Дни моей юности, как оглянусь на них, кажутся белыми снежинками в утреннюю мятель, уносимыми от меня в смятении.
Лолита
***
— Придется потрудится, товарищи. Я возмещу вам расходы за перекус и раздам маски для лица. Тем, у кого есть жены и дети, я лично отправлю им письма с покаянием. Даже если нам придется работать всю ночь, даже если нам придется копать до самого дна в старом доме Су, мы должны докопаться до сути происходящего. Я хочу увидеть эту маленькую девочку Цю Тун, живую или мертвую.
Закончив говорить по рации, Ло Вэньчжоу повернулся к Фэй Ду, который с интересом наблюдал за ним.
— Юноша, сдается мне, ты — реинкарнация звезды несчастья. Этот твой день рождения действительно был счастливым и благословенным. Я не могу довезти тебя до дома. Тебе вызвать такси или высадить в каком-нибудь отеле по дороге?
Фэй Ду не ответил.Без видимой на то причины он спросил:
—Что вы обычно едите на дежурстве?
— Обычно мы едим роскошные комплексные обеды из незаконно переработанного растительного масла, — выражение лица Ло Вэньчжоу было немного горьким. — Безрассудный человек иногда может съесть что-нибудь чуть более высокого качества, например, что-нибудь из McDonald's.
Фей Ду:
— …
— Вздор, — Ло Вэньчжоу повернул руль в направлении Муниципального бюро и раздраженно продолжил. — Если бы им всем было так же трудно угодить, как тебе, мог бы я позволить себе возместить им расходы? Впереди есть гостиница, пол моей зарплаты за одну ночь. Остановиться?
— Там я не стану ночевать, — неторопливо сказал Фэй Ду, обращаясь к жестоко угнетенному госслужащему, у которого была жареная курица, чтобы утолить голод, и незаконно переработанное растительное масло, чтобы унять жажду. — Благовония в их вестибюле слишком сильные, а в ванных комнатах нет ванн, — затем, не обращая внимания на всплески враждебности, которые он вызвал, он приказным тоном сказал. — Просто езжай дальше. Рядом с вашим бюро есть шестизвездочный отель, в котором я могу остановиться. Я вполне в силах добраться туда сам.
Ло Вэньчжоу:
— ...
Он сопротивлялся целую вечность, но в конце концов не смог сдержаться.
— Президент Фэй, ты только и делаешь, что бездельничаешь и поднимаешь шум. Ты не занимаешься ничем пристойным. Достаточно ли у вашей семьи денег, чтобы ты растрачивал их всю свою жизнь? Что ты будешь делать, когда потратишь все состояние впустую? Никто не поможет, когда ты положишь зубы на полку. Ты теперь взрослый. С сегодняшнего… со вчерашнего дня, если ты обратишься в бюро гражданской администрации, тебе предоставляется возможность легально подать заявление на получение свидетельства о браке. Ты не можешь быть немного менее требовательным?
Локоть здоровой руки Фэй Ду опирался на дверцу машины; он не ответил, только улыбнулся, подперев подбородок рукой.
Ло Вэньчжоу не знал, чему тут было улыбаться; при виде его он встревожился. Если бы не его статус раненого, он был бы готов выбросить этого человека из машины.
Через некоторое время Фэй Ду спросил:
— Ты уверен, что тебе не нужна моя дальнейшая помощь?
— У тебя есть звание? Или оклад? — в итоге, Ло Вэньчжоу не заставил его ходить. Продолжая критиковать, он свернул на противоположную боковую дорогу, приближаясь к Городскому бюро, направляясь к зданию отеля, которое можно было бы назвать местной достопримечательностью. — Какое это имеет отношение к тебе?
— Я слышал, что так называемый "сообщник", которого вы арестовали, был обвинен этой дикой маленькой девочкой, и, кроме этого, у вас нет других доказательств, верно?
Ло Вэньчжоу бесстрастно сказал:
— Текущие расследования носят конфиденциальный характер.
Прежде чем он закончил, Фэй Ду уже спокойно продолжал:
— О, верно, также было то, что он имел какое-то отношение к серийным похищениям маленьких девочек двадцать лет назад, поэтому он казался подозрительным.
Ло Вэньчжоу стиснул зубы, внутренне замышляя вернуться и тщательно расследовать, что за ублюдок не умеет держать язык за зубами .
—То есть у вас нет доказательств. Маленькой девочке еще нет и тринадцати лет. Ее IQ кажется высоким, но ее психическое состояние нельзя назвать стабильным. Насколько достоверными могут быть ее показания? Алиби человека, которого вы арестовали сегодня, было лично предоставлено полицией. Что, если он будет упорно отрицать свою причастность? — Фэй Ду слегка развел руками. — Ну и маленькая девочка. От нее ты ничего дельного не услышишь. Во всяком случае, вы не можете выпытать из нее признание. Вы действительно планируете вызвать специалиста по детской криминальной психологии прямо сегодня вечером?
Каждое слово, сказанное Фэй Ду, было правдой. Все это вызывало у Ло Вэньчжоу головную боль.
Всем сегодняшним операциям не хватало реальных доказательств. Если бы они в конце концов не спасли Чэнь Чэнь, полагаясь исключительно на то, что Ло Вэньчжоу действовал по собственной инициативе, сначала стреляя, а спрашивая разрешения после, именно он был бы ответственен за все это следующим днем.
Он уже подъехал к первому этажу отеля. Избыток холодного воздуха атаковал чувства, неся аромат прохлады вестибюля и безмятежных благовоний, освежающих сердце и разум.
Хотя было раннее утро, там все еще дежурил швейцар, который энергично подошел, чтобы поприветствовать гостя.
Фэй Ду вышел из машины и уже собирался уйти, как вдруг что-то вспомнил и повернул назад. Он наклонился и постучал в окно машины Ло Вэньчжоу, затем открыл дверь со стороны водителя.
— Я оставил свой телефон, — сказал он. — Не мог бы ты передать мне его?
Ло Вэньчжоу ответил: “хорошо”, а затем поднял телефона с пассажирского сиденья. Он собирался передать его, но Фэй Ду, казалось, не в силах ждать, протянул руку, чтобы взять его.
Его рубашка, растрепанная после автомобильной аварии, свободно свисала. С точки зрения Ло Вэньчжоу, он мог просто заглянуть за опущенный ворот. Его грудь была немного тонкой, но, выделяясь под четко очерченными ключицами, в ней чувствовалась сдержанная сила. Сегодня он специально не опрыскивал себя одеколоном, но испорченная плоть этого человека впитала в себя все сущности мира; от его ворота исходил слабый, почти незаметный мужской запах, исчезающий без следа, прежде чем его можно было четко различить.
Протянув руку, чтобы взять телефон, Фэй Ду почти задел его; после этого близкого контакта его палец, случайно или намеренно, коснулся Ло Вэньчжоу, когда он схватил свой телефон.
Ло Вэньчжоу:
— ...
Посреди ночи для молодого и энергичного мужчины, интересующегося мужчинами и не имеющего постоянного партнера, в условиях бесконечного стресса на работе быть застигнутым врасплох подобной провокацией было не менее трагично, чем для человека, постящегося в течение трех дней, увидеть ночную онлайн-рекламу ресторана Мишлен.
— Я все еще должен быть здесь утром. Найди меня, если понадоблюсь, — Фэй Ду выпрямился, как ни в чем не бывало, засовывая отвратительный телефон в карман. — Я могу поговорить с девочкой. Хоть я и не являюсь экспертом по трудным подросткам, у меня много опыта в том, как быть трудным подростком.
Морально и физически истощенный, Ло Вэньчжоу махнул рукой.
— Иди уже.
Когда Фэй Ду действительно ушел, Ло Вэньчжоу остановил свою машину на обочине дороги и выкурил две сигареты подряд, прежде чем окончательно оправился от своего неловкого полутвердого состояния. Он завел машину и поехал обратно в бюро, несмотря ни на что; его сердце было полно превратностей судьбы.
Когда обычный человек был занят учебой или работой, он все еще мог решать свои личные проблемы методом “свидания вслепую”. Однако для представителей меньшинств это было гораздо менее удобно.
Когда он только закончил школу, молодой господин Ло, как и Фэй Ду, несколько лет попросту дурачился. Позже он обнаружил, что, хотя раствориться в таком распутном образе жизни было легко, найти подходящего человека было очень трудно. Более того, он обнаружил, что так называемое “очарование” состоит из четырех этапов: сначала увлечение, затем привыкание, затем пресность и, наконец, отвращение ко вкусу. Вдобавок к растущему стрессу на работе, отвлекающему его внимание, Ло Вэньчжоу постепенно развил “престарелый” образ жизни: ходил на работу и с работы, возвращался домой и гладил кота.
Но в то время как его мировосприятие было “пожилым”, его тело, в конце концов, по-прежнему оставалось молодым. Между его физиологическим и психическим состояниями возник огромный диссонанс. У Ло Вэньчжоу мелькнула встревоженная мысль, что если он будет продолжать в том же духе, то в один прекрасный день ему хватит и большого пушистого хвоста Ло Иго.
Он раздраженно вдавил педаль газа. Машина с ревом рванула с места, направляясь к ярко освещенному муниципальному бюро.
— Капитан Ло, Сюй Вэньчао арестован. Он в комнате для допросов, Су Лочжань в другой. Она под наблюдением Сяо Лан. Вы планируете…
Прежде чем эти слова были произнесены, торопливые шаги Ло Вэньчжоу остановились. Он видел сутулую фигуру в коридоре.
— Дядя Го?
Го Хэн затушил кончик сигареты и медленно встал, пытаясь выпрямить спину, которая все равно оставалась в прежнем состоянии.
Ло Вэньчжоу заговорил:
— С чего бы вам быть...
— Вы пришли ко мне сегодня, потому что снова расследуете старое дело? — Го Хэн посмотрел на него обжигающим взглядом. — Я прав, не так ли? Моя дочь…Ее так и не нашли спустя все эти годы. Я слышал, ты только что вернул похищенную девочку живой, это правда? Вы арестовали подозреваемого? Есть ли надежда, что вы сможете прояснить, что случилось с Фэй Фэй? Кроме У Гуанчуаня, был ли у него еще сообщник?
В мутных глазах старика, казалось, вновь разгорелось пламя, которое когда-то описал Достопочтенный Ян, из-за чего было трудно смотреть прямо на него.
Ло Вэньчжоу не знал, что сказать. Он мог только неловко пробормотать:
— Мы сделаем все, что в наших силах.
Сказав это, он ускорил шаг и поспешно убежал; когда он ушел далеко, то все еще чувствовал, как Го Хэн смотрит ему вслед; казалось, что глаза старика вот-вот прожгут его спину.
В комнате для допросов Сюй Вэньчао, которого за один день вызывали дважды, превратился из “содействующего следствию” в “подозреваемого”, задержанного в собственном доме посреди ночи. Он выглядел плохо: его лицо было бледным от недосыпа, а на подбородке виднелась щетина.
Теперь его манеры не казались такими вежливыми. Все десять пальцев были сплетены вместе, лежали на его ногах; на его бледном лице было невыразимое напряжение.
— Я этого не делал, — тон Сюй Вэньчао выражал крайнюю беспомощность и невинность, но его слова были резкими. — Я повторю еще раз, я не похищал никаких маленьких девочек и никого не убивал. Вы видели запись о местонахождении моего автомобиля, незаконно следили за мной и шпионили за мной. Я хотел бы спросить, если позволите, посягнув на основные права человека до такой степени, какие доказательства вы нашли, что я кого-то убил?
Криминалист, допрашивавший его, холодно сказал:
— Су Лочжань похитила девочку из ее школы, жестоко обращалась с ней и пыталась убить ее. На месте преступления она дважды звонила по вашему номеру. На глазах у всех она обвинила тебя в том, что ты ее сообщник.
Сюй Вэньчао откинулся на спинку стула и своим неповторимым нежным голосом сказал:
— Телефонный звонок и слова ребенка, и вдруг я становлюсь убийцей. Мне кажется, сегодня я понял, что называется: ”Если вы твердо решили кого-то повесить, вы всегда можете найти предлог".
— Зачем Су Лочжань позвонила тебе и зачем ей выдвигать против тебя ложные обвинения?
Сюй Вэньчао сделал паузу и спокойно поднял глаза. Наблюдая за изображением, передаваемым камерой наблюдения, Ло Вэньчжоу ясно разглядел выражение его лица, и у него внезапно возникло дурное предчувствие — этот человек был слишком спокоен, слишком уверен в себе, совершенно без намека на панику, как будто у него был какой-то неизвестный козырь.
— Потому что у нас с ее матерью были романтические отношения, — сказал Сюй Вэньчао. — Да, я не сказал этого, когда был здесь сегодня днем... потому что боялся, что это вызовет проблемы. Я любил Су Сяолань с детства, но она не любила меня. Она предпочла бы жить в крайней нищете, чем со мной. Только когда она узнала, что жить ей осталось недолго, она эгоистично дала мне немного тепла в качестве милостыни. Но я пролил за это слезы благодарности, даже хотел на ней жениться… Если бы не тот факт, что она не продержалась так долго, я бы сейчас был отчимом Су Лочжань. Поскольку у нас нет законных отношений, мне очень трудно взять ребенка к себе на воспитание. Мне пришлось медленно обдумывать способ, в то же время делая все, что в моих силах, чтобы материально поддержать ее. Она позвонила бы мне, если бы ей когда-нибудь что-нибудь понадобилось. Это вполне естественно.
— Но вы не взяли трубку.
— Я не взял трубку, потому что обнаружил, что за мной шпионят, — вежливо сказал Сюй Вэньчао. — Даже если бы по телефону звонила не она, а какая-нибудь служба доставки посылок или продавец недвижимости, я бы все равно не взял трубку. Офицер, я полагаю, что под суровым давлением общественной власти я все еще имею право сохранить хоть частицу свободы?
— Так ты хочешь сказать, что Су Лочжань ложно обвинила тебя?
— Я не знаю, почему она сказала это. Если это правда, то я очень огорчен. Ее мама всегда пренебрегала ею. Я же, напротив, чувствую себя способным выполнять обязанности отчима. Она росла сама по себе, и ее поведение временами действительно выходит за рамки. Я наказал ее. Возможно, она просто капризничает, — в этот момент Сюй Вэньчао сделал небольшую паузу. — Или, возможно, она вообще не знала, что говорила. Кто-то подсказывал ей.
Криминалист ударил кулаком по столу.
— Хватит с меня этого дерьма! Выжившая жертва свидетельствовала, что после того, как Су Лочжань позвонила вам, она сказала: "Если он не придет, я сделаю это сама". Старый дом семьи Су содержался в чистоте нанятыми вами почасовыми работниками, а счета за воду и электричество были оплачены с вашего банковского счета! Что вы делали, обслуживая старый дом, который вот-вот должны были снести? Это ясно показывает, что вы замышляли что-то! Если бы мы не присматривали за вами сегодня, похищенная девушка, возможно, не дожила бы до завтрашнего утра!
Сюй Вэньчао покачал головой.
— Какова причинно-следственная связь между сохранением старого места жительства и похищением и убийством? Следуя вашей логике, я полагаю, что все преступления, которые происходят в пределах города, являются ответственностью муниципального управления.
— Разве он не говорил, что у него был поврежден мозг из-за лихорадки? — Ло Вэньчжоу удивленно поднял брови. — Мне он кажется сообразительным. Или может он становится тупым мудаком с определенной периодичностью?
— Капитан Ло, если он продолжит отрицать, а у нас нет доказательств, нам придется провести ему проверку на детекторе лжи?
— Иди проверь его банковские счета, кредитные карты, транспортные средства и недвижимость на его имя… Отнесите его фотографию во все крупные лизинговые компании. Еще есть его личные связи; возможно, он был за рулем одолженной машины, когда совершил преступление. Тот факт, что на его регистраторе на день похищения Цю Тун нет ничего подозрительного, значит только то, что он водил машину не под своим именем. Я не верю, что у него есть возможность спрятать целое четырехколесное транспортное средство...
Пока Ло Вэньчжоу все еще говорил, криминалист в допросной сказал:
— Я спрошу вас еще раз, где вы были ночью двадцать седьмого?
— Дома, читал книгу, — выражение лица Сюй Вэньчао не дрогнуло. — Я фрилансер. Я не хожу на работу каждый день. Чтение дома — обычное дело.
— Если вы сидели дома и читали, то для чего вы арендовали машину?
Это был блеф.
Если бы машина, на которой Сюй Вэньчао ездил в тот день на Западном хребте, не была его собственной, то независимо от того, одолжил ли он ее у знакомого или у него была личная машина, зарегистрированная на чужое имя, это можно было бы легко выяснить. Лучшим выбором для него было бы обратиться в липовое агентство по прокату и арендовать автомобиль; существовало некоторое количество незарегистрированных компаний, которые действовали незаконно, очень хорошо скрываясь. Это был наиболее вероятный метод, который Сюй Вэньчао выбрал бы.
Ло Вэньчжоу закрыл рот, скрестил руки на груди и сосредоточился, ожидая оправдания Сюй Вэньчао.
Но Сюй Вэньчао невозмутимо поднял брови в, казалось бы, искреннем удивлении.
— Офицер, о чем вы говорите?
— Вечером двадцать седьмого вы следовали за школьным автобусом, который отправлялся с Западного хребта, ожидая возможности напасть на одну из одиннадцати девочек в автобусе. Вы случайно стали свидетелем угона школьного автобуса. В процессе девочка по имени Цю Тун выпрыгнула из автобуса и столкнулась с вами и Су Лочжань. Она вам поверила, попросила помощи и села в твою машину. Она не знала, что обрекает себя на гибель от твоих мерзких рук!
Сюй Вэньчао усмехнулся.
— Это просто...
Допрашивающий криминальный полицейский строго прервал его защиту.
— Камеры видеонаблюдения вокруг музея зафиксировали номерной знак вашей машины. К чему еще хочешь придраться?
— Офицер, — холодно спросил Сюй Вэньчао, — не могли бы вы сказать мне, в какое время двадцать седьмого это произошло?
Допрашивающий полицейский холодно сказал:
— А ты не в курсе?
— Я действительно не знаю, — Сюй Вэньчао слегка поднял руки и покачал головой. — Хорошо, раз вы решили заманить меня в ловушку, похоже, вы не скажете мне точное время, но я должен сказать несколько слов в свое оправдание. Если бы это преступление произошло в первой половине ночи, боюсь, у меня не было бы времени отправиться туда. Вы видели, где расположен мой дом. Поездка до Западного хребта, о котором вы говорите, займет не менее трех часов... и это без учета пробок и плохих погодных условий. Около половины девятого вечера двадцать седьмого я заказал еду на вынос домой. Номер заказа и время доставки записываются. Если мне повезет, курьер вспомнит меня.
Сердце Ло Вэньчжоу бешено заколотилось; он обнаружил, что его предчувствие сбылось.
— Я советую вам проверить это как можно быстрее и восстановить мое доброе имя, — Сюй Вэньчао посмотрел на свои часы. — Похоже, мне придется провести ночь в бюро. Не могли бы вы сказать мне, когда я могу обратиться за адвокатом? Ах да, еще, хотя я до сих пор не совсем понимаю, что должна была сделать Су Лочжань, в конце концов, она все еще ребенок. Не могли бы вы, офицеры, быть с ней помягче? Если необходимо, я готов взять на себя ответственность в качестве ее опекуна.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления