Настало время для истории.
Это история мальчика, который был жестоко убит другим, и история монстра, который жестоко убивал других.
А может быть, это история ребенка, которого бросили родители, и героини, которую бросил весь мир.
В любом случае, это история восхищения и безрассудства.
Это история о любви, но не о романтике.
Когда-нибудь о ней будут вспоминать как о давней, давней истории.
Ужасный, трагический анекдот.
Слишком извращенный, чтобы выдать его за сказку.
***
Кайто Сена поднял руку, протягивая ее прямо к Элизабет.
У него не было намерения обмениваться последними прощальными словами. В конце концов, то, что он делал, было не более чем проявлением эгоизма. Элизабет определенно будет в ярости. Поэтому он полностью отбросил желание поговорить с ней.
Вместо этого он просто сжег взглядом ее фигуру, переплетенную шипами. Затем он приготовился щелкнуть пальцами.
Но когда он это сделал.
Он услышал мучительно ностальгический голос.
— Пре…кра…ти…эту…чушь…
— Что?
Кайто непроизвольно вскрикнул. Пленница перед ним пошевелилась. Обычно, это не должно было быть возможным. Хотя столп насильно поддерживал ее жизнь, у нее даже не было сердца. Однако, проявив нелепое усилие воли, Элизабет открыла глаза.
Их пронзительный, багровый взгляд был направлен прямо на Кайто.
Естественно, он издал удивленное «э...», а затем своим типичным неуважительным тоном произнес:
— Боже... Поубавь немного свою силу духа. Или, скорее, жизнестойкость.
— Ты... идиот... Это правда, я действительно... дала его тебе... Я даже... сказала тебе... спасти мир...
— Так ты и сделала. Ты даже отдала мне свое сердце.
— Но я никогда... не говорила тебе... брать на себя... такую— Кхагх!
Затем Элизабет закашлялась. Вместо крови из ее легких хлынули перья. Когда черные перья развеялись, она посмотрела на него. Кайто неловко улыбнулся ей.
В тот момент, когда ее схватил столп, Элизабет отдала ему свое сердце со словами:
«Выпить их до дна или выплюнуть все - выбор за тобой. Но постарайся жить дальше, Кайто.
И когда ты это сделаешь, спаси мир. Твоя сила равна этой задаче, как и твоя ненужная решимость.
Ты - величайший глупец, которого только может предложить этот мир, и ты - мой туповатый слуга, моя гордость и радость».
Ее голос был похож на голос человека, пытающегося подбодрить расстроенного ребенка. Однако она ни разу не попросила его спасти ее. Напротив, она, вероятно, собиралась ждать своей смерти, как чудовище, завещавшее свой меч герою.
Он не сомневался, что она ожидала, что он уничтожит столп Дьявола. Но она была наивна.
Не было ни малейшего шанса, что Кайто Сена сделает то, что она пожелает. Тем не менее, она повторила про себя.
Единственное, что заставляло ее отчаянно двигаться, была ярость, которую вызвали в ней его слова.
— Я говорила... тебе... не так ли? Тяжело... нести грехи...
Грехи различных рас взрастили цветок, и именно его цветение привело к этой ситуации. Наказание за их лень и невежество наконец настигло их. Стада овец были, по сути, глупы. Пытаться взвалить на себя тяжесть их первородного греха было крайне опрометчиво.
Кроме того, жить вечно было слишком жестокой участью. Не говоря уже о том, что Кайто был чужим в этом мире. Он не обязан был брать на себя грех, существовавший еще до зари этого мира.
Элизабет закрыла глаза, словно в молитве. Затем тоненьким голосом она продолжила:
— ... Это слишком тяжелое бремя для тебя.
— Я могу вынести его.
Кайто ответил с готовностью. В его голосе не было ни малейшего колебания. Глаза Элизабет распахнулись, как будто ей дали пощечину. Она посмотрела на лицо Кайто. В тот же момент ее собственное лицо исказилось, как будто она была на грани слез.
Она поняла. Время шло жестоко и бесчувственно.
Ничто не оставалось неизменным вечно.
— Когда ты... стал способен... делать такое... выражение, глупец?
— Честно говоря, я и сам не знаю. Но поскольку я изменился, есть вещи, которые я теперь могу защитить.
Выражение лица Кайто не было выражением того бессильного мальчика, которым он когда-то был. Это было спокойное лицо человека, исполненного решимости. Боль, которую он испытал, бесчисленные смерти и бесчисленные ужасы, которые он видел, полностью закрасили его страх и безнадежность. Сейчас никакие слова не могли заставить его сердце дрогнуть.
Элизабет опустила взгляд. С ее губ сорвался слабый шепот.
— Я... Это не то, для чего я тебя вызывала.
— ...Я знаю.
— Я просто хотела, чтобы ты... справлялся с моими обязанностями.
— Ах да... Я так и не научился готовить, не так ли?
— Ты делал... одну ненужную вещь... за другой... мой туповатый слуга...
— Да, и ты единственная.
Единственная, кто никогда не называла его Безумным Королем.
И с этим Кайто кивнул. Он щелкнул пальцами, и его грудь и ребра разорвались. Куски плоти разлетелись в разные стороны. Его грудная клетка расцвела. Изнутри появился пульсирующий орган.
Орган превратился в пунцовые лепестки цветка, а затем впрыгнул в рот Элизабет.
Ее сердце вернулось на свое законное место.
— Я отдаю его обратно.
— ...!
Тело Кайто больше не нуждалось в сердце. Такова была сфера, в которой он теперь находился.
Элизабет содрогнулась от этого факта. В своем нынешнем виде он был подходящим сосудом, чтобы нести в себе и Бога, и Дьявола. Но...
...он все еще был Кайто Сена.
Он был просто Кайто Сена. Он полностью изменился, но он был все тем же скучным, добродушным, глупым слугой, как и раньше. И все же он говорил голосом бывалого ветерана.
— Спасибо, Элизабет.
— Что ты собираешься делать со своим обещанием?!
Внезапно Элизабет издала внятный крик. Она подняла свое опущенное лицо. Она не плакала. Она смотрела на Кайто глазами, полными гнева и возмущения.
— Ты сказал мне, не так ли?! Ты сказал, что останешься рядом со мной! Ты и только ты!
«И эй, ты вернула меня к жизни и вызвала меня сюда, должно быть, это какая-то судьба... Так что пока ты не начнешь идти по дороге в Ад, я постараюсь быть рядом с тобой столько, сколько смогу, даже если я буду единственным».
Это было обещание, которое они дали друг другу давным-давно.
Кайто поклялся ей в этом еще в ее замке, сразу после того, как они закончили подчинение Кайзера.
Всю кровавую жизнь Элизабет Ле Фаню сопровождал один-единственный глупый слуга.
Кайто подумал, что это звучит просто замечательно.
Никто из них не произносил обещание вслух. Но оба знали.
Они оба знали, что другой думал об этом.
— Не волнуйся, я планирую его сдержать.
Кайто говорил с полным спокойствием. Элизабет открыла рот, как бы говоря: «Как? Как ты собираешься его сдержать?» Но в этот момент она вдруг осознала всю глупость вопроса, который собиралась задать.
После последней перестройки Святая дремала внутри кристалла.
Тот, кто брал на себя это бремя, терял способность умирать.
На протяжении всей кровавой жизни Элизабет Ле Фаню...
…этот глупый слуга никогда не покинет ее.
— ТЫ ИДИОООООООООООООТ!
— Элизабет. Этот твой глупый слуга будет рядом с тобой до самого конца.
Элизабет протянула дрожащую руку. Кайто поднял руку вверх. Принцесса Пыток боролась, отчаянно пытаясь ухватиться за его далекую ладонь. Но шипы поднимались один за другим и мешали ей.
Ее и без того сломанные пальцы разрывались еще больше. Она отхаркивала кровь. Но, как и раньше, она продолжала сопротивляться.
Однако фигура Кайто оставалась вдалеке.
На его лице появилась улыбка, и он приготовился щелкнуть пальцами.
Но вдруг, словно что-то вспомнив, он открыл рот и произнес:
— Это напомнило мне о том, что я сказал тебе однажды во сне, но... я никогда не говорил тебе этого наяву.
— Что это...? Что... это...?
— Я люблю тебя, Элизабет.
Его слова пронзили ее, как длинный меч.
В них была жестокая и добрая правда.
Сбитая с ног, Элизабет уставилась на Кайто. Она изучала его лицо.
Он улыбался, как ребенок…
…Его глаза все еще блестели, как будто он смотрел на почитаемую героиню.
— Ради тебя я могу сделать что угодно или стать кем угодно.
— …Ты не можешь! Ты не должен!
Пыталась кричать Элизабет. Но Кайто уже не слушал. Он не собирался добиваться от нее ответа, он просто сказал то, что хотел сказать. Он мягко помахал ей другой рукой.
— До свидания, Элизабет.
— Было бы гораздо лучше, если бы—
И не услышав ее возгласа...
— Было бы гораздо лучше, если бы я—
…Кайто Сена щелкнул пальцами.
***
Бесчисленные невидимые кандалы звенели, разрываясь один за другим.
Черная принцесса упала, словно сраженная стрелой.
Она протягивала руку до самого конца.
Она пыталась что-то крикнуть. В воздухе блестели алмазоподобные слезы.
Люту удалось поймать ее. Наблюдая за ней, Кайто тихо пробормотал.
— ...Непривычно видеть, как ты плачешь, Элизабет.
По какой-то причине она начала бороться. Когда он смотрел на нее, на лице Кайто появилась слабая улыбка. Однако улыбаться так естественно теперь было выше его сил. Из его щеки проросли черные перья. Он тут же схватил их и вырвал. В нем бурлили силы возрождения и разрушения. В его голове промелькнула отстраненная мысль.
Вызвать Бога без соблюдения необходимых условий было бы трудно даже мне. Но теперь, когда призыв уже завершен, использовать его силу так, как хочет сам Бог, вполне возможно.
В этот момент внутри него бурлили две нечеловеческие эмоции. Одной из них было яростное желание все уничтожить и поглотить. Говоря человеческим языком, это напоминало голод. Другая - яростная решимость ограничить разрушение. Говоря человеческим языком, это было похоже на чувство долга. Кайто намеренно решил усилить последнее. Мало-помалу сила Дьявола начала утихать.
Крики подчиненных прекратились. В мир внизу вернулась тишина, о которой он почти забыл.
И в то же время началось.
Раздался отчетливый щелкающий звук.
— Да... я так и думал.
День восстановления был далеко в будущем, поэтому Бог возвращался к своей дремоте. Святая была заключена в кристалл.
Теперь то же самое происходило с Кайто. Прозрачный слой начал окружать его еще живое тело. Звук треска продолжался. Кайто пробормотал про себя.
— Похоже, все закончилось, да? Похоже, у меня получилось.
Он тихо поднял руку. Лазурные лепестки и черная тьма закружились на его ладони, и он извлек из них черный длинный меч. Руны, начертанные на его тонком лезвии, вспыхнули, и он подтвердил их значение.
Все прощено мне. Но никто не властен надо мной.
— Ла (твоя работа выполнена).
Как только Кайто прошептал это слово, по лезвию пробежали трещины. Затем Безымянный, меч без имени, рожденный из желания спасти одну-единственную женщину, разлетелся на куски.
В то же время форма Кайто тоже преобразилась. Временами одежда, созданная с помощью магии, могла меняться в зависимости от влияния ее владельца. По мере того, как природа воли и магии Кайто смещалась в сторону от битвы, менялся и его наряд.
В итоге он стал похож на форму дворецкого, которую он постоянно осуждал как неподобающую. Он завершил свое превращение в глупого слугу.
Кайто медленно выдохнул и закрыл глаза. Безумный Король появился как ураган и так же внезапно исчез. И огромное количество маны, которое он получил, также знало об этом. Ему больше ничего не нужно было делать.
Он выполнил все, что собирался. И вот Кайто Сена задумался.
Точнее, это было в тот момент, когда его тело было полностью закрыто.
Гипотетически, если бы Элизабет не вызвала меня, что бы со мной стало?
Ему, конечно, не пришлось бы неоднократно испытывать боль смерти. Он также не видел бы всех тех ужасных, жутких вещей, которые он видел. Однако он также прожил бы всю свою жизнь, ни разу не порадовавшись тому, что остался жив.
Затем, как пустую чашу наполняют водой...
…воспоминания о различных вещах, которые он пережил в этом новом мире, закружились в его голове.
Принцесса Пыток, невинно смеющаяся. И падающая на землю, проливая слезы, словно бриллианты.
Хина, нежно улыбающаяся. И мирно дрейфующая в теплой постели.
Мясник. Изабелла. Жанна. Лют. Айн. Вьяд.
Все люди, которых он встречал, все выражения лиц, которые они делали, и все вещи, которые они ему говорили.
Все они были там...
…и Кайто жил в каждом из них.
И Кайто не забыл слова, которые сказал ему Ной, когда он стоял на пороге смерти.
«Я думаю... я просто надеялся, что ты сможешь обрести счастье в этом мире».
Даже сейчас я все еще не совсем понимаю, как должно выглядеть счастье. Но есть одна вещь, которую я знаю.
В тот первый раз, когда он плакал от радости, что родился...
…его смерть впервые обрела смысл.
И даже если бы он оказался под тем же проклятием, что и Мясник...
…каким бы глупым ни было решение, Кайто нисколько не жалел о нем.
Он ни о чем не жалел.
Хотя если бы у него было только одно...
ГРОХООООООООТ!
Раздался хрустящий звук, когда кристалл разлетелся вдребезги. Кто-то использовал всю свою силу, чтобы разорвать часть пленки вокруг него. Конечно, она быстро восстановилась. Кто мог сделать такую глупость? И почему?
Взволнованный, Кайто обернулся. За щелью в кристалле он увидел черную точку в небе. Это был Кайзер. Было непонятно, зачем он прилетел, но он беззвучно бил крыльями. Однако вскоре стала понятна причина его появления.
Кайзер кого-то нес.
— МАСТЕР КАЙТО!
Невеста Кайто была у него перед глазами.
Его любимая невеста прилетела к нему на встречу.
— Хи…на
— Вы поступили так, как хотели, Мастер Кайто, и теперь я намерена сделать то же самое!
Ее форма горничной развевалась, Хина сияла. Она уже отбросила алебарду, которой разбила кристалл. Она просто протянула руки. Она обняла его, как обнимают глубоко любимого человека.
— Я не позволю тебе остаться одному.
— Хина...
— В конце концов, мы же семья.
Ее улыбка была лучезарной, как распустившийся цветок.
Кайто вздрогнул от неожиданности. Он знал. Ему нужно было спешить.
Отверстие кристалла еще не закрылось. Если он оттолкнет Хину, то еще успеет. Он не мог втянуть ее в это. Он должен был дать ей свободу. С этой мыслью он протянул руки.
И со всей своей силой...
…он крепко обнял свою жену.
Держать любимую в своих объятиях. Это, наверное, одна из самых чистых форм счастья, размышлял Кайто Сена.
Она теплая, она прекрасна, и я не хочу ее отпускать. Ведь если мы расстанемся, я непременно умру.
И он был уверен, что она чувствует то же самое.
Кайто Сена не испытывал никаких сожалений.
Если у него и было одно сожаление, то...
...то это касалось его невесты.
Поэтому Кайто повернулся к своей жене со слезливой улыбкой на лице.
— Хина... ты останешься со мной навсегда?
— Да, с радостью. В болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас. Я буду рядом с тобой всегда!
Они прижались друг к другу губами, так же решительно, как при обмене клятвами.
Затем они улыбнулись друг другу, как всегда. Кайто крепко обнял Хину. Кристалл щелкал и хлопал, закрываясь. Их тела неуклонно окружали друг друга. Когда они ласково потерлись щеками друг о друга, Хина прошептала:
— Мастер Кайто, я сейчас очень, очень счастлива.
— Да, я тоже.
Их поле зрения постепенно уменьшалось и уменьшалось. Они были отрезаны от внешнего мира.
Несмотря на непостижимую боль и давление, вторгшиеся в его тело, Кайто Сена от всего сердца прошептал.
— Я так рад... что я родился.
А затем с треском...
…кристалл полностью запечатался.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления