ирландцу!
Омерзительный усатый мужчина хрюкнул, в то время как его ноздри яростно раздувались. Когда он пришёл в сознание после того, как Клэр вывихнул оба его плеча, он забрался в одну из уборных и отсиживался там, трясясь от страха. Вышел он оттуда только после того, как всё утихло, и его обнаружил один из полицейских. И каждый его болезненный вскрик, во время того, как ему вправляли суставы, сопровождался смешком кого-нибудь из пассажиров вагона-ресторана.
Для человека, который был руководителем крупной железнодорожной компании, это было просто невероятным унижением. Итак, он уже собрался подать в суд на компанию, владеющую Флайинг Пуссифут – компанию Небула, но не тут-то было.
В приёмной комнате Небулы претензии усатого мужчины выслушивал администратор средних лет, губы которого растянулись в какой-то искусственной, невыразительной улыбке.
— Это всё весьма прискорбно, мистер Тёрнер. Как видите, мы готовы предоставить вам денежную компенсацию. К тому же вам не кажется, что если придать этот инцидент огласке, то имидж железнодорожных компаний тоже пострадает?
— Это меня не волнует! Дело не в деньгах, это вопрос моей чести!..
Внезапно раздался телефонный звонок.
— Извините, что прерываю, мистер Тёрнер, но это вас.
Усатый жирдяй нетерпеливо вырвал трубку из рук безэмоционального администратора.
— Да, это я! А вы ещё кт-… а…
Выражение лица Тёрнера кардинально изменилось: он весь побледнел, а по его лицу начал ручьями бежать холодный пот, и чем дольше продолжалась беседа, тем хуже он выглядел. Через некоторое время он повесил трубку и с усталым видом уставился на администратора.
— Вы готовы опуститься так низко, что даже подключили к этому политиков…
— Видите ли, сенатору Бериаму тоже хотелось бы, чтобы этот инцидент сохранили в тайне. В наше время нельзя стереть все следы, но возможно скрыть их. Во время инцидента никто из пассажиров не погиб, так что мы не хотели бы усугублять ситуацию.
— Н-но ведь…
— Мистер Тёрнер. Мы знаем, что в прошлом вы подставили обычного инженера по техническому обслуживанию и свалили на него вину за несчастный случай. Если нам вдруг понадобится, то мы вполне могли бы ещё раз разузнать обо всей этой ситуации у его тогдашних коллег. Нам кажется, что при определённых условиях они вполне найдут в себе мужество рассказать всю правду.
Тёрнер – усатый мужчина – сильно побледнел и направился к выходу из комнаты.
Когда он уже почти шагнул за дверь, администратор бросил ему вслед несколько прощальных слов:
— Вы когда-нибудь слышали про карму, мистер Тёрнер? Вы уже попали в чёрный список сенатора. Если вы не будете осторожны, то ваша компания с удовольствием избавится от вас…
— Итак, вот что мне рассказали. Чувствуешь себя немного лучше, Рэйчел?
— Как вы заполучили эту информацию, сэр?
— Я был тем, кто продал администратору информацию о прошлом мистера Тёрнера. Видишь ли, мы договорились о небольшом обмене, – хотя телефонный звон на заднем плане практически заглушал его голос, Рэйчел прекрасно слышала каждое слово. – Видишь ли, если информацию не использовать, то в итоге она станет бесполезна. Прямо как ремесленник, который долгое время не занимается своим делом. Хотя, думаю, мне стоит извиниться за то, что я без разрешения воспользовался информацией, касающейся твоего прошлого.
Рэйчел некоторое время молчала, после чего обратилась к человеку, скрытому от её глаз кипами бумаг:
— Могу я попросить вас о возмещении расходов на билеты начиная со следующей поездки? У меня нет какой-то конкретный причины, почему, но я решила больше не ездить зайцем.
— Никаких проблем. Знаешь, довольно важно делать что-то «без конкретной причины». Думаю, доверять собственным ощущением – это замечательно.
В этот момент голос за кипами бумаг звучал совершенно не как информационный брокер, но затем он добавил:
— Только, пожалуйста, не забывай привозить чеки.
⇔
Политического влияния сенатора Бериама и финансовой мощи корпорации Небула было достаточно, чтобы инцидент на поезде Флайинг Пуссифут так и не предали огласке. Среди гражданских была только одна жертва – проводник, чьё тело обнаружили в сточных водах Чикаго. Преступника так и не задержали. Да и полицейские не тратили слишком много сил на расследование, так что в итоге все посчитали, что убийство не имело никакого отношения к ночному инциденту на поезде.
Хотя преступника уже и так не было в живых.
А безликий труп, обнаруженный в купе проводников, посчитали телом Клэра Станфилда.
Весь состав, за исключением локомотива, тайно переместили в парк на окраине города.
Ещё одной странностью было то, что одна часть поезда отсутствовала. Кто-то вырезал кусок крыши одного из вагонов.
И вот наконец наступило пятое декабря 1933 года.
В день, когда было объявлено об отмене сухого закона, счастливая толпа практически разобрала поезд на части, превращая его в груду металлолома.
Флайинг Пуссифут – летающий подпольный бар – поезд, который обходил сухой закон, пресекая всю Америку.
И в отличие от закона он встретил довольно одинокий и печальный конец.
Поезд, ставший местом преступления, был навсегда похоронен во тьме, и никто никогда не узнает, куда же он исчез.
…Конечно, за исключением одного куска крыши, с вырезанным на нём посланием.
– Шумиха 1931 – Конец –
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления