Тренировочная площадка клана Бэк Ли. На широком тренировочном поле стоял один человек и неустанно размахивал мечом. Это был Бэк Ли Мён. После долгой тренировки он остановился и тяжело вздохнул.
Он опустил меч и сжал кулаки, и уголки его рта приподнялись сами собой. Бэк Ли Мён получил настолько тяжёлые раны, что какое-то время даже не мог держать меч. Хотя уже прошло много времени и ушибы почти зажили, он всё ещё чувствовал боль, когда держал меч. Когда он обратился к врачу, ему сказали, что время всё уладит и что он в порядке.
Бэк Ли Мён испугался, что если ему не станет лучше, то он больше никогда не сможет держать меч. Подумав, что семейный лекарь шарлатан, он пошёл к Сок Тэи. Но ответ был тот же.
И спустя почти два месяца, он наконец-то смог без проблем держать меч. Именно в этот момент...
— Мён-хён!
Голос маленького ребёнка раздался в тишине тренировочного плаца. Улыбающийся Бэк Ли Мён нахмурился. Но когда он посмотрел на обладателя голоса, он улыбнулся, будто и не хмурился.
— Пё, что случилось?
Близнецы, которые всегда были вместе, сегодня разлучились.
— Что случилось?
— Ты всё знаешь! Что сказал дедушка?
— Дедушка?
— Ты же вчера ходил навестить его?
Пока глава семьи Бэк Ли, Бэк Ли Пэхёк, находился дома, он каждое утро принимал приветствия от родных. Однако после происшествия с Намгун Ваном он отказался принимать Бэк Ли Мёна, Бэк Ли Пё и Со У Ака, сказав, что им нет необходимости приходить. Для Бэк Ли Мёна это означало самоанализ, а для Бэк Ли Пё и Со У Ака это означало вернуться после того, как решат, кто должен покинуть поместье.
Бэк Ли Мён кивнул и сказал:
— Да, я вчера видел дедушку. И что с того?
— И что с того! Как ты мог не рассказать нам, что видел его?
То есть он должен был хвастаться тем, что видел своего дедушку, перед детьми, которые его даже не видели? Бэк Ли Мён чувствовал себя немного неловко. Бэк Ли Пё продолжал настойчиво говорить, не замечая его чувств:
— Брат, дедушка не говорил о нас?
— О нас?
— Ну, если он сердится на меня, то и на всех нас сердится, так?
При чём тут это? Хотя он был шокирован, Бэк Ли Мён выстоял и заговорил:
— Злиться на меня и злиться на тебя — это две разные вещи.
— Почему они разные?
— …
В последнее время Бэк Ли Мёна посещали внезапные мысли о том, насколько жалкими были близнецы. Бэк Ли Пё спросил с недовольным выражением лица:
— Что случилось, почему ты так смотришь на меня?
Бэк Ли Мён сдерживал свои эмоции и сказал:
— … В любом случае, дедушка ничего не говорил о вас.
— Тогда завтра, хён, пожалуйста, скажи дедушке, чтобы он не отправлял нас на гору Гокёам. Мы ведь не увидимся.
— …
Он в своём уме? Вдобавок к этому дедушка, скорее всего, был зол на свою дочь до такой степени, что готов был изгнать её из дома. Тётя всё откладывала отправку близнецов на Гокёам, настаивая на своём. Она нагло оттягивала этот момент, и каждый раз, когда отец и мать навещали дедушку, это было как заноза в пальце.
Но что будет, если он затронет тему близнецов, когда ему наконец-то разрешили войти в главную резиденцию? Это то же, что попросить снова выгнать его!
Несмотря на то, что ему был назначен испытательный срок, он снова мог находиться в главной резиденции, потому что не унывал и посвящал себя тренировкам даже в отведённое для сна время. Однако сам испытательный срок оставался прежним. Это означало, что его не полностью простили.
— Пё, такие разговоры ты должен вести сам.
— Но как мне это сделать, если я даже не могу увидеть лица дедушки!
— Вот именно, я же тебе уже говорил. Ты должен регулярно навещать его. Но почему ты этого не делаешь?
— Дедушка сказал нам не приходить!
— В то же время вы...
Слова «Это потому, что тётя и Со У Ак пришли вместе и начали плакать и поднимать шум перед Субактаном» поднимались к его горлу, но он подавил их. Бэк Ли Мён довольно холодно сказал:
— Тем не менее, ты должен был прийти хотя бы ради Ака. Он ведь твой брат. И я уже говорил тебе раньше. Твоё отношение играет решающую роль. Для твоей матушки и Ака ты должен искренне раскаяться перед дедушкой...
— Хватит! Это не твоё дело! Ты же сам боялся заговорить перед дедушкой! Не веди себя так, когда ты сам трус!
С этими словами Бэк Ли Пё убежал с площадки.
Через некоторое время.
Краддантанг!
Деревянный меч Бэк Ли Мёна загрохотал по земле тренировочного поля.
Когда Бэк Ли Мён кивнул в каком-то направлении, его слуга моментально прибежал.
— Господин, Вы меня звали?
— Разве я не сказал тебе, чтобы ты никого не впускал?
— Он же ваш брат...
Шлёп! Слуга, получивший пощёчину, быстро склонил голову.
— Простите.
Бэк Ли Мён усмехнулся, глядя на свою ладонь.
— Теперь определённо лучше.
Затем он обратился к слуге:
— С этого момента, когда я говорю «никого», это включает и Бэк Ли Пё, и Со У Ака. Понятно?
После неприятного происшествия Бэк Ли Мён, который до последнего момента тренировался, уставший направился в свои покои. По пути ему пришлось пройти мимо дома своего отца.
Увидев перед домом женщину Бан, лицо Бэк Ли Мёна ужесточилось. Бан была верной слугой его бабушки уже долгое время. По всей видимости, бабушка снова навещала отца. Бэк Ли Мён, у которого от усталости разболелась голова, притворился, что не замечает её, и прошёл мимо. Потом он снова повернулся в сторону дома отца.
Увидев Бэк Ли Мёна, Бан улыбнулась и сказала:
— Юный господин, вернулись после тренировки?
— Да. Я направлялся в резиденцию, но, видя вас, Бан, я подумал, что, должно быть, пришла бабушка. Мне стоит поздороваться.
В это время изнутри доносился слегка раздражённый голос отца:
— Мама, если отец что-то решил, что я могу сказать? Этот вопрос нельзя больше откладывать…!
Бан поспешила войти в дом.
— Юный господин вернулся!
— Мён-а? Заходи.
Когда Бэк Ли Мён вошёл, его встретили бабушка и отец, которые выглядели немного неловко. Бэк Ли Мён приветливо поклонился, словно не слышал разговора снаружи.
— Я зашёл, чтобы поприветствовать Вас.
— Я уже слышала от И Мука, что ты отправился на тренировку. Пришёл сюда из-за своей бабушки, даже не успел помыться.
— Всё в порядке. Это ежедневная тренировка. Даже если я устал, я должен выполнять свой долг.
— Ты всегда такой надёжный, ты — опора нашего рода.
Улыбаясь, Бэк Ли Мён заметил, что на столе стоят только две чайные чашки, и спросил:
— А где матушка? Я и её хотел поприветствовать, она здесь?
Бабушка тихо кашлянула и принялась пить чай. Отец ответил за неё:
— Твоя мать... отправилась ухаживать за больной И Ран!
— И Мук, заботиться о золовке — это её естественный долг.
— У неё то голова болит, то сердце. Независимо от того, сколько раз лекарь Ха осматривал её, он говорил, что проблем нет!
— И Мук.
— Если я позову Сок Тэи, она откажется, потому что боится, что её поймают на притворстве! Зачем тогда ухаживать за ней!
— Не мог бы ты перестать? Что это за манера говорить такое о больной сестре!
Бабушка нахмурилась и грубо поставила чашку. Отец недовольно поджал губы. В мгновение ока атмосфера в комнате стала напряжённой. Бэк Ли Мён почувствовал неловкость и заговорил:
— Видимо, это из-за болезни сердца у тётушки.
— Ха!
Бабушка бросила на отца оценивающий взгляд.
— Ты единственный, кто заботится о ней.
— Я? А-ха-ха, — сказал он, посмеиваясь.
Бэк Ли Мён рассмеялся, словно был смущён, и заговорил осторожно:
— Бабушка, я сегодня виделся с дедушкой.
— Да, я слышала. Хорошо. Наконец-то он успокоился. Вероятно, он смягчился.
— Дедушка, кажется, очень разозлился из-за того, что тётушка ещё не приняла решение.
— Неужели? — бабушка ответила спокойно, но глаза её дрогнули.
— Бабушка, может быть, лучше отправить близнецов на Гокёам?
Бабушка и отец выглядели ошеломлёнными.
— Что ты говоришь? Туда? Как можно!
— Бабушка, успокойтесь и выслушайте меня.
— …
— Если тётя будет продолжать в том же духе, дедушка может разозлиться ещё больше и попросить нас всех уйти.
— Да какая разница, пока я жива, этого никогда не случится!
— Но если ситуация выйдет из-под контроля, что люди будут говорить о семье Бэк Ли?
Они скажут, что Бэк Ли И Мук некомпетентен и не может руководить семьёй должным образом. Тогда все ожидания будут переложены на Бэк Ли И Кана, а это было совершенно неприемлемо.
Бэк Ли Мён продолжил:
— Хотя Гокёам очень суровое место, если отправить Пё и Ака вместе, они смогут полагаться друг на друга, и даже дедушке будет спокойнее, если они будут там вдвоём.
— …
— Но если Ак останется с тётей в семье Со, он просто пойдёт туда, куда он и так должен был пойти, так что дедушка не будет об этом беспокоиться.
Бабушка вздохнула, опуская чашку.
— Ты думаешь, что более строгое отношение к Пё и Аку вызовет сочувствие дедушки?
— Полагаю, что так.
Бэк Ли Мён кивнул и сказал с сияющими глазами:
— Если Пё и Ак сами отправятся к горе Гокёам, чтобы покаяться и вернуться, дедушка, напротив, будет гордиться ими. Всё зависит от его воли.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления