– Почему вы не сказали мне это сделать?
– Ничего страшного. — сказала Артезия, слегка нахмурившись.
Каждый раз, когда из-за пары экспериментов у неё шла кровь из пальцев, Алиса настаивала на том, чтобы вместо этого порезать себе руку.
Но Артезия также предпочла проткнуть собственный палец, чем порезать руку Алисы и пустить ей кровь.
Она не могла сказать, что у неё была хорошая переносимость. Но всё заканчивается самой маленькой раной.
К счастью, Артезия умела терпеть физическую боль. Она прошлась по ранам несколько раз, рисуя магический круг на хлопчатобумажной ткани.
Затем Артезия залечила раны на пальцах. Она тщательно протёрла мокрой хлопчатобумажной тканью область вокруг раны и сбрызнула кровоостанавливающим средством.
– Кровоостанавливающее средство Эфрона с кислотой работает хорошо. Я думаю, что с этого можно получать прибыль. Будет ли сложно обеспечить спрос и предложение лекарств?
Так сказала Артезия и бросила вату в камин. Мокрая тряпка, казалось, на мгновение смягчила пламя, а затем загорелась и пошёл черный дым.
– Сейчас не время говорить об этом. Леди, покажите мне свой палец.
Алиса сказала расстроенным голосом.
– Всё нормально. Я просто скажу, что у меня есть хобби – вышивание.
– Кто так сильно может поранить руку из-за вышивки?
— Я же говорила тебе, что это самое эффективное.
– Я бы исцелилась намного быстрее.
– Тебе приходится работать с водой и ты много работаешь руками. Я же могу просто продолжать носить перчатки.
— Смешно, что мадам причиняет боль собственному телу. Что, если хозяин узнает?
— Ты собираешься слушать Седрика больше, чем меня?
Алиса не могла на это ответить и прикусила рот.
— Только один раз.— тихо сказала Артезия.
Алиса недоверчиво покачала головой.
– Правда?
Слова Артезии были искренними, так как в любом другом месте она не могла такое сделать.
В конце концов Алиса замолчала.
Хотя она беспокоилась об Артезии, она никогда не возражала против того, что, по её словам, было необходимо. Потому что слова Артезии всегда были самыми важными.
Артезия накрыла магическим кругом лицо Миэль.
Даже если тот факт, что она вернула Миэль к жизни с помощью магии, станет известен храму, он не нападёт сразу.
Потому что она святая. Миэль была в такой же безопасности.
Но Артезия не собиралась раскрывать этот факт.
Она положила руку в центр магического круга.
Зеленый свет поднялся и заструился по краю магического круга, словно распространяющийся огонь.
Любая магия требует человеческой жизненной силы. Однако отдельно извлечь жизненную силу обычно невозможно.
В лучшем случае всё сводилось к кровотечению. Однако, если будет пролито большое количество крови, магический круг, нарисованный кровью, будет размазан, и содержимое станет неясным.
Поэтому, если только это не уровень магии, излучающий свет менее 5 секунд, просто усталость невозможна. По сути, у них не было другого выбора, кроме как убивать людей и приносить их в жертву.
Однако Артезия смогла отрезать свою собственную жизненную силу и преобразовать её в святую.
Она платит за это цену и спасает Миэль.
Она уже провела несколько экспериментов и подтвердила, что это возможно. Она не может исцелить другого человека, но может продлить его жизнь, заплатив за это цену своим телом.
Иными словами, это можно рассматривать как способность вызывать у цели страдания или болезни.
Её способности были равны по цене и вознаграждению. Если бы она добавила немного жизненной силы, используемой для активации магии, цена, которую ей пришлось заплатить, была немного выше.
В некотором смысле, это также была способность, которая хорошо подходила для её оракула «возвращения».
Но особых проблем с ней не было. Разве её тело не компенсирует это? Есть поговорка, что люди со слабым телом живут дольше, чтобы компенсировать это. У Артезии было не очень хорошее здоровье, но она никогда не была настолько слабой, чтобы чуть не умереть. Она жила хорошо, пока ей не исполнилось сорок лет. Если бы её не мучил Лоуренс, она прожила бы дольше.
Даже если жизненная сила была отрезана на 10 лет, у неё ещё полно времени для работы. Это была вовсе не пустая трата времени.
Это дешёвая цена, чтобы заполучить сэра Кешора в её руки.
Её планы были длинными, но реализация была мимолетной.
Даже если она сняла ткань, цвет лица Миэль не сразу улучшился. В ближайшие дни ей станет немного лучше.
Артезия не исцелила её, а просто отложила смерть на 10 лет.
Артезия ещё раз вытерла кровь с пальцев и снова надела перчатки. Она держала в руках ткань, на которой был нарисован магический круг. Она собиралась пойти домой и сжечь его.
Она открыла шторы и окна, чтобы проветрить комнату, и когда она открыла дверь, сэр Кешор стоял с беспокойным лицом.
– Миэль будет в порядке. Я уверена, что она проснётся в течение следующих нескольких дней. — спокойно сказала Артиза.
– Чтобы помолиться о благополучии вашей дочери, Миэль, я принесла статую святой Ольги, подаренную Её Величеством Императрицей. Пожалуйста, поставьте её у кровати. Она была у меня в карете, так что слуги уже должны были принести её в вестибюль.
– Я не знаю, как отблагодарить вас…
Артезия улыбнулась словам сэра Кешора.
— У вас ещё появится возможность отплатить мне. Леди Миэль обязательно проснётся.
— Да, она должна…
– Я вернусь. Пожалуйста, скажите своей жене, чтобы она не напрягала своё тело и разум слишком большим беспокойством.
Сэр Кешор последовал за ними, чтобы проводить Артезию из его особняка.
Но он не смог провести её до конца. Всё потому, что служанка выбежала и начала кричать на него до того, как Артезия села в карету.
– Сэр Кешор! Сэр Кешор! Пожалуйста, идёмте скорее! Мисс открыла глаза!
Глаза сэра Кешора расширились.
– Идите. Кажется, Святая Ольга сотворила чудо. — тихо прошептала Артезия.
Сэр Кешор понял это.
Хотя состояние Миэль теперь является секретом, если она проснулась со своей больничной койки, он должен поговорить с врачом или медсестрой.
Так вот, чтобы не распускать слухи, он должен был сказать, что чудо совершила святая Ольга.
– Я закажу новую статую святой и пожертвую её храму. — быстро сказал сэр Кешор.
– Прошу прощения, я должен идти.
Артезия кивнула головой. Сэр Кешор поспешно развернулся и вбежал внутрь.
Вскоре через открытое окно донесся звук мужского плача. А Артезия села в карету.
Алиса сказала со слегка тронутым лицом:
— Сэр Кешор - хороший человек. Мой отец не стал бы так плакать, даже если бы узнал, что я умерла.
— Если ты умрёшь и вернёшься к жизни, он может заплакать.
Артезия слабо улыбнулась. У неё кружилась голова от анемии. Поскольку карету трясло, её укачивало. Вскоре она закрыла глаза и легла Алисе на колени.
***
В начале лета, когда Артезия дала Терри Форду камуфляж мадам Лексен, она попросила:
[ – Если возможно, постарайтесь заслужить доверие герцогини. Если станете служанкой, то хорошо, а если нет, то вы должны хотя бы быть подругой служанки. ]
Если бы она охарактеризовала это одним словом, это можно было бы описать как проникновение в герцогство Риаган.
Артезия приготовила для этого задания не только свидетельство о браке.
У неё был небольшой бизнес на имя мадам Лексен со значительными средствами для деятельности. В состав предприятия входили довольно крупная торговля сукном, небольшая гардеробная и три больших шелководческих фермы.
Только когда Терри приехала на юг, она осознала ценность бизнеса, переданного Артезией.
Южная провинция была очень опасным регионом из-за пиратов, и в то же время это был район, где по морскому пути перевозилось так много товаров, что пираты разбушевались.
Помимо королевства Эйммель и королевства Янц, за пределами южной части империи существовало несколько небольших королевств.
На юге был приятный и свободный климат. В отличие от востока, юг представляет собой развитую торговую зону. Нет крупных землевладельцев и караванов, которые охотятся на них, как на хищников. Не было ни консервативного храма, ни притеснений со стороны имперского правительства.
На юге люди с блестящими идеями работали день и ночь, чтобы заработать деньги. Торговля двигалась через юг. Многие иностранные купцы и шпионы приходили и уходили, чтобы выйти на огромный рынок под названием Империя Кратеса. Также было много туристов.
Терри вскоре привыкла к обработке информации. Некоторая информация и рекомендации, которые Артезия дала ей, оказались очень эффективными.
Более того, к владению шелководческой фермой в то время относились так же, как к владению золотой шахтой. Из-за недавно разработанной ткани в королевстве Янц торговцы допоздна бегали, пытаясь найти качественную шелковую нить.
Когда они узнали, что Терри недавно купила шелководческую ферму, они застонали от зависти, откуда у неё такая ферма.
Терри просто скромно сказала, что изначально она торговала тканями, поэтому просто купила её в качестве инвестиции. Но люди редко в это верили.
Мадам Лексен была выдающейся фигурой, зарабатывая собственные деньги в юном возрасте и, наконец, заслужив свой титул.
В столице сказали бы, что она великий человек, а на консервативном востоке она даже в светский мир не полезла бы, сказали бы, что она богатая выскочка.
Но на юге было иначе.
Это дало Терри лёгкий доступ к герцогине Риаганской.
[ Её Величество Императрица — наша седьмая кузина после отдаления. ]
Она чувствовала, что герцогиня изо всех сил пытается объявить императрицу своей кузиной.
Герцогиня Риаганская старалась сохранить достоинство и быть высокомерной, как высокопоставленная аристократка. Однако, к сожалению, было сказано, что её темперамент не способствовал её врожденной высокомерности или эгоизму.
Её права были позорно показаны на лице. Герцогиня Риаганская говорила о себе так, будто оправдывалась.
И она притягивала к себе множество неприметных новоиспеченных аристократов вроде Терри. Потому что рядом с ними, с кровью Риаганского герцогства, она могла вести себя как старая дворянка.
В любом случае, Терри было за что благодарить.
Знакомство с герцогиней пошло на пользу её бизнесу. Торговцы, которые в основном занимались торговлей тканями королевства Янц, собрались вокруг Терри.
Терри и не подозревала, что у неё есть талант вести дела. Бизнес мадам Лексен, организованный Артезией, также можно было поддерживать довольно пассивно.
Однако уже через полгода Терри добилась значительных успехов. Это укрепило доверие герцогини и создало благотворный круг преимуществ в бизнесе.
И, наконец, она приехала в королевство Эйммель с рекомендательным письмом от герцогини Риаганской.
– Мадам Лексен.
Придворная дама королевы позвала вежливым голосом.
Терри решительно встала. На её губах играла кривая улыбка. Она привыкла к этой лицемерной улыбке.
Терри быстро привыкла к жизни мадам Лексен.
Приехав сюда, Терри не нуждалась в деньгах. Её также уважали люди.
Терри впервые узнала, что эти двое могут полностью изменить жизнь человека.
– Наслаждайтесь настоящим, но не будьте счастливы.
Не позволяйте резолюции быть похороненной.
Если она полностью станет мадам Лексен, она не сможет нормально выполнять работу.
Она задохнулась, когда получила плотно запечатанный воском конверт, хотя всё это время думала об этом.
Как насчёт того, чтобы просто притвориться, что ничего не знаю, и продолжать жить как мадам Лексен?
Теперь, когда вы впервые узнали о своём таланте, почему бы просто не сбежать и не начать с чего-нибудь?
Но в бесконечной ночи она вспомнит, что ещё не забыла о своём решении.
Терри скрывала дрожь. Затем она пошла к королеве Эйммел, широко улыбнувшись.
(P.S. История Терри и как она стала мадам Лексен началась в 39 главе. Можете посмотреть, если забыли, кто она.)
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления