— …Что вы только что сказали?
— Даже без брака с Ее Высочеством, Бьерн не откажется от нашей верности империи.
Эккарту было наплевать на Императора или Принцессу. Его глаза были заполнены только его возлюбленной, Бьянкой Китон.
Лицо императора было наполнено неприкрытой яростью.
— Я умоляю вас еще раз. Я прошу вас разорвать помолвку с Ее Высочеством принцессой.
Услышав его непреклонную просьбу, дворяне перевели взгляды на Аполлонию, которая преклонила колени перед императором. Аполлония знала, какую роль она должна сыграть.
«Хуу… Ухуу».
Она предпочитала сдерживать слезы, а не плакать громко, потому что это делало бы ее лицо более искренним. Тем не менее, она позволила нескольким каплям слез скатиться по ее щекам. Когда она жалобно дрожала, сдерживая слезы, люди сочувствовали Аполлонии.
— Принцесса такая жалкая… она даже пожертвовала своим телом, чтобы спасти своего жениха.
— Может быть, она только сейчас узнала, что ее предали? О боже, как это может случиться с такой мягкосердечной дамой…
— Она, должно быть, не знала, что у горничной, которая обслуживала ее, были такие амбиции…
Из уст людей выходили разные мнения, но большинство из них были именно такими, какие хотела Аполлония.
Видя, как ситуация развивается в ее пользу, она решила пойти еще дальше.
— Я-я… я в порядке. Как я могу стать помехой для их любви…? Пожалуйста, выслушайте просьбу принца, отец.
Зрители вздохнули. Некоторые люди смотрели на нее так, как будто она была жалкой, а некоторые люди были тронуты ее добротой. Эккарт тоже казался удивленным.
Однако Император только смотрел на нее с серьезным лицом. — …Ты такая бесполезная дочь.
Последовало долгое молчание. Аполлония еще больше зарыдала и опустила голову, затем император повернулся к Эккарту.
— Как принц, разве вы не знали, что брак с императорской семьей основывался не только на привязанности? Вы забыли все обещанные соглашения между Императорской семьей и Королевством Бьерн?
Достойный император не мог упорствовать в браке, который другая сторона хотела разорвать. Поэтому император попытался поднять вопросы, касающиеся бизнеса.
Вопреки ожиданиям императора, Эккарт ответил более уверенно.
— Ваше Величество, насколько я знаю, соглашение, о котором вы только что упомянули, не может быть выполнено в силу определенных обстоятельств.
— Хах. О чем вы говорите?
— Я слышал, что вы больше не можете поставлять чайные листья, которые должны были продаваться в Бьерне…
Эккарт был сбит с толку, потому что не мог поверить, что император упустил такую важную информацию, поэтому воспользовался случаем, чтобы уточнить.
— Как мы можем предать обещание, данное империей? Однако мы узнали, что остров Ран уже продал чай Дхармаю другим, и, таким образом, соглашение, заключенное между моим отцом и Вашим Величеством, больше не могло быть выполнено.
«…»
— Конечно, я не собираюсь возлагать ответственность за это на Империю. Однако я думаю, что на этом этапе также будет сложно изменить содержание контракта.
— ….Вы не имеете права голоса по этому поводу.
Император едва мог говорить с раскрасневшимся лицом.
Петра, стоявшая рядом с ним, тоже выглядела смущенной.
Как новость просочилась, даже когда она явно заблокировала рот графу?
— Последние пять лет я руководил государственными делами от имени моего больного отца. Я говорю от имени Бьерна.
Эккарт действительно был взрослым. Его храбрость и зрелость были в точности такими, какими их видела в нем Аполлония.
Аполлония быстро вспомнила условия контракта.
Бьерн будет поставлять оружие в несколько регионов империи. Однако большого преимущества от соглашения у Бьерна не было. От этого брака они получили близкие отношения с императорской семьей.
Но теперь у Эккарта было нечто более важное.
Император понял это, поэтому ничего не сказал, сдерживая свой гнев. — …Однажды ты пожалеешь об этом.
— Пока я могу быть со своей женщиной, я буду платить любую цену.
Долгое состязание в гляделки между ними закончилось.
Император объявил о расторжении помолвки, и Эккарт извиняющимся взглядом бросил взгляд на Аполлонию, бегущую к возлюбленной.
Это происшествие получило немалую популярность от места к месту. Половина континента проклинала Эккарта как холодного предателя, а другая восхваляла его как безнадежного романтика.
Из-за этого две стороны были в разногласиях друг с другом. Позднее это происшествие возродится в виде музыкальных или театральных комедий. Таким образом, семена, которые посеяла Аполлония, прекрасно взошли.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления