Хейнли вздрогнул и тоже тихо спросил:
— Ты не сердишься?
— Ты решил не начинать войну ради меня.
— Даже учитывая, что я — тот, кто сделал Эвелин больно?
— А также ты тот, кто вернул ей ману.
— Я вернул её не в том объеме, который был у неё изначально, она могла быть куда сильнее, чем сейчас.
Похоже, она не восстановила её полностью. Речь шла об Эвелин, так что я не могла говорить от её имени.
— Ты не разочарована во мне, моя Королева?
Сперва я ответила на этот вопрос самой себе: "Я давно знаю, что ты очень хитрый человек". После чего, отрицательно покачала головой.
— Я не разочарована.
— Моя Королева…
Если бы Хейнли просто признался и извинился, наверное, я чувствовала себя иначе, чем сейчас. Или даже если бы он сказал, что любит меня, но война необходима его стране, я бы отреагировала иначе. Однако он сказал, что не будет действовать дальше, не будет делать того, чего я боялась больше всего.
Что я могу сказать человеку, который отказался от своих амбиций ради меня?
Потом я вспомнила, как он признался, что любит меня.
— Хейнли.
Этот человек имел в виду именно это. Он правда любит меня.
Пока я стояла в оцепенении, моё внимание привлек подарок от Совешу, все ещё лежавший на столе. Внезапно стало любопытно, как в такой ситуации поступил бы Совешу?
— …
Что ж, я не знаю. Сейчас я не понимаю его поведения. Когда я была в Восточной империи, я и представить себе не могла, что гордый Совешу будет продолжать присылать мне такие подарки после развода.
— Кстати, моя Королева. Ты хотела мне сказать две вещи. Какая вторая? — спросил Хейнли нервным голосом, пока я была глубоко погружена в свои мысли. Мускулы его тела снова напряглись, как будто он забеспокоился; он не знал, что вторая вещь касается Совешу.
— Дело не в тебе.
— ?
— Совешу прислал мне слишком дорогой подарок.
— Ты имеешь в виду подарки ручной работы, которые принесла делегация?
— Нет, личный подарок.
— Личный подарок.., — пробормотал Хейнли, глядя на помятую местами шкатулку. — Это случайно не..?
Я кивнула.
— Я хотела бы вернуть его, потому что для меня тяжело принять такое от Совешу. Но так как подарок был отправлен персонально, это может превратиться в недопонимание. Ты сможешь сделать это для меня?
Лицо Хейнли помрачнело. Затем он несколько раз посмотрел на меня и закусил нижнюю губу, чувствуя дискомфорт.
Казалось что он вот-вот начнет ревновать меня после того как я сказала, что Совешу доставил этот подарок со всей осторожностью.
Однако он повел себя не как обычно. В конце концов Хейнли вздохнул и положил голову мне на плечо.
— Моя Королева. Ты намеренно выбрала такой порядок, чтобы сообщить мне эти две вещи?
— Ты разочарован?
Когда я задала его же вопрос, он мило рассмеялся и поднял голову, чтобы посмотреть на меня. После чего мы слились в поцелуе, объединившем наши сердца.
***
'Он не из тех людей, которые отступят только потому, что я их попросила. Он будет хвататься за мои ноги до конца своего существования!'Сперва Рашта собиралась попросить его исчезнуть из её жизни, даже если это означало бы отдать ему большую часть её имущества. Она думала, что в таком случае даже честный человек не сомневался бы.
Похоже, её настоящий отец хорошо знал журналиста Джонсона, так что он должен был осознавать, в какой ситуации она оказалась, лучше кого-либо другого.
Но ему было все равно. Рашта поняла, что ошибалась.
До тех пор, пока она не умрет, её отец всегда будет держаться за неё. Нет, возможно, даже после её смерти он продолжит это делать. Через Глорим!
'Я должна избавиться от него.'Рашта стиснула зубы.
Несмотря на то, как настоящий отец относился к ней, до сих пор Рашта не думала о том, чтобы избавиться от него. Причинить вред своему отцу — все равно, что разрушить святыню.
'Если так подумать, то именно он — корень всех моих проблем, а вовсе не святыня. Гнилые корни стоит отрезать.'Твердо решив, Рашта поправила волосы, перед зеркалом, сняла кольцо, впивавшееся в её кожу, и положила его на стол.
Кровь капала с окровавленного украшения, рисуя при этом кровавую линию.
Рашта взяла свои красные перчатки, надела их и прошла прямо в гостиную. Там служанка, присланная отцом, сидела на диване и болтала с другими служанками о том, как хорошо ей теперь жить.
Она рассмеялась, сказав, что, возможно, она могла бы стать мачехой императрицы.
Когда служанка с опозданием заметила присутствие Рашты, она поспешно встала, сцепила руки и склонила голову. Девушка подумала, что императрица рассердится, поэтому испуганно посмотрела на нее. Но Рашта, наоборот, улыбнулась и грустным тоном сказала:
— Я хотела бы отправить подарок своему отцу, но думаю, что он слишком тяжелый для тебя, чтобы нести его в одиночку.
— Ваше Величество, не волнуйтесь. Я сильная.
— Даже если ты сильная, ты не сможешь унести его. Это может быть мой последний подарок, так что Рашта положила много вещей.
— Последний подарок?
— Сейчас я нахожусь в очень сложном положении. Ты не можешь этого не знать.
— …
— Кроме того, я хочу в последний раз увидеть лицо отца. Так что я хотела бы, чтобы он пришел лично, ты можешь сказать это ему?
Горничная нервно ответила "да".
— Ах. Я почти забыла.
— Что?
— Подарок очень большой, поэтому он будет привлекать внимание. Если распространится слух, что он получил драгоценный подарок от Рашты, то и моему отцу будет нехорошо. Так что не забудьте сказать ему, чтобы никто не видел его на пути сюда. Он может пройти через черный ход.
Затем Рашта вернулась в свою комнату и взяла кольцо, которое оставила на столе. Она не стала вытирать с него кровь, а намеренно покрыла его ещё большим количеством крови со своего пальца. В завершении она надела легкий черный плащ, спрятала кольцо в маленьком кармане и положила кинжал в широкий правый рукав.
В конце концов Рашта сказала, что прогуляется, и покинула Западный дворец. Сама же она направилась к черному входу.
Красивого вида здесь не было, и на этой дороге нужно было делать больше поворотов, чтобы добраться куда-нибудь, поэтому ни те, кому нравилось любоваться пейзажами, ни те, кто был занят работой, не пользовались этой дорогой.
Ее настоящий отец тоже не хотел бы выставлять себя напоказ, поэтому Рашта была уверена, что он выберет эту тропинку. Через некоторое время он появился.
Отец шел с высоко поднятой головой, раскинув руки и с дерзкой улыбкой на лице. Рашта пряталась в кустах, ожидая его приближения. Но вдруг она увидела позади своего отца рыцаря.
'Кто это?'Рашта нахмурилась.
'Он пришел с моим отцом?'Похоже, это не так. Ее отец выглядел удивленным, когда рыцарь окликнул его сзади.
Некоторое время рыцарь вежливо говорил. Потом ее отец пару раз кивнул и последовал за ним, жадно улыбаясь. Рашта последовала за ними сквозь кусты, но в конце концов вернулась в свою комнату, потому что не хотела быть пойманной.
Рашта так нервничала, что не могла усидеть на диване.
'Что случилось? Кто увел моего отца? Его Величество?'Во время размышлений она увидела проблеск надежды.
'Да. Это был Его Величество! Он определенно вмешался ради меня и принцессы. Даже тогда, когда его отношения с императрицей Навье на балу-маскараде уже были холодны, император Совешу встал на ее сторону, когда она пришла в платье, почти идентичном моему. Потому что Навье была императрицей. И теперь, когда наши отношения охладели, он, естественно, встанет на мою сторону в этой критической ситуации. Потому что теперь Рашта — императрица.'***
Предположение Рашты было наполовину правдой.
— Что ты с ним сделал?
В ответ на вопрос Совешу рыцарь склонил голову и сказал:
— Я разбил ему лицо и запер его в глубоко в темнице.
Совешу приказал тайно разобраться с настоящим отцом Рашты, как только люди потеряют интерес. Однако в итоге Совешу повелел разобраться с ним именно сейчас, потому что ситуация стала чрезвычайно щекотливой.
Если бы выяснилось, что Рашта не была дочерью семьи Исква, проблемы были бы не только у Рашты. Тогда, даже если тест на отцовство покажет, что Глорим — дочь императора, будущее принцессы будет поставлено под угрозу из-за настоящего отца Рашты.
Так что у него не было выбора, кроме как решить проблему заранее.
Кроме того, поскольку он позаботился об этом человеке, именно когда Рашта позвала его в императорский дворец, Совешу сможет использовать это в своих интересах в будущем.
— Ваше Величество, что вы собираетесь делать с виконтом и виконтессой Исква?
Губы Совешу искривились. Пара думала, что Совешу не знает, что на самом деле они не настоящие родители Рашты.
Так что, может быть…
— Если виконт и виконтесса согласятся пройти тест на отцовство, они могут остаться в Императорском дворце, если нет, скажи им, чтобы они покинули дворец. Они не захотят ввязываться в это и потерять остаток своей чести, поэтому они, вероятно, немедленно сбегут.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления