Сколько бы времени не прошло, в итоге, я всегда оказывалась у «Цветочного поля».
На самом деле, даже в Небесном царстве, я не была по-настоящему свободной. Ведь среди Богов «Богини Красоты» — особенный вид. Их сила — одновременно, как и сладкий нектар, так и смертельный яд.
Сила «очарования», столь сильна, что способна действовать так же и на Богов, подчиняя и разрушая их разум.
Множество Богов, включая самых великих из них, не смотря на страх перед нами, неустанно желали нас, прекрасных «Богинь Красоты». Нередко они шли на крайности и пытались подчинить нас, превратить в своих марионеток.
Таким образом, устоялось лишь два способа по обращению с «Богинями Красоты»: уничтожить их, либо баловать, словно принцесс.
Как показывает история, последнее — самый частый вариант. Для этого, к ним пристраивают девственную Богиню, в качестве подстраховки.
Так было с Афродитой, которая часто получала болезненные уроки от Богини чистоты и охоты Артемиды.
Для таких хранителей ввелись неписанные правила, при которых они могли использовать любые силы, если мы попытаемся разрушить или управлять небесным царством.
Поэтому, за мной наблюдали, от чего я была стеснена в действиях.
Но сказать, что я действительно была чем-то ограничена будет ложью. Даже девственные Богини покорялись моим чарам.
Среди всех «Богинь Красоты» я была особенной. Независимо от того, хотела я этого или нет, меня боялись и почитали. Возможно, что единственные, кто в полной мере могли противостоять моей власти, это трио девственных богинь с вершины Олимпа.
Итак, как я уже сказала, за мной вёлся строгий контроль.
Казалось, будто я жила в раю, в котором не было ограничений. Но в реальности, это была вечная тюрьма, сковывающая меня. Великий храм в Небесах — единственный и неповторимый во всех мирах, место, которое охраняли множество Богов и духов, дабы ограничить мою свободу.
Самым отвратительным было то, что Великий Бог Один, создавший эту тюрьму, хорошо знал мои интересы и увлечения. Он искал существ, от которых не могла отказаться королева Фрейя, и использовал мои чистые чувства к ним, как сковывающие меня «цепи».
Сам он вел неторопливую жизнь, в месте, до которого не могли дотянуться мои «чары». В крайнем случае, он в любой момент мог метнуть в меня своё копьё и убить.
Возможно, что именно так думал этот мерзкий старик.
Тем не менее я никогда не жаловалась на отсутствие свободы.
Несмотря на всё недовольство внутри меня, как богиня «красоты» и «любви», я приняла свое положение. И это не ложь: меня любят и почитают больше, чем кого-либо. Глупо предполагать, что мне не повезло.
Ещё перед тем, как меня посадили в эту «тюрьму», я полностью осознала и смирилась со своей участью.
Разве всё вокруг не безыскусный театр?
Никто не ослушается меня, да впрочем и не сможет. Все стоят на коленях, жаждая моей «любви». Неважно насколько силен Бог Войны, равно как и неважно насколько бессердечен Бог Зла — все они жаждут моей любви.
И в свою очередь, я с легкостью могу получить любовь от них.
В итоге я пришла к понимаю того, что любовь — самая бесполезная вещь на свете.
Скорее всего никто не в силах понять меня, понять мои чувства.
Меня жутко раздражает, когда тот, кто безумно ищет любовь, сходит со своего пути и поддаётся любви такой Богини.
Ведь только любовь и красота способны превратить темную бездну в белоснежную равнину.
И речь идет не о очаровании.
Пока я являюсь «Богиней Красоты», пустота будет вечно преследовать меня.
Другими словами, будучи Богиней Красоты, Богиней Любви, я никогда не смогу вырваться из клетки страданий. Я поняла, что, управляя любовью, я сама стала рабыней любви. Неважно насколько безудержной я притворяюсь, неважно насколько жестокой ведьмой я становлюсь, мне никогда не избавиться от статуса «Богини Красоты».
Когда я последний раз улыбалась? Не той фальшивой улыбкой, которую все привыкли видеть, а искренней, от всего сердца?
Уже не помню...
Всё свелось к одному: «Любовь — это очень удобно».
Ты сможешь получить всё, что захочешь. Не будет ничего, что тебе не по силам.
Любовь невероятна. Она создает счастье, а также другие, отличные от неё чувства.
Любовь красива. Не будь она прекрасной, её не называли бы «любовью».
Однако, нельзя назвать что-то любовью, основываясь лишь на её плюсах и минусах. Ведь если в неё закрадётся какой-либо недостаток, то как после этого называть её «любовью»? В противном случае, привлекательность не подвергалась бы насмешкам, а любовь к самому себе не осуждали.
Любовь должна быть священной. Каждый по-разному относится к «любви», но без сомнений, это самое дорогое и прекрасное чувство на свете.
Так я пришла к мысли: «Если я откажусь от своей красоты, перестану ли я быть Богиней Любви?»
Я надеялась, что, забыв о красоте, я избавлюсь от статуса «Богини Красоты».
Поэтому, я пыталась, как можно больше очернить себя.
Я уединилась в этой Божьей клетке, которую называла тюрьмой в окружении Богов и пожирала любое удовольствие, до которого могла дотянуться. Даже Богини, которых я приглашала, проходили через самые грязные непристойности, которые я только могла придумать. Квартал удовольствий просто детский утренник, в сравнении с этим. Во всем огромном Небесном царстве, полным скуки, единственным местом полным разврата являлся Великий храм, в котором меня заключили.
Я провела десятки, сотни тысяч лет, утопая в море похоти и плотских желаний.
Но в один момент, я почувствовала огромную усталость несмотря на то, что я — Богиня.
Я осознала, что во взглядах тех, кто смотрел на меня, была лишь страсть.
Они словно говорили мне:
— Ты никогда не изменишься! Ты никогда не станешь другой!
Какой бы грязной я ни была, эти взгляды будут преследовать меня целую вечность. Статус «Богини красоты» навсегда запечатан в моем теле!
Я закричала.
Впервые, отбросила всё, что делало меня Богиней, и сбежала из Великого храма.
Я пересекла горы, долины, океаны и звезды.
Использовав образ Сир, одно из сотен моих обличий, я продолжала скрываться от своих последователей, блуждая по бесконечному Небесному царству.
И местом, где я оказалась был прекрасный цветочный сад. Поле, на котором росло много прекрасных цветов красного цвета, утопающих в свете сумерек.
В этом море цветов, где исчезла граница между небом и землёй, я рухнула на колени, а затем и вовсе погрузилось в него. Я не хотела плакать, но слезы безостановочно лились из моих глаз. Мной овладело чувства осознания и безысходности, а мои бушующие словно море эмоции, превратились в сухую пустыню.
И хотя я уже не чувствовала грусти, я все равно закрыла лицо руками и заплакала, как маленькая девочка. Слезы из глаз превратились в дождь, который невозможно было остановить, словно золото он стекал по красным цветам, впитываясь в землю.
Не нашла. Так и не нашла. Я даже не поняла, что именно я ищу. Но уверена, что должна что-то найти.
Я должна найти то, что освободит меня от статуса Богини.
Капли слёз, в которых не было печали текли тысячу, две тысячи, а может и три тысячи ночей.
И когда лепестки опали, стебли погнулись, а дождь уже готов был утопить меня, появилась она.
Богиня Идунн.
Добрая и невинная богиня, чья внешность могла соперничать с красотой самих Богинь красоты.
Смахнув пот со лба, она сказала, что искала меня целую вечность и пришла отчитать меня за мое развратное поведение и научить «Юности», воплощением чего она является.
Она говорила, что связь между мужчиной и женщиной должна быть чистой.
А также, что радости и горести должны быть общими.
Поведала, что душа должна оставаться молодой, независимо от того, сколько времени прошло.
А затем, пожелала, чтобы мы обе так и остались молодыми в душе.
В тот момент я подумала, что задушу её.
Встав и обойдя её сзади, пока она без остановки общалась сама с собой, я уже почти приложила руки к её тонкой шее.
— Итак, Фрейя, давай найдем твоего Одра.
— Одра?
Я застыла на месте.
Богиня, будто не замечая, что её чуть не задушили улыбнулась и ответила.
— Где-то есть твой Одр, который полностью удовлетворит тебя. Поэтому, найди его и наслаждайся вечнозеленой весной вместе с ним. Я уверена, что он поможет тебе освободиться от статуса Богини.
Я рассмеялась, услышав столь глупую идею.
Неужели что-то подобное может существовать?
Тем не менее, я поверила в глупую идею Богини Идунн.
Ведь, я не могла доказать, что его не существует.
Мое возвращение в храм стало сенсацией для всех, и с тех пор у меня появилась страсть к коллекционированию. Я стала собирать всё, что привлекало мой взор, особенно души детей, в которых я находила приятные для меня черты.
Затем, когда все успокоилось, я снова и снова сбегала из храма.
Всё ради поисков своего Одра.
Словно одержимая, я принимала образ Сир и бродила по Небесному миру, раз за разом ловко ускользая от преследователей.
Однако, мои старания ни к чему не приводили, что с каждый разом вводило меня в более глубокое отчаянье. Не желая быть поглощенной ядом скуки и стремясь к своей цели, я продолжала странствовать, иногда отбиваясь от Богов, которые роились вокруг меня.
Примерно в это время, я снова встретила богиню Идунн.
При нашей встрече на её лице появилась ехидная улыбка, и она спросила меня:
— Ты так и не нашла своего Одра?
Я снова чуть не придушила её, но вдруг осознала одну истину: существует только одно, что мы, Богини Красоты, не можем получить.
Все потому, что мы куда прекраснее всего остального. И это не имеет отношения к любви.
Лишь на минуту, я задумалась, что думают об этом другие Богини красоты. Но тут же отмахнулась от этого. В конце концов, это пустая тратой времени.
Другие Богини Красоты никогда не страдали так, как я.
Они без сомнений признавали себя абсолютными королевами. Жаждали милости и подношений, как само собой разумеющееся. Думают, что являются высшими существами и не заботятся ни о чем другом.
Я завидую высокомерной Богине Иштар.
Завидую глупой Богине Афродите.
Ведь когда они находят это «что-то», то могут насмехаться над этим или забыть, как о затянувшейся ране.
Спустя много времени, я закончила поиски в Небесном мире.
Моего Одра не было в этом небесном океане. Значит придётся обратить свой взор ниже.
По чистому совпадению началась эпоха, когда Боги начали спускаться в Нижний мир.
Все ещё находясь на небесах, я мечтала о возможностях этого несовершенного мира, которые могли убить скуку, испытываемую мной в Небесном царстве.
Я жаждала погрузиться в эту чудесную неизвестность и найти своего Одра.
Нижний мир, во много раз меньший, чем Небесный, вскоре показал свои пределы, и мои молитвы превратились в отчаянье. У меня не заняло много времени обойти всю его поверхность. Оставалось лишь поддаться течению времени. К тому времени, когда я изрядно вымоталась, вокруг меня образовалась «Семья».
И сейчас, улыбаясь своим детям улыбкой королевы, я думала, что лучше бы заснула навсегда, будучи поглощенной ядом скуки.
Однажды, сумев сбежать от своей Семьи, я нашла одно место, которое напоминало мне место в моем родном мире — поле, усеянное красными цветами, утопающих в сумерках.
В самом центре этого поля, я упала на колени и начала рыдать.
Но на этот раз, это были слезы грусти. Почти смеясь над своей беспомощностью, мне приходилось подавлять отчаянье в сердце.
Наверное, это были первые и последние слезы, пролитые в нижнем мире.
— ...Нет, я ошиблась.
Ведь Сир тоже проливала слезы перед «ним».
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления