— …
— …
Никто не ответил. Иначе и быть не могло.
— Думаю, я никогда не слышал об этом.
— Но мы же говорим о золотой пилюле.
Никто не слышал о таком.
Мнения разделились. По задумчивому выражению лица дедушки и отчаявшемуся лицу отца, было ясно, что они оба об этом думали.
Репутация и величие золотой пилюли — не ложь.
«Но спасение умирающего и восстановление разрушенного даньтяня — разные вещи».
Без даньтяня я никогда не смогу освоить боевые искусства. Значит ли это, что я страдаю смертельной болезнью? Нет.
Возникнет множество вопросов, если подумать немного глубже. Однако репутация золотой пилюли не давала повода для сомнений.
И ...
«И это давало людям надежду».
Разве можно отказаться от малейшего шанса, даже если знать о рисках?
— Лекарство должно использоваться согласно его назначению. Мне это не нужно.
В прошлом отец в конце концов получил золотую пилюлю от дедушки. И, конечно же, заставил меня принять это лекарство. Но, вопреки ожиданиям, даньтянь так и не восстановился.
«Конечно, это не значит, что лекарство неэффективно».
Все мои травмы исцелились. Даже болезнь полностью исчезла. Однако самое главное, разрушенный даньтянь остался таким же.
«В глазах тех, кто занимается боевыми искусствами, больной мусор стал здоровым мусором».
Почему я не должна испытывать горечи? Если бы лечение было возможно, это то, чего я хотела больше всего. Но зная, что это невозможно, не было необходимости принимать такое драгоценное лекарство и навлекать на себя ещё больше ненависти. Более того, в будущем это лекарство понадобится главному герою этого романа.
«Так как в этот раз я не взяла лекарство, будет на одну причину меньше быть раскритикованной».
Я снова посмотрела на отца и сказала:
— Отец, я действительно в порядке. Мне уже достаточно того, что я могу быть с Вами.
— …
Глаза отца дрогнули. Старейшины и слуги тоже были тронуты и кивнули. Давящая на меня напряжённость моментально исчезла.
Медленно поглаживая бороду, дедушка тоже на мгновение задумался.
«Ха... Это всё?»
Я почти закашляла от облегчения, но остановила себя, чтобы не портить настроение.
Закончив свои раздумья, дедушка обратился к отцу:
— И Кан, как ты относишься к тому, что сказала Ён?
Глаза отца, которые раньше колебались, сейчас закрылись и открылись снова. Он улыбнулся мне и посмотрел на мою сжатую руку. Казалось, он сожалел.
«Неужели?»
Внезапно мурашки побежали по коже.
Отец спокойно сказал:
— Моё мнение остаётся прежним. Если есть хотя бы слабая надежда, как я, как отец, могу сдаться?
«Ах, отец!»
Этот упрямец!
Я чуть ли не вскочила с места в ожидании услышать крики. Но... было тихо. Я внимательно наблюдала за дедушкой, боясь сделать что-то не так. На его лице отпечаталась усталость. Но он не выглядел рассерженным.
— Упёртый как баран.
Я цокнула языком и почувствовала то же самое.
— Вы оба, поднимитесь.
— …
Отец, казалось, не хотел вставать. Он казался готовым преклонять колени, пока ему не отдадут золотую пилюлю.
Однако, когда он встретил мой взгляд, словно понимая, что не может больше тут сидеть, поднялся. А затем медленно помог встать мне.
Но было ли это потому, что я долго стояла на коленях?
«Эм-м-м?»
Как только я поднялась, внезапно закружилась голова. Рефлекторно я схватилась за край одежды отца.
— Ён-а?
Голос отца звучал далеко, как будто он был за завесой. Я пыталась сказать, что всё в порядке, но из моего горла вырвалась только одышка. Лицо стало нестерпимо зудеть.
Я напугано протёрла лицо и опустила руку.
«…Кровь?»
Тыльная сторона моих дрожащих рук была ярко-красной. Когда я увидела кровь, моё головокружение мгновенно усилилось.
Я почувствовала, будто кто-то встал, но у меня уже не было сил поднять голову.
Сквозь размытый взгляд я увидела пятна крови, капающие на ковёр.
Поддавшись этому шоку, я рухнула на землю.
— Ён-а!
— Тебя зовут Ён, правильно? — спросил человек в белых одеждах с мечом на поясе.
Хотя украшения были лишь на мече, его благородство было ясно видно. Даже будучи бездомной, я понимала это. Таких людей нечасто встретишь в этих местах, и у него вообще нет причин мной интересоваться.
— …Кто Вы?
В ужасе я медленно отступила назад и огляделась. Мужчина наклонился, сел передо мной и протянул мне руку.
— Я пришёл за тобой. Я твой... отец.
Большие руки, полные мозолей. Когда я схватила эту руку, вначале испугалась, потому подумала, что это сон, а в конце не могла скрыть своего волнения.
Пересекая великолепные и огромные ворота, я чувствовала себя прекрасно. Теперь и у меня появится семья, дом. Теперь и у меня наступили солнечные дни.
В то мгновение, когда я с волнением пересекала порог, меня встретили пожелтевшие от сигарет обои и старый диван, переливающийся разными цветами. Старый телевизор, который не вписывался в интерьер. Из развлекательной программы раздавался весёлый смех. Бум, моё сердце ушло в пятки.
«Почему я здесь?»
Хлоп! В тот момент я почувствовала жжение и резко повернула голову.
— Думаешь, ты сможешь убежать? Как ты смеешь!
Человек, схвативший меня за воротник, грубо тряс меня. Пронзительный запах спиртного. Зелёные бутылки, разбросанные по полу. И я стояла там, как одна из них.
— Сколько я тебя растил! Что?
Я сразу поняла, где и кто я.
— Ах, отец. Почему, почему я здесь, я, я что-то не так сделала, — в ужасе я ахнула и отошла. Затем я наступила на бутылку, которая каталась по полу, и упала.
— Как ты смеешь, неблагодарная сука, бросить своего отца…!
Я была готова к удару! Инстинктивно подняв руки, я сжалась в калачик. Момент, неизбежная темень застелила глаза.
— Боже!
Я глубоко вздохнула и открыла глаза. Меня трясло от тошноты, голова разрывалась. Всё моё тело было мокрым от неприятного холодного пота.
«Что это, кошмар?»
Я не думала об этом с тех пор, как меня обезглавили, поэтому не могла понять, почему мне вдруг приснился такой сон.
Я оглядела незнакомый потолок, пытаясь вспомнить что случилось.
«Итак, после осмотра я пошла искать отца... когда я пришла в главную резиденцию, дедушка... ах».
Последнее, что я помню, это то, что я упала, проливая кровь в центральном зале. После этого я потеряла сознание.
«А где это я?»
На столе рядом с кроватью стояла медная миска с мокрым полотенцем. Но сама комната была мне незнакома.
«Какие великолепные покои».
Место, где я жила, тоже было хорошим. Всё-таки, если ты внучка Бэк Ли, твой дом всегда будет уютным.
Но одно было ясно: это было самое роскошное место из всех мест, где могли бы жить потомки Бэк Ли. И эта комната была полна изысканностей, характерных для хозяина.
В это время за дверью послышались разговоры:
— Когда... благословен... великодушный господин... придёт.
— Господин... Бог... четвёртый господин... Вы...
Содержание было непонятно. Но это были голоса отца, дедушки и других помощников.
Я попыталась подняться, но из-за дрожи в руках не получалось.
Тогда кто-то грубо вошёл, стуча об пол.
— Ён-а!
Отец подбежал прямо к кровати и тут же поддержал мою спину.
— Отец, где мы...?
— Не двигайся! Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо, просто голова немного кружится.
Я рефлекторно ответила, что всё в порядке. И добавила, что у меня болит голова, потому что думала, что мне не поверят. Но ответа не последовало.
— …
Когда я бросила на отца озадаченный взгляд, он взорвался.
— О чём ты думала? — отец громко закричал. — Зачем ты пришла сюда?
— О-отец?
— Я же говорил, чтобы ты была осторожнее!
Это было впервые, когда отец так сильно ругался. Я испугалась и замерла. Моё зрение стало размытым, дыхание — затруднённым, а разум — отстранённым. В голове не было ни одной мысли.
Тогда я рефлекторно сказала:
— Простите, я ошиблась.
И тут...
— В чём ты ошиблась? — раздался ещё один голос.
Я повернулась на звук и замерла.
«Дедушка!»
Меня как будто окатили ледяной водой, я мгновенно пришла в себя. Его проницательный взгляд пронзил меня до самой глубины.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления