ВОЗДУШНОЕ ПРОСТРАНСТВО НАД ИСПЫТАТЕЛЬНОЙ ЛАБОРАТОРИЕЙ ВОЗДУШНОГО КОРПУСА КРУСКОССКОЙ АРМИИ
Небеса над испытательной лабораторией воздушного корпуса Крускосской армии, к юго-западу от имперской столицы Берун, шумные как всегда.
Сфера и скипетр когда-то вызывали чудеса, записанные лишь в преданиях. Ныне, благодаря научному исследованию этих мифов, стало возможным воспроизвести те чудеса, и так родилась современная магикология[✱]Магикология — наука, изучающая магию.. Эта область науки открыла способ влиять на мир через использование вычислительных сфер. В физическом мире, связанном тремя измерениями, технология воспроизводит феномен, прилагая соответствующее количество воздействия к правильному местоположению. Вот простой пример — вы можете крутнуть колесо зажигалки рукой, или же вы можете сделать это силой магии. Как только вы поймёте механику этого, станет возможным воспроизведение любого количества магических чудес. Да, магия стала отраслью технологии.
Естественно, принципы фундаментальных основ, такие как мана[✱]Мана — магическая энергия. и интерференционные формулы, всё ещё не особо хорошо понимаемы. Прикладная магия продвигалась, достигнув замечательного прогресса ради обеспечения военных преимуществ, и утвердилась в качестве академической дисциплины, с последующим решающим прорывом в Империи. Совместив ману с аналоговым вычислительным устройством, она создала вычислительные сферы. В отличие от эпохи легенд, стало ясно, какие местоположения, методы и масштабы сил необходимы для сотворения магии.
Квинтэссенцией этой технологии, вероятно, стало её практическое применение в формулах полёта, позволяющих магу парить без летательного аппарата. Генерируя тягу, они поднимают мага в воздух и позволяют ему удерживать равновесие. Если вам это покажется уместным, маги могут имитировать ведьм, летящих на мётлах. Винтовки с закреплёнными штыками более удобны в качестве инструментов наведения для заклинаний, нежели скипетры. Ну, огнестрельное оружие также отлично подходит для стрельбы боевыми формулами на дальние дистанции в сражении.
В любом случае, инженеры воспроизвели чудеса при помощи технологии. Также, получил признание крайне широкий диапазон военных применений. Важность сфер широко признали ещё давным-давно, вот почему технологическая гонка между мировыми державами стала такой ожесточённой.
Как пионер в данной области, Империя, естественно, тоже участвовала в этой гонке.
Сегодня небо чистое, но дует сильный ветер. Моя текущая высота составляет четыре тысячи футов, и растёт. Примерно половина расписанных на день испытаний уже выполнена. Моя ситуация более благоприятная чем в прошлый раз, когда я едва не погибла после того, как мой парашют не раскрылся из-за влажности, но я не в настроении — особенно в таких требовательных условиях, когда небольшое падение концентрации может вызвать ошибку вычислений и возгорание движка[✱]Движок — вероятно, один из основных компонентов вычислительной сферы. сферы.
Стараясь сдержать подёргивание на лице, я осторожно поддерживаю заданную скорость относительно земли в соответствии с планом. Пока я и дальше выполняю испытания без происшествий, я вынуждена продолжать. И это означает подниматься.
Да, я вынуждена продолжать набирать высоту, используя «новую модель»: абсолютно ненадёжную, ужасно бракованную сферу-прототип.
Радость ли это — держать мир в своих руках? Доступ к законам мира, символизируемый сферой — тщательно проработанная операция, требующая точности. Получив приказы пересмотреть этот процесс — используя нечто, без каких-либо допусков требующее предельной осторожности — Таня довела свою руку до состояния разорванной в клочья.
Если бы не прогресс в медицинской науке, она была бы вынуждена провести остаток жизни лишь с левой рукой.
Держать ненадёжную сферу — почти то же самое, что держать гранату. Конечный результат очевиден. Вот почему младший лейтенант Таня Дегуршафф так неохотно это делает. Про себя она испускает вздох в полёте.
— Движок взорвался! Он горит! Прекратить испытание! Прекратить испытание!
Ещё один день пронзительных криков от диспетчерского управления, и Танины мучительные стоны раздаются эхом по небу.
Как я влипла в эту передрягу? Всё началось с того, как я была назначена в тыл после получения ранений на севере.
Младший лейтенант Таня Дегуршафф всё ещё восстанавливалась в то время, и твёрдо решила, что то, куда она будет переправлена, станет вопросом жизни и смерти. Она упорно сражалась, создав впечатляющий военный рекорд для себя, и даже получила нагрудный знак… Это могло благотворно сказаться на её будущем продвижении по службе, однако также повлекло за собой деликатную проблему — потенциально затягивая Таню на передовую.
— Я просмотрю его немедленно.
Так что когда я получила конверт и открыла его, мыслью, проскочившей у меня в голове, было: «Я всего лишь надеюсь, что они не перебросят меня на фронт», — но мои страхи оказались беспочвенны. Конверт содержал документ из отдела личного состава с недатированными приказами о службе внутри страны. Иными словами, приказы не являлись официальными, но как только вышестоящий офицер поставит на них дату и подпись, они вступят в силу. Это было так называемое неформальное предложение работы по армейским стандартам.
— Возрадуйся. Это неофициальное извещение о твоём внутреннем назначении в боевую инструкторскую воинскую часть, вместе с запросом о том, чтобы одолжить тебя штаб-квартире в качестве персонала по технологической инспекции.
В сумме, предложение было неплохое. Фактически, скорее даже идеальное: внутригосударственная позиция, во всех отношениях являющаяся службой в тылу. Но инструкторская воинская часть и должность испытателя все равно ассоциируются с перспективной карьерой. Она могла сказать, что её высоко ценят.
Что наиболее важно, назначение во внутреннюю боевую инструкторскую воинскую часть имело множество преимуществ. Будучи наиболее элитной группой Имперской армии, её члены не только оснащались лучшим снаряжением, но там также находилась святая земля для боевых исследований. Для меня эта воинская часть была прекрасным местом для оттачивания моих навыков — превосходная среда для улучшения шансов на выживание настолько, насколько возможно. Даже если Тане пришлось бы преподавать, это была идеальная позиция, с которой можно украсть техники других людей. В довершении к этому, прикрепление к инструкторской воинской части будет смотреться безукоризненно в её послужном списке.
Неопределённый запрос о временном переводе для службы в качестве персонала технологической инспекции в штаб-квартире — также неплохо. Штаб-квартира — практически икона службы в тылу. Пока я остаюсь здесь проверяющей техники, могу отсиживаться в тылу под отговоркой проведения испытаний.
Если тут и было к чему придраться — так это к тому, что позиция в железнодорожном отделении или Генеральном Штабе, вероятно, даже более предпочтительна, из-за низкой вероятности несчастных случаев в обоих. Но различие настолько мало, компромисс выглядит более чем приемлемым.
— Я намерен уважать твои пожелания, насколько это возможно, но будет ли верным предположить, что у тебя нет возражений?
Возможно, командир формально и уважал пожелания Тани, но в действительности решение уже вынесено. Не было ожиданий, что она отказалась бы от предложения. Было бы непростительно отклонить должность после того, как её подали на серебряном блюдечке. Единственные три варианта — «да», «oui» и «ja»[✱]Да, oui, ja — да, да, да на нашем, французском и немецком языках соответственно..
— Да, у меня нет возражений. Я смиренно принимаю приказы о моём назначении.
— Превосходно. Ты будешь испытывать новую модель в отделе тылового обеспечения. В качестве формальности тебя переведут туда из инструкторской воинской части, — сказал командир, прежде чем добавить каракули моего согласия на документ. Он продолжил — подписал приказы и передал их обратно; на бумаге, в тот момент мой перевод был завершён. Как эффективно. Возможно, всё это «неофициальное уведомление» являлось формальностью само по себе.
— Тем не менее, я уверен, что тебе, должно быть, не дают покоя кое-какие вещи, которые ты бы хотела прояснить. Разрешаю задать вопросы.
Я всегда люблю чуткого начальника. Он заслужил моё восхищение.
— Я ценю это. В таком случае, сперва я бы хотела спросить, почему вы зашли так далеко — назначили меня в инструкторскую воинскую часть?
Обычно, не было ли вполне достаточно должности в штаб-квартире? Я весьма заинтригована.
Конечно, я была бы более чем счастлива сделать карьеру в инструкторской воинской части, но мне очень хотелось разгадать политику и обстоятельства, приведшие отдел личного состава к тому, чтобы дать Тане не одну, а целых две замечательных должности. Я не хочу позднее ненароком вступить в кучу дерьма и ударить лицом в грязь. Но ответ Тане был весьма простым, если не раздражающим.
— Аса или нет, посылать ребёнка на фронт плохо для имиджа.
…Я знала, что начальство немного заторможённое, но им потребовалось столько времени, чтоб это уловить? Технически я — ребёнок. Что означает — обо мне нужно заботиться. Похоже, большие шишки наконец-то проснулись и нюхнули здравого смысла.
— Значит, вы говорите асу пойти стать декорацией в тылу?
Очевидно, будет плохо показывать слишком большой энтузиазм при удалении с линий фронта, но мне нужно подтвердить ситуацию. Если дела пойдут так, как я надеялась, я окажусь в оптимальных условиях для моего плана по выживанию. Чудесно. Поистине wunderbar[✱]Wunderbar — замечательно (нем.).. Прямо сейчас я чувствую себя так, словно могла бы достичь взаимопонимания со всеми людьми в мире. За Таниным холодным выражением лица я так взволнована, что беспокоюсь, как бы у меня не появилось странных идей.
— Какое романтическое мнение, лейтенант. Я никогда с таким не сталкивался.
После этих слов Таня уверена — её предсказания попали в яблочко. Я не знаю, что верхи старались получить, но, по крайней мере, вышестоящий офицер перед ней не отрицал её догадку. Это означало что у неё, скорее всего, всё было в порядке. Безопасность службы в тылу поистине чудесна.
— Простите меня.
— Верхи высокого мнения о тебе. Вот почему они дали тебе ведущую должность в разработке новой модели.
Вообще-то, назначить способного мага, вернувшегося с фронта, на должность инструктора или технического разработчика было в пределах здравого смысла для отдела личного состава. В таком свете это правдоподобная причина для перевода юного солдата с фронта. Вероятно, любой в армии принял бы её без возражений.
Хотела бы я взять перерыв, но всё же, что там насчёт новой модели? Я сомневалась, что они станут использовать Таню в качестве морской свинки, но будет спокойнее хотя бы узнать, что за технологию она станет инспектировать.
— Могу я поинтересоваться насчёт новой модели?
Если он скажет, что это конфиденциальная информация, я просто сдам назад. Тем не менее, мне нужна определённая степень готовности. Ты получишь гораздо меньше урона, если ты будешь предупреждён перед попаданием, по сравнению с ударом, который придёт словно гром среди ясного неба. В порядке личной подготовки к грядущему, я хотела бы знать, во что Таня ввязывается.
Не говоря уже о том, что мне было ужасно любопытно.
— Хм, мне лишь сказали, что это будет вычислительная сфера-прототип.
— Понятно. Благодарю вас.
Все эти вещи оказались, несомненно, правдивы. Таня в безопасности тыла проводит различные испытания новой вычислительной сферы, Её командир ни разу не солгал. Но он также не упомянул, что сфера столь же ненадёжна, как итальянский «Красный Дьявол»[✱]«Красный Дьявол» — итальянская граната OTO mod. 35, печально известная своей высокой частотой ложных срабатываний и самоподрывов..
И вот почему я сейчас так страдаю.
На двенадцати тысячах футов в воздушном пространстве над имперской столицей Берун, я уже побила максимальную эксплуатационную высоту для существующих вычислительных сфер. Без сферы, специально приспособленной под единственную цель — побить рекорд высоты, действовать на такой высоте не должно представляться возможным. Концентрация кислорода внушает беспокойство, и, словно этого не достаточно, температура тела опасно низкая.
То, что я провела так много времени, акклиматизируясь к 6800 футам, вылезло мне боком. Люди не предназначены выживать столь долго на такой высоте.
— Лейтенант Дегуршафф, Вы в сознании? Лейтенант Дегуршафф?
С тяжёлой головой и вялым, словно налитым свинцом, телом из-за низкого уровня кислорода, даже просто отвечать диспетчерскому управлению по радио кажется ужасно хлопотным. Даже будучи тепло одетой, я могу проводить эксперименты на этой высоте, лишь неся с собой кислородный баллон, лётное радио и аварийный парашют.
Единственная мысль заполняет разум Тани: «Подумавшим, что послать незащищённого человека на такую высоту — хорошая идея, следует прийти и прочувствовать это на себе».
— Более или менее, но я долго не продержусь. По правде говоря, я пришла к выводу, что невозможно подняться выше без защиты.
Здесь на добрых 21.6 градуса холоднее, чем у поверхности земли. Концентрация кислорода уже ниже 63 процентов. Неясно, сможет ли кто-то временно выдержать данную высоту для воздушного боевого маневрирования, но эта среда точно не для людей. Для начала, типичная вычислительная сфера обладает максимальной эксплуатационной высотой в шесть тысяч футов. Чуть выше — и ей просто не хватит тяги преодолеть гравитацию.
Вот почему Таня оценивает уровень превосходства в воздухе, которым обладают маги, примерно равным штурмовому вертолёту. Фактически, разрыв в потолке высоты даже убедил Империю, что бой между магами и самолётами нереалистичен. Настолько непреодолим барьер, который он представляет.
Конечно, если вопрос лишь в потолке высоты, и у меня будет специальная сфера, спроектированная для достижения бьющих рекорды высот, то всё может оказаться по-другому; тем не менее, Таня сейчас испытывает не специализированный инструмент для исключительной способности набирать высоту, а позиционируемое как «новая модель» военное оборудование, созданное ради многофункциональности.
Но пусть даже новая модель, вычислительная сфера-прототип Модель 95 производства «Элиниум Армс», и предназначена для армии, она создаёт абсурдную тягу, которая обычно никак не представляется возможной. Метод, используемый ею для этого, на самом деле крайне простой и клишированный. Он следует схеме развития тяги обычного двигателя: Если один слишком слаб, используй два. Если и два не справляются, используй четыре.
В итоге, не считая штампа «для технических исследований», показывающего, что это и в самом деле прототип, сфера не выглядит особо отличающейся от любой другой. Внешний дизайн — всё тот же приплюснуто-сферический механизм, напичканный многочисленными приспособлениями.
Но действительно важно то, что находится внутри.
— Хуже всего, она полностью сжирает ману. Эффективность её магического преобразования — просто отстой.
Вычислительные сферы используют ману вместо бензина; аппарат с четырьмя движками будет потреблять в четыре раза больше маны, чем обычный. Но расширить запас маны человека куда сложнее, чем просто установить больше топливных баков, а значит, оператор станет истощаться гораздо быстрее. Возможно, этот прототип и имеет революционные возможности согласно спецификации, но практичность сферы, требующей невозможного и оставляющей мага невероятно усталым, находится под большим вопросом. Но она не только потребляет маны в четыре раза больше, чем обычная сфера, её также преследует техническая проблема синхронизации четырёх ядер.
Поскольку разработчики успешно миниатюризировали ядра, сфера сама по себе лишь слегка больше своих предшественниц. К удивлению, она сохраняет тот же компактный размер, что и у обычных сфер, несмотря на своё содержимое, и помещается у мага в кармане. С ней очень легко обращаться.
Я вынуждена уважать технологию, позволившую исследователям сжать ядра до такой ошеломляющей степени, но как использующая сферу, всё, что я могу комментировать — так это насколько же она невыносима. Миниатюризация деликатного устройства означает потерю допусков, которые имел оригинал. Как будто настройки четырёхъядерной синхронизированной активации недостаточно, так ещё ужатые ядра сферы способствуют созданию ненадёжной системы с плохой стабильностью.
Так что хотя в теории потребление маны у этой новой модели должно быть в четыре раза выше нормы, на практике она требует гораздо больше. Включая утечку маны, даже консервативная оценка устанавливает расход в шесть раз выше обычного. Хотя тот факт, что я не привыкла к пребыванию настолько высоко, наверное, является ключевым фактором, тест высоты сам по себе неизменно оставляет меня с чувством, что меня выжали как лимон, словно я истощила всю свою энергию на манёвры воздушного боя. Быстро утомляясь, дышать мне становится всё тяжелее и тяжелее.
Но по получении отчёта от уставшей как собака Тани, радио выплёвывает в ответ абсолютно беззаботным голосом инженера: «Лейтенант, не могла бы ты подняться чуть выше? Теоретически, для тебя должно быть возможным достичь восемнадцати тысяч футов».
— Чёртов сумасшедший учёный, — проклятье молча раздаётся в сердце Тани, в то же время она бросает сердитый взгляд на командный самолёт, несущий злого гения, говорящего по радио. Я могу лишь представить, как приятно было бы пристрелить его. Таня испускает вздох, борясь с поистине искушающим порывом. Голос принадлежит Адельхейду фон Шугелю. Он — главный инженер, присматривающий за прототипом, равно как и настоящий сумасшедший учёный. Он бесит меня настолько, что я должна сдерживать своё желание пристрелить его, так как это лишь добавит проблем, и ни одной не решит. Всё, что Тане остаётся — жаловаться на абсурдность жизни. Застрять, испытывая этот прототип — яркий тому пример.
— Доктор фон Шугель, пожалуйста, не будьте безрассудны.
Для того, чтобы человек мог подняться выше, ему нужна подогреваемая одежда, а не просто утеплённая. И, основываясь на моём опыте, в реальном бою сфера станет непрактичной в тот самый момент, когда мне потребуется лететь с кислородным баллоном, привязанным к спине. Очевидно, что будет достаточно одного выстрела для того, чтобы все кроме самой Тани увидели впечатляющее зрелище.
Предположим, маг использует формулу, чтобы создавать воздух и сможет выдержать эту высотную область без подогреваемой одежды или кислородного баллона. Если этот выход зависит от вычислительной сферы, то он заставит и без того неэффективное устройство прожигать ману ещё быстрее. Возможность выдержать боевые операции чрезвычайно спорна, если учесть предполагаемый уровень потребления маны относительно обычных сфер, и из-за таких проблем, как низкая концентрация кислорода, есть высокий риск потери сознания во время манёвров.
Поэтому, парашют критичен, и хотя это может и прокатить при проведении лётных испытаний на своей территории, неподвижный, едва находящийся в сознании маг — лёгкая мишень в бою. Даже если оператор сможет приземлиться, его безопасность не будет гарантирована. Если он сядет на вражеской территории, то точно станет военнопленным.
Не говоря уже о том, что парашют может загореться или не раскрыться из-за влажности. Таня лично прошла через ад, просто чтобы найти надёжный парашют.
— Ты всё ещё должна иметь достаточно маны. Более того, нагрузка на вычислительную сферу находится в допустимых рамках.
Увы! Этот инженер — к сожалению, из тех эксцентричных типов, что заинтересованы лишь в своих изобретениях — похоже, думает, что теоретически допустимые рамки — это всё, что имеет значение.
— Доктор, эта штука не имеет достаточно допуска! Кто знает, когда этот дефектный хлам воспламенится?!
Для солдата с опытом сражения не на жизнь, а на смерть, надёжность всегда более важна, нежели теория. По крайней мере, у Тани даже простое воспоминание о последнем испытательном наборе высоты вызывает полнейшее отвращение.
Это было поистине ужасно. Я потеряла равновесие на четырёх тысячах футов, в тот момент, когда ядра слегка рассинхронизировались. Предположительно, это случилось из-за небольшого рассогласования скорости протекания в магических шунтирующих цепях. Шунтирующие цепи, используемые для исследования, были сделаны с гораздо большей точностью, нежели обычно используемые в бою, и они всё равно не могут устранить рассогласование? Когда я узнала о похожем случае, я всерьёз хотела закричать. Насколько же нереалистично точной вы пытаетесь сделать эту штуку?!
Любая мана, что не может управляться внутренней механикой вычислительной сферы, выходит из-под контроля. В результате, ядра, неспособные выдержать перегрузку, взрываются серией магических вспышек. К счастью, мне удалось быстро подавить это с помощью запасной вычислительной сферы, которую я взяла для подстраховки.
Но я смогла справиться с кризисом лишь потому, он произошёл на высоте примерно четыре тысячи футов. На высоте двенадцать тысяч, где температура слишком низкая для свободного движения (да ещё и воздух разрежен), я не уверена, что смогу оставаться в сознании. В случае если сфера-прототип загорится на такой высоте и мне не удастся взять её под контроль, то я окончу поцелуем в засос с землёй.
Даже если Таня ещё не испытывала первого поцелуя как девочка, никому бы хотелось поцелуя такого рода. Не здравый ли это смысл, в полностью нормальном значении слов — отбросить нечто, чем нельзя управлять? Но жизнь не так проста для кого-то с профессиональными обязательствами.
Я бы выбросила её за секунду, если бы могла, но вычислительная сфера-прототип — это уйма секретов. Я не смогу после этого просто так уйти. В то же мгновение, как я её потеряю, будет предпринята целая гора превентивных мер для сохранения секретности.
И, в конце концов, долг испытателя заключался в том, чтобы безопасно вернуть прототип, если это вообще возможно — и вот почему я должна осторожно управлять им таким способом, который сводит аварии к минимуму. Использование этой бездопусковой сферы тяжело описать, но если бы мне надо было сравнить его с чем-либо, то это словно ехать на моноцикле[✱]Моноцикл — одноколёсный велосипед. по натянутой верёвке через горящий обруч, жонглируя при этом ножами.
Надо быть тупицей или самоубийцей, чтобы продолжать набирать высоту с помощью настолько непредсказуемого прототипа. Либо и тем, и другим сразу, как вариант.
Но, по всей видимости, моё чистосердечное мнение как испытателя абсолютно неприемлемо для главного инженера.
— Как ты посмела назвать мой величайший шедевр «дефектным хламом»!
Естественно, даже Таня может честно признать выдающиеся спецификации машины.
Система с четырёхъядерной синхронизацией была ранее лишь теоретической, так что уже тот факт, что главный инженер реализовал её, пусть и плохо, служит евангелием его невероятно отточенных навыков. Затем он преуспел в сжатии ядер до их нынешнего размера, сохраняя функциональность обычных моделей. С чисто исторической точки зрения, это воистину выдающаяся изобретательность. Я бы хотела восхвалить это как величайший технологический прорыв с момента разгадывания связи между сферой и скипетром.
Так что я умоляю тебя, не мог бы ты, пожалуйста, принимать во внимание пользователей, когда создаёшь эти штуки? Покуда это касается меня, неважно насколько высока производительность — люди не должны принудительно подстраиваться под изобретение доктора. Пусть и можно подстраивать кого-то под униформу, изменяя его телосложение, но это работает лишь в не слишком больших пределах, для начала.
— Смотрите на практическое приложение, а не на спецификации! Вам, по крайней мере, надо уделить избыточности чуть больше внимания.
Обычно предполагают, что военное оборудование будет использоваться в напряжённых условиях войны. Армия хочет dienstpferd[✱]dienstpferd — рабочая лошадка (нем.)., а не чистокровных скакунов.
— Ты осознаёшь, о чём говоришь?! Ты что — пытаешься рассинхронизировать оптимизированную сферу?!
— Доктор фон Шугель, пожалуйста, не орите по радио.
— Молчать! Сначала ты должна взять обратно то оскорбление!
Взрывной обмен вербальными ругательствами раздаётся по испытательному воздушному пространству, пусть и по радио. Ааа, он не только фанатичен касательно своей области деятельности, но также имеет разум отродья. Я хочу взяться руками за голову от разочарования. Из всех людей, это чучело должно быть главой? У меня от этого болит голова. Если бы я заведовала кадровыми вопросами, то, по крайней мере, удостоверилась бы, что руководящий офицер, способный контролировать этого помешанного на технике, был бы назначен главой, дабы держать его в узде.
Но в реальности этот человек — глава, а я — ведущий испытатель. У меня нет возражений к меритократической[✱]Меритократическая система (меритократия) — система, при которой положение человека в обществе определяется его или её способностями. системе ценностей Империи, но я искренне желаю, чтоб они хотя бы могли принимать административные навыки во внимание. Я просто хочу закричать: «Тебе давно пора уже понять разницу между технической и административной ролями!»
— Как я уже сказал…
Моё неудовлетворение Имперской администрацией происходит от моего прошлого опыта в качестве администратора годами ранее. В то же время, пока я — солдат, вынужденная подчиняться в данных обстоятельствах, нет выбора, кроме как молча сдерживаться. Но в качестве цены за моё отвлекание, вызывающий мигрень аргумент обрывается.
— Температура движка — всех ядер — быстро растёт!
Тсц! Ааа, чёрт подери! То, как образом проблема возникла из столь краткой нерегулярности, вызывает у меня желание тяжело вздохнуть. Ядра на грани хаоса. Когда синхронизация нарушилась, я потеряла над ними контроль. Не теряя ни мгновения, я сразу же прекращаю подачу маны и выполняю экстренную разрядку энергии внутри вычислительной сферы. Эти меры можно выполнить одним движением.
К счастью, предохранительные механизмы были установлены в результате урока, полученного в прошлый раз, и они более эффективны, чем ожидалось. Во время прошлого испытания произошёл взрыв и движок загорелся, но в этот раз мне еле-еле удаётся стабилизировать цепи. Тем не менее, это не означает, что мана внутри вычислительной сферы просто разрядится безо всякого вреда.
Рассинхронизированные ядра сферы сталкивают ману друг против друга со всех направлений, и цепи мгновенно взрываются. Но что за удача! Укреплённый корпус, который я каждый раз запрашивала, был завершён вовремя для этого испытания, так что я едва избегаю получения сколь-нибудь заметного вреда.
Итак, видимость облегчения появляется на Танином прекрасном личике, в то время как она раздражённым тоном отвечает авиадиспетчеру по радио насчёт следования процедуре посадки: «Диспетчерское управление, вы в курсе ситуации? Я раскрываю свой парашют».
У меня достаточно высоты, и я возле имперской столицы, в небоевой тыловой зоне. В данных условиях, безопаснее раскрыть парашют, нежели пытаться активировать запасную вычислительную сферу во время падения.
В столице я могу неторопливо спускаться вниз, не волнуясь о том, что меня подстрелят. В этом случае всё, что мне нужно, когда я буду опускаться — растянуться и приготовиться к приземлению. Но как только мой парашют раскрывается, и я начинаю медленно планировать вниз…
— Пон… Эй, доктор, прекратите! Назад! Пожалуйста, возь…
Уловив звук тупого аргумента по радио, Таня может лишь взглянуть вверх в небо и потратить немного драгоценного кислорода на тяжёлый вздох. Это явно звук битвы за радиокомплект. Определённо, сами знаете кто пытается насильно его выхватить.
Получил ли главный инженер Адельхейд фон Шугель гениальность в обмен на здравый смысл? Хотя есть много случаев, когда характер личности не коррелирован с её способностями, я никогда не ожидала встретить того, у кого это проявляется настолько сильно.
Либо мир ненавидит мой характер, либо я проклята дьяволом. Ну, учитывая, что нечто настолько ненаучное, как магия, существует, я склоняюсь к тому, что это дьявол — Существо Икс.
— Лейтенант Дегуршафф! Это случилось снова?!
Видимо, связной бесславно проиграл свою благородную битву, и злой учёный похитил радиокомплект. Даже так, я должна признать, что он сражался храбро ради защиты его от доктора. Но поскольку та битва оказалась безуспешна, у меня нет выбора, кроме как исполнить своё право на самозащиту против сумасшедшего гения. Мне никогда и не снилось, что мой мир станет местом, где мне придётся самой защищать свои права.
Если бы мне надо было выразить это словами: «“Где, повторяю, где закон и порядок?” — спрашивает мир».
В этот момент, я чувствую полнейшее уважение и восхищение к юристам. Я искренне желаю, чтобы кто-то, даже формалист, восстановил бы законный порядок.
— Если мне будет позволено говорить свободно, то это именно то, что я хотела бы сказать.
В конце концов, очень замысловатая система не позволяет правильно активировать даже простейшие формулы взрывного типа. На самом деле, количество раз, когда вышедшая из строя система взрывалась на земле, превзошло количество раз, когда мне удалось создать взрыв при помощи формулы.
Когда они сказали мне, что я буду проводить тестовые полёты, я никогда не думала, что закончу тем, как вновь буду признавать величие и напряжённость поднятия в воздух. Я не одна из братьев Райт[✱]Братья Райт — создатели первого самолёта., но это заставило меня по-новому осознать, насколько близко гонка за технологией полёта связана с риском фатальной аварии. По крайней мере, те пионеры летали лично, водрузив опасность на свои собственные плечи.
Главный инженер Адельхейд фон Шугель заставляет других делать это за него. И более того, он настолько самодоволен — я не могла поверить своим ушам, когда он заявил, что тем мерам предосторожности не хватало функциональной элегантности.
В тот момент, когда я, наконец, была способна произвести правильные оценки, пусть и еле-еле, он добавил странные испытательные предметы и задания. Вот тогда-то я импульсивно и послала запрос о переводе. К несчастью, он был отклонён. Почему? Насколько бы безмерно нечестно это ни было, похоже, что я была единственной, кому когда-либо удалось выполнить хоть какие-то испытания. Фактически, мой контакт в отделе личного состава сказал мне выковать моё продвижение вперёд на трупах моих павших предшественников, давая мне совет.
Я предполагала, что он говорил в переносном смысле, но, похоже, он имел в виду именно то, что сказал. Линии фронта кажутся более перспективными в плане выживания. И на следующий же день я услышала, что была номинирована на крест «За ранение».
— Это твой недостаток концентрации вызывает эти проблемы! И ты называешь себя солдатом?
Я выдержала оскорбления Шугеля и превозмогла внутреннее желание разразиться в визжащем приступе проклятий. Несомненно, я записалась в армию не потому, что хотела, и это отнюдь не весёлая профессия, но я и в самом деле вступила туда.
— Уверяю вас, я — имперский солдат! Тем не менее, долг солдата — носить оружие. Он ни в коем случае не включает в себя упрашивать работать какой-то дефектный хлам.
Я изначально рассматривала работу имперского солдата как ведение войны с вычислительной сферой в руке и винтовкой за плечом. Я не могла и представить себе, что она повлечёт за собой ношение неисправного оборудования и подрыв без предупреждения. Даже солдаты имеют право возражать, если им выдают сломанную винтовку или расстроенную вычислительную сферу. По крайней мере, в Имперской армии это точно так.
Не говоря уже о том, что надёжность и долговечность обязательны для снаряжения мага в суровых условиях современной войны. Это — здравый смысл, даже среди новичков-офицеров. И это распространяется не только на магов — стойкость и безотказность ставятся в высший приоритет для всего военного снаряжения. Говоря прямо — удивительно сложная, единственная в своём роде вещь не подходит для боя.
Всё равно как гоночная машина, разработанная для единичного заезда, чтобы побить рекорды производительности, не может выстоять в тёрке каждодневной постоянной эксплуатации. Деликатное, замысловатое оружие, для которого неприемлемо грубое обращение солдатами, практически бессмысленно брать на поле боя.
— Что это было? Ты что — снова назвала его «дефектным»?!
Естественно, не то чтобы армия не понимала необходимость технического осмотра. И иногда, чтобы выставить свою техническую мощь для пропаганды, Империя могла произвести пробное оборудование, специализирующееся на одной области, ради побития рекордов. Если будет гонка ради того, чтобы превзойти мировой рекорд — это одно, но сфера-прототип, выданная Тане, известна как «ведущий кандидат на следующее поколение», что делает универсальность абсолютно неотъемлемой вещью.
А этот сумасшедший учёный вообще воспринимает разработку оружия всерьёз? Или это скорее что-то вроде хобби для него? Сомневаясь в здравом смысле главного инженера, Таня не может не удивляться, как отдел тылового обеспечения мог на это согласиться?
Мир — воистину загадочное место.
— Какая часть самопроизвольно ломающейся вычислительной сферы — на этой высоте — может по праву считаться оружием?!
Если двигатели воздушного судна могут внезапно остановиться, все назовут его «машиной смерти».
Если дефекты будут особенно ужасны, то его могут даже окрестить «widow maker[✱]Widow maker (досл. с англ. «вдоводел») — военный сленг, обозначающий машину или механизм, использование которого сопряжено с большим риском для жизни.». Но эта вычислительная сфера имеет даже большие проблемы. В конце концов, просто запустить эту штуку — уже почти чудо.
Она не только склонна к неисправностям и поломкам, но также её выход нестабилен, и вообще, она абсолютно ненадёжна. По моему мнению, эта штука не имеет права даже называться оружием.
— Лишь потому, что вы, глупые дети, бьёте их налево и направо. Как вы сломали мои прецизионные инструменты настолько быстро?!
— Потому что вы создали их такими хлипкими. Вы знаете, что «военное применение» означает?
Этот сумасшедший учёный определённо не понимает значения данного термина. Должна признать, однако, ему удалось удовлетворить все спецификации, запрошенные армией.
Хотя это справедливо лишь на бумаге — и то лишь до определённой степени — прототип характеризуется эксплуатационной высотой, позволяющей перехватывать бомбардировщики. Эта способность ещё раз кардинально увеличила бы стратегическую ценность магов. Мгновенная прилагаемая огневая мощь учетверилась бы, теоретически. Атакующий потенциал магов взлетел бы до небес.
Но это всё в предположении, что проклятая штуковина заработает исправно. Это должно быть данностью, но честно признаться, сфера, являющаяся произведением искусства или требующая обслуживания в лабораторных условиях, бесполезна. Заманчиво спросить, а всё, что главный инженер хотел создать — это, случаем, не чистокровный жеребец, от которого лишь требуется выдать пиковую производительность в течение короткого времени во время скачек.
Как правило, вычислительные сферы — прецизионные инструменты, работающие отлично, если основное техническое обслуживание проводится раз в месяц. Просто возмутительно мобилизовать весь техперсонал для работы над сферой после каждого использования — и я имею в виду полный состав техперсонала исследовательского учреждения, оснащённого наиболее солидным тыловым оборудованием поддержки. А именно, отдел тылового обеспечения. Доктор, должно быть, позабыл значение слова «техобслуживание».
А он не просто упустил желаемые стандарты техобслуживания для фронта, но даже и не приблизился к ним. Тот факт, что это продвинутый прототип, должен предполагать, что Таня ожидает выполнение определённого уровня сертификации. Но я безгранично поражена — сколько же его прикладных проблем вообще могут быть решены?
— Почему ты просто не поймёшь, насколько революционна технология, стоящая за синхронизацией четырёх движков?
— Я полностью согласна признать её революционность. Вот почему я продолжаю говорить вам сделать мне такую, которая действительно заработает.
— Теоретически, она работает. Почему ты не можешь использовать её правильно?
Он скорее напоминает академического учёного, а не одного из лучших инженеров, работающих в полевых условиях. Он разглагольствует несносную ерунду с беспристрастным лицом.
Основываясь на Таниных личных взглядах и на её пусть даже и несколько предвзятой теории по управлению человеческими ресурсами, в случае, если у неё на рабочем месте будет учёный, единственная вещь, за которой она будет следить — является ли он психом или нет, проще говоря. Прежде чем даже думать об административных способностях, первым делом спросите: «Может ли он справиться с номинальным общением, необходимым для работы в команде?» — лишь этот единственный пункт.
Между прочим, люди говорят, что есть тонкая грань между гениальным и безумным, но мне кажется, я могу легко их различить. Если к концу разговора ты преисполнен желанием разрядить в кого-то весь магазин, то он псих. А если ты сможешь провести с ним ещё одну дружескую беседу, то он гениален.
— Доктор Шугель. Я хочу, чтобы она достигла уровня, годного для практического использования.
— Именно поэтому мы и проводим данные эксперименты! Разве ты не слышала о ПППП цикле[✱]ПППП цикл — англ. «PDCA Cycle» (Plan Do Check Act/Adjust), также известный как «принцип Деминга-Шухарта» — циклически повторяемый процесс, используемый в управлении качеством.?
…Какое чудесное было бы чувство — сбивать его с неба моей запасной сферой. Любой провоцирующий подобные мысли — сумасшедший учёный. Если бы голос разума не сдерживал меня, я бы определённо замарала свои руки.
И без слов понятно, что я знаю всё о ПППП цикле. Разработать план (Планируй), испытать его в деле (Применяй), оценить результаты (Проверяй) и добавить усовершенствования, где нужно (Поправляй) — общеизвестный процесс. Не то чтобы у меня были возражения использовать этот совершенно обычный метод.
Фактически, я всецело за следование даже более строгим процедурам. Я отчаянно хочу сказать ему как минимум дать своим творениям должный предварительный осмотр.
Как использующая сферу, я вправе утверждать, что эти дефекты не из тех, которые можно устранить небольшими улучшениями. Сфера имеет слишком много серьёзных багов, проблем и изъянов. Эта штука настолько запутана, что, несмотря на свои обязательства по сохранению, я бы всерьёз зашвырнула чёртову штуковину куда подальше, если бы не встроенные в неё механизмы безопасности.
Завершая всё вышесказанное, эти самые механизмы безопасности не обязательно соответствуют стандартам. Они сработали без сучка и задоринки, и Таня избежала наихудшего исхода. Но эта штука не смогла полностью удержать ману. Если бы цепи взорвались, сфера стала бы непригодной, так что я всегда должна держать в уме худший сценарий.
А наихудшее случилось бы, если бы взрыв поджёг мой кислородный баллон; это было бы совсем не смешно. Основываясь на прошлом прогрессе, я также запросила улучшенные парашюты, сделанные из негорючей разрывостойкой ткани. Но даже они не гарантируют безопасность в 100 процентах случаев.
Если Таня потеряет сознание, всегда есть опасение, что парашют может не раскрыться автоматически. Или, в зависимости от масштабов взрыва, присутствует риск запутаться в стропах[✱]Стропы — верёвки, удерживающие парашют. и задохнуться ещё до того, как коснусь земли.
Люди выучили опытным путём, как показывает закон Мёрфи[✱]Закон Мёрфи — шутливый философский принцип, более известный у нас как «закон подлости» или «закон бутерброда»., всё, что может пойти не так — пойдёт не так. Если офисный работник имеет склонность создавать проблемы, то проблемы с ним обязательно будут. Например, в управлении кадрами общеизвестно, что не следует держать обанкротившегося работника в отделе, работающем с финансами. Говоря в том же духе, лететь со сферой, способной взорваться в любой момент — всё равно, что сидеть на месте и ждать, когда произойдёт взрыв.
В этот раз я решаю по приземлении отправить запрос о переводе всерьёз. Выразительный кивок выдаёт глубину Таниной решимости. Даже если суждено произойти худшему и в этот раз я впаду в немилость начальства, я клянусь, что буду вести переговоры с отделом личного состава.
Учитывая то, как обстоят дела, тут ей не хватит и сотни жизней. Назначение в инструкторскую воинскую часть — единственная надежда Тани. Я использовала свою связь с ними в качестве щита и умоляла их взять на себя мои обязанности, но мольбы не прокатили. Имеется очень реальная вероятность того, что я стану человеческим жертвоприношением одному из экспериментов сумасшедшего учёного, если только не отброшу неформальные попытки и не пошлю официальный запрос о переводе.
Я собираюсь послать этот запрос о переводе — и настолько быстро, насколько возможно.
Итак, сразу же после того, как приземляюсь и выполняю свои обязательства, я берусь за перо.
ОТДЕЛ ТЫЛОВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИМПЕРСКОЙ АРМИИ, ТЕХНИЧЕСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
Запрос о переводе придерживался официального формата. Приложение магического младшего лейтенанта Тани Дегуршафф передавало чувство крайней настойчивости. Как искушённая бюрократия, техническое отделение в отделе тылового обеспечения было обязано принимать и обрабатывать любые официально отправленные запросы о переводе.
Все сошлись во мнении на том, что она очень серьёзна в своём желании о переводе. Неудивительно, учитывая, что это стал — представьте себе — её четвёртый запрос, если считать неофициальные инициативы.
Её прошлые неофициальные попытки являлись пожеланиями без сопровождения документацией, так что начальство игнорировало их в надежде, что она успокоится, но с каждой попыткой, она становилась всё более ревностной и умоляющей. Этот запрос должен был прийти однажды — это было лишь вопросом времени. Тем не менее, по прочтении заявления и петиции о переводе магического младшего лейтенанта Тани Дегуршафф, весь руководящий состав технического отделения в отделе тылового обеспечения схватился за головы от разочарования.
— Ну и что нам следует делать? Все эти формы официальные, знаете ли. Должны ли мы дать его ей?
Похвально, что солдат позволяла себе успокоиться каждый раз в прошлом, но отправка этого запроса показала — она достигла предела своего терпения. Насколько отделу личного состава было известно, в Норденском ТВД наступило некоторое затишье, так что они находились в середине процесса назначения молодым офицерам случайных постов в тылу из соображений политического и интернационального положения.
В таком случае для отдела тылового обеспечения вообще не составит особого труда переназначить Дегуршафф на случайную должность. Но хотя найти ей новую должность оказалось бы нетрудно, она была слишком ценна на своей нынешней позиции, чтобы просто позволить ей уйти.
— Не подлежит обсуждению. Она — единственная хотя бы минимально удовлетворяющая стандартам Шугеля.
Главный инженер фон Шугель являлся выдающимся специалистом, несмотря на то, что обладал одним лишь талантом, или, точнее говоря — ничем кроме таланта. Разработка сферы нового поколения совмещала сбор данных базового уровня с задачами создания и сертификации продвинутых технологий. Ему удалось выдержать стандарты, указанные техническим отделением, по крайней мере, в документации, несмотря на то, насколько амбициозными (и это ещё мягко сказано) те были.
— Хорошее замечание. Не должны ли мы также принять во внимание тот факт, что его исследование может наконец-то принести плоды?
Его гениальность выделялась даже в Империи, являвшейся пионером в исследовании магической технологии путём научных наблюдений. Даже когда магическое инженерное искусство получило признание как независимая область науки, всё равно имелось место для ошибок, и много элементов оставалось неясными. Шугель сделал значительный вклад, продвигая эту область по узконаправленному, пусть и тернистому, пути, и затем совершенствуясь в ней.
Если в качестве расширения его методов они учитывали чисто исследовательский аспект, то было очевидно вне всяких сомнений, что данные и теоретические значения, достигнутые Моделью 95, дали плоды в виде большого прогресса. Их оценка, правда, была верной лишь в плане исследований. Значительных продвижений могло быть достаточно для исследовательского учреждения, но отдел тылового обеспечения хотел продукт, который мог бы выдержать военные операции, так что им требовалось более всестороннее суждение.
— С другой стороны, даже если она может справиться с управлением вычислительной сферой-прототипом Модель 95, стало бы позором загнать кого-то с таким талантом в могилу.
— Мы должны смотреть на это в долгосрочной перспективе. Такой превосходный испытательный персонал незаменим.
Голоса, дрейфующие из отдельных ведомственных голов, выразили опасения насчёт того, чтобы пускать в расход бесценного мага с подобным талантом. В действительности, соревнование между государствами подстёгивало быстрые продвижения в развитии военной технологии и инновации, так что хотя принесение ценных жизней в жертву на алтарь научного прогресса и являлось редкостью, оно всё же случалось.
Разработка оружия была загнана в жёсткий график по соображениям национальной обороны, что привело к несчастному случаю в перегруженном отделении. Список людей, погибших при исполнении, никоим образом не был коротким.
— Согласен. Если мы взглянем на долгосрочную перспективу, то обнаружение, развитие и сохранение способных магов — также поводы беспокойства для Империи.
— И если мне можно добавить… Я осознаю, что её возраст не должен приниматься во внимание, но неважно насколько талантливой она может быть — она всё равно лишь маленькая девочка. У меня сердце болит от мысли сделать её игрушкой доктора фон Шугеля.
Другим основополагающим фактором для Империи стало то, что во флоте и в магических силах, оба из которых находились под давлением к расширению, индивидуальное совершенство могло быть достигнуто лишь с помощью длительных тренировок. Они могли массово выпускать вычислительные сферы или военные корабли, но было далеко не так легко вырастить компетентную, высококвалифицированную основную команду.
С этой точки зрения, Дегуршафф не только попадала в самую юную возрастную группу в армии, но она также была выпускницей училища с реальным боевым опытом. Всё это делало её поистине ценной. Её гибель оказалась бы расточительством. К тому же, «Элиниум Армс» являлась не единственной фабрикой, старающейся стать выбранной для производства следующего поколения имперской вычислительной сферы стандартного назначения, и это создало проблематичную политическую ситуацию. Каждому присутствующему приходилось надеяться, что они смогут предупредить бурю в медиа, которая может разразиться, если многообещающий получатель Среброкрылого штурмового знака погибнет при исполнении.
Сверх всего прочего, Дегуршафф оказалась просто слишком юной в глазах любого здравомыслящего. Даже если бы они принимали это за волю случая, существовала вероятность, что её таланты могут кардинально улучшиться с течением времени. По навыкам, которые она уже продемонстрировала, стало ясно, что её ждёт блестящая карьера в вооружённых силах. Если бы они спросили себя, хотят ли пустить её в расход, то ответ оказался бы отрицательным.
Верхи, возможно, и разрешили её временный перевод, но назначением её на должность в инструкторской воинской части дали понять чётко и ясно: «Вы можете забавляться с ней как вам угодно, но пришлите её назад живой».
— Но главная причина того, что мы застряли в муках поиска решения — сфера Модель 95 слишком многообещающа, чтобы её потерять! — слова просочились изо рта одного из участников, обхватившего голову руками, подытоживая всеобщее затруднительное положение.
— На самом деле, эти старания также оказались плодотворными. Технологические достижения ни в коем случае нельзя назвать незначительными.
Отдача от исследований предполагалась настолько гигантской, что Империя была готова принять определённую степень риска. Именно поэтому они вливали деньги рекой в бюджет Модели 95. И инвестировав огромный капитал, они, наконец, начали видеть проблеск потенциала.
Когда дело доходило до военной технологии, Империя доминировала. Одним из центральных столпов её технологического превосходства были революционные продвижения в магической технологии. Этот потенциал имел свой подтекст. Отдача могла оказаться огромной, так не стоила ли разработка проекта затраченных средств? У них уже имелось подтверждение концепции технологии синхронизированных ядер сферы. С одним лишь этим стало бы возможно кардинально усилить способности магов.
— Я признаю значимость четырёхъядерной синхронизации, но мы и понятия не имеем, будет ли она когда-либо практичной!
Естественно, даже фракция противников была готова признать технологическую значимость проекта. Не то чтобы они не признавали его революционную природу. Или не отрицали, что Империя получила огромную выгоду от посвящения себя поддержке научного анализа и культивации магии. Но, по их мнению, определённые аспекты, касающиеся разработки Модели 95, сделали её слишком дорогой.
В конце концов, несмотря на теоретические показатели, отзыв пользователя показал, что она оказалась слишком проблематичной для практического использования. И помимо этого, штуковина была напичкана таким количеством революционных механизмов, сделанных на грани возможного, что могла превзойти не только «следующее поколение», но и, возможно, даже «следующее за следующим поколением». Когда встала идея того, чтобы сделать её практически применимой на данном этапе, то это выглядело крайне неправдоподобной историей. Именно из-за этого они постоянно и наворачивали те бесконечные круги.
В конце концов, данные дебаты остановило принятие во внимание единственного отчёта.
— Вы читали технический отчёт? Анализ лейтенанта Дегуршафф вполне проницательный. Неважно как много маны у тебя было, её не хватило бы, чтобы поддерживать сферу.
Отчёт испытаний, отправленный для Модели 95, показал острые аналитические навыки, и даже намёк на глубочайшие познания, казалось, подкреплённые опытом. Отделение было в шоке от мысли, что десятилетка могла его написать. Некоторые даже задавались вопросом, сделала ли она его сама.
Тем не менее, фактическое содержимое отчёта было годным и чрезвычайно чутким. И насколько они смогли обнаружить, она написала его сама. В нежном возрасте десяти лет, Дегуршафф была слишком юной для поступления в военную подготовительную школу, но уже стала магом со средним запасом маны. Основываясь на её таланте и количестве маны, которым она обладала, ей практически гарантировано многообещающее будущее. Но даже эта не по годам развитая и способная магический офицер плакалась, что не может заставить её работать надёжно: «Её дальность, увеличенная мощность и способность активировать несколько формул — всё это превосходные улучшения, но она бесполезна, если эти вещи в критической степени отнимаются от её работоспособности в продолжительном бою».
Может, цель и заключалась в проверке технологии, но уровень магического потребления, не позволяющий выдержать боевые манёвры, означал, что четырёхъядерный дизайн движка являлся попросту нежизнеспособным. Возможно, он и имел улучшенную мгновенную огневую мощь, но было недопустимо получить её за счёт кардинального уменьшения количества времени, которое можно непрерывно поддерживать бой.
В определённом смысле, можно сказать, что механизм здравой оценки сработал в данном случае. Обнаружение изъянов в продвинутом оборудовании наподобие этого и было частью того, что сделало технологические проверки такими важными. В то же время, если проблема в чрезмерном потреблении маны из-за структурного недостатка, заключающегося во вливании маны в несколько ядер сферы, то с этим ничего нельзя было поделать.
— С самого начала нашей задачей являлось подтвердить и проверить продвинутую технологию. Она всё ещё в пределах допустимых параметров.
С другой стороны, фракция, поддерживающая разработку, была готова признать, что проект имел слабое место, когда дело доходило до способности к длительной эксплуатации в бою. Тем не менее, это не вызывало особых опасений, по крайней мере, на приёмочном уровне, если они определяли доказательство концепции в качестве задачи. Инженеры из фракции считали, что ограничения на применение были не очень-то и важными.
Технологическая гонка с окружающими мировыми державами была столь горяча, что в глубине сердца каждого лежала великая страсть к Модели 95 — обеспечить техническое превосходство отечеству. Если плестись позади инноваций представляло смертельную угрозу, а получение преимущества обеспечивало несметную отдачу, то они бы хотели продолжать продвигаться вперёд. Если бы они оценили проект, основываясь на потенциале, то одобрили бы все расходы, связанные с Моделью 95.
— Если отставить технологическую значимость в сторону, армия не может позволить себе топтаться на месте.
Дело в том, что лишь инженеры, задействованные в разработке, и исследователи, поддерживающие их, думали в таком ключе. Войска, использующие широкий спектр разнообразного оружия и не особо бережно обращающиеся с ним, имели свою собственную теорию. Она заключалась в том, что даже обычные вычислительные сферы уже стоили столько же, сколько их самое мощное оружие. Этот одноразовый, сделанный по специальному заказу прототип часто ломался и давным-давно уже превысил свой первоначальный бюджет на разработку.
Он уже поглотил невероятную сумму денег, и они всё больше колебались инвестировать ещё. Если бы они перенаправили бюджет на что-то другое прямо сейчас, то не оказалось бы это всё равно более рентабельным? Подобные суждения были полностью оправданы. Империя мощная, но хотя её военный бюджет никоим образом не скуден, он всё же конечен. Поскольку финансирование ограничено, требовалась эффективность.
— Что насчёт потенциала преобразования маны в фиксированное состояние? Не является ли это более чем достаточной причиной для продолжения разработки?
— Вы намерены отправить его гнаться за алхимией? Мы не можем позволить себе вечно тратить на это наши ограниченные бюджет и кадры.
Они никогда не были способны сойтись во взглядах насчёт того, станет ли возможным удерживание маны и запасание её. В теории это имело решающее значение. Даже Шугель признавал, что ненасытное потребление сферой магической силы будет препятствовать продолжительному бою.
В качестве контрмеры он осознал, что если сможет запасать ману подобно тому, как химическая энергия запасалась в аккумуляторах, то это решило бы все его проблемы. Люди постоянно пытались сделать прорыв в трансформации маны в стационарное состояние, и всё лишь для того, чтобы в реальности сдаться перед этой невыполнимой задачей.
Оптимизируя ману через вычислительную сферу, маг мог накладывать интерференционные эффекты на реальность по своей воле. Эта интерференция создаёт конкретный феномен. Таков был принцип, стоящий за формулами, используемыми магами.
Магия, применяемая магами, естественным образом являлась временной. Скажем, кто-то желал взрыва и создавал оный. Взрыв не только оказывается временным феноменом, но также и вызвавшая взрыв мана рассеивается, делая невозможным её дальнейшее использование. Если бы это было возможно, то стоило бы магу пожелать феномену остаться в реальном мире, как тот зафиксировался бы в нём.
Концепции вдоль этих направлений стали рассматриваться вскоре после того, как практическое применение вычислительных сфер оказалось целесообразным. Но каждый раз, когда предпринималась попытка осуществить идею использования маны для фиксации маны[✱]Фиксация маны — перевод маны в стационарное состояние для запасания её впрок, обходя тем самым целый ряд ограничений, в частности, ограниченность запаса маны у мага. «Святой Грааль» магического инженерного искусства, как вы уже поняли. в реальном мире, провалы лишь множились.
Хотя исследователи зачастую были оптимистичны, существовали горы бумаг, описывающие неудачные попытки осуществить это. Все великие державы, вкладывавшие серьёзные усилия в идею, на сегодняшний день уже забросили её.
Вмешиваясь в мир своей волей, можно создать объект. Это звучало довольно просто, но сказать магу взаправду сделать это — всё равно, что сказать ему попрать законы природы и постоянно искажать законы физики. На данном этапе, это была уже спекуляция в области алхимии из древних преданий.
Иными словами, вот насколько притянутым за уши это звучало, по крайней мере, для ряда солдат-реалистов. В их глазах чрезмерно расхваленная новая технология была явно подозрительна. Теория сама по себе также являлась довольно старой.
В определённом смысле, теория проистекала от технологической мечты, которую следовало завещать последующим поколениям, подобно алхимии, но она стала печально известна настолько, что о ней слышали не только солдаты, вовлечённые в разработку вооружения, но также и все работающие в области магии.
Искажение законов природы и удерживание этого состояния требовало огромного количества маны. Для того чтобы повысить количество маны, которое могло быть впрыснуто единовременно, феномен должен применяться как минимум двумя ядрами. Аналогично, фиксирование феномена требовало ещё двух ядер. В результате, фиксация требовала идеального контроля как минимум над четырьмя синхронизированными ядрами, которые также параллельно выполняли свои собственные задачи. До сего времени всё это оставалось чисто теоретическим.
— Он уже реализовал четырёхъядерную синхронизацию. Вы не можете отрицать возможность.
— В нынешнем положении дел мы не можем рассчитывать на то, что идеальная синхронизация будет достигнута. Лейтенант Дегуршафф — единственная, кому удалось хоть чего-то достичь с ней, и даже достигнутый ею коэффициент готовности[✱]Коэффициент готовности — вероятность того, что объект окажется в работоспособном состоянии в произвольный момент времени (исключая плановое техобслуживание и т.п.). всё равно неудовлетворительный.
Именно поэтому фракция, поддерживающая разработку, и группа, предлагающая дёрнуть стоп-кран, достигли совершенно разных умозаключений, несмотря на то, что наблюдали одни и те же результаты. Первые видели проблеск надежды, в то время как вторые отбросили идею как тщетную, и оба вывода были логичными, в определённой степени. Говоря реалистично, сфера, имевшая проблемы со всеми и каждым испытанием, являлась ненадёжной. Конечно, не существовало такой вещи как идеальный первый прототип, так что ожидалось определённое количество проблем.
Но столь частое появление крупных аварий было беспрецедентным. Основываясь на том, что они разглядели из отчётов, казалось, словно Дегуршафф буквально висела на волоске. И, несмотря на то, что она рисковала конечностями и жизнью в этих экспериментах, ей лишь едва удалось управляться со сферой.
Одно лишь это было провозглашено замечательным продвижением нынешнего прогресса, что прояснило, насколько «хорошо» он на самом деле шёл. Итак, когда немало солдат уже были почти готовы выразить протест о том, что это являлось огромным разбазариванием денег впустую, определённый офицер среднего ранга из отдела личного состава, оказавшийся на собрании, поставил вопрос под немного другим углом.
— Я не могу не задаваться вопросом — почему она?
С первого взгляда, это был невинный вопрос. С другой стороны, он определённо внёс интригующее мнение. Карьера магического младшего лейтенанта Тани Дегуршафф была неплоха, но солдат с ещё лучшими рекомендациями имелось в изобилии. Возможно, если бы они сравнили её с предыдущим испытательным персоналом, чтобы узнать, почему лишь одна она преуспела, то получили бы ответ. Как только они это сделали, то увидели ценность погружения в следующий скромный вопрос.
— Нет, вы поставили его наоборот. Нам следует сосредоточиться на том, почему она преуспела.
На этом этапе переговоров, начальник отдела тылового обеспечения, возглавляющий собрание, поднял один из самых очевидных вопросов из всех.
— Почему она оказалась выбрана. Кто её выделил?
Без сомнения, отделение личного состава в отделе тылового обеспечения одобрило назначение, поэтому кто-то должен был занести документацию. И эта документация должна содержать причину, стоящую за тем, что выбрали её.
По запросу своего начальника младшие администраторы пролистали документы, и нашли бланк назначения личного состава. На него не обращали внимания до сих пор, но он содержал все ответы.
— Главный инженер фон Шугель лично выделил её. Видимо, он заявил, что она имела наивысшие шансы на успешное управление сферой.
— Как бы он это узнал?
Учитывая неудачи всех предыдущих испытателей, обязано было иметься что-то, убедившее его, что младший лейтенант Дегуршафф смогла бы справиться с работой. Почему он намеренно хотел кого-то вроде неё, с линий фронта? Было ли это что-то уникальное в ней? Её навыки? Или нечто совершенно иное? То был поистине интригующий вопрос.
Но ответ, написанный главным инженером фон Шугелем на бланке, оказался чрезвычайно прост.
— …Он утверждает, поскольку она ещё не привыкла к обычной сфере, то он посчитал, что она не будет обращаться с прототипом тем же способом, каким другие солдаты обходятся со своими сферами.
Ну да, сфера была как с иголочки. Его логика абсолютно рациональна. Система с четырёхъядерной синхронизацией являлась совсем другого поля ягодой, поэтому пытаться проводить ману тем же способом что и ранее стало бы весьма затруднительно.
Потребовалась детская податливость для того чтобы понять — даже если проведение маны казалось затруднительным, ему не следует сопротивляться. Такая не по годам развитая особа как Дегуршафф обладала хорошим чутьём на проводимость и понимала логику, стоящую за ней, и не только это — она смогла её вытянуть. Логика была хорошей и обоснованной.
Полагая, что поняли всё вплоть до этого момента, именно по этой причине целый ряд участников издали один и тот же вздох. Это был вздох, испущенный в лицо неприятной правде.
— …Эй, у нас совсем немного умелых магов, не привыкших к обычным вычислительным сферам.
Это было понятно и без слов. Даже если бы они перевернули человеческие ресурсы вверх дном в поиске таких подходящих магов, нашлось бы до боли мало тех, которые удовлетворяли бы этим условиям. Естественно, минимальное требование для выпуска сферы в качестве образца следующего поколения заключалось в том, что большинство существующих магов должны оказаться в состоянии её использовать. Если она не могла достичь полной работоспособности, то смысла в ней не было.
Подтекст заключался в том, что использование Модели 95 оказалось попыткой прыгнуть выше головы. До тех пор, пока система тренировок не была бы пересмотрена, а все ныне служащие маги — переобучены, модель следующего поколения являлась бы бесполезной. Ещё она оказалась труднее в использовании, нежели существующая вычислительная сфера, поэтому строевую подготовку, используемую для новых рекрутов, также желательно было переосмыслить.
Даже предполагая, что они могли бы осуществить всё это, коэффициент готовности, надёжность и стоимость сферы были достаточны для пересмотра решения о её массовом распределении. Учитывая уровень мастерства, требуемый устройствами для функционирования, они непременно станут генераторами несчастных случаев замедленного действия.
— У нас нет неограниченного бюджета. Не делаем ли мы слишком сильный упор на универсальность?
— Мы уже достигли инноваций в механизмах безопасности сфер и других областях. Не думаете, что сейчас самое время завязать с этим?
В заключение, вероятно, было бы мудрым решением отозвать разработку, или, по крайней мере, сократить её. Вряд ли удивительно, что это мнение стало доминировать в зале совещаний.
Неважно насколько привлекательна технология, у армии нет выбора, кроме как бросить проект, если его нельзя осуществить в ближайшем будущем. Имперская армия не располагала бюджетом, кадрами и ресурсами для того, чтобы просто играться.
— Обещание усиления огневой мощи уж слишком привлекательно. Нельзя ли нам просто сделать двухъядерник вместо четырёхъядерника? — естественно, жалевшие об остановке разработки не могли поколебать свою затяжную привязанность.
— Это хороший аргумент. Если бы было лишь два ядра, то не сделало бы это синхронизацию на порядок проще?
— Относительно, да, — по сравнению с четырёхъядерной синхронизацией, спаривание лишь двух ядер вместе было бы, конечно же, легче. По иронии, решение пришло от члена технологического отдела, относящегося к фракции, поддерживающей разработку, — но даже в этом случае мы полагаем, что низкий коэффициент готовности неизбежен из-за сложной структуры сферы.
Механизм синхронизации сам по себе являлся инновационным и сложным с самого начала. Они не могли всерьёз надеяться на повышение доступности.
— В таком случае было бы быстрее просто дать магам нести с собой две вычислительные сферы.
— Они бесполезны, если их работа будет неоднородна на фронте. Судя по всему, мы пока ещё не готовы к технологии синхронизации.
Они остановили дальнейшую разработку. На данном этапе это было естественное решение.
ЗА ГРАНЬЮ ВОСПРИНИМАЕМОЙ РЕАЛЬНОСТИ
— Джентльмены, боюсь, ситуация плачевная.
То было царство богов. И в одном уголке этого царства боги воистину скорбели. Их горе было искренним, даже великодушным.
— Как вы уже знаете, число набожных людей быстро уменьшается.
— Чрезвычайно трудно сбалансировать религию и развитие цивилизации.
Некоторые проводили людей на высшие уровни бытия. Другие вмешивались как можно меньше. Независимо от того, на какой метод они подписывались, растущее число ограничений угрожало продолжению системы цикла жизни и смерти.
В особенности, чем больше улучшений люди делали, тем счастливее становились, и тем сильнее рушилась их вера. Для системы не могло бы быть худшего кошмара.
— Как там дела с проверкой?
— Нехорошо. Они могли воспринять его как сверхъестественный феномен, но сверх этого…
Радикальный архангел и некоторые другие выступали за то, чтобы генерировать сверхъестественный феномен для восстановления веры в сердцах людей. Веря в то, что они должны следовать примеру случившегося с Моисеем, они продолжали экспериментировать, но их результаты были далеки от успешных. Наука, наверное, будет способна объяснить эти вещи когда-нибудь.
Феномен превышал границы человеческого понимания в тот момент времени. Он был просто непознанным, и как таковой — не более чем предметом для расследования и исследования.
— Было у меня чувство, что добром это не кончится.
— Я недоумеваю, в чём же заключается проблема. В прошлом, всё, что нам надо было делать, так это поговорить с ними, и они бы поняли, что мы — боги.
— Иногда они даже взывали к нам.
Да. Им стоило лишь поговорить с людьми, когда те были глубоко религиозны. После этого, те стали бы способны разнести их благую весть. Не только это, некоторые люди взывали к богам добровольно. Сейчас не было ни одного такого. Едва ли были хоть какие-то голоса, воистину искавшие спасения.
Как всё дошло до этого? Если вопрос оказался неуловимым даже после длительного рассмотрения, было важно вернуться назад и пересмотреть свои успехи. Это утверждение было само по себе абсолютно логичным. Итак, их благородные идеалы и чувство долга вынудили их действовать, и они изучили всё, начиная с эпохи мифов, и до современности. Для них, эпоха мифов была лишь ещё одним воспоминанием из прошлого. Естественно, они могли вспомнить каждый случай, один за другим, если того желали.
— …Не божественная милость ли заставляла работать религию? — вывод был очень прагматичен, в определённом смысле.
— Что ты имеешь в виду?
— Давным-давно, когда цивилизация человеческая ещё была беда как недоразвита, вмешивались мы, дабы оградить их от бедствий, с которыми им не силам совладать самим.
В современном мире бури более не представляли значительной угрозы развитым странам. Даже ураган не мог повредить их устои, не говоря уже о том, чтобы разрушить. Честно говоря, для большинства стран сильные ветры и проливные дожди могли разве что парализовать города.
Это была совершенно иная обстановка, нежели в эпоху, когда единственная буря могла опустошить фермы, смыть людей и оставить целые семьи без средств к существованию. С тех пор боги старались не вмешиваться больше, чем люди того хотели, и из-за этого были позабыты.
Было весьма важно поощрять самодостаточность человечества, дабы оно смогло развить познание более высокого порядка. Однако никто не предвидел, что в долгосрочной перспективе это приведёт к недостатку веры.
В античные времена люди бы восхваляли прогресс как божественную благодать. Римская Империя существовала бок о бок с богами. После падения Рима, Церковь правила в Средние века во имя Бога; правда, сторонники божественного права королей оспаривали то, что верховная власть завещалась Богом. Это вынудило Церковь постепенно менять свою доктрину. Затем, из религиозной веры, учёные начали искать истину мира, созданного Богом. Они и оглянуться не успели, как человечество полностью утратило свою веру, хотя никто не стремился к этому.
— Да, в последнее время цивилизации в царстве смертных хорошо прогрессировали, посему мы решили, что вмешательство может приостановить их развитие, и предоставили их самим себе.
— Не это ли — вточь то, от чего так натужно им признать бытие наше?
Они не особо желали мешать развитию человечества. По правде, глядя на их исходный замысел, они хотели, чтобы оно прогрессировало.
«Мы должны искать порядок, установленный Богом», — естественные науки проистекали из этой задачи, так что боги фактически всецело поддерживали их. Человечество бы эволюционировало от бездумной веры до почтительного поклонения с великим пониманием. Эта логика бы позволила им достичь умственной деятельности высшего порядка. Боги даже рассматривали её как первый шаг, достойный празднования.
Тем не менее, если она имела противоположный эффект, то это могло вызвать чрезвычайно серьёзные проблемы — они были неизбежны. Слишком много миров культивировали лишь естественные науки.
— Хм, это бы всё усложнило.
Целая группа призадумалась. Раз они не могли решить проблему весьма малыми поправками, то боялись того, что она стала бы чрезмерно трудоёмкой. Это было затруднительное положение. И они предвидели, что чем дольше будут пренебрегать им, тем хуже оно будет становиться.
— У кого-нибудь есть предложение по выходу из кризиса?
Херувим никогда не терпел неудачу, и один из них предложил план, придуманный непосильным напряжением своего разума. Он заявил, что, по большей части, их базовая политика была верной. По сути, если бы у них была система, которая могла бы скомпенсировать утрату религиозной веры, то проблемы как не бывало.
— В таком случае нам, по сути, следует произвести точечную очистку и возродить их веру.
Предложение было принято почти единогласно. Тем не менее, учитывая их предыдущие политики, им казалось, что у них заканчиваются конкретные идеи.
— В этом плане немало смысла, но что именно нам следует делать?
— Не уверен я, но видать нам стоит даровать миру новоиспечённую святую реликвию[✱]Святая реликвия — предмет, согласно верованиям, наделённый сверхъестественной силой.?
— Хм, что ты имеешь в виду?
Они уже и так разместили их в царстве смертных столько, сколько было звёзд на небе. Цифры немного разнились в зависимости от нации и региона, но они уже инвестировали более чем достаточно в материальные вещи. В плане поддержки веры это был не особо успешный метод. В лучшем случае, реликвии ценились как исторические диковинки.
— Реликвии нынешние берегут аки зеницу ока и под семью замками держат. Не мощны они в достатке выполнять задачу свою по становлению милости божьей известной массам людским.
Боги не знали этого. В конце концов, у них были долгие жизни. Они всё ещё помнили, как передавали святые реликвии людям, но не следили постоянно за тем, что происходило с артефактами в дальнейшем. Заглянув в текущее положение дел, они в итоге обнаружили, что вещи были низведены до декоративного назначения.
— Понятно. Неудивительно, что они забыли религию и молитву. В определённом смысле, это весьма иронично….
Боги становились ненужными. Всё указывало на это, но, тем не менее, их не могли не переполнять смешанные эмоции. У них не было намерения в одностороннем порядке насаждать религию людям. Но если они не подтолкнут веру, для системы наступят суровые времена. Итак, чтобы помочь людям самим осознать, что вера была необходима, не следовало ли им периодически подкладывать божественные реликвии туда, где те были нужны?
Боги подумали, что это стоит попробовать.
— Раз так, пожалуем же миру сему святую реликвию, в коей они нуждаются, и наставим их, как надобно молиться.
— Замечательная идея. Давайте претворим её в жизнь прямо сейчас.
— Есмь у меня как раз то, что нужно.
Решение было принято очень быстро. Хотя боги являлись терпеливыми и отрешёнными по своей натуре, они воспринимали эту ситуацию всерьёз. Из-за этого, они чистосердечно вынесли весь процесс, не срезая углы и не заскучав на полпути, как боги нередко делают.
— О?
— Наличествует муж в царстве смертных, исследующий вещь, находящуюся от царства богов лишь в шаге. Обладай ещё тысячей лет он, могла б и получиться она у него.
— Ах, что за исключительное событие. Вам удалось установить контакт с этим человеком?
Пусть и чрезвычайно редко, но в прошлом, если брать все миры, также появлялись люди, приблизившиеся к царству богов при изучении естественных наук. Необычный феномен был замечателен в эти дни, но не без прецедентов. И этот человек казался наиболее подходящим экземпляром для данного испытания.
— Должно быть, смекнул он, что стезя предстоит ему ещё очень долгая. Когда благовествовал я ему, объяснить дело Божие, оказался он впечатлён чрезвычайно.
— Итак, ты предлагаешь нам ниспослать святую реликвию туда?
— Нет — чудо.
— Чудо?
Похоже, что существует такая вещь как одновременно и хорошие, и плохие новости. Таково неподдельное чувство магического младшего лейтенанта Тани Дегуршафф при получении уведомления.
Пусть и лишь неофициальным уведомлением, верхи показывают, что они не собираются выделять дополнительное финансирование. Скрытое предположение — что они, наверное, намерены зарубить разработку Модели 95. В то же время отдел личного состава делится своими намерениями, говоря мне сосредоточиться на моих предстоящих обязанностях в инструкторской воинской части. Это именно то, чего я хочу.
Я должна быть в восторге из-за окончания разработки этой бракованной сферы и моего возвращения в инструкторскую воинскую часть. Единственная проблема в том, что это неофициальное уведомление, а не официальное решение. Но последнее, наверное, уже вынесено. Поскольку мне более не нужно рисковать жизнью, вести — лучше некуда.
Плохие новости в том, что поскольку исследование не может продолжаться вне зависимости от происходящего после сего момента, сумасшедший учёный стал дерзким и решил, что его отделение должно провести эксперименты, ранее откладывавшиеся как слишком опасные. Если бы он только впал в депрессию или отчаяние, чтобы ему прибавилось вменяемости! Но подобные надежды оказались беспочвенны, и этот сумасшедший учёный выглядит так, словно получил способность настраиваться на радиоволны непонятно откуда.
Как гром среди ясного неба он начинает кричать, что получил божественное вдохновение свыше, и орёт: «Теперь мы сможем это сделать!» — в его обычном расположении ума, тем не менее, даже сумасшедший учёный считал этот эксперимент слишком рискованным. Если в своём возбуждённом состоянии он настоит на его проведении, добром это не кончится.
Не помогает и то, что другие инженеры были потрясены неотвратимым концом разработки. Какой инженер не желает увидеть плоды своих трудов? Полные сентиментальности, они делают лишь нерешительные протесты. Слишком уж легко складывается путь для сумасшедшего учёного.
Мне удавалось выжить до сих пор, но я не в силах удержать их от того, чтобы заставить меня провести эксперимент, который был бы осуждён как самоубийственный любым здравомыслящим учёным. Мы будем испытывать фиксацию феномена материализации маны в пространственных координатах путём суперпозиции составной интерференции. «Фиксацию маны» для краткости. Это — продукт безумного воображения одной души.
Похоже, конечная цель в разработке Модели 95 изначально заключалась в успешном проведении этого эксперимента, но его шансы на успех считались настолько мизерными, что никто не воспринимал это всерьёз. Трудно даже представить, что он может окончиться чем-либо помимо провала. Общеизвестно, что сама по себе теория допускает это. Не то чтобы Таня никогда не слышала об этом ранее.
Деликатная внутренняя структура Модели 95 означает, что она естественным образом является хлипкой и будет страдать низким коэффициентом готовности и сложностью в эксплуатации. Чтобы преодолеть эти недостатки, мне понадобится использовать ману для распознавания феномена в этом мире, затем обезопасить и удержать мощь через фиксацию.
Теоретически, четырёхъядерная синхронизированная система Модели 95 означает, что технологический фундамент для того, чтобы сделать подобную вещь возможной, уже был заложен. Танина обречённая попытка достичь конечной технологической цели Модели 95 всё ещё имеет огромное значение в плане выявления её изъянов. Когда инженеры сказали мне это, я подумала, что оно звучало подобно бюрократическому объяснению бюджетных распределений. Они обычно звучат довольно умно. Но сейчас у меня нет сомнений, что они делают этот эксперимент лишь из-за любопытства сумасшедшего учёного. Даже если я сформулирую аргумент, указывающий на очевидные препятствия, вовлечённые в него, всё будет насмарку; конечно же, полоумный не имеет никакого намерения отзывать испытание. Он отчаянно надеется, что оно пройдёт хорошо, и, должно быть, продвигается вперёд, основываясь на сумасбродном суждении, всецело полагающимся на удачу.
— Лейтенант, ты готова, верно?
Конечно же, он должен понимать, какой уровень опасности вовлечён. Да как вообще он может столь ликующе улыбаться? Я внезапно поддаю сомнению психическое здоровье Шугеля. Меня одолевает порыв сказать ему хорошенько оглядеться вокруг.
Мы в одном углу обширного полигона без единого рукотворного объекта ближе, чем видит глаз. Если я оглянусь вокруг для поиска человеческой активности, то всё, что увидит мой взор — записывающий аппарат и доктор. Остальные в команде, похоже, точно оценили опасность — они сейчас в наблюдательном пункте, значительно удалённом от места испытаний, мониторят ситуацию лишь через находящееся на месте устройство наблюдения. Никто не хочет проводить стандартные сигнальные проверки. Иными словами, весь персонал укрылся в предположении, что Модель 95 взорвётся.
Вот почему Таня явно выглядит плаксой, продолжая предлагать остановить эксперимент.
— Доктор, пожалуйста, может, просто не будем этого делать? Согласно расчётам, в худшем сценарии весь полигон взлетит на воздух.
Шугель — единственный, кто непоколебимо верит в то, что Таня вытянет почти невыполнимую задачу — добиться абсолютно безупречного контроля. Заботливая исследовательская команда достаточно добра для того, чтобы иметь полностью оснащённую дежурную команду медиков. Их тщательно продуманные приготовления включают высококвалифицированную реанимационную команду и полномасштабный полевой госпиталь.
— Научный прогресс всегда требует жертв. Естественно, это будешь не только ты — я также нахожусь здесь. Так в чём же проблема? — пока все остальные полны страшных предчувствий насчёт эксперимента, лишь этот человек, главный инженер Адельхейд фон Шугель, сохраняет весёлую улыбку, уверенно делая подобное заявление. Какое славное чувство было бы вмазать моим кулаком в его весело улыбающуюся рожу.
— Может быть, ты хочешь, чтобы тебя разорвало на кусочки твоим собственным изобретением. Речь о том чтобы ты получил что заслужил. А мне нужно лишь знать, почему я застряла тут, совершая самоубийство вместе с сумасшедшим учёным. Принудительный двойной суицид — это не чересчур? — но Тане удаётся выразить эти чувства в искренней, но при этом социально допустимой, обходной манере.
— Если честно, хотела бы я, чтобы вы направили своё рвение в иное русло.
— …Что? Учёный должен оставаться верен своим стремлениям. А теперь прекрати жаловаться и начинай испытание.
Но, очевидно, моральный безумец — это уж слишком для Тани. Если ты этого хочешь в жизни — вперёд, иди и умирай как тебе угодно. Просто постарайся не создавать неудобства окружающим. Если даже эта просьба слишком затруднительна, по крайней мере, оставь в покое меня.
— Я солдат, а не учёная.
Таня работает лишь солдатом. Ни при каких обстоятельствах описание профессии не включает в себя совершение самоубийства вместе с учёным.
И в определённом смысле, у учёного имеется идеальный ответ на её протест.
— Тогда считай, что это приказ. А теперь — запускай.
Раз Таня — солдат, она обязана подчиняться приказам согласно цепочке командования. Этим он полностью связал ей руки, но он абсолютно прав.
— …Подаю ману в Модель 95 немедленно.
Попробовав сопротивляться каждым доступным способом, Таня сетует на своё злоключение, медленно начиная вливать энергию в Модель 95.
— Наблюдательная команда, принято. Наши молитвы с вами.
Говорить подобное — обычная вежливость, но сейчас слова приняли зловещее звучание. Страх того, что Модель 95 взорвётся в любой момент, написан у меня на лице. Честно сказать, я чувствую, что тут моя жизнь находится в куда большей опасности, нежели там, на поле боя.
И крепкая оборонная оболочка, и защитная плёнка, служащая для отражения прямых попаданий — обе применяются магом при помощи магических сфер. Мысль о том, что у меня не будет защиты, когда сфера взорвётся, беспокоит меня без конца.
Но завидев неописуемое выражение, исказившее лицо Тани в реакции на беспокойство об этой абсурдной ситуации, Шугель смеет улыбаться. Тане кажется, что это поистине первый раз, когда ей довелось видеть доктора успокаивающе улыбающимся из-за заботы о ней. Его выражение выглядит едва ли не так, словно говорит ей расслабиться.
— Что? Не нужно переживать. Это практически гарантированно сработает.
Когда Таня видит, как он имеет чистый, невинный, опасный взгляд культиста, скептицизм превращается в звон набата[✱]Набат — колокол, оповещающий об опасности. в её голове. Я должна избегать таких людей…
— …Доктор, что делает вас таким уверенным?
Если он просто психопат, это не станет сюрпризом. Проблема в том, что его безумие угрожает вовлечь Таню в безмерный, непростительный кризис.
— Что? Всё очень просто, — доктор театрально разводит руки, действуя так, словно собирается начать излагать простую истину.
Одно лишь это посылает дрожь вниз по хребту Тани. Самоуверенное проповедование мировых истин с невинными глазами? Это то, что делают фанатики. Типы, поглощённые какой-то опасной религией.
— …И что бы это могло быть?
Наиболее опасный ход, который можно сделать в разговоре со слепо верующим во что-либо — выражать согласие или отрицание. Я была научена ещё в свои дни в управлении человеческих ресурсов, что если мне когда либо требовалось мирно заставить уволиться работника, находящегося под влиянием культа, то необходимо было избегать подтверждения или отрицания его верований. Идея в том чтобы оставаться отстранённым и не оставлять пространства для недопонимания.
Посему, всё, что Таня может делать в этой ситуации — пытаться поддержать разговор, используя самый нежный голосок, на который она способна.
— Я — главный инженер. Лейтенант, вы — ведущий испытатель. Да будет сказано — если мы станем работать сообща, вместо того, чтобы ссориться, то сможем сделать что угодно.
Все члены культа ведут себя именно так. Они говорят благоразумные вещи в ровном тоне с невинным выражением лица лишь в самом начале встречи.
— На днях я получил божественное откровение.
— …Божественное откровение?
Да, образы. Я боялась этого. Хм. Наверное, просто риторическая фигура. Но это зловещее чувство — голос рассудка — кричит без остановки. У меня плохое предчувствие, плохое супер-дредноут-класса[✱]Супер-дредноут-класса — высшая степень качества, которую Таня может выразить J.
— Верно. Если мы вознесём Богу молитву об успехе, верующие в Него будут спасены.
— …Тьфу.
Я охаю ненароком, пусть и готовилась к этому. Прежде, чем я это осознаю, я также тяжело вздыхаю.
Он что — только что попросил Бога об успехе? Учёный только что сказал мне молиться? Размышляя в этом направлении, Тане быстро приходит на ум, насколько же невероятен этот сценарий. Главный инженер утратил рассудок из-за закрытия проекта? Это вполне возможно.
Осознав достаточно, я прихожу к выводу, что, независимо от приказов, проходить через этот эксперимент слишком опасно. В сиюсекундном решении я сдерживаю поток маны и запускаю активацию механизма безопасности, чтобы ядра сферы не пошли вразнос.
— Мне молвили, что важно быть смиренным, свободным от гордыни.
Но механизмы безопасности не активируются. Внешне изображая невозмутимость, Таня не может сдержать свой шок, вновь глядя на сферу в своей руке. Это такая же всецело знакомая сфера-прототип, с которой она проводила несчётные испытания. Многочисленные средства безопасности явно видны…и не активируются? В таком случае, они были отключены?… Он, должно быть, просто испортил их, не так ли?
Единственный, кто мог это сделать — мирно улыбающийся глава, стоящий предо мной. Он серьёзен насчёт этого. Для начала, он настолько безумен, что мне требуется короткое время, чтобы полностью осознать.
— Не это ли — чудесная возможность? Давай вместе помолимся за успех.
— Доктор, разве вы не атеист?
— Бог изобретений снизошёл ко мне. Теперь я — истинно верующий.
Блин. Дела выглядят поистине безнадёжными.
Модель 95 начинает слетать с катушек, подобно её творцу. Я управляла её обшивкой при помощи маны, но больше не могу. И в цепях что-то также кажется неправильным. В таком темпе, мана вырвется прямо по пути хаоса. И меры безопасности, на которые я обычно полагалась, не работают.
— …
Если я попробую извлечь ману вручную, это разбалансирует всю систему, приведя в итоге к неизбежному коллапсу. Итак, несмотря на осознание того, насколько это опасно, у меня нет выбора, кроме как продолжать питать движок энергией. Но в таком темпе я рано или поздно потеряю контроль. Я нахожусь меж двух огней, но видно наверняка, что сфера станет неуправляемой в ближайшем будущем.
…На этом этапе я не могу заставить себя не воображать мою неприятную судьбу в ярких деталях.
— Мы обязательно преуспеем, если станем верующими в изобретение и помолимся.
— …Между прочим, что произойдёт, если я не помолюсь?
— Ну, я полагаю, мы оба станем мучениками, — просто отвечает безумец. Опасная ухмылка на его лице показывает, что он без колебаний примет мученичество с гордостью. Она может быть описана как экстатическая улыбка подрывника-смертника.
— Мы должны позвать медика прямо сейчас. Или ты предпочтёшь, чтобы я просто избавила тебя от страданий? — с точки зрения Тани, если она всё равно обречена на смерть, то, по крайней мере, она сможет убить этого безумца своими собственными руками. Если она замочит того, будучи убитой его дефектной сферой, то хотя бы окажется не единственной испытавшей потерю. Заманчивая перспектива. Признаться, то отнюдь не честная сделка, но принципы рынка заверяют меня, что это лучше, чем оказаться полностью в убытке.
— Успокойся, лейтенант. Разве ты сама не встречала Бога? Если мы оба уверуем в Бога, нам будет даровано спасение, — говорит он это в тот самый момент, когда я вот-вот воплощу своё скрытое желание в реальность. Таня останавливается на грани. Эй, погодите минутку.
— Коэффициент энергии быстро дестабилизируется! Мана неуправляема!
— Это безумие! Ядра вот-вот расплавятся! Всему персоналу эвакуироваться! — визжит наблюдательная команда. Таня может слышать вопли не иначе, чем как шум, но за секунду до потери сознания, она определённо чувствует его.
Клянусь, я чувствую, как тот проклятый дьявол — Существо Икс — ухмыляется мне. О да. Он — сверхъестественное существо, играющее с законами природы. Он — подлый дьявол, забавляющийся с человеческими жизнями.
— Ты подставил меня?! Будь ты проклят, дьявол!!!
— После обдумывания длительного, одобрил Господь сотворение чуда во время — эм, что вы там разрабатываете, ещё раз? Элиниум Модель 95? — эксперимента активации той штуки, в общем.
Когда я прихожу в себя, то нахожусь в знакомом пространстве, и в какой-то момент сущность, чуть более разумная, чем Существо Икс, приближается ко мне. Причина моего визита в этот раз напрямую связана с сумасшедшим учёным, требующим провести столь безрассудный эксперимент.
Но он всего лишь сумасшедший учёный, а не религиозный фанатик. Судя по тому, как он вёл себя до эксперимента, он тоже жертва. Наверное, это Существо Икс и его секта дёргают за ниточки. Должно быть, они манипулируют им, по крайней мере, когда дело касается этого эксперимента. Не то чтобы я чувствовала симпатию к нему, не говоря уже о толике сочувствия.
— А, понимаю.
Существо передо мной кажется приличным только по сравнению с тем, кто стоял до него. Иными словами, этот больше похож на фанатика, способного поддерживать разговор. Я не могу позволить себе ослабить бдительность. По сути, я договариваюсь с кем-то, пропитанным религией тем или иным способом. В настоящий момент, меня не волнует, Бог он или дьявол.
Мне нужно остерегаться очень высокой вероятности того, что вместо обсуждения положения дел рационально он начнёт пропихивать мне свои ценности. Его ценности абсолютно безумны. Он может и выглядит разумным, но суть его натуры такая же, как и у некомпетентного работяги.
Я должна устранить его немедленно. Будь он хотя бы некомпетентным лентяем, я бы могла примириться к ним. Тем не менее, если не обращать внимание на компетентность, то все религиозные фанатики — усердные работники. Это было бы поистине похвальной благодетелью, если бы не безумие.
— Позволь же мне поздравить тебя. Определил Господь, что вела ты грешную жизнь по неведению. И решил Он наставить тебя на путь истинный.
— Я откажусь от этого.
…Вау, быстрая подача? Я знала — он что-то задумал, но подавать невероятно быстрый мяч прямо на центр поля? Может, портить людские жизни и вправду очень весело, но для меня совершенно недопустимо быть принимающей стороной. Почему я не могу решать, как мне проживать мою собственную жизнь? Разве моё собственное существование как личности — не самое меньшее, что я должна быть способна контролировать?
— О, успокой же разум свой. Не проистекает ли горе твоё из боязни, что будешь ты принуждаема к деяниям против воли своей?
Ну, трудно сказать. Я не уверена, как описать это чувство тревоги. Действительно, я сопротивлялась идее принудительно следовать путём, определённым кем-то другим.
Также, было бы крайне унизительно, если бы эти существа контролировали мой разум или склоняли меня мыслить определённым образом. Массовые галлюцинации следует распространять только среди людей, которые хотят одурманиться определённой выдумкой. Если есть выгода в том, чтобы разбираться в иллюзиях, мы в них инвестируем; если нет — они не стоят даже того, чтобы проявлять к ним интерес. И если какие-либо помешанные люди станут угрозой, я всегда могу разбудить их и заставить их жадно глотнуть отстой реальности.
Как личность, я вынуждена непоколебимо сопротивляться этим нападкам на свободу воли, вынуждащим участвовать в массовых галлюцинациях. Свобода. Я свободна. Я не хочу, чтобы кто-нибудь нарушал мою свободу.
Я бы ненавидела поступать против моего собственного принципа и нарушать свободу других, но, если честно, я могу с этим справиться. Мысль о том, что кто-нибудь другой нарушает мою личную свободу, абсолютно недопустима. Я однажды владела ресурсами и связями для защиты моей свободы. Теперь я обладаю определёнными силами, чтобы её оборонять, вместе с признанием того, насколько же она ценна.
— По существу, не волнуйся. Ниспошлём мы благословение вычислительной сфере твоей, и да будет впредь она творить чудеса. Да будешь использовать ты её, и да ощутишь милость Божью. И непременно позволит тебе сие явить слова молитвы Ему.
— Слова молитвы?
— Воистину. Слова для восхваления Господа позабыты были предками твоими. В том нет твоей собственной вины, что не были они переданы тебе.
— Ну, это очевидно. Хотя, я думаю, что это ещё не всё.
Из какого ада пришло это рассуждение? Кто-нибудь, дайте мне надлежащее объяснение. И прямо сейчас, если возможно. Можете даже интерпретировать или прогнать через транслятор. Поскольку это срочная работа, я заплачу премиальные и даже дам чаевые, поэтому, пожалуйста, кто-нибудь, проясните, что этот тип говорит.
— Как я и молвил, сделал Господь так, что слова молитвы струиться станут из уст твоих, глас Его услышан будет сердцем твоим, и да уверуешь ты в чудеса.
— …Это звучит как поистине мерзкая форма промывки мозгов.
Давайте попробуем разложить это по полочкам. Эти злодеи зашвырнули меня в сей мир. Всё равно, что похитили меня. И поскольку я не смирилась, им пришла в голову новая схема. Они собираются заставить меня использовать проклятую вычислительную сферу. И чем больше я стану её использовать, тем сильнее она будет поглощать мою душу? Да ну его в пень.
И как будто этого несчастья недостаточно, они держат меня в отвратительно затруднительном положении. Они поставили мне шах и мат в тот момент, когда я осознала, что принять их предложение может оказаться моим единственным шансом пережить войну, несмотря на цену, которую мне придётся заплатить.
Эти существа — словно искатели славы, подстраивающие неприятности лишь для того, чтобы вмешаться и спасти положение. Инсайдерская торговля и рядом не стояла с этой бессовестной грязной игрой. Если с такой чепухой они выйдут сухими из воды, это равносильно стиранию закона и справедливости с лица земли. Возможно, мне стоит попытаться стать представительницей ключевых ценностей царства смертных.
— Не станем мы взаправду понуждать тебя к каким-либо деяниям. Ты просто будешь мочь явить слова молитвы чистосердечной, познав чудеса Божьи. Таково благословение вычислительной сферы во владении твоём одержано было.
Нужны стальные нервы, чтобы говорить такое. Вы забросили меня в обстановку, где я в любой момент могу умереть на какой-нибудь войне, и затем заливаете мне, что вы меня не принуждаете? Это то же самое, что предлагать не пить воду человеку в пустыне. С таким же успехом можно сказать мне умереть. Иными словами, сильно угрожать мне.
— Понятно. Кстати, что случилось с моим настоящим телом?
— Вы, люди, оберегаемы божественной милостью. Иди же отныне, счастливого пути тебе. Разноси имя Господнее.
И на этом бросающем в дрожь замечании, моё сознание тянет обратно в царство смертных. В наиболее неудачном повороте событий, внезапно возвратившись в реальность, меня приветствуют лицо и голос последнего человека на планете, которого я бы хотела видеть. Если бы я служила имперским судебным клерком, то немедленно бы создала закон, гласящий, что сумасшедшие учёные должны быть казнены расстрельной командой. Моим долгом стало бы продвигать этот закон во благо Империи; у меня нет сомнений в этом.
— Мы были в присутствии Господа! Это чудо! Блаженны уверовавшие!!!
Опасный проблеск в глазах сумасшедшего учёного заставляет меня беспокоиться, что он может разразиться криками: «Я — новый пророк!» — нет, он может и в самом деле верить, что сейчас он — пророк.
— Успокойтесь, глава.
Я умоляю тебя, пожалуйста, заткнись. Не нужно настойчиво хвастаться, как ты научно доказал, что сумасшедший учёный может сменить профессию на религиозного фанатика. Пожалуйста, исчезни с глаз моих.
— О, лейтенант Дегуршафф. Эксперимент успешен! Давай же вознесём имя Божье вместе!!!
Увы, может он и стал религиозным фанатиком, но он всё ещё сумасшедший учёный. Он рехнулся на своих убеждениях.
— Давай же, давай же. Яви мне чудесный дар Божий!
— Дегуршафф вызывает диспетчерское управление. Нормально ли работает управляющая формула Модели 95?
Я надеюсь, что они отзовут всё это из-за технических трудностей. Но проклятье было наложено на это устройство более или менее сверхъестественными сущностями. Как же легко они могут растоптать мои надежды и мечты. Увы, насколько же беспомощны люди…
— Нормально, насколько я могу сказать, но это может быть из-за проблем с наблюдательным аппаратом.
— Может быть. Полагаю, у нас особо нет выбора. Наверное, нам следует запечатать Модель 95 и исследовать её в лаборатории.
Превосходно. Осторожность — незаменимое качество в инженерах. Пусть и нелегко простить то, что они кинули меня и дали дёру, сейчас я могу прийти к соглашению насчёт этого. Если их выживание приведёт к окончанию данного эксперимента, то так тому и быть.
— Прикуси свой язык! Активируй её сию же секунду, лейтенант!!!
Итак, начинается борьба. Серьёзно, как этот чёртов сумасшедший учёный умудрился не поймать шальную пулю и не попасть в несчастный случай ни разу? Я уверена, что он на самом деле замешан в далеко не в одной подобной ситуации, так почему же он до сих пор жив? Я искренне сомневаюсь, что это правда, но не мог ли он оказаться пешкой Существа Икс и его клики[✱]Клика — сообщество людей, стремящихся любыми средствами достигнуть каких-либо низменных, корыстных целей.? Я знаю, что он мой враг, но смертный ли враг?
— …Я активирую её. Теоретически, либо она заработает, либо вся лаборатория взлетит на воздух вместе с нами.
— Боюсь, эта шутка была не смешной, лейтенант.
Она не была ни капельки смешной. В основном потому, что я на полном серьёзе. Но учитывая, что эта штука проклята, я не понимаю, как это может окончиться хорошо.
Я пропускаю ману через цепи вычислительной сферы и начинаю синхронизацию четырёх ядер. Энергия течёт абсолютно ровно, без каких бы то ни было трудностей. Что касается синхронизации ядер, то она настолько лёгкая, что я выполняю её, не задумываясь. Потеря маны, несомненно, на уровне с теоретически рассчитанным значением.
Теперь до меня дошло. Работая просто по теоретическим показателям, я должна признать, что она поистине поразительна. Определённо достойна похвалы. Но сколь бы прискорбно это ни было, эта штука — проклята.
— О, сколь же велики чудеса Господни. Восхвалите Господа и славное имя Божье, — кричу я, эмоциональные слова льются из моего рта. Каждая клеточка в моём теле внезапно жаждет восхвалить Господа.
— Заработало?… На самом деле, действительно заработало?!
Когда наблюдательная команда ввергается в бурю оваций, их крики восхищения, наконец, приводят меня в чувство.
— …Что я только что делала?
О чём я только думала? Что я говорила? Я вознесла хвалу? Той твари?!
— О, лейтенант. Мы разделяем эту веру, не так ли? Это — чудо! Чудо!
— Чудо?
— Восславь же Господа и засвидетельствуй Его чудеса!
Всё произошедшее — словно кошмар наяву. В конечном счёте я проклята, моя жизнь ужасна, и в итоге я наконец-то — наконец-то — была освобождена, после того как мы окончили собирать определённое количество данных. Меня не волнует, куда я пойду, лишь бы не сюда. Я просто хочу убраться подальше.
И словно в ответ на мои желания, Республика на западе совершает из ряда вон выходящий поступок — объявляет войну. Именно та новость, которую я ждала. Она приходит как раз когда я едва не потеряла надежду на этот мир. Мой разум спасён.
Но, полагаю, лёгкую жизнь тяжело заполучить.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления