Глава 112.
Он замахнулся слишком сильно: не уворачивайся, Артур, просто подсядь и встречно атакуй.
Её удар ногой вышел слишком высоким, она потеряла равновесие: воспользуйся этим.
Левый хук нанесён преждевременно. Отклони голову назад на дюйм.
Этот удар довольно медленный, я могу его перехватить. Парируй, схвати за запястье и выверни.
Берегись подсечки, но не прыгай. За ней идёт следующая атака, рассчитанная на то, что ты так сделаешь. Переместись к атакующей ноге так, чтобы она нанесла как можно меньше урона.
Он атакует со спины. Не трать время, чтобы оглянуться: следи за его тенью.
Один удар ногой направляется к лицу, другой — к рёбрам. Их атаки становятся более согласованными.
Мне нужно присесть, чтобы уйти от удара, направленного в голову, и заблокировать тот, что нацелился на мои рёбра. Воспользуйся силой пинка, чтобы тебя отбросило от невыгодного местоположения.
— Время! — прогремел голос Кордри, заставив всех нас замереть.
— Чёрт!
— Почти!
— Мы бы достали его, если бы вы дали нам хоть ещё одну минутку, Мастер!
Из всех четверых лишь Таци ничего не сказал, лишь недовольно цокнул языком, прежде чем отойти.
— Достаточно! Вы сражаетесь против него вчетвером и всё ещё смеете жаловаться после того, как не смогли ни разу нанести Артуру хороший удар? Придётся вам всем заново учить основы! — с упрёком произнёс четырёхглазый асура. Повернувшись ко мне, он признательно улыбнулся.
— Как себя чувствуешь, Артур?
Улыбнувшись в ответ и выбросив из головы жгучую боль в запястье, оставшуюся от последнего удара, я ответил:
— Лучше не бывает.
В мире снаружи прошло примерно четыре месяца, то есть, благодаря Эфирной Сфере, я провёл в духовном измерении почти четыре года. В то время как моё тело физиологически повзрослело лишь на год, я тренировался под руководством Кордри чуть больше трёх лет.
Эти три года я только и делал, что закалял моё тело, оттачивал мои рефлексы и резкость для боя. Недавно прошёл мой четырнадцатый день рождения, и было заметно, насколько я стал сильнее с тех пор, как мои способности в бою были ничем не лучше, чем у младенца, только выучившегося ходить.
Кордри, помимо этого, помогал мне с очисткой моей маны, которая могла пригодиться в бою, но ничему новому он меня не научил. Я решил не спрашивать, были ли причиной тому физиологические различия между людьми и асурами, или же ему просто не хотелось или не было позволено обучать искусствам маны клана Тайстес постороннего. Я просто доверял Кордри и впитывал все знания, которые он мне давал.
Вплоть до этого дня я не был уверен, в чём именно заключаются искусства маны клана Тайстес, но мне это было не важно. Я был благодарен уже за то, что добрался до такого уровня рукопашного боя.
Когда духовное измерение, в котором мы тренировались, потемнело, я открыл глаза и увидел знакомую пещеру, в которой я, физически, был весь прошедший год.
— Ещё раз спасибо за тренировку, ребята, — я встал и с уважением поклонился четырём детям из клана Тайстес.
Примерно через год тренировок в духовном измерении сражения с Таци стали исчерпывать себя, поэтому Кордри приводил мне всё больше партнёров для тренировок, пока я не оказался против Таци и ещё троих детей из расы Пантеон.
Разумеется, все четверо не находились в духовном измерении постоянно, как я. Именно благодаря этой «нечестной», как они сами постоянно выражались, детали, я вскоре смог их догнать.
Все четверо, включая Таци, в свободное от тренировок время держались от меня подальше, то и дело демонстрируя своё недовольство тем, что им приходится помогать низшему существу тренироваться; и то, что я становился сильнее их, помогало в этом отношении ещё меньше. Разумеется, им было запрещено использовать свои способности на максимум. Кордри ясно дал нам понять, чтобы мы использовали ману лишь для усиления тела — все остальные приёмы с ней рассматривались как нечестная игра.
— Мастер Кордри. Спасибо вам, что тренировали меня всё это время, — после того, как мы оба вышли из голубой жидкости, я повернулся к асуре и почтительно поклонился.
— Ммм, для меня это было удовольствием, — ответил бритоголовый асура.
Как следует потянувшись, я повернулся к Виндсому.
— Какой будет наша следующая тренировка? — спросил я, мысленно пытаясь засечь Сильви. За последний год я не мог ощущать своего фамильяра, а уж тем более контактировать с ней. У меня вошло в привычку искать следы её присутствия каждый раз, когда меня выкидывало из духовного измерения, но каждая моя попытка оканчивалась ничем.
— Что? А, мы вскоре приступим к ней, — Виндсом смотрел на меня таким же проницательным взглядом, что и Кордри, и это сбивало меня с толку.
Я приподнял бровь, переводя взгляд с одного асуры на другого.
— Всё в порядке?
— В порядке, но… — ответил Кордри, склонив голову и осматривая меня, словно картину в абстрактном стиле.
— Просто ты совсем не изменился, — закончил за него Виндсом.
Моё сердце сильно заколотилось от его слов. Как это не изменился?! Сначала я решил, что речь о моём ядре маны, но дело было не в этом. Моё ядро маны недавно изменило свой цвет с раннего уровня светло-жёлтого до последних уровней. То есть, я прошёл более одной стадии, начав с прочной жёлтой стадии с тех пор, как я начал тренироваться здесь. Виндсом тоже время от времени приходил в духовное измерение, чтобы понаблюдать за прогрессом моих тренировок, поэтому он тоже должен был хорошо знать, на каком я теперь уровне.
— Артур, несмотря на то, что тренировки при помощи Эфирной Сферы могут быть чрезвычайно полезными, их строго запрещено использовать с детьми и даже с молодыми людьми. Ты же догадываешься, почему, верно? Временна́я разница между двумя измерениями может вызвать психологический сдвиг в личности, которая ещё не до конца сформировалась психически, — пояснил Виндсом.
— Поначалу я был абсолютно против использования эфирной сферы в таких целях, — признался Кордри. — Даже Лорд Индрат с неохотой позволил тебе тренироваться, используя Эфирную Сферу, опасаясь последствий. Однако из-за нехватки времени перед войной у нас не было выбора.
— Вот почему я был слегка удивлён тем, что в тебе не произошло никаких изменений, Артур. Твоя речь, твоё поведение, твоё мышление — всё это совершенно не отличается от того, что у тебя было до начала тренировок, — начал объяснять Виндсом. — По сути, прошло четыре года с тех пор, как ты вошёл в духовное измерение, но ни в то время, когда тебя оттуда выкидывало, ни теперь ты не проявлял никаких изменений, которые были бы у нормального ребёнка.
Я на мгновение задумался об этом. Теперь мне стало ясно, почему Кордри не позволял Таци и другим детям из клана Тайстес долго оставаться в духовном измерении. Единственной причиной, по которой я избежал этого явления, была моя психика взрослого, которой я обладал с моего рождения в этом мире.
— Виндсом, ты сам сказал, что я не похож на других детей. Я почти всю свою жизнь был психологически впереди своих сверстников до такой степени, что мне пришлось привыкнуть приспосабливаться к людям моего возраста, чтобы социально адаптироваться, — наконец ответил я.
— Что ж, нам это неважно. На самом деле, даже лучше, что эта тренировка не вызвала никаких нежелательных последствий, — Виндсом, поначалу выглядевший задумчивым, расслабился и вздохнул. — Кордри, спасибо, что потратил столько своего времени и энергии на тренировку с Артуром. Любой другой, даже среди асур, не сравнится с тобой в мастерстве рукопашного боя, — добавил он, повернувшись к Кордри.
— Не стоит благодарности. Артуру нужно хорошо тренироваться, если он хочет получить шанс в борьбе против тех псов, — Кордри положил руку мне на плечо и стиснул его. — Помни, что магов в Алакрии обучали и направляли асуры. Искусство маны на этом континенте на поколения опережает Дикатен. Поэтому не слишком зазнавайся, что тренировался в таком режиме. Меня глубоко огорчает то, что у нас связаны руки, но если мы не хотим войны, которая уничтожил земли, на которых мы живём, придётся нам позволить сражаться тебе и тебе подобным, — обычно равнодушное лицо Кордри исказила гримаса прискорбия.
Попрощавшись, Кордри и четверо его учеников ушли первыми, оставив нас с Виндсомом в пещере, в которой теперь повисла неестественная тишина.
Усевшись на холодный пол пещеры и лениво потягиваясь, я то и дело поглядывал на Виндсома, невольно пытаясь угадать, о чём думает асура, так пристально меня рассматривая.
Пытаясь прервать почти осязаемую тишину, я спросил Виндсома о том, что давно меня мучило:
— Так что, ты что-нибудь слышал о Сильви? С ней всё в порядке?
— С Леди Сильви всё будет в порядке. Никто не посмеет плохо обращаться с прямой родственницей Лорда Индрата, кроме самого Лорда, — небрежно ответил он, несмотря на то, что последняя часть сказанных им слов заставил меня заволноваться.
Решив не продолжать эту тему, я просто кивнул и продолжил разминаться. Поскольку я не пользовался моим физическим телом, пока был в духовном измерении, оно задеревенело. Масса мышц не уменьшилась благодаря таинственной жидкости, в которой я находился, но я заметил, что мои волосы стали гораздо длиннее, чем раньше.
Я всё ещё не знал всех возможностей Эфирной Сферы, но шанса потренироваться с её помощью, скорее всего, у меня уже больше никогда не будет, поэтому мне стоило бы использовать этот шанс по максимуму.
— Держи. Я только что получил это от гонца Лорда Индрата. Похоже, Альдир написал о том, что происходит на твоём континенте в данный момент. Я подумал, что тебе это может быть интересно, — ровным голосом произнёс Виндсом, передав мне несколько кусков пергамента, густо исписанных безукоризненным почерком.
Я впервые за это время получил какую-то информацию из Дикатена. Прошло четыре месяца с тех пор, как я начал мою тренировку, и чем больше времени проходило, тем больше я беспокоился о благополучии тех, кого оставил.
Не началась ли уже война?
Что люди делают, чтобы к ней подготовиться?
Какие меры предпринимают, чтобы себя защитить?
Множество вопросов, подобных этим, заполняли мои мысли, часто отвлекая меня во время тренировок, пока меня резко не возвращали к реальности либо четыре ученика, либо сам Кордри.
То, что Кордри сказал перед уходом, заставило мурашки побежать по моему телу от неожиданного осознания. Континент Алакрии был куда более продвинутым в управлении маной, нежели Дикатен. Даже помощи асур, которые теперь обучали горстку способных магов лучшему использованию своей маны, будет недостаточно, если армия врага будет действительно такой сильной, какой я её представляю.
Вот почему я часто думал о том, что моя тренировка с Кордри — пустая трата времени. Разумеется, то, что я успел изучить, сделает из меня прекрасного бойца на любом поле боя, но, учитывая мои возможности, я думал порой, не будет ли лучше отточить моё дальнобойное использование маны. Конечно, колдовство не было моим коньком, но с моей склонностью к использованию четырёх элементов и количеством сырой маны, которой я обладал, мне казалось, что, по сравнению с другими магами, лучше бы я изучал искусства маны для использования на расстоянии, которые могли сравнять всех врагов с землёй, вместо того, чтобы учиться уничтожать врагов вокруг себя по одному за раз. Но, вспоминая прошлое, когда я был командующим лидером, я мог сказать, что самую большую опасность представляло не огромное количество солдат. Нет, теми, кто создавал больше всего проблем, были либо их лидеры, либо несколько элитных бойцов, способных прорываться через ряды солдат. Я не мог переживать за каждую мелкую рыбёшку и просто предоставлял нашей армии с ними разбираться.
Отложив на время свои беспокойства, я с готовностью вырвал письмо из рук асуры и вдохнул запах мятого пергамента.
— …
Похоже, в верхах стало известно о том, что Гудскай раньше являлась шпионом, засланным непосредственно Кланом Вритра от лица Алакрии. Большая часть доклада описывала разведданные о политической структуре Алакрии, что удивило меня, ведь это она сказала мне о сильном сдерживании, которое не давало ей даже подумать о раскрытии информации.
Я отложил на время свои подозрения и сосредоточился на докладе.
Из-за ощутимого присутствия асур в Алакрии, большая часть их иерархии была сосредоточена на чистоте крови. Проще говоря, чем ближе кто-то был к родословной асур, тем выше было его положении на том континенте. На первый взгляд такая система казалась слишком простой и пустой, но разве Дикатен или какой-либо другой мир сильно отличался? Разумеется, чистота родословной на нашем континенте была не такой явной, но было довольно легко разглядеть отличия между людьми «благородных кровей» и обычными.
Я мог поспорить, что чем выше чистота их крови, тем более могущественными будут их магические способности. Можно с лёгкостью утверждать, что через несколько поколений они будут делиться на классы, основываясь на одном лишь этом признаке.
Далее в докладе говорилось, что женщина не знала почти ничего, кроме основной иерархии элитных фигур, которую вырастил и собрал сам Агрона. Одна часть привлекла моё внимание.
— То есть, информация, которую Чл… Синтия Гудскай нам предоставила, эти так называемые «Четыре Косы» и есть мои цели? — спросил я, не отрывая глаз от доклада.
Альдир отметил, что из потенциальных препятствий самый высокий приоритет имеют эти так называемые Косы и их подчинённые.
— В общем и целом, да. Но продолжай читать. То, о чём ещё упомянула шпионка Алакрии, Синтия Гудскай, вызывает беспокойство, если не сказать больше.
Я сделал то, что он мне сказал, и, разумеется, следующий абзац доклада заставил меня беззвучно выругаться.
— …основываясь на чистоте цвета, густоте и концентрации остатков маны в фрагменте рога, найденного на месте убийства бывшей Копейщицы, Алеи Трискан, Гудскай утверждает, что она принадлежит высшей крови уровня вассалов одного из Четырёх Кос, — прочёл я вслух. Я предположил, что эта высшая кровь принадлежит кому-то, обладающему смешанной кровью, а именно — потомку Василисков.
Мои мысли вернулись к той ночи, когда я увидел останки Алеи. Я всё ещё помнил последние слова, которыми мы обменялись, после того как она отдала мне тот самый фрагмент, о котором упомянула Гудскай. Значит, у каждого из Четырёх Кос есть вассал. Четыре вассала, способных легко отправить на тот свет Копейщика, и ещё четверо, которые были ещё сильнее.
Читая дальше, я узнал ещё кое-что важное. В докладе были упоминания о бронированных кораблях, построенных совместными усилиями людей и гномов, а также о высоких крепостях, строящихся вокруг городов у гавани. Альдир ещё написал о полученных им сообщениях, в которых были упомянуты появления людей предположительно из Алакрии, но, кроме факта, что по всему континенту царило заметное напряжение, больше ничего особенного не произошло.
Я мог лишь попытаться представить размах будущей войны. Это была не война из-за трений между двумя соперничающими государствами, но масштабное событие, включающее в себя два огромных континента, отправляющего миллионы солдат воевать за свои земли.
Глубоко вдохнув, я собрал кусочки пергамента и аккуратно сложил их, прежде чем передать Виндсому.
Внутри меня бурлила смесь эмоций. Новости из Дикатена определённо меня успокоили. С другой стороны, новые знания о силе наших врагов заставили холодок пробежать по моей спине. Однако, несмотря на это, я был взволнован и решителен. У меня наконец была цель, чёткое число врагов, с которыми нужно было разобраться. Будет трудно добраться до них всех, но это лучше, чем сражаться со случайными бездельниками или загадочными противниками, о которых я ничего не знал: у меня теперь была задача и цели.
— Виндсом, давай начнём следующую часть тренировки, — заявил я, поднявшись и выпрямив спину.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления