Максимилиан долго смотрела на цветок, осторожно поглаживая кончиками пальцев нежные лепестки. Они были мягкими, словно пёрышки. Девушка обхватила крошечный цветок руками, крепко прижав его к себе.
Она вспомнила, как давным-давно он подарил ей букет полевых цветов [49 глава]. У неё до сих пор стоял перед глазами его образ: как он, весь мокрый от дождя, протягивал ей букет. Внезапно её сердце неудержимо заныло.
Ей вдруг стало интересно, неужели он может найти красивый цветок в любой момент времени и действительно ли он, найдя такой цветок, захочет подарить его ей?
Макс произнесла сдавленным голосом:
—Спасибо, что... передали мне его.
— Не за что, — Гейбл мило улыбнулся миледи.
Ей захотелось ответить ему тем же, но мышцы лица не слушались её. Девушка опустила голову, чтобы скрыть покрасневшие глаза от рыцаря. Тревога, страх, беспокойство, печаль... все эти эмоции растаяли, словно их и не было, оставив в её сердце лишь тоску. Но в такой момент даже жгучая боль была бы сладкой на вкус.
Макс нежно поцеловала лепестки.
Наступившие мирные деньки продолжали сменять друг друга. Даже воины Драйстана, дольше всех сохранявшие боевую готовность, отложили оружие и присоединились к работам по восстановлению города.
В основном они таскали камни и валили деревья, но некоторые копали глубокие ямы, для замешивания раствора цемента, или убирали песок. Судя по всему, среди призванных солдат были каменщики и плотники. Даже на её неискушённый взгляд стройка велась очень споро и качественно.
Осмотрев ход строительства, девушка направилась в конюшню. Рем, которой Макс не уделяла должного внимания весьма продолжительное время, впала в неистовство при виде хозяйки. Если бы солдат, работавший конюхом, не бросился к лошади и не успокоил ей, мог произойти несчастный случай.
Макс едва сумела вытащить сопротивлявшуюся кобылу из стойла. Она повела всё ещё недовольно фыркавшую Рем к кромке воды, где та могла пастись на свежей траве, которая едва появилась из земли.
Кобыла, долгое время не получавшая нормального пропитания из-за ограниченных запасов, с остервенением пожирала бледно-зелёные ростки. Макс, с жалостью наблюдавшая за ней, ласково потрепала лошадь по загривку:
— Продержись ещё немного. Когда мы вернёмся домой, я позабочусь, чтобы ты регулярно получала свои любимые морковь и яблоки.
Рем навострила уши, будто поняла её, и игриво потёрлась влажным ртом о щёки и затылок хозяйки.
Макс повела повеселевшую сытую кобылу на площадь. На главной улице Бессмора собралось множество солдат, ожидавших своей очереди за пайком. Леди Калипс разглядывала худощавых мужчин, набивавших желудки водянистой овсяной кашей под навесами на одной из сторон площади.
Питание воинов было весьма скудным, поскольку у них заканчивались припасы. Весь крупный рогатый скот и свиньи давно были забиты и съедены, а куры, оставленные для производства яиц, тоже быстро заканчивались, поскольку некоторые солдаты крали и съедали их.
В итоге, у них остались только пять бочек эля, десять мешков овса и несколько мешков бобов. И даже эту скудную еду приходилось расходовать весьма экономно. Поэтому повара добавляли как можно больше воды в похлёбки воинов.
Девушка угрюмо оглядела солдат, евших нечто отдалённо напоминавшее кашу, и направилась к главному городскому храму. В этот момент сзади её окликнул знакомый голос:
— Приветствую вас, леди Калипс.
— Лорд Лаксион, — Макс с восторгом обернулась, узнав обладателя голоса.
По площади шёл Гейбл Лаксион, два дня назад отправившийся вместе со своими людьми на разведку за пределы замка. Девушка бросилась к нему:
— Есть новости? Вы нашли что-нибудь?
— Не очень много, — рыцарь горько улыбнулся:
— Судя по всему, все монстры с плато Памела покинули эти края. В Лексосских предгорьях мы обнаружили несколько грифонов[1], только что вышедших из спячки, но нам не удалось найти никаких следов дракониров.
Макс удивилась неожиданному упоминанию о грифонах:
— В-вы не ранены?
— Как видите, всё в порядке, — Гейбл ободряюще похлопал себя по груди:
— Я просто беспокоюсь, что некоторые монстры могут активизироваться с повышением окружающей температуры. Эта местность известна обилием звероподобных существ. Таких, например, как гарпии[2] и мантикоры[3].
— Вы же не хотите сказать... что нам придётся организовывать ещё один рейд?
Гейбл вскинул руки в ответ на её вопрос:
— Конечно, нет. Разбираться со здешними монстрами – забота местных лордов. Если эти существа не соберутся в орду, размеров в тысячу или десятки тысяч, как в этот раз, то никто не будет организовывать новый союз.
Макс нахмурилась. Ей обеспокоила мысль, что дракониры могли собрать новую армию монстров. Прочитав её мысли, рыцарь мягко добавил:
— Не волнуйтесь. Даже несколько ящеролюдов, владеющих чёрной магией, не представляют особой угрозы, если оставить за скобками воскрешение дракона.
Макс криво улыбнулась его уверенному тону. Достаточно вспомнить гонения на другие расы в прошлом, чтобы понять, что девять некромантов не сравнятся с тысячами рыцарей. Такие расы, как эльфы и гномы, были стёрты с лица земли именно людьми. Скорее всего, именно это знание заставляло дракониров так отчаянно добиваться воскрешения Секто.
«Возможно, дракон был их единственной надеждой».
Пока девушка размышляла об этом, вдалеке послышался звон колокола. Макс резко подняла голову. Этот звон, раздававшийся через равные промежутки времени, возвещал о прибытии гостей.
Она повела Рем через площадь. Дойдя до ворот, она увидела строй всадников, закованных в железо. Внезапно у девушки закружилась голова от радости. Союзники наконец-то вернулись!
Она бросилась к воротам. Но её восторг был недолгим. На жёлтых плащах рыцарей красовался незнакомый герб. Не сразу, но Макс узнала в нём королевский герб Драйстана. Очевидно, прибыло подкрепление, посланное королём Торбеном.
За сотней кавалеристов вкатились повозки, гружённые провизией, и солдаты, голодавшие несколько недель, разразились радостными криками. Но Максимилиан не могла сдержать разочарования. Посмотрев немного, как солдаты разгружают повозки, она отвернулась.
Вечером Лиена мор Торбен устроила роскошный банкет в отремонтированной резиденции собора. Во главе длинного стола сидели молодой рыцарь, возглавлявший отряд снабженцев, и принцесса Агнес. Рядом с ними находились, высокопоставленные рыцари и волшебники Мировой башни.
Первоначально Макс уселась среди волшебников и рыцарей Ремдрагона, но вскоре была вынуждена пересесть за главный стол из-за буйного поведения Агнес.
Принцесса Уедона быстро опьянела, и всё равно продолжала подливать вино в свой кубок. Леди Калипс сделала небольшой глоток крепкого вина с озадаченным выражением лица и оглядела зал. Длинный стол был уставлен копчёной олениной и огромными свиными окороками, с которых стекал жир, медовыми орехами и сушёными абрикосами. Слуги без устали продолжали подносить свежий хлеб и сырое масло.
Это был первый настоящий пир за последние месяцы, но Макс с трудом могла наслаждаться им. Даже в этот момент девушку преследовал образ блуждающего в горах Рифтана, и она с трудом запихивала в себя еду.
Заставив себя откусить очередной кусочек хлеба, она не выдержала и выскользнула из зала, как только ей представилась подобная возможность. Она пересекла территорию храма и вошла в башню, расположенную на заднем дворе.
С вершины башни открывался прекрасный вид на чистое ночное небо, украшенное полумесяцем. Поставив стул перед парапетом, Макс села, чувствуя, как прохладный ветерок приятно остужает её лицо. Опьянение постепенно сходило на нет.
Где-то вдалеке послышалось пение пьяных мужчин. Пока она прислушивалась к фальшивой мелодии, позади неё внезапно раздался чей-то голос:
— Похоже, вы любите оставаться наедине с собой.
Леди Калипс удивлённо обернулась. Лиена Мор Торбен стояла, прислонившись спиной к колонне башни. Восточная принцесса медленно подошла к ней, покачивая бутылкой, которую она держала в руке:
— Не желаете ли выпить?
Макс покачала головой. Принцесса пожала плечами, отодвинула стул и уселась рядом с девушкой. Недоверчиво наблюдавшая за ней волшебница осторожно поинтересовалась:
— Вы следили за мной?
— Ни в коем случае, — Лиена ехидно фыркнула:
— Я люблю высоту, а эта башня – самое высокое место в городе.
Она сделала глоток вина и насмешливым тоном спросила:
— Вы смотрели на горы Лексосс и представляли своего мужа, не так ли?
Макс напряглась. Она поднялась со своего места, не желая продолжать разговор с этой неприятной женщиной:
— Прошу меня извинить.
— Я не собираюсь грубить вам. Садитесь, — ворчливый голос принцессы то и дело ломался:
— Я была столь сварлива, потому что безумно завидовала вам, ведь вы заполучили такого мужчину.
Макс замерла на месте после неожиданного признания и посмотрела на свою собеседницу. Лиена же уставилась в окно, подперев подбородок рукой, и пробормотала тихим голосом:
— Рифтан – особенный человек, не так ли? Я долго не могла его забыть.
Макс нахмурила брови, заметив, что принцесса предаётся воспоминаниям. Рифтан утверждал, что между ним и Лиеной ничего не было, но она подозревала, что это могло быть неправдой:
— Что именно... произошло между вами?
Принцесса на мгновение задумалась, а затем выдохнула ответ:
— Я соблазняла его, но он отверг меня. Вот и всё.
После этого признания она добавила с ноткой обиды:
— Он не из тех людей, которые могут быть жестоки к слабым мира сего. А я не могла быть грубой с человеком, который был столь искренен ко мне. Поэтому я не могла отступить. Мне казалось, что если я надавлю на него ещё немного, то он поддастся, — она отпила вина.
Макс уставилась в пустоту, не зная, что сказать о женщине, сердце которой было разбито Рифтаном, и которая, похоже, не могла прийти в себя уже много лет. Принцесса, тем временем, продолжила изливать ей душу:
— Когда мне было шестнадцать, я вышла замуж за семидесятилетнего старика по политическим мотивам. Это был ужасный брак. И, к счастью, мой муж умер уже через пять лет. И тогда же я встретила Рифтана на обратном пути в столицу. Думаю, вы можете себе представить, как сильно я в него влюбилась, — слова принцессы были переполнены горечью:
— Но Рифтан Калипс не пожелал иметь со мной ничего общего.
Теперь Макс испытывала неловкость. Ей было немного неудобно оттого, что человек, которого она всегда считала наглым и бесстыдным, на самом деле была всего лишь женщиной с разбитым сердцем. Восточная принцесса горько улыбнулась и продолжила:
— Я собираюсь выйти замуж за рыцаря, возглавлявшего отряд, который сегодня привёз нам припасы. Учитывая моё непростое положение, немного поворчать о своей доле – милое дело, над которым можно посмеяться, не так ли? То ли дело вы – счастливица, у которой самый лучший мужчина на свете.
Макс плотно сжала губы. Она была бы недалёкой женщиной, если бы не согласилась с принцессой. Девушка, наконец, села обратно и заставила себя выпить несколько бокалов вина, которые предложила ей Лиена.
На следующий день, услышав рассказ о примирении с принцессой Лиеной, Агнес громко рассмеялась, схватившись за живот:
— Какой она замечательный человек. Всё это время она была столь высокомерна с тобой, но в итоге всё кончилось тем, что ты даже не можешь разозлиться на неё...
— Вы хотите сказать, что принцесса Лиена солгала мне?
— Скорее всего, нет. Но она решила примириться с тобой не по доброте душевной. Её не просто так прозвали Тарантулом. Предположу, что увидев твою магию по призыву големов, она почувствовала необходимость разрядить враждебную обстановку между вами.
Глаза Максимилиан расширились от удивления при этих неожиданных словах. Агнес многозначительно улыбнулась:
— В будущем к тебе обратится множество амбициозных людей. Одни будут использовать лесть и учтивость, другие – угрозы. Тебе стоит быть начеку.
Макс хотела было спросить, заинтересована ли королевская семья Уедона в магии по призыву големов, но решила промолчать. Она не хотела задавать этот вопрос женщине, которая дала ей подобный совет. Ответив, что постарается быть осторожной, девушка отправилась на залитую солнцем городскую площадь.
Большинство солдат будто помолодели после обильной еды и питья. Она прошла мимо мужчин, несущих груз, и отправилась к собору Бессмора. Убрав пыль в часовне, она насыпала горсть семян на алтарь. Ей казалось, что боги внемлют её подношению и защитят Рифтана.
Каждый день она подметала и очищала алтарь. Иногда Макс поднималась на башню замка, чтобы посмотреть на Лексосские горы, или посещала часовню, чтобы помолиться.
Так прошла ещё одна неделя. А за ней ещё одна. С каждым днём Бессмор оживал. В город вернулось более пятисот горожан, и рынок наполнился торговцами.
Улицы пестрели редкими товарами и красочно одетыми зазывалами, но Макс не испытывала по этому поводу никаких эмоций. Словно её время остановилось в сезоне отдыха.
Побродив по рынку с мрачным взглядом, она направилась через площадь к собору. Вновь вдалеке послышался звон колоколов: прибыла ещё одна группа беженцев.
Макс, пережившая за последние несколько дней одно разочарование за другим, не оглядываясь, осторожно вошла в святилище в задней части собора. Обычно туда пускали только высокопоставленных священников, но, к счастью, новый наместник Папы в Бессморе был занят проведением службы. Макс воспользовалась его недосмотром и вошла в комнату, где хранились реликвии.
Алтарь, некогда окрашенный драконирами в красный цвет, теперь был озарён бледно-голубым светом. Она взглянула на стоявший на нём серебряный кубок, после чего опустилась на колени и сцепила руки.
Рано или поздно первосвященник посетит Бессмор, и она больше не сможет войти в эту комнату. Поэтому ей хотелось ещё раз помолиться Господу рядом с реликвией в надежде, что это поможет донести её молитву о безопасности мужа.
Прочитав молитву, она поднялась и покинула комнату. Выйдя на улицу, девушка увидела слабый дождь, тихим шёпотом устлавший сад во дворе храма.
Макс подняла голову и посмотрела на небо. Солнце пробивалось сквозь тонкие облака, окрашивая капли дождя в золотистый цвет. Она протянула руку, подставив её под капли дождя, и осторожно ступила на мокрую траву. Тёплая дождевая вода приятно увлажнила её щёки и лоб.
Вдохнув свежий запах мокрой травы, она прошла мимо кустарников, на которых начали появляться первые листья, и остановилась перед травяным садом. От мокрых травинок исходил пьянящий аромат. Девушка закрыла глаза, наслаждаясь умиротворением, царившем в саду. Внезапно послышались тяжёлые шаги.
Она повернула голову.
В саду стоял мужчина.
На мгновение её сердце замерло.
Мужчина откинул капюшон, обнажив чёрные обсидиановые волосы и загорелое лицо. Макс замерла, глядя на него. Капли дождя попали на его длинные ресницы и щёки.
Рифтан медленно пошёл к ней, лязгая своими тёмно-серыми доспехами. Лишь услышав этот звук, она поняла, что мужчина перед ней – не иллюзия.
Она моргнула, глядя на него горящими глазами.
Странное сияние серого и золотого цветов окрасило его глаза в загадочный цвет, а его промокшее от дождя лицо выглядело теплее и мягче, чем когда-либо. Это было так прекрасно, что казалось наваждением.
Он неожиданно улыбнулся:
— Я вернулся.
Его жена потеряла дар речи. Но внезапно она вспомнила, что обещала себе встретить своего мужа с улыбкой на устах. Макс улыбнулась ему в ответ. Как хорошо, что идёт дождь, подумала она. Ведь он скрывает слёзы, текущие по её щёкам.
Максимилиан едва смогла выдавить из себя ответ:
— Добро пожаловать.
Примечания:
1. Грифон – монстр с туловищем льва и головой орла. Способен летать.
2. Гарпия – монстр с лицом женщины и телом орлицы. Пронзительный крик, способность к полёту. Они сопровождали отряд Рифтана и Макс во время их путешествия в Леван, столицу Либадона перед первой войной с монстрами (189 глава).
3. Мантикора – монстр с телом льва и хвостом скорпиона. Также обладает крыльями и способна летать.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления