Часть 1
Прошлой ночью, попрощавшись с Кусанаги Годо, Афина пересекла море.
Красоту ночи оскверняло наличие уличного освещения. Такая мысль вдруг пришла ей на ум, когда она рассматривала панораму с противоположного берега.
Битва уже скоро начнётся. Наконец.
Завоёвывать вражеские города, поджигать их и использовать в качестве сигнального огня, объявляющего войну — это элегантная традиция поля боя. Итак, что же выбрать в качестве жертвы...
Пока Афина ожидала наступления раннего утра, по гавани медленно расползались люди. У причалов тут стояли как огромные корабли, так и маленькие лодочки, которые, казалось, сдует малейшим порывом ветра.
Также можно было увидеть башни и замки, в которые входило и выходило шумное население. Ещё и отдельных особняков немало имелось.
Естественно, населяющих всё это людей тоже много. Куда больше тысячи, тут о десятках тысяч запросто говорить можно.
Эти люди проживали свои жизни, запихнутые в такой тесный угол.
А ещё эти крайне подозрительные коробки на колёсах, с шумом разъезжавшие повсюду.
Словно песчинки, переполнившие пустыню. Создают неуклюжие инструменты для проезда по земной поверхности. Используют искусственные камни, чтобы покрыть землю ради своего удобства, эти люди строили дороги везде, где заблагорассудится.
Так Афина сетовала. Все аспекты человеческих существ совершенно невозможно понять, что за глупость...
Как и у зверей, рыщущих в поиске еды для выживания, тех, кто потерпел неудачу в попытке одолеть врага ждёт лишь жалкая смерть. Или как растения, что растут в естественных условиях, переносят ветер и дождь, поглощают свет, стоически принимают все трудности, страдают, выживают. Смерть собирает свой естественный урожай.
Вот он, способ. Надо своей властью наслать тишину.
Афина воспользовалась «Пагубным взглядом змеи».
Проклятие, которое превращало всё, что было у неё на виду, в холодный и твёрдый камень. Сила нести временную смерть.
В прошлом бою против Кусанаги Годо она была использована лишь частично. Сейчас же настало время полностью высвободить её.
Для богини это было обыденное решение, как человеку решить, что на ужин есть этим вечером. Но для окружающего мира последствия оказались мгновенными.
— Хо-хо-хо... Как раз подойдёт. Теперь Кусанаги Годо, наконец, оценит мой разошедшийся боевой дух.
На глазах у Афины начали образовываться разнообразные камни.
Каменные корабли, каменные дороги, каменные башни, каменные крепости.
Там же было и множество искусственных камней, изготовленных людьми и использовавшихся для строительства. Но благодаря благословению Афины все они превратились в натуральный камень.
Естественно, что и те самые упомянутые люди тоже...
Все собравшиеся в гавани люди превратились в камень.
Даже трава с деревьями окаменели. Короче, всё, что было у неё на виду превратилось в камень без единого исключения.
Все носящиеся туда-сюда коробки тоже стали каменными. Всего лишь один взгляд змеиной богини мгновенно остановил их, превратив в неподвижные каменные коробки.
Обозревая это молчаливое царство, Афина чувствовала удовлетворение.
— Небеса, земля, огонь, вода. Мой незрелый соперник, назначенный самой судьбой. Знай же доблесть Афины, тебе же лучше знать и мощь Афины. Как следует подготовься к моему нападению и отточи свой клинок!
Делая эти смелые заявления, она отправилась своим путём.
Всё должно оставаться вот так. Превращённое в камень пока она ожидает прибытия Кусанаги Годо. Тогда-то у этого глупого богоубийцы получится понять жажду битвы богини. Если же он окажется настолько твердолобым в потакании своим идеалам и не сможет понять, то у неё не останется иного выбора, кроме как оставить свои попытки и просто казнить его, не воздав никакой похвалы или почестей.
Афина ступала быстрым и лёгким шагом.
В такой же ситуации Ланселот дю Лак бросился бы прямо к вражескому лагерю в форме грозовой молнии.
Но, что касается Афины, то подобное поведение не соответствовало стилю королевы, которая когда-то правила древним божественным миром.
Открыто идти во вражеский город, демонстрируя доблесть и мощь.
— Будь готов, богоубийца. Этот день станет датой твоей смерти!
— Если вкратце, то Афина творит, что вздумается.
Место раскопок Амэ-но-нухоко у побережья Кисарадзу.
Амакасу развернул карту и объяснял положение дел.
— Почти час назад Афина появилась на отвоёванной у моря территории Кавасаки и начала безбашенно и как вздумается превращать всё в камень. И хотя на данной территории в основном расположены заводы и склады, тем не менее, они полностью утеряны. Доклады говорят, что гавань и парки, корабли и машины, люди, животные и растения, всё превратилось в камень чуть менее, чем за десять минут, — на этой фразе Амакасу вздохнул. — Так как тут мы имеем дело с божественной силой, то это окаменение не просто на отдельные объекты влияет. Не говоря уже о том, что находится прямо у неё на виду, даже вещи, удалённые на несколько километров в направлении её взгляда, превращаются в камень. Это превосходит даже уровень монстров-боссов из ролевых игр, и больше похоже на оружие массового поражения из симуляторов.
Аналогия хоть и несерьёзная, но данной шутки оказалось мало, чтобы поднять общее настроение.
— Затем Афина направилась к развязке Укишима, войдя в тоннель скоростного шоссе Транс-Токио Бэй. Внутренняя часть тоннеля и все машины в нём были превращены в камень.
Амакасу объяснял, показывая всё на карте. Если смотреть на шоссе Транс-Токио Бэй от Кавасаки Укишимачи — то это была прямая дорога из Канагавы до Чибы. Вполне ожидаемо от Афины, она явно ознакомилась с географией местности, прежде чем сделать свой ход.
— Почему это единственное, что она рассматривает на полном серьёзе...
— Она хоть и идёт сюда прогулочным шагом, но при этом всё равно остаётся богиней. Её скорость ненормальна. Согласно докладам разведки, Афина двигается со скоростью в 20 км/ч, — продолжал объяснять Амакасу после замечания Годо.
Нормальные люди, не имеющие проблем с ногами, обычно ходят со скоростью 5 км/ч или около того. И в сравнении с ними Афина передвигалась действительно быстро.
— Комитет и Каору-сан уже проинформировали всех, кого это касается. Окрестности оцеплены, движение транспорта ограничено, а полёты в аэропорту Ханэда прекращены. Оставшиеся проблемы — это автомобили, движущиеся по шоссе Транс-Токио Бэй и парковка на искусственном острове Умитохару.
— Раз так, то давайте там её и встретим, — тут же предложил Годо.
Все — Амакасу, Лилиана, Юри и Эна посмотрели на Годо.
— Не знаю повезло нам тут или ещё что, но ведь рядом с искусственным островом Умитохару мы вчера проезжали. Получится у нас?
— Конечно, предоставь это мне.
Отвечая на последний вопрос, Лилиана развернулась.
Место, в котором они были раньше. Это означало, что до него можно добраться ведьмовской магией полёта. Девушка-рыцарь кивнула, соглашаясь с предложением.
— Нам ведь необязательно ждать, пока Афина доберётся до Кисарадзу, верно? Если встретим её на пути сюда, то сможем предотвратить дальнейшие потери.
Платное шоссе Транс-Токио Бэй было выделено на карте. Годо давал пояснения, указывая на парковку искусственного острова Умитохару, где они делали вчера короткую остановку для отдыха. Использование магии полёта Лилианы в качестве средства экстренного перемещения позволит им встретиться с Афиной именно там.
— Прямо сейчас мы всё ещё не знаем, как спасти людей на Умитохару или тех, чьи машины ехали в сторону от Кисарадзу. Но сделаем всё, что в наших силах.
— Спасибо. У меня же всё ещё есть задачи, за исполнением которых необходимо проследить или которые требуется раздать, поэтому я с вами не пойду...
Как и ожидалось от Амакасу, он к подобным ситуациям уже привык.
Быстро подведя черту под их планами, он достал Амэ-но-нухоко.
— Возвращаю обратно. Пожалуйста, возьмите.
— Но будет ли всё в порядке, если Годо-сану придётся охранять это в таких условиях? В битве против Афины... — изящным голосом спросила Юри.
— Если божественный артефакт подобного рода схлестнётся с божественной мощью Афины, вдруг, какой-нибудь катастрофический эффект возникнет... Само собой, я всего лишь предполагаю ни на чём не основываясь. Но почему-то меня это беспокоит, и я не могу не высказать своих опасений.
Услышав замечание Юри, Амакасу и Годо переглянулись.
Если самый сильный пользователь духовного зрения «опасается», как они могут это проигнорировать?
— Если так, то почему бы Амакасу-сану не продолжить хранить его у себя? Раз уж вы ниндзя, в случае появления той ведьмы вы ведь всегда найдёте способ сбежать? — предложила Эна. — Эне и Лилиане-сан, а также тому молодому господину из гонконгской семьи Лю. Никому из нас не суметь одолеть Амакасу-сана в игре в прятки. Кроме Его Величества, разве вы не самый лучший кандидат на роль хранителя?
— Э-э, разве?
— Да, даже Каору-сан говорит, что Амакасу-сан из тех, кого в современности зовут мастерами ниндзя.
— Прошу, не называйте меня кем-то вроде искусного вора или мастера-самурая!
Годо уставился на Амакасу, который, судя по всему, испытывал отвращение.
«Может, он куда больше подходит на роль хранителя божественного артефакта?»
Эна и Лилиана и так были юркими и гибкими, словно мартышки или ласточки. И при этом Амакасу не только превосходил их в техниках подобного рода, но ещё был ровней Лю Иньхуа, преуспевшего в переходах на длинные дистанции и в воровстве. У самого Годо было ноль уверенности в том, что сам он способен сбежать от кого-либо из вышеупомянутых личностей.
— Ну, всё так, если говорить о противнике-человеке. Если же я столкнусь с богом или разнообразными способностями Чемпионов, то я труп. И та самая леди божественный предок является чем-то большим, чем человек, но меньшим, чем бог, не слишком ли щекотливая ситуация выходит?!
— Да ладно. Божественные предки нам не ровня, всё будет в порядке.
Не занимается работой, которую не компенсирует его зарплата.
Амакасу, который часто повторял данные слова, чувствовал себя крайне обеспокоенно. И, тем не менее, Годо безразлично отмёл его возражения.
Если со способностями проблем нет, то единственным препятствием оставалось чувство долга. Такое ощущение, что Амакасу бурчал и вздыхал просто жалуясь. Наверное.
— Хмм... Если почувствую, что меня реально припёрли к стенке, то изо всех сил буду пытаться сбежать туда, где находится Кусанаги-сан, договорились? Моя зарплата не предусматривает надбавок за сложность и напряжённость, знаете ли.
В результате, несмотря на его скорбные заявления, Амэ-но-нухоко было доверено ниндзя.
После этого настало самое время битвы с Афиной.
— Что ж, отправляемся, Кусанаги Годо. Предстоит очередное противостояние с Афиной. Я, нет — мы окажем тебе поддержку всеми силами.
В ответ на мягкое произнесённые слова Лилианы Годо молчаливо кивнул.
Все, отправлявшиеся на поле боя, собрались вокруг сребровласой девушки-рыцаря. Годо, Мария Юри, а также Сэйшууин Эна — их группу окружило голубое свечение, и они взмыли в небо.
Часть 2
После приблизительно десяти минут полёта перед взглядом предстал захватывающий вид искусственного острова Умитохару.
Шоссе Транс-Токио Бэй представляло собой платную многополосную дорогу. Являясь местом остановки для отдыха, Умитохару заодно и в туристическое место превратился.
По своему виду остров походил на огромный океанский лайнер, плывущий по морю.
Первый уровень — просторная многоцелевая площадь с мемориальным холлом. Второй и третий уровни — парковка. Четвёртый уровень включал в себя обзорную площадку, а также ряды ресторанов и развлекательных заведений.
Во время полёта магия Лилианы служила источником яркого света. В обычных обстоятельствах вид того, как это яркое нечто приземляется, наделал бы немало шума.
Но сейчас это не играло никакой роли. Годо и его спутницы приземлились на многоцелевой площади.
Беглый взгляд никого вокруг не обнаружил. О сложившейся ситуации можно было сделать выводы, исходя из объявления по громкоговорителю: «Уважаемые посетители, пожалуйста следуйте нашим указаниями. Нас только что проинформировали, что данная область заминирована, поэтому полиция просит всех эвакуироваться. Надеемся, вы последуете инструкциям нашего персонала и эвакуируетесь как можно скорее...»
Трансляция записи женским голосом.
Такое впечатление, что диктор читала в очень взволнованном состоянии. Объявление зажатым голосом продолжало повторяться по кругу.
К настоящему моменту всех находившихся здесь людей должны были собрать на парковке и поочерёдно отправлять в направлении Кисарадзу. Так как все они прибыли на машинах, потоками посетителей, наверное, было куда легче управлять, если сравнивать с другими подобными заведениями.
— Амакасу-сан уже сообщал о мерах, предпринятых тут на месте, так?
Годо кивнул.
Работая с различными степенями заполненности населением, Комитет компиляции истории смог успешно закрыть всё движение от искусственного острова Умитохару в направлении связки Кавасаки-Укишима. Очевидно, что в целях безопасности все перенаправлялись в Кисарадзу. Ещё не успев приземлиться, Годо и его группа, успели рассмотреть машины, которые выстраивались в ряды по направлению эвакуации на Кисарадзу.
— Я помню, что на самом верхнем уровне тут обзорная площадка есть, — внезапно произнесла Лилиана. — Может, нам стоит оставаться настороже и понаблюдать за направлением на Кавасаки оттуда? Мы должны быть готовы к появлению Афины в таком месте, где всё хорошо просматривается.
— Хорошая идея. У Эны отличное зрение, поэтому Эна сразу же замети что-то странное.
— Верно... И хотя моё духовное зрение не имеет никакого отношения к обычному зрению, божественную ауру Афины будет легче ощутить на широком открытом месте.
Две химе-мико выразили своё согласие. Отвергать предложение причин не было, и Годо ответил сразу же:
— Понял. Давайте так и поступим.
— Ясно. А... Сэйшууин Эне и Марии Юри стоит пойти и занять пост первыми. Кусанаги Годо и я проверим ситуацию на парковке и затем к вам присоединимся, — эффективно раздала приказы Лилиана.
По сравнению с тем, что было раньше, сребровласая девушка-рыцарь стала более активной в постановке задач другим. Возможно, из-за отсутствия Эрики — той, которая обычно отвечала за координацию группы? Или из-за её новой роли управляющей делами? Наверное, верны оба этих предположения.
— Ладно. Ну что, пошли, Юри.
— Хорошо. Если мы заметим что-нибудь необычное, то сразу же сообщим вам по сотовому.
Юри и Эна не стали возражать лидерству Лилианы.
«Понятно», — это показалось Годо интересным. Разительно отличаясь от итальянского дуэта, пара химе-мико демонстрировала более слабую сплочённость. В результате этого красный и синий рыцари естественным образом взяли на себя роли заместителей Годо.
Две химе-мико воспользовались огромным эскалатором на верхний уровень.
Как только их фигуры исчезли из вида, Лилиана пробормотала:
— Наконец-то, только мы двое...
— Что?..
Лилиана застенчиво опустила голову, а её лицо покраснело.
Такое впечатление, что у неё эмоции шалили, сама она при этом бормотала что-то себе под нос.
— В общем, пока мы летели, я раздумывала над тем, как бы нам остаться наедине. И всё получилось неожиданно гладко. Превосходно.
— Т-ты это о чём?
Приближаясь, Лилиана говорила мягким и нежным тоном, из-за чего голос Годо задрожал, когда он задал свой вопрос. Вообще, сложившаяся ситуация как раз способствовала пониманию. «Неужели, то самое?!»
— Пожалуйста, не притворяйся, что ничего не понимаешь, хорошо? Ты ведь как раз тот, кто одержим желанием победить больше, чем кто-либо ещё. Не мог же ты допустить такую оплошность, как не подумать о подготовке оружия для битвы с Афиной.
Само собой, она была совершенно права. Информация, полученная Годо при помощи магии передачи знаний, оставалась у него в голове всего день или около того.
Годо давным-давно забыл то, что когда-то знал об Афине.
— Если никто не передаст тебе знаний, то «Меч» Веретрагны создать не выйдет. Такова сейчас ситуация вкратце, Кусанаги Годо.
— К-какая ситуация?!
Хотя, если честно, он уже, в общем, обо всём догадался, пока прекрасное лицо Лилианы становилось всё ближе.
Но было очень сложно относиться к «этому действу» так, как будто это самая естественная вещь во всём мире. Это же основная причина того, почему общество навесило на него ярлык сексуального маньяка. С другой стороны, отсутствие надёжного оружия станет огромной помехой...
Годо боролся с целой кучей противоречивых мыслей.
— Полагаю, что кто-то обязан исполнить данную миссию. Так что позволь мне, Лилиане Краничар, сделать эту работу. И хотя иногда я думаю над тем, не превышаю ли такими вот действиями мои полномочия в качестве управляющей твоими делами, тем не менее, я всё равно не хочу отдавать данную обязанность другим девушкам.
Выражение лица девушки-рыцаря, как всегда, оставалось, непреклонным и внушающим трепет.
А вообще, лицо у неё могло принимать много выражений. Иногда она была исключительно очаровательна. В других случаях она могла пытаться скрывать личные катастрофические провалы за суматошным выражением. Ещё она могла демонстрировать полную уязвимость прекрасной феи.
Сейчас она выглядела очень встревоженной из-за недостатка уверенности.
— Я полагаю, что первым делом ты должен принимать во внимание ту, что ожидает рядом с тобой... всегда готова, когда понадоблюсь тебе... Но, ммм, если когда-нибудь ты посчитаешь нужным доверить данную обязанность другой, я, конечно, немедленно отступлюсь и сниму с себя данную роль... Смиренно прошу твоего позволения, — говоря, она выглядела очень неуверенно.
Наверное, она мало верила в то, что Годо её выберет. Сейчас Лилиане не хватало её обычного волевого вида, она демонстрировала ему свою восхитительную сторону. Это редкое для Лилианы выражение лица в огромной степени будило в Годо желание защитить.
А что действительно было достойно похвалы, так это то, что она готова зайти настолько далеко, несмотря на своё смущение.
С такими мыслями Годо незамедлительно украл губы Лилианы.
— А-а...
— После этого я должен буду вступить в бой против Афины. Так что позволь положиться на тебя, — скороговоркой прошептал Годо перед тем, как их губы снова слились.
Когда Лилиана кивала в ответ, на её глаза навернулись слёзы.
— Да, хорошо. Я расскажу тебе всё, что знаю об этой богине. Потому что... Потому что ты должен победить.
И снова Годо страстно прижал свои губы к шепчущим устам девушки-рыцаря.
Их губы снова и снова размыкались, и снова и снова смыкались. Они играли языками друг друга, смешивая слюну, становясь единым целым. И посредством данного процесса передавались чувства и знания.
Само собой, Годо передавалась как магия, так и сильнейшие эмоции.
К тому времени, как они нагнали двоих химе-мико, успело пройти чуть более десяти минут.
Поспешно покончив с ритуалом, Годо и Лилиана направились на смотровую площадку. Прибывшие туда первыми химе-мико тут же обратились к ним.
— А, пришли, наконец. Медленно то как.
— Там внизу какие-то проблемы были?
Искусственный остров Умитохару был расположен в самом центре Токийского залива.
Данная обзорная площадка на пятом этаже была окружена морем со всех сторон. Вдалеке можно было увидеть берега и улицы двух префектур, Канагавы и Чибы.
Вид просто превосходный. Это самое место также являлось хорошо известной точкой обзора ночных пейзажей.
Прямо сейчас Эна и Юри смотрели на дорогу из Кавасаки. Путь, по которому, как ожидалось, явится Афина.
— Ммм, как мы и опасались, кажется, не все эвакуировались.
— Д-да, ещё как верно. Чтобы защитить их мы должны приложить все наши силы. Сделаем всё возможное!
Годо и Лилиана ответили на вопросы химе-мико довольно туманно.
Тем не менее, они честно сходили и проверили, как идут дела с эвакуацией. Если подняться на эскалаторе с одного из уровней стоянки, то можно легко обозревать ситуацию внизу.
Оставалось ещё около двадцати или тридцати машин.
Хоть Умитохару и представлял собой туристическую достопримечательность, кажется, гостей тут оказалось меньше, чем обычно. Возможно, так удачно вышло из-за того, что всё ещё рано, даже десяти утра нет.
— Что-то с Его Величеством и Лилианой-сан не так, а?..
— Думаю, ты права... Они двое как-то неестественно себя ведут и с виду им как-то не по себе, да?
Всё потому, что они двое занимались кое-чем тайком. Годо и Лилиана придали себе напускного спокойствия и уклонились от ответов.
— А! Раз уж у нас такой разговор зашёл... Наверное... Неужели... Так и знала!
— Что такое, Юри? Ты что-то поняла?
— Д-да. Эт-то. Они двое, должно быть… Да, определённо, нет сомнений.
Явное понимание внезапно шокировало Юри.
Было не понятно, это результат проявления духовного зрения или женская интуиция… Она начала шептать на ухо ещё не догадавшейся Эны.
— Но это же значит, что шанс заработать себе очки был украден у Эны и тебя?! Как так могло случиться, это нечестно!
— У-учитывая предстоящую битву с Афиной, это ведь необходимая мера. Пожалуйста, не делай таких безапелляционных заявлений, Эна. И-и всё же, Годо-сан! — судя по всему, Юри пыталась рационально усмирить свою разгневанную подругу и саму себя.
Всё ещё явно усиленно стараясь перетерпеть свои эмоции, Юри, вдруг, закричала на Годо.
— Усвоить знания об Афине, да?! Сделать это с Лилианой-сан и попытаться скрыть всё от нас двоих!
— Э-э, ну-у, в общем.
— М-Мария Юри. Т-ты же сама сказала, что это необходимый ритуал перед битвой.
— Лилиана-сан, помолчи, пожалуйста. Я сейчас с Годо-саном разговариваю.
Допрос Годо, который только что ответил нечто неопределённое.
Прерывание объяснений Лилианы и принуждение её умолкнуть.
Каким-то образом Юри стала центральной фигурой данной ситуации. Поверить невозможно. Она ведь относится к консервативному типу людей, которые всегда стараются держаться вдали от софитов. Тем не менее, и у неё были моменты, когда она вдруг демонстрировала огромную силу и влияние на окружающих.
— Касательно данного вопроса, говорить уже просто не о чем. Я и сама считаю, что это было необходимо для подготовки к предстоящей жестокой битве. И тоже приложу все мои силы для поддержки.
— Э-э, да.
И хотя прямо сейчас Юри говорила спокойно, но её слова звучали просто ужасающе.
Годо даже выпрямился непроизвольно. И тот факт, что он собирался сказать «да» очень уважительным тоном, остался в секрете.
— Кстати, то же можно сказать и о вчерашнем маленьком свидании с Эной. Судя по всему, ты постоянно позволяешь себе подобное поведение, пытаясь скрыть это от остальных, верно? Не забывайте, Ваше Величество, что вы из тех, кого называют Королём. По моему личному мнению, ваши слова и поведение должны бы демонстрировать королевское достоинство и великолепие.
— В-великолепие?
— Да. Конечно, ты у нас эквивалент тирана, который с постоянством потакает своему своеволию и творит всякую жестокость. По моральным стандартам обычного общества, тебя бы, скорее всего охарактеризовали, как всецело погрузившегося в разврат. И, тем не менее, я всё равно понимаю, что ты честный человек с идеалами героя, — произнеся последние слова, Юри неожиданно мечтательно улыбнулась. — Наверное, это и есть та самая причина, по которой я люблю тебя, восхищаюсь тобой и помогаю. Более того, я верю в то, что ты никогда не совершишь трусливого поступка… Да, даже на демоническом пути в ад ты будешь следовать своим справедливым путём.
Годо уже просто не мог выдерживать происходящее.
Она описывала его подобно актёру театра кабуки, полностью погружённому в роль.
Юри вела себя как главная жена, взятая из высокородной семьи. Столкнувшись с донжуанством мужа, она открыто прощала ему всё, так как «это естественно для театрального представления». Мудрая и добродетельная жена, которая крепко держала вожжи управления мужем…
— Я скромно советую тебе несколько поумерить своё поведение, которое пятнает твою честь. И замалчивать вышеупомянутые поступки крайне неподобающе… Да, кстати, всё ли готово в том, что касается Афины?
Давление исчезло в один момент.
Юри вернулась к поведению нежной и утончённой благородной молодой леди. С появлением ласкового выражения на её лице сразу же и общее настроение поднялось. Каждый раз, когда она отчитывала в прошлом, её подавляющее присутствие и так было невообразимым… Но только что стал очевиден явный прогресс Юри как в области подавления, так и в области нежности.
«Хикари тоже демонстрировала совершенную беспомощность касательно сопротивления старшей сестре…» — подумал Годо.
Наверное, все выросли и повзрослели, пройдя сквозь множество адских испытаний.
Юри. Лилиана. Даже Эрика значительно отличалась от самой себя, если сравнивать с их первой встречей. Да и Эна, в отличие от себя прежней, начала чаще появляться в людском обществе.
«И я тоже должен быть сильным», — как раз настало время напомнить себе об этом.
Чувствуя, как откуда-то из района ниже пупка по нему струится энергия для битвы, Годо ощутил возбуждение.
«Она появилась?»
Годо посмотрел в сторону Кавасаки.
На многополосном шоссе не было ни одной машины. Должно быть, результат того, что богиня вошла в тоннель на шоссе Транс-Токио Бэй, по пути превращая в камень попадающиеся ей машины вместе с пассажирами.
Прекрасная внешность Афины возникла в его поле зрения.
Открыто продвигаясь вперёд, казалось, что она обыденно прогуливается по пустой равнине.
И, тем не менее, двигалась Афина с исключительной скоростью. Даже если бы человек бежал изо всех своих сил без всякой оглядки на последствия, он бы всё равно начала мгновенно глотать пыль позади богини.
Очередная из многих встреч Афины и Кусанаги Годо.
Часть 3
— Фу-ух... Всё сказано и сделано, твоё выражение лица куда более боевое, чем прошлой ночью. Но этого недостаточно. Ещё как недостаточно, — неожиданно заявила Афина.
И хотя она была в форме маленькой девочки, её нахмуренное лицо явно принадлежало горделивой королеве.
— Как твоему выражению лица, так и твоему сердцу не хватает решительности воина, готового умереть на поле боя. В качестве воина-богоубийцы ты смешон.
— Помолчи лучше. Нечего применять своё мышление из Железного века к людям современности! — возразил Годо в ответ богине, стоявшей внизу на дороге.
Это непреодолимая культурная пропасть. Если с такой позиции на всё смотреть, то сразу становится понятна причина, по которой у Годо с Афиной никогда не будет хорошего взаимопонимания.
— И всё равно я поверить не могу, что ты аж до такого дошла. Когда ты доставляешь людям проблемы, я не стану оставаться в стороне. И сделаю всё, что могу, чтобы выгнать тебя из этой страны.
— Даже несмотря на подобные слова, этого всё равно мало.
Богиня и богоубийца. Пропасть между ними была слишком широкой.
Афина смотрела на Годо со стороны дороги. Годо смотрел на Афину с обзорной площадки.
— Выгнать? Глупец! Почему ты не способен пользоваться такими словами, как «убить» и «стереть с лица земли»?! В сложившемся бедственном положении, разве не обрёл ты решительности воина?!
— У меня свои методы ведения дел! Будь ты хоть королева, хоть богиня — у тебя нет права жаловаться!
Физическое расстояние между ними не играло никакой роли.
У них существовало обоюдное согласие. И разделяла их дистанция, известная как «Иссоку-итто-но-май»* — битва могла начаться в любой момент посредством всего лишь одного шага вперёд. Таково сложившееся положение.
Годо подал девушкам знак, приказывая не высовываться.
Лилиана, Юри и Эна тут же подчинились и отступили вглубь обзорной площадки, готовясь к изменениям ситуации на поле боя. Это была миссия, которую им поручили.
— Силой, благодаря которой я орудую словами заклинания, пусть же явится справедливость мира!
— Обладатели затянувшихся жизней, всецело прекратите любую активность! Здесь вы и будете истреблены!
Одновременно произнося слова заклинаний, Годо использовал воплощение «Воина», а Афина высвободила божественную силу окаменения.
— Холодный могильный камень, что радует глаз. Таково будет дарованное благословение богини!
Песнь змеиной богини вызывала временную смерь.
Изменения начались снизу, из-под её ног. Она стояла на дорожном покрытии из толстого бетона.
Но созданная человеком дорога мгновенно изменила внешний вид, превратившись в каменистую плоскость из естественного серого камня, соответственно. И не только это — даже океан был обращён в камень.
Все волны на поверхности вод, окружавших искусственный остров Умитохару, застыли в камне.
Жидкая морская вода превратилась в твёрдый камень. Афина сделала каменной всю воду в радиусе двух или трёх километров вокруг себя.
— Отныне же, спи. Просто ожидай пробуждения после сна. Но я запру всё в вечном сне!
Что за бред! Это значит, что поражение неприемлемо!
Годо начал читать слова заклинания «Меча». Чтобы создать клинок знаний, способный уничтожить божественность Афины.
— Как тот, кто удерживает любую и каждую победу, я сильнейший из сильнейших. Я сокрушу всех врагов, стоящих у меня на пути!
Годо стоял на обзорной площадке Умитохару.
Оружие для убийства бога начало появляться у него над головой в форме сфер из света.
Эти сферы были подобны тысяче звёзд в ночном небе. Одна за другой яркие световые точки рубили божественную силу Афины, унося её часть.
— Я истреблю всех злодеев!
Сначала Годо использовал слова заклинания «Меча», чтобы окружить весь остров Умитохару.
В данный момент эта область парковки и отдыха являлась кораблём, терпящим бедствие посреди каменного моря. Наверное, сотни людей так и не смогли найти укрытие внутри данного корабля. Включая самого Годо, Юри, Лилиану и Эну. Более того, довольно значительное количество машин при этом оказалось поймано на полпути к Кисарадзу.
«Пагубный взгляд» Афины не позволил им достичь конечной точки пути.
Годо управлял «Мечом» с непоколебимой силой воли. Божественная сила обращения в камень посредством взгляда, начала получать рубящие, колющие, пронзающие и отсекающие удары клинками света, которые окружали Умитохару.
Вот уж где воистину непробиваемая, словно скала, защита. «Меч» Годо превратил искусственный остров в крепость.
— Хо-хо-хо, ты слишком беспечен, Кусанаги Годо.
Афина заулыбалась.
Её губы сложились в дразнящую усмешку, полную издёвки.
— Твой «Меч»... разящий богов клинок Веретрагны. Однажды я его уже видела. Ты полагаешь, что, зная, чему придётся в очередной раз противостоять, я не подготовила контрмеры?!
— Что ты сказала?!.
— Хо-хо-хо. Ты же должен знать греческие легенды о моей «Эгиде». Зарубив Медузу, Персей предложил её голову в качестве подарка богине Афине. И Афина разместила эту голову на своём щите, который и стал той самой «Эгидой».
Годо вспомнил скульптуру Афины.
Созданные в Греции скульптуры часто изображали богиню вместе со щитом. И на этом щите имелась гравировка, похожая на змееволосую голову Медузы. Согласно легендам это защищало Афину — магическая сила гравировки превращала всё в камень.
— И ради того, чтобы противостоять твоему «Мечу», я сымитировала классическую историю об «Эгиде». К тому же, Медуза было одним из моих имён. Заполучив себе Горгонейон множество моих имён смогло снова воссоединиться.
И тут Годо увидел...
Позади Афины появилась ещё одна Афина.
Раньше он её уже видел. Богиня с повзрослевшей подростковой внешностью.
Маленькая девочка Афина. И повзрослевшая Афина в виде восемнадцатилетней девушки.
Обе богини одновременно явились во всём своём великолепии!
— Только сейчас богини разъединились снова.
— А именно, Афина и Медуза. Медуза и Афина. Кусанаги Годо, ты уничтожил божественную силу Афины, но что ты будешь делать с Медузой?
Негромкие слова двух богинь звучали в идеальном унисоне.
«Только не это!» — Годо инстинктивно почувствовал, что произойдёт дальше.
В прошлом он такое и с самим собой проделывал. Изменял цель «Меча» во время битвы. Стратегия богини являлась контрударом против его атаки. Афина специально разделила свои божественные сущности!
— Одна Афина, богиня, что представляет тьму. Владычица Загробного мира, Королева ночи.
— Одна Медуза, богиня, что благословляет землю. Владычица Каменных покоев, Королева земли.
— Посему, покорно прими благословение, даруемое богиней. Будь добр, обратись в хладный труп и сгинь в Загробном мире.
— Посему, покорно прими благословение, даруемое богиней. Будь добр, обратись в хладную статую и стань пеплом и пылью.
Умитохару атаковали слова заклинаний двух богинь.
«Смерть» Афины. Проклятие смерти с косой, которое вело всех в загробную жизнь.
Использование столь отвратительной силы крайне разъярило Годо. Необходимо найти способ разобраться с этим. Ускорив «Меч» он подчистую уничтожил пульсацию «Смерти».
Однако бедственный взгляд «Окаменения» Медузы уничтожить не выйдет. Способ защиты отсутствует, парировать нечем!
Вся внутренняя часть и постройки Умитохару прямо внизу были полностью превращены в камень.
Кусанаги Годо не собирался уступать этому окаменению. Хоть это и была божественная сила, пока он использует мощь, текущую внутри него, тело Чемпиона способно сопротивляться.
Но как насчёт остального?
Среди всего имеющегося были и другие живые существа, машины, техника, растения, а также его соратницы.
Они сопротивляться никак не могли.
— Мария! Лилиана! Сэйшууин! — крикнул Годо.
И кричал он изо всех сил. Однако прямо у него на глазах Юри превратилась в прекрасную каменную статую.
Лилиана тоже обратилась в каменную скульптуру, похожую на фею.
Но было и одно единственное исключение.
— Твоё Величество, пожалуйста! Его — чтобы Эна могла использовать его в качестве своей силы!
Стоило девушке начать превращаться в камень, как Эна крикнула и протянула к нему руку.
К Годо. В попытке получить то, что было у Годо — своего партнёра.
— Прошу, Амэ-но муракумо! Защити Сэйшууин! — Годо отдал приказ божественному мечу, пребывавшему в его руке.
Чтобы тот, во что бы то ни стало, успел к ней вовремя.
Меч длиной в один метр появился в руке Эны. Его клинок был чёрен, подобно самой чёрной ночи. Божественный Амэ-но муракумо-но цуруги в форме меча.
В качестве партнёра Годо, меч был доверен другому партнёру Годо.
Божественная одержимость — принятие своим телом божественной мощи, сильнейшая способность, которую может использовать лишь Эна.
— Я буду орудовать этим божественным клинком, словно ветер! Моё тело станет единым целым с божественным металлом разрушения!
Мгновенно превратившись в сверхчеловеческое существо, химе-мико взмахнула Амэ-но муракумо-но цуруги.
Непроглядно чёрное лезвие клинка перехватило импульс окаменения Медузы, поглотив его силу и, тем самым, защитив владельца.
— Проклятье, на других это не действует!
— О, а ты выглядишь куда более воодушевлённым, чем до этого, Кусанаги Годо!
Прекрасная богиня наступала на Годо, пока он скрежетал зубами. Прямо с дороги далеко внизу она совершила огромный прыжок и взлетела, подобно птице, добравшись до обзорной площадки одним скачком.
— Твои отважные глаза пылают яростью и жаждой мщения. Теперь ты воистину воин!
Афина и Медуза снова стали одним целым.
Маленькая девочка и девушка-подросток слились в одну девушку восемнадцати-девятнадцати лет.
Грубо атакуя Годо в таком виде, она постоянно наносила удары рукой. И эта хрупкая рука Афины была смертельно опасна, словно копьё рыцаря смерти.
— Гха-а! — закричал Годо, когда бок его живота был рассечён.
Плоть вскрыта, внутренности разорваны, кровь рекой. Как при ранах от режущих ударов клинкового оружия.
Против такой формы богини «Меч» больше не эффективен. Годо тут же переключился на воплощение «Верблюда», контратакуя Афину взмахом ноги!
— Хо-хо-хо. Очень хорошо, моя кровь вскипела и продолжает неистребимо пылать!
Когда Афина отпрыгнула, чтобы увернуться от удара ногой, на её лице была бесстрашная и ужасающая улыбка.
Годо уставился на это прекрасное лицо с непередаваемой яростью.
Часть 4
Четвёртое воплощение Веретрагны, «Верблюд».
Условием его использования являлось наличие жестоких ранений определённой степени тяжести.
Взамен даровались боевые возможности зверя — сила удара ногой, которая позволяла запустить бога в небеса, высокая стойкость к боли и исключительное самовосстановление.
Приготовившись продолжить бой, Годо почувствовал, как боль в боку становится слабее.
— И ты прятал такую мощь! Чего и следовало ожидать от отобранной силы военачальника, вечно меняющего форму, просто великолепно, прекраснейшее зрелище!
Афина грубо захохотала, взмахнув огромной косой, которую она призвала в качестве оружия ближнего боя.
Когда она вот так махала этой косой, держа её обеими руками, вид Афины напоминал саму смерть, что держит своё традиционное оружие.
Полагаясь на возможности «Верблюда», Годо успешно уклонялся.
Четвёртое воплощение Веретрагны, «Верблюд» — его боевые навыки лежали вне пределов человеческих возможностей. Скорее, это были ловкие навыки дикого зверя, управляющие восприимчивым телом, которое наносило удары ногами.
Удары, способные дробить камень. Тем не менее, Афина смогла заблокировать их, используя непроглядно чёрную рукоять косы.
У неё получилось благодаря тому, что это сверхъестественное божественное оружие или благодаря божественным навыкам самой Афины? Получив удар ногой от воплощения «Верблюда», деревянная рукоять косы не разбилась, вместо этого она поглотила силу удара.
— Проклятье, не сработало, а!..
Отчаянно ввязавшись в ближний бой, Годо терпел боль в боку. Уклонялся от атак косы Афины, контратаковал ударами ног, затем сам избегал контратак звероподобными движениями, атаковал в ответ.
Годо не владел боевыми искусствами.
Но боевые инстинкты Чемпиона говорили ему, что «Верблюд» безобразно силён. Даже кто-то очень талантливый, типа Лю Иньхуа, будет отправлен в нокаут всего лишь одним ударом. Он сможет дать преимущество против Дони и даже на равных противостоять Лю Цуйлянь. Вот так с ним дела обстоят.
Как раз такая ситуация была с Персеем. И сейчас с Афиной.
Их владение боевыми искусствами по умолчанию можно считать вершиной достижений для человека.
Даже редкие гении едва смогут достигнуть этой божественной реальности, выдерживая боль, страдания и сумасшедшие тренировки до кровавого кашля. Ведь уровень божества просто нелепо высок.
В этом плане Дони и его названной старшей сестре даже стоит воздать высочайшую похвалу, ведь они сравнялись с богами, имея лишь человеческое тело.
— И, тем не менее, Кусанаги Годо.
Богиня взмахнула косой с абсолютной мощью. Даже воплощение «Верблюда» Веретрагны не могло полностью выстоять против. Кровоточащие порезы и рассечения во множестве появлялись по всему телу Годо.
В результате Афина спокойно заявила:
— Неужели ты думал, что я стану соревноваться с тобой, словно с человеком? Использование могучих способностей для истребления врагов — таков путь подобных мне!
— !
Годо задрожал. Если так, то он может и не выстоять.
В ближний бой он рванул из-за того, что «Верблюд» подходил только для нанесения физических ударов.
Именно так у него получалось сохранять бой на равных. Но если вмешается магия...
— О, тень, поглощай, — негромко произнесла Афина слова заклинания.
Позади неё, словно змея, начала извиваться тень.
— Стань клыками, что разрывают железо, быстрей же!
Одновременно с этими словами Афина нанесла удар косой сбоку!
— Берегись, Твоё Величество!
Эна мгновенно вклинилась между ними.
Ка! Химе-мико меча заблокировала косу Афины, используя Амэ-но муракумо-но цуруги, а Годо в это время отчаянно рванулся вбок, чтобы избежать чёрных клыков.
— Мико?.. Намереваешься вторгнуться на нашу священную территорию, словно презренная потаскуха?
Впервые...
Афина посмотрела на Сэйшууин Эну впервые.
Девушка первый раз попала в поле зрения богини. Однако признания она не получила.
— В отчаянии выбрасываешь свою человеческую жизнь, всего едва-едва полагаясь на божественную суть. Подобные крохи силы не способны сравниться с подобными мне. Знай своё место.
— Даже если это приказ бога... Эна не станет слушать!
Эна выставила Амэ-но муракумо-но цуруги перед собой.
Всё это время она явно ожидала возможности вмешаться.
— Кусанаги Годо мой муж! Сэйшууин Эна решила жизнь положить на его защиту. Даже зная, что ты королева Средиземноморья, — Эна не отступит!
Тело негромко говорившей химе-мико, было до краёв наполнено божественной силой Амэ-но муракумо-но цуруги.
Божественная одержимость. Мистическая техника, которая, хоть и в малой степени, но даровала божественную мощь.
— Как насчёт такого, Твоё Величество? Эна может драться бок о бок с тобой. Я обязательно покажу чего стою!
— Хорошо. Я явно не могу победить эту богиню своими силами. Спасибо, — тут же утвердительно ответил Годо.
Людей, способных драться рядом с Чемпионами, практически не существовало.
В предыдущих боях против богов все оказывали ему поддержку с тыла. Единственным исключением, наверное, была Эрика, когда находилась под влиянием защиты Веретрагны. Но вот что насчёт Эны в режиме божественной одержимости...
— Благословением лука и стрел, даруй почести этому великому мечу!
Эна зачитала слова заклинания и высоко подняла свой любимый меч.
Амэ-но муракумо-но цуруги. Непроглядно чёрный клинок начал медленно изгибаться. Техника для увеличения режущей силы.
Еретический божественный меч, который с древних времён уничтожал иноземных захватчиков.
— Песнь смерти, веди смерть, танцуй до смерти — станьте слугами Афины, загробные вестники смерти!
В ответ Афина тоже продекламировала песнь катастрофы. Позади неё чёрная змея продолжала стоять в своей стойке.
И она была уже не одна. Змеиные головы, похожие по форме на косу, вздымались одна за другой.
Две, три, четыре — в общей сложности за спиной Афины появилось целых девять змей. Их тела были длинными, почти десять метров или около того.
Эти чёрные змеи выступали из-за спины Афины подобно лепесткам хищного цветка и извивались при движении.
Затем битва продолжилась. Пока богиня наступала, размахивая своим оружием, каноничной косой жнеца, девять чёрных змей тоже проводили совместные атаки.
Обнажая клыки, вздымая похожие на косы головы, казалось, они поглотят всё, что есть на земле.
— Сэйшууин! Не нападай не подумав, давай сначала организуем крепкую оборону!
— Поняла! Ситуация становится реально плохой — мгновенно ответила Эна, внимательно прислушивавшаяся к Годо.
Как и подобает химе-мико меча, она поняла его намерения посредством одной простой инструкции.
Так как преимущество было у Афины, правильным подходом будет терпеливо держаться во время этого кризиса, ожидая возможности повернуть ход битвы в свою пользу!
Годо и Эна согласовывали свои действия, работая сообща, чтобы противостоять богине.
Иногда плечом к плечу, в иных случаях спина к спине...
«Верблюд» защитился, отбив косу Афины ударами ног.
Амэ-но муракумо-но цуруги разрубил разинутые пасти чёрных змей.
Амэ-но муракумо-но цуруги отразил косу Афины.
Годо использовал способности «Верблюда», чтобы ударом пятки отправить чёрную змею в полёт.
И хоть их командная работа была импровизацией, вместе они действовали необычайно хорошо.
Эна не пыталась выпендриться и просто действовала в качестве «щита». Каждый раз, когда Годо сталкивался с атакой, с которой не мог справиться в одиночку, и подставлялся под удар, божественный клинок приходил на помощь.
Если не считать вышесказанного, то, по сути, это была оборонительная битва.
Они избегали сильно высовываться при нападении на Афину. По большей части Годо и Эна не атаковали, а просто принимали меры, достаточные для сдерживания.
Скорее всего, Эна прекрасно знала, что даже с божественной одержимостью не сможет сравниться с Афиной в прямом противостоянии. Зато работать «щитом» как раз в её силах.
«Ясно», — не мог не заметить Годо.
Эна отличалась от Эрики, которая имела прекрасные навыки обращения с оружием, или Лилианы, которая всегда проявляла повышенное внимание к деталям.
Она инстинктивно понимала разницу боевых потенциалов союзника и врага, боевую обстановку, меры, которые следует предпринять, и затем смело делала требуемое. Это не ярко выраженный интеллект, а врождённый инстинкт победы.
Такова Сэйшууин Эна.
Наличие чего-то общего с ней в этом плане, наверное, стало одним из существенных факторов победы Кусанаги Годо над богом. Она была соратницей с похожими повадками. А раз так, то, скорее всего, у них получится успешно организовать невероятную командную работу.
— Величественный я есть, победоносный я есть, Ахура* даёт мне начало. Гоню я врагов отступающих, уничтожаю врагов предо мной. Произнесите же имя моё во славу победы!
Тактика временного ухода в оборону, затем атаки и контратаки.
Годо зачитал священные слова Веретрагны, чтобы повысить свою магическую силу. Он ставил целью вернуть себе инициативу и нанести Афине решающий удар.
«Белый жеребец» подойдёт лучше всего. Во время их предыдущей битвы воплощение огня стало определяющим ударом, гарантировавшим победу.
Но даже тогда от него смогли защититься. Без тщательной подготовки его использование означает потерю сильнейшего козыря. Так как после использования каждое из десяти воплощений Веретрагны становилось недоступным в течение дня.
«Давай же! Сейчас как раз время извлечь пользу из Святого Грааля. Прошу истреби Афину без сожалений!»
От удивления у Годо аж глаза расширились.
Он едва слышал голос Гвиневеры, или, скорее, ощущал его.
— О! А ты довольно крепкий человек! Превосходно, Кусанаги Годо. Позволь же моей властью низвергнуть ту крепость, что ты возвёл! Мико, коей неведомо её место, если боишься божественной кары, покинь это место! — громко произнесла Афина.
Они даже и не заметили, как место битвы перенеслось за границы Умитохару.
Из-за проклятия змеиной богини, океан окаменел. Стоя на волнах, которые раньше не давали никакой опоры, Годо с Эной, а заодно и Афина были увлечены битвой.
Все трое обладали сверхъестественной ловкостью. Благодаря силе ног, которую давал «Верблюд», Годо был способен прыгать почти на десятиметровые расстояния без разбега.
Прыгая во время боя, они и добрались до данного места в море.
— И сейчас сотворю я песнь зимы. Растения все завянут, фрукты с деревьев опадут, лепестки повсюду разметает. Действо это ознаменует сезон смерти и тьмы! — над окаменевшим морем разнеслись слова заклинания Афины.
Эна провела Амэ-но муракумо-но цуруги по земле и подняла его, приняв стойку готовности. Этот божественный меч обладал способностью поглощать и разрушать всевозможные заклинания и духовные силы.
Какими бы способностями ни воспользовалась богиня, всё будет рассечено ради защиты Годо.
Её решимость была вполне очевидна. И, тем не менее, получится ли у неё?
От тела Афины исходил ужасающий холод. Всего лишь стояние рядом уже пробирало до самых костей. Замораживающая температура вечной мерзлоты.
Афина была королевой тьмы и загробного мира. Жнец из жнецов, несущий зиму и смерть.
Была ли способна Сэйшууин Эна выстоять против такой мощи, имея лишь своё смертное тело? Мог ли Годо, не бывший всемогущим, защититься от подобного?
— Как тот, кто удерживает любую и каждую победу, я сильнейший. Будь то человек или дьявол, я сокрушу всех тех, кто станет у меня на пути!
И всё же, это должно быть сделано, во что бы то ни стало!
Укрепив свою решимость, Годо снова повысил свою магическую силу.
«В минувшие дни Белая Богиня создала сосуд. Священный среди богинь-матерей земли, бессмертие, мудрость, он был наполнен всем этим. Так и родился Святой Грааль…»
Он явно слышал голос Гвиневеры.
Это была не звукопередача, а голос, шедший изнутри самого Годо, из самого сердца.
«Артефакт, известный как Святой Грааль, является сосудом для поглощения жизненной силы богинь-матерей земли. Иногда из останков почивших богинь, иногда из живых богинь, Святой Грааль поглощает их жизнь, питаясь ею…»
Заклинание, изученное во время недавней встречи.
«Заклинание Святого Грааля», упомянутое Гвиневерой, это оно и есть?»
«Всего лишь совершить несколько действий, и ни одна богиня-мать земли не сможет сбежать от Святого Грааля. Более того, это священное сокровище в данный момент покоится внутри Афины…»
«Чего?» — Годо удивлённо уставился на Афину.
Богиня тьмы собиралась высвободить свою силу целиком и полностью. Это ощущалось очень даже явно. Возможно, из-за активации «Заклинания Святого Грааля» её действия стало вполне реально понять.
Поглощённый и находившийся в теле прекрасной богини, объект, напоминавший чашу — должно быть, это и есть Святой Грааль!
И как оживить этот артефакт? Очень высока вероятность того, что Афина задействует контрмеры. Всё это Годо осознавал довольно ясно.
Его мысли крутились в направлении того, как он может использовать данный артефакт, чтобы повернуть ход битвы в свою пользу.
И почему подобный объект внутри Афины?
И почему Гвиневера сказала ему, как им пользоваться?
Все эти сомнения крутились внутри, подобно смерчу. Но.
Тут в его голове возник вид Юри и Лилианы, превращённых в прекрасные скульптуры. Если он не одолеет Афину, их не спасти. Эна, скорее всего, тоже станет одной из жертв.
Победу заполучить просто необходимо. Ради спасения всех, Афина должна быть побеждена!
Боевой дух развеял все сомнения. Годо крикнул Эне, которая не замедлила ответить.
— С мелкими проблемами разберусь позже! Мы должны покончить с тем, что у нас прямо сейчас творится. Сэйшууин, дай мне эту штуку!
— Ясно!
Видя, как Годо бросился к Афине, Эна сразу же поняла.
Амэ-но муракумо-но цуруги. Она протянула свой любимый меч Годо.
Годо схватил меч, который одалживал, и продолжил бежать дальше. Богиня же продолжала целенаправленно наращивать свою божественную мощь. Момент прямо как перед прорывом дамбы.
Девять змей за её спиной попытались одновременно укусить Годо.
Годо же сделал выпад Амэ-но муракумо-но цуруги.
Божественный меч, также известный, как «Меч Кусанаги», начал двигаться сам по себе, прорываясь через чёрных змей. Наблюдая из-за спины Годо, Эна управляла своим партнёром посредством мыслей.
— О, посланник зимы! Протяни же свои ледяные руки и укради тепло жизни!
В то же самое мгновение и Афина прочитала слова заклинания, высвобождая свою силу.
После чего занялась жестокая метель, центром которой стала сама богиня.
И это была не просто метель. Это был дикий и безжалостный ветер, который дул из загробного мира, неся с собой температуры ниже вечной мерзлоты.
Магический ураган, который при контакте всё замораживал и разбивал. Подобный порыв холодного воздуха вполне можно сравнить температурой абсолютного ноля.
Даже исключительно выносливый Чемпион не сможет противостоять ему.
— Сожаления Королевы Зимы, станьте моей силой прямо сейчас! — Годо выкрикнул слова заклинания без единой тени сомнения.
Это была формула активации Святого Грааля. Магические слова для поглощения всей жизненной силы богини-матери земли.
— ?! Что, с каких пор ты подобное используешь?!
Высвобождавшая бурю Афина была удивлена.
Всё её тело начало светиться золотым свечением.
Прямо как слабый свет умирающих светлячков вечером в середине лета. Он исходил от священной чаши, сокрытой глубоко внутри Афины — от Святого Грааля.
Демоническая и жестокая ледяная метель всё ещё продолжалась, накрывая каменную долину снегом.
В то же самое время золотое свечение вздымалось вертикально вверх. Оно походило на колонну света.
— Древний Грааль, сейчас самый разгар битвы! Знай своё место! — скомандовала Афина колонне света, вздымавшейся к облакам.
Ей пришлось отвлечь своё внимание, чтобы подавить воздействие Святого Грааля. Если этот свет продолжит сверкать, жизненная сила Афины будет очень быстро поглощена.
Высота колонны света сократилась вдвое, но это также означало, что её внимание было отвлечено от управления бурей.
— Давайте, Сэйшууин! Амэ-но муракумо! — не замедлил выкрикнуть Годо.
Амэ-но муракумо-но цуруги обладал способностью поглощать заклинания и духовные силы, уничтожая их.
Скорее всего, это оказалось бы неэффективно против полной сил Афины. Но вот целиться в Афину, чья концентрация была нарушена неожиданной проблемой — окно всего лишь секунд в десять, — буря была уничтожена.
Эна следовала приказам Годо в полном соответствии с ожиданиями.
Стоя позади и направляя Амэ-но муракумо посредством мыслей, она уничтожила божественную силу Афины.
— Ч-что?..
Афина была в шоке. Успешное избавление от бури давало небольшую передышку.
Годо выпустил божественный меч и подпрыгнул, используя силу ног «Верблюда». Высоко подскочив, он нанёс удар ногой сверху. Словно падающая с неба звезда…
Удар ногой изо всех сил, да ещё и сверху, он пришёлся прямо в левое плечо Афины.
— Огх?!
Ногой Годо почувствовал, как плечо богини ломается.
Пропустив удар Годо, Афина завертелась словно волчок, и её отбросило назад. Урон она точно получила немалый. После такого ход битвы должен обернуться в пользу Годо!
Годо решительно принял стойку.
Свет, излучаемый телом Афины, почти полностью исчез. Святой Грааль, должно быть, снова был подавлен. В терминах сумо — это Нэкодамаши*.
Всего лишь трюк в рукаве. Годо не думал, что подобная тактика снова сработает.
Внезапно тело Афины снова начало излучать свет.
Он поднимался ввысь так, словно хотел пронзить небеса. И перед нынешней мощью недавнее свечение вообще ничто.
«Что вообще происходит?»
Пока Годо шокировано наблюдал, ярко сверкающий свет окрасил в золотые тона окаменевшие равнины и остров Умитохару.
— ААААААААААА!!! — закричала Афина, испытывая боль.
Часть 5
С точки зрения человеческой истории, данное событие произошло в далёком прошлом.
Наверное, приблизительно через пятьсот лет после смерти человека, известного, как Мессия.
В землях, теперь называемых Европой, существовало некоторое количество Дьявольских Королей.
Тех, кто убил бога и заполучил божественную силу. Жестокие воины-богоубийцы, чьи сердца были поглощены жаждой битвы. С позиции человечества, появление хотя бы одного подобного монстра в течение эпохи — уже чудо.
Но то был редкий момент истории.
Апокалиптическая эра, когда появилось несколько столь редких личностей, которые вели борьбу за власть.
И к тем Дьявольским Королям притягивались всевозможные невероятные личности. Они поклонялись Королям, надеясь служить им.
Один Король командовал племенами кочевников, непрестанно вторгаясь на территории других народов.
Один Король был чистым берсеркером. Его окружали свирепые варварские племена, которые восхищались им и стали его последователями.
Один Король был всецело предан изучению магии, надеясь править демоническими волшебниками, священниками и астрологами, которые населяли грязные улочки имперской столицы, Рима.
Одного Короля вообще не заботили подобные вещи, он избрал путь путешественника среди народов, проявляя бездумную отвагу.
И последний, Король, который превратил остров Британия в свои личные охотничьи угодья.
В те времена остров пребывал в состоянии хаоса. И хотя изначально им правила Римская империя, имперцы покинули его, оставляя внутренним дрязгам и постоянным вторжениям соседних племён варваров.
Легенды рассказывают о Короле острова, как о римском генерале.
Его задачей была охрана Британии от нашествий варваров, и его послали на остров вместе с полагающимися войсками.
Прибыв в земли своего нового назначения, он убил бога и стал Дьявольским Королём.
Каждый раз, как на остров вторгались чужаки, он тут же перехватывал и уничтожал их. Но при этом никогда не убивал всех врагов до единого, тем самым позволяя вторгаться снова. И каждый раз, как случались внутренние восстания, он тут же подавлял их. Но всегда позволял уйти главным зачинщикам, тем самым сея семена новых восстаний.
В общем, так всё повторялось снова и снова.
Король-богоубийца, который любил охоту больше, чем что-либо ещё, а его любимой добычей были живые люди. Из-за своего увлечения его и заботило одно лишь занятие любимым делом — охота на Британских островах.
Как результат, древняя Британия представляла собой апокалиптическую землю. Конец эпохи.
И пока обычные люди жили в разрухе из-за постоянных войн, появился Он.
Он вызвал на бой Короля любителя охоты и одержал победу.
Герой — несомненно. Храбрый воин — несомненно.
Люди Британии поклонялись ему, называя Артус.
Более того, другие Короли на континенте начали обращать своё внимание на героя, который убил Дьявольского Короля. Появился достойный враг. Возможно, если кому-нибудь удастся убить его собственноручно...
Так было положено начало серии смертельных поединков, записей о которых нет ни в одной книге по истории.
С течением времени произношение имени Артус немного изменилось, преобразовавшись в Артур, тем самым оставив след в истории и легендах.
Король, что является в конце эпох, он был господином Королевы-ведьмы Гвиневеры.
— Гвиневера происходит от богини, которая сражалась бок о бок с господином и Сэром Рыцарем. Но у Гвиневеры больше не сохранилось воспоминаний о тех временах, она может разузнать о великих свершениях господина лишь посредством записей о прошлом.
Юная красавица-блондинка стояла на пляже где-то на Дальнем Востоке.
Само собой, это была божественный предок Гвиневера.
— Хмм. Однако после долгих и трудных поисков ты, или, скорее, твоё прежнее воплощение, наконец, обнаружило аватар господина, божественный меч — то есть, вы нашли данные останки, — торжественно произнёс рыцарь, стоявший возле Гвиневеры.
Ланселот дю Лак.
Закованный в красивейшие белые доспехи, при этом его лицо было скрыто забралом шлема. В руках он держал копьё.
Древний меч Экскалибур, который пробудился и переродился в качестве божественного копья.
— Более того, как Гвиневера текущего поколения, ты постепенно приближаешься к священным землям, где покоится господин. Смотри!
Ланселот указал на поверхность моря кончиком копья.
Это островное королевство Дальнего Востока породило разнообразие мифов, загадок и легенд. Стоя на пляже, белый бог войны указывал на море перед собой. Зрелище было столь же ярким, как и восход солнца над морским горизонтом.
Это виднелся свет от поглощения Святым Граалем жизненной силы богини-матери земли.
— Молодой богоубийца попался в твою ловушку и пробудил Святой Грааль, которым владела Афина. Конечно, она снова подавит его.
— Да. Но до того, как это произойдёт, Гвиневера надлежащим образом завершит поставленную задачу!
Уставившись на золотой свет, она начала призывать магическую силу.
— Грааль легенд, молю тебя, услышь мой голос. Дочь Белой Богини зажигает семь свечных светильников. Вспомни свою былую славу.
Картинка в её мыслях напрямую превращалась в магическую энергию.
Гвиневера свободно управляла магией. Существа, известные как божественные предки, являлись искусительницами, способными использовать магию так же естественно, как и свои конечности.
Ко времени завершения заклинания, золотой свет был уже очень слабым.
Изначально его высоты хватало, чтобы достичь облаков, подобно колонне света. Но сейчас луч света постепенно ослабевал, и почти не был виден с данного пляжа. Тем не менее, время всё ещё оставалось.
До того, как Афина полностью подавила Грааль, Гвиневера улучила возможность укрепить существование чаши.
— О, Белая Богиня. Являясь потомком твоей божественности, эта девушка взывает к тебе. Даруй священной чаше и божественному Мечу Спасения связь, что снова воссоединит эти два сосуда!
«Тропа», которая соединяет поглощающий жизнь Святой Грааль с божественным мечом, способным рассечь планету.
И этой невидимой тропой поглощённая Граалем жизненная сила Афины вливалась в божественное копьё Экскалибур в руке Ланселота.
Должно быть, сейчас тело Афины излучает в разы больше света, чем до этого.
— Хмм. Если так, то божественным клинком можно пользоваться, нисколько не сомневаясь.
Ланселот направил кончик копья в небо.
Его наконечник цвета платины вспыхнул ярким блеском.
— Да. Чтобы соединить Святой Грааль с божественным мечом, была использована сила Кусанаги-самы. И всё прошло гладко, точно по плану, что вселяет уверенность.
Юный Чемпион смог пробудить Святой Грааль лишь на короткий период времени.
Уловить момент пробуждения, укрепить существование Грааля и тут же связать его с Экскалибуром. Загадочная техника, которую под силу было использовать только Королеве-ведьме. Высочайшее божественное умение.
— О-о... И сейчас очевидно, что твоё решение было верным, — ободряюще сказал Ланселот той, что находилась под его защитой.
Если бы не шлем у него на голове, то, скорее всего, на лице бога войны можно было бы увидеть улыбку.
— Раз все они из тех, кто способен убить подобных рыцарю перед тобой, убить богов, то ради уверенной победы не будет упущено ни одной крупицы возможностей имеющегося в распоряжении оружия... Ведь приемлемо будет, если так это выразить, верно?
— Да, верно. В конце концов, являясь богоубийцей, он представляет собой незаконнорожденное дитя глупца Эпиметея! — насмешливо отметила Гвиневера.
Однако её юное прекрасное лицо дрожало от страха.
— И опять же, именно потому, что они глупцы, они представляют непредвиденную угрозу нашим планам, превращаясь в грозных врагов. Та ещё группа шокирующий людей!
Пока они шли по пляжу, Ланселот слушал вздохи этого любимого дитя.
Впереди их ожидал белый божественный скакун. Священный зверь, служивший ему, друг, который галопом нёсся с ним по полю боя.
— Девочка, являясь еретиком, рыцарь перед тобой не знает, сколько ещё времени сможет провести рядом. Но перед днём нашего расставания, данный рыцарь клянётся довести тебя до господина!
Неизбежное прощание.
То, что беспокоило Гвиневеру и Ланселота.
Отклоняясь от своего образа, описанного в мифах, будь то по причине замешательства, сумасшествия или одержимости, Боги-еретики оказывались запертыми на земле.
Бог войны снял с себя роль защитника Королевы-ведьмы ради того, чтобы высвободить свою полную силу.
Пока что всё нормально. Ланселот стал защитником Гвиневеры благодаря связи, которая ковалась тысячелетиями. И, тем не менее, настанет день, когда он будет поглощён искажениями, всё из-за того, что он Бог-еретик, тогда же начнётся его своевольный путь, и он оставит любимое дитя позади.
Но несмотря на это, Ланселот вскочил на своего дорогого сердцу скакуна и галопом понёсся по воздуху.
— О, древняя сталь, стань же силой этого рыцаря. Позволь ему обратиться клинком, что сметает все ростки повстанческих волнений!
В воздухе были зачитаны слова заклинания для пробуждения божественного клинка.
Этот меч питала эссенция земли. Чем она чище, тем лучше получающиеся эффекты.
По очевидным причинам обширная плодородная равнина будет наполнена большими количествами данной эссенции, чем бесплодная пустыня. Но самым идеальным источником эссенции будет жизненная сила богинь-матерей земли...
— Честью героя, данный рыцарь демонстрирует божественную мощь!
Белый наконечник Экскалибура выпустил платиновую сферу света.
Она несла в себе исключительно яркое сияние, словно солнце на землю упало.
И это платиновое солнце неслось по небу.
К полю боя. Арене, где проходила битва богини Афины и молодого богоубийцы.
— Гх... А-а!!!
Богиня Афина боролась с болью прямо на глазах у Годо и Эны.
Её прекрасное тело излучало золотой свет, в то время как она сама каталась по окаменевшей поверхности моря.
Сейчас верхняя часть её тела принадлежала маленькой девочке — её обычная форма.
А вот ниже талии оказалось тело змеи. Очень длинное, исключительно длинное змеиное тело. Наверное, около десяти метров длину. Небольшие чешуйки, покрывавшие его, имели серебристо-белый цвет. Приняв устрашающую форму получеловека полузмеи, Афина тяжело дышала и каталась по земле, испытывая боль.
Наверное, столь необычный внешний вид являлся истинной формой богини. Красивая девочка и великая змея одновременно.
Ужас вызывает. Просто устрашающее существо. Но вместе с тем священное и прекрасное. И в таком виде она в настоящее время испытывала мучения из-за боли. Катаясь по земле, змееподобное тело испускало золотой свет. Её прекрасное лицо искажено гримасой, а сама богиня издаёт при этом жалостливые и болезненные вскрики.
Тело Афины сияло золотым светом.
Сначала он был ослепительно ярким, подобно солнцу, на него невозможно было смотреть прямо. Но вскоре ослаб и больше не заставлял других отворачивать взгляды. Несмотря на это, Годо знал, что Святой Грааль успешно активировался в теле Афины.
Благодаря этой чаше внутри, богиня-мать земли...
Её жизнь высасывалась подобно тому, как пиявка высасывает кровь.
Хоть Афина и должна была обладать бессмертным телом, но, если так и дальше пойдёт, то со временем она ослабеет и умрёт.
— Охх... Нет сомнений, это та молодая служанка обучила тебя искусству управления Святым Граалем.
— Значит, ты и правда знаешь ту ведьму по имени Гвиневера... И вы с ней враги, — ответил Годо в ответ на стоны Афины.
Наблюдая за мучающейся богиней, он начал раздумывать над тем, что на самом деле происходит.
— Враг моего врага — мой друг... Это не так, должно быть, меня использовали, как пешку.
— Пф... Но разве ты не использовал заклинание той молодой служанка, чтобы истребить меня? Говоришь так, словно тебя обманули!..
На прекрасном лице получеловека полузмеи Афины появилась бесстрашная улыбка.
Затем змеиная часть её тела прекратила дёргаться. Всё ещё покрытая серебристо-белыми чешуйками, она медленно укоротилась и изменила форму. Стала человеческими ногами, ногами девочки.
Афина снова приняла форму маленькой прекрасной девочки.
— Неплохо. Безжалостно ударить врага в слабое место. Это и есть путь воина. Маленький прогресс с твоей стороны, дальше говорить об этом нет смысла...
Даже мучимая болью, богиня спокойно и сдержанно улыбалась.
Должно быть, так Афина выражала свою волю и дух, преобразуя тело змеи в человеческую форму. Именно из-за того, что она была в отчаянной ситуации, ей, как богине, не требовалось никакой жалости.
— Но пока жизнь не покинула меня, я буду драться до самого конца. Кусанаги Годо! Богиня пред тобой дарует тебе честь драться с Афиной в отчаянном состоянии!
— Хватит уже! Я не планирую драться в подобных обстоятельствах! — прикрикнул Годо на державшую косу Афину, которая продолжала свои разговоры в одном и том же ключе.
— Сегодня, похоже, на тебя куча всяких эффектов воздействует. На тело своё посмотри! Не можешь драку продолжать, так успокойся!
Если всё так и продолжится, даже бессмертная Афина встретит свою кончину. Вполне естественно пытаться заставить её сдаться.
Но в случае её отказа прекратить драться, придётся сразить её. Эта богиня в форме маленькой девочки уже не раз встречалась с Годо по загадочной воле судьбы.
Честных и стопроцентных способов победы не существовало. Истинные намерения Гвиневеры тоже вопрос.
Но это пока подождёт, первым делом необходимо победить Афину. Если в данной ситуации богиня и дальше бушевать продолжит, то не только Кисарадзу, весь регион Канто может в камень превратиться.
«И что тут делать? Самому с этим покончить? И должен ли я именно так это делать?»
Пока Годо сомневался, Афина мощно взмахнула своей гигантской косой. И тут…
— Твоё Величество, беда! Вверх посмотри. Это — очень опасно! — выкрикнула Эна.
Амэ-но муракумо-но цуруги был у Годо в руках, всё время готовый действовать.
Вид в небе просто шокировал Годо. Летящая световая сфера, ярко сверкающая платиной, и она приближалась. Её яркость была подобна звезде, падающей прямо на земную поверхность.
— Божественный Меч Спасения! Ты должен убить меня, как же не терпится кому-то в ожидании моей смерти!
И как только Афина перестала говорить, это произошло.
Луч света из сверкающей звезды платинового цвета атаковал окаменевшую поверхность океана.
Разрубив её всего одним единственным ударом, луч пропахал в каменной поверхности океана глубокую борозду. Где-то метров десяти длиной и, скорее всего, такой же глубины.
Что за удар такой?! Он ведь похож на «Меч» Веретрагны, это оружие, управляемое богом.
Надо убираться подальше от этой звезды!
— Сэйшууин, беги первой! Я за тобой!
— Есть! Будь осторожен!
Химе-мико меча умчалась быстро, словно ветер.
Без всякой ноши её скорость позволит ей добраться до безопасного места.
А вот Годо не мог этого сделать. А точнее, ему не позволяла кое-какая необходимость. Эна подчинилась приказу немедленно, наверное, из-за того, что у неё не было времени на принятие и оценку решения.
С другой стороны — Афина…
Она распространяла вокруг себя тьму. Это был тёмный щит, который она использовала когда-то, чтобы защититься от мощи «Белого жеребца» Веретрагны — пламени, нисходящего с самого Солнца.
Звезда платинового цвета в очередной раз испустила яркий свет, ударив прямо по тьме Афины.
Что удивительно, тёмный щит смог заблокировать атаку, хотя при этом его просто смело. Раньше тьма смогла защититься от мощи «Белого жеребца»!
И эта атака была всего лишь началом…
Белая звезда сверкнула светом в очередной раз. Но теперь это был не только луч.
Она испустила несколько, нет, даже несколько десятков лучей света. И даже в несколько волн. Смертельная формация мечей, сотканная из сверкающего света!..
Один из них молниеносно нёсся прямо в голову Годо.
Но зато его огромная скорость позволила Годо активировать седьмое воплощение Веретрагны, «Хищную птицу».
Получив божественную скорость, он попытался уклониться от клинка света.
При всём при том, эта божественная скорость была сродни молнии, но не являлась скоростью света.
К счастью, Годо смог увернуться от луча белой звезды, используя ограничения божественной скорости. С его точки зрения казалось, что это больше походило на удар молнии.
Но времени проверять эту случайную догадку не было. Первым делом надо было сбежать. И когда он уже был готов так и поступить, Годо увидел.
Судя по виду, формация из множества мечей готова была вот-вот разрубить Афину на куски.
Защищавшая её тьма полностью исчезла. Беззащитна и беспомощна, почти разрублена.
«Что посеешь, то и пожнёшь», — подумал Годо.
Несмотря на множество различных обстоятельств, она была причиной текущей кризисной ситуации. Она принесла человечеству немало бед. Если бы Афина раньше ничего не вытворила, то сейчас бы не была в такой опасности.
Но он отчётливо видел её выражение лица.
Храбрая богиня горделиво подняла голову, чтобы видеть белую звезду.
Если бы её приговорили к отсечению головы, то, наверное, у неё было бы такое же выражение лица. Она из тех, кто обладает достоинством древнего матриарха и богини священного мира.
— Проклятье… Почему, почему ты такое лицо делаешь?
Если сейчас её спасти, то битва повторится снова.
Было бы лучше проигнорировать её. Она превратила в камень Юри, Лилиану и многих других людей. Эти её поступки вызывали в Годо ярость. Но также правдой было и то, что этот какой-то там Святой Грааль находился в её теле, словно бомба.
— Меня прямо вынуждают делать ненужные вещи!
Скорость, подобно молнии.
Годо полностью высвободил божественную скорость и рванул вперёд. К богине.
Он добрался до неё в самый последний момент. Пока множество мечей света неслись с небес, Годо нёс Афину на руках, чтобы их не разорвало на куски. И он продолжал бежать так с полной скоростью.
Мгновением позже, в том месте, где недавно были Годо и Афина…
Сверкающие мечи света яростно неистовствовали. Они не только рассекли уже пустую окаменелую поверхность океана на тысячи кусочков, они разорвали её так, что от неё вообще ничего не осталось.
Белая звезда потеряла свою цель.
Но затем она снова начала активно двигаться. Пыталась разыскать сбежавшую добычу, подобно охотничьей собаке, медленно выслеживая её по запаху…
Назад на искусственный остров Умитохару, а затем вдоль отходящей дороги по направлению к Кисарадзу.
Миновав поворот на Кисарадзу, Годо направился к ближайшему побережью.
Именно таким маршрутом он бежал, пока нёс Афину на руках. Но белая звезда, которая испускала мечи света, всё ещё парила в небе. И медленно приближалась к пляжу, на котором сейчас находился Годо!
— Даже при таком уровне скорости, она всё равно чувствует наше местоположение… — Годо тяжело вздохнул.
Чтобы дать Афине отдохнуть, он прекратил двигаться с божественной скоростью.
— Это вполне естественно. Данная звезда «Мечей» высвобождена Божественным Мечом Спасения, поглотившим земную эссенцию в качестве питания. Более того, сейчас он использует чистейшую эссенцию, поглощённую у меня посредством Святого Грааля, — пояснила Афина рядом с Годо.
— Этот «Меч» двигается с целью забрать мою жизнь. А раз так, то вполне естественно, что он ощущает моё местоположение. Потому что Святой Грааль, сокрытый в моём теле, связан с ним!
Безупречные белые черты её прекрасного лица были куда более смертельно бледными, чем обычно. А ещё у неё под глазами появились тёмные круги.
Вполне очевидно, что Афине становилось хуже и хуже.
Несмотря на то, что она не могла стоять, богиня всё ещё упорно смотрела на белую звезду.
— Если это тоже принадлежит Гвиневере, то она должна находиться поблизости. Знаешь, где она?
— Что ты задумал, Кусанаги Годо?..
— Хоть твоё нынешнее состояние вполне тобой заслужено, я всё-таки несу за это частичную ответственность. Я должен найти Гвиневеру и остановить этот «Меч». Правда, это значит, что мне придётся действовать жестоко, но тут уж ничего не поделать, — объяснил Годо свой план.
Его сердце не болело. Это означало, что до предела использования «Хищной птицы» время всё ещё было.
Если он быстро обнаружит место и ринется туда с божественной скоростью, то сможет поймать ту ведьму.
— Что ты несёшь? Неужто желаешь меня спасти?!
— Однажды ты мне помогла — тогда, когда я бился с Персеем. Если умрёшь до того, как я верну долг, мне как-то не по себе будет.
Афина лишь покачала головой в ответ на смех Годо, готового объяснить свои дальнейшие действия.
— Такой же немощный, как и в начале пути… Очевидно, что ты так и не научился распознавать свои собственные слабости…
Богиня снова начала ныть и давать свою неодобрительную оценку. Но суровость постепенно исчезла с её лица.
Подобно весенней траве, едва покачивающейся под действием нежного ветерка, Афина слабо приподнялась на одной руке.
Её взгляд, обращённый к Годо, переполнял интерес и любопытство, словно она смотрела на любимое сокровище или произведение искусства.
— Интересное предложение, но, так уж вышло, не совсем подходящее. Данный объект не получится остановить столь поспешной стратегией, — отметила Афина, обращая свой взгляд к белой звезде.
Она больше не разбрасывалась «Мечами». Скорее всего, из-за божественной скорости, используемой Годо. Вместо поспешных атак, от которых будут уклоняться, лучше медленное наступление с уверенностью в полном истреблении.
— И всё же, очень злит то, что приходится умирать из-за грязных махинаций этой служанки. Злит более, чем что-либо иное, более, чем невозможность решительно разобраться с нашим соперничеством, намного, намного более злит.
— Всё ещё планируешь драться со мной…
— Конечно. В ином случае я не буду богиней Афиной. В любом случае…
В руке богини неожиданно появилось зеркало.
Небольшое зеркальце с ладонь, каким обычно пользуются женщины для нанесения макияжа.
— Судьба Афины выглядит так, словно её стоит облечь позором. Я намеревалась прожить свою длинную жизнь так, чтобы достигнуть её завершения в манере, подобающей бессмертной. Но сейчас меня провоцируют на то, чтобы я прибегла к мелким уловкам для продления этой земной жизни.
Афина говорила, смотря в зеркало.
Тем самым маленькая и по неземному прекрасная девочка внезапно превратилась в красивейшую статую. Используя зеркало, она применила «Пагубный взгляд» змеиной богини Медузы к самой себе!
Более того, белая звезда, парившая в небе, тоже внезапно исчезла.
«Ясно», — понял Годо.
Проклятье окаменения было силой, способной привести к состоянию временной смерти. И Афина перешла в состояние фальшивой смерти, временно остановив свои жизненные функции. В результате Святой Грааль не смог поглощать её жизненную силу. Таким образом, «Меч» тоже утратил свой источник энергии, и больше не мог поддерживать своё существование.
Получилось, что Афина превосходно отплатила Гвиневере в ответ на её махинации.
Но что делать Кусанаги Годо? Божественный предок, Афина, окаменевшие улицы и дома, окаменевшие люди, Юри и Лилиана, которые тоже пали…
Годо обеспокоенно размышлял над своими следующими шагами.
***
↑Средняя дистанция, на которой эффективный удар наносится с одним шагом вперёд.
↑Ахурамазда, Ормазд или Ормузд, «Бог Мудрый» — авестийское имя божества, которого пророк Зороастра — основатель зороастризма — провозгласил единым богом. Ахура-Мазда — безначальный творец, пребывающий в бесконечном свете, создатель всех вещей и податель всего благого, всеведущий устроитель и властитель мира и высший объект почитания зороастрийцев, называющих себя по-авестийски mazdayasna, то есть почитателями Мазды. Ахура-Мазда является отцом Аши (праведности-истины), то есть закона, по которому развивается мир, покровителем праведного человека и главой всех сил добра, борющихся с «ложью» — злом и разрушением, происходящими в мире против его воли. В конечном преображении бытия (Фрашкарде) им вместе со всеми благими существами будет совершено окончательное очищение мира.
↑Приём в сумо, когда один из соперников хлопает в ладоши перед противником, что должно заставить того ненадолго закрыть глаза, давая преимущество хлопающему. Использование требует некоторого расстояния между борцами, иначе можно «дохлопаться» до беды. Годо сравнивает свой отвлекающий трюк с данным приёмом сумо.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления