“Что, дьявол может говорить правду?”
— Дун Сяоцин говорит, что Дун Цянь всегда ездил на дальние расстояния. Эта работа была не просто случайностью. Поскольку мать Дун Сяоцина умерла, когда она была молодой, и ему приходилось работать, чтобы содержать свою семью, у него не было времени присматривать за ребенком, и его всегда мучила совесть из-за нее. Он хотел накопить немного денег, чтобы она могла использовать их в качестве приданого. Люди, которые нанимают грузовики, хотят только высокой прибыли. Они очень внимательно следят за временем водителей. Им даже приходится бегать в туалет, когда они в дороге. На некоторых станциях технического обслуживания также есть воры, которые сматываются на грузовиках. Человек, едущий сам по себе, не смеет отдыхать. Это нормально – ехать десять или более часов подряд. Что касается того, почему на этот раз что-то пошло не так, то это, должно быть, несчастный случай. Дун Цянь недавно лежал в больнице из-за аллергической реакции, и после того, как он выписался, у него по какой-то причине возникли проблемы со сном. Весьма вероятно, что это было вызвано его состоянием здоровья… капитан Ло, жена Дун Цяня погибла в автокатастрофе. Из-за этого он долгое время не мог водить машину. Стал бы такой человек намеренно кому-то вредить?
Ло Вэньчжоу выслушал доклад Сяо Хайяна от начала до конца. Поскольку он боялся, что вспыльчивый криминальный полицейский Сяо Сяо снова взбесится, он придержал язык за зубами и больше не давал никаких полезных советов. Он лишь коротко сообщил по телефону, что получил его, и посоветовал маленькому очкарику поторопиться домой.
Казалось, что несчастный случай с достопочтенным Чжоу не был какой-то богатой семейной драмой со сложным сюжетом найма убийцы для захвата спорных семейных активов. Такая знаменитая семья, как Чжоу, попала бы в новости при малейшем признаке беспокойства, а все сторонники теории заговора веселились бы. Чжоу Хуайсин, возможно, использовал это только как предлог, чтобы поднять шум, вызвать полицию, сфабриковать какие-то частично правдивые, а частично ложные новости, официально продемонстрировав полиции свою невиновность – то, что сказал Фэй Ду, имело смысл.
Фэй Ду также сказал… ах, Фэй Ду был ублюдком. У Ло Вэньчжоу защемило в груди при мысли о нем.
У него болела грудь, и он решил разогреть остатки еды. Он как раз мыл руки, когда в комнату прокрался Ло Иго.
Господин кот, вероятно, достаточно выспался. Он сильно потянулся, сгибая плечи, поднимая спину, извиваясь, издал довольно веселое, ласковое «мяу», обнюхал ноги Вэньчжоу, прищурил глаза и потерся о его штанину.
За исключением тех случаев, когда он хотел есть, Ло Иго очень редко требовал такой ласки, выполняя надлежащие обязанности кошки. Ло Вэньчжоу был готов признать это. Несмотря на то, что он только что вымыл руки, он наклонился, чтобы почесать котику подбородок.
В больших круглых глазах Ло Иго промелькнул огонек. Уставившись на выставленную руку, все его тело отступило к задним лапам; увидев, что враг попался в его ловушку, он подпрыгнул и показал свои острые зубы. Этот кот всегда приставал к нему, всегда должен был быть какой-нибудь хитрый трюк. Как опытный уборщик туалета, Ло Вэньчжоу был знаком со всеми прелюдиями к тому, как члены семейства кошачьих начинают атаку. Он был готов и отвел руку назад, используя преимущество своего превосходящего роста, чтобы заставить чертову кошку хватать только пустой воздух. Затем он ударил Ло Иго по лбу, прижав его к полу.
— Я так и знал, что ты что-то замышляешь!
С тех пор, как обнаружил, что, когда его служитель туалета начинал носить более толстую одежду, укусить его становилось все труднее, Ло Иго научился многим охотничьим приемам. Но враг был хитер. Он не пришел домой вовремя и не хотел покорно подчиняться укусам. Ло Иго был очень недоволен. Он замахал хвостом, шипя на него, и Ло Вэньчжоу поднял кота, подложив одну руку под его мягкое брюхо.
— Как думаете, ребята, что вы пытаетесь сделать?
Ло Вэньчжоу раздраженно схватил кота за морду.
— Отец дает вам вкусную еду и питье, берет овердрафт на свой запас терпения на следующую жизнь, а каждый из вас просто строит и строит планы. Неужели у вас нет совести? Ни на что не годные!
Ло Иго протестующе взвыл.
Ло вэньчжоу сказал:
— Заткнись, воющий шар!
Сферический Ло Иго был быстро сдержан, его хвост вяло поник. Он простодушно протянул свои четыре конечности, чтобы обнять его за руку.
Ло Вэньчжоу бросил на него яростный взгляд, затем, все еще ругаясь, высыпал немного кошачьего корма. Этот кот помнил доброту и забывал плохое обращение; когда была еда, он забывала о своей вражде. Он спрыгнула с него, перекатилась, потерлась о его руку, восхваляя небо и землю, в одностороннем порядке восстанавливая дружеские отношения между ними.
Ло Вэньчжоу:
— …
Эти капризные твари замучали его до истощения.
Ло Вэньчжоу сел на пол собственного дома, чувствуя, что его правая рука, подвергшаяся домогательствам Фэй Ду, все еще слегка горела. Когда он закрыл глаза, он подумал об этом не совсем улыбающемся лице, улыбка заставляла его сердце трепетать, неконтролируемое трепетание делало его довольно раздражительным.
Эта раздражительность, наконец, достигла своего апогея, когда он с трудом пробудился от приятного сна в предрассветные часы и обнаружил, что определенная часть его тела ведет себя негармонично.
До пяти утра Ло Вэньчжоу некоторое время сидел в изголовье своей кровати, думая о судебном процессе, затем сорвал одеяло, встал и пошел в ванную, чтобы привести себя в порядок, а также умылся холодной водой.
Он прислонился к раковине с неясным выражением лица, сделав несколько резких вдохов. В очень импульсивном состоянии ясной головы он подумал: «Если этот мудак Фэй Ду снова посмеет дразнить меня, я больше не буду вежливым». Какой смысл быть «по-джентльменски хорошим человеком», когда ты испытываешь такое разочарование?
Внезапно Ло Иго, лежавший в изголовье своей кровати, с глухим стуком скатился с нее и подбежал к двери ванной.
Ло Вэньчжоу спросил:
— Что?
Ло Иго повернулся и посмотрел на него, помахивая хвостом. Из-за него донесся слабый звук песни «Пять колец». Ло Вэньчжоу замер и окончательно проснулся – его телефон, завернутый в одеяло, звонил.
— Самолет Чжоу Хуайсиня приземлился вовремя, чуть позже двух. Он отправил домой сообщение о том, что взял такси и встречать его в аэропорту было не нужно. В этот час дороги свободны. Разумно рассуждая, он должен был добраться до резиденции Чжоу за полчаса, максимум за сорок минут, но они прождали целых два часа, не услышав ни слова, и позвонили снова. Его телефон был выключен!
Ло Вэньчжоу зашагал через поле полицейских машин к резиденции семьи Чжоу, которая была удостоена их присутствия во второй раз за двадцать четыре часа.
— Разве Чжоу Хуайсин не старший сын в доме, со стандартными личной машиной и телохранителем? Зачем ему ловить такси из аэропорта посреди ночи?
Как только он заговорил, в разговор неторопливо вмешался голос, который напрашивался на порку.
— Вот такой человек Чжоу Хуайсинь. Его стиль обычно очень сдержанный, скромный и вежливый. Он хорошо заботится о людях. В то время как некоторые люди говорят, что он слишком мягкий, у него нет никакого мужества, его репутация всегда была очень хорошей. Не мешать отдыху своих сотрудников и телохранителей, когда он вернется посреди ночи – это именно то, что он сделал бы.
Ло Вэньчжоу поднял глаза и увидел Фэй Ду, аккуратно одетого, ожидающего у дверей резиденции Чжоу. Закончив говорить, он кивнул Ло Вэньчжоу.
— Капитан Ло.
И приветствие Фэй Ду, и его речь были спокойными и невозмутимыми, как будто человек, который расстался в плохих отношениях с Ло Вэньчжоу накануне вечером, был не он.
Чжоу Хуайсин расплакался, превратившись в комок грязи, прилипший к домашнему дивану, и катался по полу, не желая вставать. Прежде чем Ло Вэньчжоу подошел ближе, он услышал его слезливые жалобы.
— Я же говорил вам, что моего отца убили! Я говорил вам, а вы мне не поверили, и теперь мой брат пропал! Если вся моя семья вымрет, кто-то будет доволен, не так ли? И где полиция? Вся полиция бесполезна!
Ло Вэньчжоу нахмурился.
Чжоу Хуайсин уже видел Фэй Ду рядом с собой. Он взвыл:
— Господин Фэй, я говорю не о тебе… мой брат… если мой брат умрет, что я должен делать? Разве они не собираются съесть меня живьем? О… нет, я не могу… м-м-ммх у меня болит грудь… дайте мое лекарство…
Домработница поспешно подбежала, предлагая бутылку витаминов, произведенных в той или иной стране. Фэй Ду взял ее и помог принять таблетки, успокоив хрупкий маленький дух второго молодого господина Чжоу.
Уголок глаза Ло Вэньчжоу дернулся. Он заметил, что Фэй Ду сменил свою старательную маскировку: на нем была довольно строгая рубашка, и он снова надел очки. Рубашка уже была немного помята; он явно не просто надел ее после того, как его разбудили ранним утром.
Всевозможные новости по-прежнему бешено сыпались на его телефон; очевидно, акции всех дочерних компаний, связанных с конгломератом клана Чжоу, упали, зарубежные рынки, бурлящие двадцать четыре часа в сутки, превратились в рай для коротких продавцов. По наряду Фэй Ду было очевидно, что он собирался делать после ухода из городского бюро. Все еще сохраняя следы запаха личной заинтересованности, он сидел там, как хороший человек, утешая расстроенного Чжоу Хуайсиня.
— Его телефон был обнаружен? Быстрее! Оцепить место происшествия, не позволяйте никакому персоналу, который не имеет к этому отношения, забредать в дом Чжоу. На данном этапе утечка информации нецелесообразна. Тао Жань добрался до аэропорта? Пусть он сначала достанет записи с камер наблюдения на стоянке такси.
Ло Вэньчжоу подошел к Чжоу Хуайсиню, который жевал витамины.
— Молодой мистер Чжоу, когда был определен маршрут вашего брата? Кто знал номер рейса?
Чжоу Хуайсин схватился за сердце.
— Я связался с ним вчера после смерти отца… кто знал? Думаю, кто угодно мог бы знать, но я не совсем уверен. Помощники в компании обычно заказывают ему билеты на самолет.
Чжоу Хуайсин только заговорил, когда в комнату ворвался безукоризненно одетый мужчина средних лет.
— Хуайсин! Хуайсин! Я только что услышал и примчался из другого города. Что происходит? Почему здесь так много полиции?
Услышав голос новоприбывшего, Чжоу Хуайсин, не тратя времени на то, чтобы доесть свои витамины, попытался вырваться из объятий Фэй Ду.
— Ху-дагэ*, мой старший брат пропал без вести!
Фэй Ду хладнокровно поправил воротник и встал, кивнув издали измученному мужчине средних лет. Он тихо представил его Ло Вэньчжоу.
— Это Ху Чжэнью, одна из реальных сил во внутреннем генеральном штабе клана Чжоу. Он учился в университете вместе с Чжоу Хуайсинем. Его положение как одного из наследных принцев** партии очевидно.
Глаза Ло Вэньчжоу невольно проследили за рукой Фэй Ду, когда она потянула его за воротник, опустившись на затылок и едва заметные ключицы. Затем он отвел взгляд и небрежно кивнул, повернувшись к Сяо Хайян рядом с ним, сказав:
— Два поколения семьи Чжоу потерпели неудачу одно за другим. Это не может быть совпадением. Копните немного глубже в автокатастрофу Чжоу Цзюньмао. Вы не можете слушать только заявление этой молодой леди.
Сяо Хайян утвердительно кивнул и быстро убежал.
В это время первые лучи утреннего солнца, не желая, чтобы их не замечали, поднимались над горизонтом. Яньчэн, до этого довольно спокойный, начал пробуждаться, готовясь погрузиться в целый день шума.
Звонок от Тао Жаня поступил очень быстро.
—Я нашел такси. Номер лицензии – yan bxxxxx. Первоначальный водитель был сбит с ног и выброшен на обочину дороги. Он очнулся самостоятельно и отправился в больницу. Пять минут назад он обратился за помощью в больницу, чтобы связаться с местным полицейским участком и сообщить о случившемся. Мы нашли машину, это…
Техник поднял голову.
— Капитан Ло, мы нашли телефон Чжоу Хуайсиня!
Ло Вэньчжоу поднял голову. Два человека, один по телефону, а другой за его пределами, говорили, почти перекрывая друг друга:
— На берегу реки Байши.
— Рядом с водами Байши!
Глаза Чжоу Хуайсиня закатились, и он упал на Ху Чжэнью. Целая толпа людей подняла его на диван и медленно привела в чувство. Он причитал:
— Ху-дагэ, ты же не думаешь, что мой брат позволил бы им бросить его в реку? Я собираюсь убить этого ублюдка Ян Бо! Куда, черт возьми, делся Чжэн Кайфэн, почему его нет здесь, когда папа умер…
На полпути выражение лица Ху Чжэнью изменилось. Он снова и снова жестикулировал, чтобы Чжоу Хуайсинь заткнулся, но он вообще не мог контролировать этот необычный психический случай. Он сразу же вспотел, выдавив подобающую случаю улыбку толпе посторонних.
— Хуайсин молод. Когда дома происходит так много всего, он не может этого вынести. Его эмоции немного вышли из-под контроля. Вам не стоит слушать его бессмысленный бред.
Услышав это, Чжоу Хуайсин сел, как оживший труп. Его глаза были красными.
— Я не брежу! Это, должно быть, тот ублюдок, не думайте, что сможете держать меня в неведении! Этот сукин сын давно что-то планировал, планировал убить моего отца и моего брата и запугивать меня, когда я ничего не понимаю, верно? Даже дядя Чжэн на его стороне!
Ху Чжэнью повысил голос:
— Хуайсин!
—Пошлите команду парней к реке Байша, – тихо приказал Ло Вэньчжоу, затем повернулся к Ху Чжэнью.
—Президент Ху, произошло похищение и подозреваемое убийство. Это серьезное уголовное дело. Ваши семейные дела и все остальное могут дать важные зацепки. Вам придется взять на себя ответственность, если скрываете важные зацепки. Надеюсь, вы понимаете природу этого бизнеса.
Ху Чжэнью был ловким оператором. Под деловыми расспросами Ло Вэньчжоу он нисколько не был раздражен. Он почесал подбородок.
— Да, да, я вижу в этом смысл. Вы, офицеры, должно быть, слышали о достопочтенном Чжэне. Он был правой рукой нашего достопочтенного Чжоу, когда они были юны. Хотя он уже не молод, он по-прежнему является опорой нашего конгломерата.
— Что касается президента Яна… мистера Ян Бо, он секретарь правления достопочтенного Чжоу, молодой и многообещающий, очень способный. Он слишком сильно выделяется из толпы. Неизбежно, что какие-то неприятно звучащие необоснованные слухи достигли бы ушей Хуайсиня. Добавлю, что президент Ян – это своего рода… как вы, молодые люди, описываете это? “Ребенок из другой семьи”. Когда достопочтенный Чжоу был жив, он часто приводил его в пример Хуайсиню. Это нормально, что их отношения не очень хороши. Но если бы вы сказали мне, что он может причинить вред достопочтенному Чжоу и президенту Чжоу, я бы вам ни за что не поверил, – говоря это, Ху Чжэнью внимательно следил за Чжоу Хуайсинем, чтобы избежать нового приступа. – Этих двоих нет в стране. Они были уведомлены вчера и тоже спешат обратно. Они, должно быть, уже в полете. Я дам вам номера их рейсов. Могу я попросить вас, офицеры, позаботиться о них в аэропорту? Мы не можем допустить, чтобы что-то случилось с третьим человеком!
Ян Бо, молодой талант, выделявшийся из толпы, примерно того же возраста, что и Чжоу Хуайсин, но уже занимавший высокий уровень в клане Чжоу. Он действительно это сделал. Звучит как «незаконнорожденный сын», о котором ходят слухи.
Ло Вэньчжоу поднял глаза на Фэй Ду. Фэй Ду молча кивнул ему, подтверждая его мысли.
Как раз в этот момент Лан Цяо внезапно вбежала трусцой.
— Босс, плохие новости!
Ло Вэньчжоу посмотрел на членов семьи Чжоу, которые навострили уши, услышав ее крик, и жестом указал Лан Цяо, выводя ее за дверь.
— Что?
— Посмотрите на это.
Лан Цяо подняла свой телефон.
“Похищение наследника клана Чжоу, Чжоу Хуайсиня” за короткое время стало главной новостью. Под ним была ссылка на что-то, что уже было удалено.
— Я отправила экстренное уведомление интернет-мониторам, чтобы удалить его, – сказала Лан Цяо.
— Там была ссылка на видео. Вот оно.
Когда она нажала на кнопку, на экране появилось видео. Объектив камеры покачнулся, затем сфокусировался на человеке, лежащем в кресле без сознания. Камера неторопливо кружила вокруг его лица, четко снимая его со всех сторон. Потерявшему сознание мужчине было лет тридцать или сорок, он очень хорошо сохранился, был аккуратно одет – его возраст было невозможно определить точно. Даже видя его в этом прискорбном положении можно было понять, что он был достойным человеком с хорошей осанкой.
Фэй Ду лишь мельком взглянул на него, прежде чем узнал.
— Чжоу Хуайцзинь.
Скальп Ло Вэньчжоу просто немного онемел.
Похитители не просили денег и не убивали его. Они не сразу связались с членами семьи жертвы – вместо этого они загрузили видео в Интернет. Что они вообще делают?
Может быть, они смотрели слишком много английских фильмов.
*Ху-дагэ (大哥, пиньинь: dàgē) — «старший брат» или «большой брат». Распространенное обращение китайцев друг к другу. Обычно обращаются к человеку и называют его «дагэ» по соображениям вежливости, почтительности.
**Потомки видных коммунистических чиновников, сильное влияние кумовства.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления