Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Зловещий человек
Глава 24

— Вы решили уйти в субботу, мисс Марлоу?

— Да, майор Эмери.

Эмери стоял у окна, сунув руки в карманы и мрачно глядя на улицу.

— Вас будет довольно трудно заменить, — сказал он. — Не могли бы вы еще неделю побороть ваше жгучее нежелание работать со мной?

Эльза колебалась. Если бы он приказал ей остаться, у нее бы, может быть, не хватило смелости отказать ему.

— К сожалению, я не могу остаться дольше субботы, майор Эмери.

Если Эльза ожидала, зная его настойчивость, что он возобновит свою просьбу попозже, то она была разочарована, что было бы самым подходящим словом для обозначения ее чувств по мере того, как день клонился к вечеру, а вопрос не возбуждался. В половине пятого слуга принес два подноса с чаем. Один из них Эльза, как всегда, отнесла в кабинет Эмери. Она поставила поднос на стол. Он кивнул, поднял крышку чайника и понюхал чай. Раньше Эльза не замечала, чтобы он это делал. Он взглянул на нее прежде, чем легкая улыбка успела сойти с ее лица.

— Вас забавляет это, а? Я покажу вам что-то, что позабавит вас еще больше…

Эмери вытащил из кармана футляр, открыл его, оторвал узенькую полоску небесно-голубой бумаги и погрузил ее в молоко. Когда он вытащил ее, бумага была красная.

— Подождите, — сказал он, наливая в чашку чай и вытаскивая на этот раз розовую бумажку.

Взглянув, Эльза увидела, что в футляре не было ничего, кроме таких же голубых и розовых полосок. Розовую бумажку он погрузил в чай, подержал там несколько секунд и затем вытащил. Часть бумажки, опущенная в чай, была лимонно-желтого цвета.

— Грубая проба, но надежная. Мышьяк окрашивает молочную бумагу в зеленый цвет, а чайную — в лиловый. Стрихнин делает обе черными, точно так же, как аконит. Цианистый калий, тот отбеливает голубую бумажку, а розовую окрашивает в темно-красный цвет.

Эльза слушала с разинутым ртом.

— Вы… Вы пробовали, нет ли там яда? — спросила она, почти не в силах верить своим ушам.

— Что-то вроде этого, — сказал Эмери и, спрятав футляр, налил молоко и положил сахар в свой чай. — Кстати, это один из признаков сумасшествия — когда у человека появляется предположение, будто его собираются отравить или вообще покушаются на его жизнь.

— Но яд — здесь, у нас… — недоверчиво сказала Эльза.

— А почему бы нет? У меня много врагов, и, по крайней мере, один из них — медик по профессии.

Во всякое другое время Эльзе не понравилась бы эта ссылка на Ральфа Халлама, но теперь отношения этих людей и осознание ужасной профессии Ральфа заставили ее замолчать.

Мошенник против мошенника! Коса нашла на камень! Неужели он воображал, что Ральф способен сделать такую ужасную вещь? То, что он судит о других по себе, это обычная человеческая слабость. Может быть, он и в самом деле сумасшедший? Может быть, он заслуживал скорее жалости, чем презрения? В общем, Эльза была рада, что служба ее скоро кончалась…

После чая он получил несколько писем и посылку. Она положила письма на бювар (Эмери не было) и рядом на столе положила посылку. Она была доставлена с посыльным и адресована «Майору Эмери». После фамилии стояли три буквы, указывавшие, что Эмери имел орден за военное отличие. Эльза впервые узнала, что у него есть военный орден. Ей пришло в голову, что она постоянно узнает что-то новое о нем. Поглощенная своим открытием, она взяла ножницы и перерезала веревку, которой была перевязана посылка. Она неизменно делала это для старого мистера Эмери. Она только тогда осознала, что держит в руке ножницы, когда сердитый окрик заставил ее обернуться. Эмери стоял на пороге двери, ведущей в коридор.

— Что вы тут делаете, черт побери? — прорычал он. Эльза отступила под его сверкающим взглядом. В нем было что-то угрожающее, выражение лица было столь дикое, голос столь резкий, что она перепугалась.

— Сколько раз я говорил вам, чтобы вы не открывали моих посылок! — проворчал он.

Он положил руку на картонку, которую она извлекла из бумаги, которой была обернута посылка.

— Я… я очень виновата. Я забыла…

Его загорелое коричневое лицо пожелтело. Может быть, он так бледнел?

— Делайте, как вам велят, — сказал он и, осторожно взял коробку, подождал секунду, потом быстро сорвал крышку.

В гнездышке из белой ваты лежал круглый предмет, обернутый белой мягкой бумагой. Эмери не дотронулся до него. Вместо этого он взял ножницы и, брезгливо прорвав бумагу, вытащил из коробки круглый предмет.

— Любите яблоки? — спросил он изменившимся голосом.

Это было очень маленькое яблоко, совершенно непохожее на виденные ею когда-либо раньше, так как все оно было усеяно кончиками стальных иголок.

— Это дело медика, я ручаюсь, — сказал Эмери, и Эльза видела, как губа его насмешливо поднялась. — В каждой из сотен этих иголок таится смерть. Молодчина!

В голосе его звучало искреннее восхищение.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть