Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Малолетки
– 21 —

– Вы замужем?

Линн Келлог покачала головой.

– Нет.

– Должно быть, трудно быть замужем при такой работе, как ваша. Я имею в виду, работа в разные смены и всякое другое.

– Да, – согласилась Линн, – пожалуй, так и есть.

– Ничего, – Лоррейн Моррисон сделала попытку улыбнуться, но у нее не получилось, – все еще впереди.

«Скажи это моей матери», – подумала Линн.

Они сидели в комнате, эркеры которой выходили во внутренний садик. Туда то и дело возвращался взгляд Лоррейн, как будто она надеялась, что свершится чудо и она увидит там Эмили, играющую в дочки-матери с куклами, колясками, наставлениями, – счастливая игрушечная семья.

– Мне было девятнадцать, – рассказывала Лоррейн, – когда я повстречала Майкла. Мы были в ресторане «Мамма миа». Я пришла туда с девушками из нашего банка. Кто-то уезжал, вы знаете, как это бывает?

Линн подтвердила кивком головы. С ближайшей дороги доносился шум оживленного движения машин, хотя двойные рамы и заглушали звук. Они сидели здесь так долго, что их кофе совсем остыл. Линн не могла не любоваться порядком в комнате, где все было на своих местах: вазы, подушечки с яркими голубыми и зелеными цветами, рисунок с розовыми балетными танцорами на стене. Утром, придя в этот дом, она видела, как Лоррейн убиралась, протирая пыль с каждого предмета в комнате. Она представила, как Лоррейн девочкой ходила за своей матерью из комнаты в комнату с пылесосом и тряпкой, во всем ей подражая и стараясь не отстать. Теперь, хотя она на добрые шесть лет моложе Линн, у нее есть муж, дом и даже пропавший ребенок…

– Вероятно, мы слишком шумели, – продолжала Лоррейн, – как обычно это бывает на подобных проводах. Майкл был там по делу, на встрече с каким-то человеком. Он подошел и дотронулся пальцем до моего плеча. Они со своим знакомым поспорили о том, что мы делаем в ресторане. Я сказала ему, он рассмеялся и заявил, что выиграл пари. На следующий день я подняла голову из-за стойки и увидела его в середине очереди. «Вы не назвали банк, – обратился он но мне, когда подошла его очередь, – и мне пришлось обойти их все». Его слышали все наши девочки и справа, и слева. Кто-то из них засмеялся его словам, и я почувствовала, как краска заливает мое лицо. Он протянул мне свой чек, но тот был даже не нашего банка. «Я думал, вы сможете подтвердить чек, – сказал он и попросил написать на обороте адрес и номер телефона». Не знаю, почему я подтвердила чек, – может, хотела избавиться от него, может, еще почему…

«Ты напрашиваешься на неприятности, – предостерегала меня подруга, – он хотя и неплохо выглядит и хорошо одет, но все же женатый человек. Откуда ты знаешь, что он женат? Я заметила: у него нет обручального кольца. На первом же свидании я спросила его об этом. Конечно, нет. За кого ты меня принимаешь? – рассмеялся он. Он сознался, что женат, только через месяц. Я тогда вышла из себя, кричала на него, обзывала лжецом и всякими другими словами. Не кипятись, – успокаивал он меня, держа за руки, – я не говорил тебе раньше, потому что это не имело значения. Что ты имеешь в виду? Тогда я не знал, что полюблю тебя».

Утром Майкл позвонил на работу и попросил отпуск по семейным обстоятельствам. Когда пришла Линн, он уже был готов выйти к фотокорреспондентам и телерепортерам. Ей с трудом удалось убедить его, что это не самая хорошая идея. Тем более что все утро он провел на кухне с опущенными занавесками, не выпуская изо рта сигарету и разглядывая мир сквозь горлышко бутылки с болгарским вином.

– Моя мать могла думать лишь о том, что Майкл на пятнадцать лет старше меня и уже был женат. Пятнадцать лет! – Она взглянула на Линн. – Я не думаю, что это так уж много, а вы?

– Пожалуй. – Линн покачала головой.

– «Когда тебе будет тридцать, – повторяла моя мать, – ему будет уже сорок пять. Средний возраст. Ты думала об этом?» – Лоррейн встала и подошла к окну. На лужайку уселась малиновка. Она сидела так неподвижно, что ее можно было принять за пластиковую игрушку. – «Средний возраст». К нему это неприменимо. Он такой… – энергичный. Только с тех пор, как он потерял работу и вынужден был устроиться на другую, довольно далеко от дома, он немного устает. Эта постоянная дорога, она выматывает, вы понимаете. Это, конечно, естественно. Любой на его месте уставал бы. Его возраст тут ни при чем.

Линн встала и расправила юбку. Ее совершенно не интересовал Майкл, но в присутствии Лоррейн она каким-то образом чувствовала себя молодой и старой одновременно. Лоррейн относилась к той категории женщин, с которыми она терпеть не могла быть вместе в примерочной кабинке магазина. Наверняка и там, втискиваясь в двенадцатый размер, в зеркале она бы видела, как эта малышка с фигурной манекенщицы проскальзывает в десятый, оставляя в запасе еще несколько дюймов. Вроде Мишель Пфайффер в фильме «Фантастические пекари». Когда ей собираются там купить новую одежду, один из пекарей спрашивает: «Что берем? Размер десять?», а она так просто взглянула на него и говорит: «Восемь».

Линн любила этот фильм, и эта сцена врезалась ей в память. Это же надо, восемь!

Чувствовалось, что Лоррейн располагала временем и деньгами, делала прическу каждую неделю и довольно часто принимала солнечные ванны. Где бы еще она могла приобрести такой загар и блеск кожи?

– Могу ли я воспользоваться вашим телефоном, – спросила Линн, – мне надо связаться с участком.

Рей опоздал на работу на пятнадцать минут, и Хатерсадж так разнес его перед другими рабочими, что на глаза навернулись слезы и стыдно было поднять голову. Еще немного – и он, бросив все, запросил бы расчет и пошел в город с надеждой встретить Сару в обеденный перерыв. Но он отбросил эту мысль, представив, что сказал бы отец, узнав об этом поступке. Ведь именно отец и дядя устроили его на эту работу.

Рей опустил голову и пошел работать. Ничего, еще не изобрели такой день, который длился бы вечно.

Переходя с места на место, он слышал передачи потрескивающего радио, настроенного на волну 96,3. Слышно было плохо, так как мешала постоянная ругань рабочих, ноющий свист электрических пил, монотонные удары обрушивающихся вниз больших ножей. Разгружая грузовик, он не услышал имени Эмили Моррисон в выпуске новостей, но ухватил слова о том, что маленькая девочка пропала из дома. У него все посыпалось из рук.

– Посмотри на себя, неуклюжий маленький педераст! – заорал Хатерсадж, проходя мимо. – Ты думаешь о том, что делаешь?

Рей промямлил извинения, стоя на полу на карачках среди бычьей печени темно-красного цвета.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть