Как и планировалось, Маомао и спутники направились в следующий город.
Они быстро поняли, почему там много разбойников. Территория была относительно зелёной — много деревьев. Проход через лес это идеальное место для засады.
— Может показаться, что здесь только степи и пустыни, но в провинции И-сей есть леса, — объясняла женщина-телохранитель, показывая местность снаружи через окно кареты.
Она объясняла это не только Маомао, но и детям, чтобы они не скучали. Дети, которым ещё не исполнилось и десяти лет, тяжело переносили долгие поездки в карете. Однако телохранительница заботливо уложила слой камыша, покрытого тканью, чтобы уменьшить тряску, и сделала так, что можно было спать в любое время. Благодаря этому у Маомао не болела спина.
— Это из-за близости гор? — спросила Маомао.
— Да. Дожди и снег, выпадающие в горах, образуют родники, которые служат источником воды для лесов. Там и селятся люди.
— А леса не вырубают?
Маомао была удивлена. В провинции Шихоку-ши, известной своим качественным деревом, леса были практически вырублены, из-за чего пришлось ввести запрет на вырубку.
— Достаточно качественных древесных материалов для строительства здесь нет. Чаще всего деревья используются для сбора плодов или как защиту от ветров.
— Всё как в обычной деревне, не так ли? — искренне высказалась Маомао.
Сяохон, казалось, не могла понять сложную тему, поэтому только покачивала головой или кивала. Гёкудзун же, похоже, не был заинтересован в разговоре и растянулся на камыше.
— Я думала, что торговый путь предполагает какие-то дополнительные удобства.
— В таком случае вот это для вас, — телохранительница протянула книгу. Это был изношенный религиозный текст.
— В следующем городе есть церковь.
Маомао понимающе кивнула. Маомао не понимала многого в религии. Если говорить точнее, она приземлённая и не верит в то, чего не видит. Она уверена, что богов или святых не существует на самом деле.
Однако, она не станет говорит другим, что им не следует верить в богов. Если у человека нет опоры, ему нужен какой-то столп, и, иногда, этим столпом становится вера.
Фактически, в квартале удовольствий это иногда приносило пользу. Некоторые куртизанки, умирающие от болезни, перед смертью верили, что впереди их ждёт страна покоя, и умирали с этой верой. Их конец, вероятно, был тяжёлым, но они умирали с мирным выражением лица.
«Если они не доставляют беспокойства, то пусть будет так».
Пусть поклоняются богам, святым или демонам, сколько им угодно. Маомао считала, что иногда люди используют богов для коварных целей и есть те, кто попадается на их уловки.
Так же как и с медикаментами, если использовать богов не по назначению, то это может привести к ужасным последствиям.
Это было религиозное чувство Маомао.
Они опасались нападения разбойников по пути, однако проехали без происшествий.
— Кажется, мы почти приехали, — сказала она.
Сквозь деревья виднелись крыши. Здание было как минимум трёхэтажное.
— Это церковь?
— Да.
Женщина-телохранитель что-то сказала кучеру, и вскоре карета остановилась.
— Мы ещё не приехали? — Сяохон удивлённо спросила.
Город уже был виден, но они остановились до того, как доехали до него.
— Я сначала осмотрю город. Всё оставайтесь в карете, пожалуйста.
— Всё в порядке? — с тревогой спросила Маомао у воинственной женщины.
— Я оставлю двух охранников у кареты.
«Это не то, о чём я…»
Телохранительница была профессионалом в своём деле, и, возможно, Маомао, будучи неопытной в этих делах, было даже невежливо беспокоиться о ней.
— Если всё будет в порядке, я вернусь. Пока ждите меня, — сказала телохранительница.
— А если вы так и не вернётесь? — спросила Маомао.
На её вопрос Сяохон удивлённо округлила глаза и посмотрела на женщину-телохранителя.
— Не пытайтесь меня спасать, это безрассудно. Просто убегайте, — спокойно ответила она.
«Беги, говорит она…»
Маомао не умела особо бороться. Всё, что она могла, — это спрятаться в тени и затаить дыхание. Остаётся только надеяться на помощь двух кучеров-охранников.
«Быть телохранителем невыгодно, да?»
Они получают хорошую плату, но никакие деньги не стоят жизни. Однако они торгуют своей надёжностью, так что, получив задание, они обязаны ставить на кон жизни.
Маомао пыталась успокоиться, раскладывая купленные ранее лекарственные травы. Некоторые она упаковала в ткань для удобства использования и, как всегда, спрятала в карман. Среди них были травы, привезённые из Западной столицы.
Она также взяла сушёные грибы, которые вызывают плохое самочувствие. Когда вернётся в Западную столицу, она планирует выпить под них.
Сяохон за последние дни поняла, что когда Маомао занята травами, лучше её не тревожить. С разочарованным видом она начала играть в камешки. Гёкудзун подбежал, чтобы помешать ей, но уже не был таким капризным, как раньше, поэтому Маомао не обратила на него внимания. Она не хотела быть чересчур опекающей.
— Тук-тук, — раздался стук в дверь кареты.
— Что там? — Маомао выглянула в щель шторы.
— Простите за беспокойство, — сказал один из охранников, мужчина лет сорока с неопрятной бородой. Он производил приятное впечатление и часто заботился о Сяохон, так как у него была дочь. Второй кучер был моложе и молчаливее. Он иногда играл с Гёкудзуном в бой на мечах.
— Не знаю, понравится ли вам, но подумал, что это может вас заинтересовать, — сказал он и бросил в карету несколько сосновых шишек.
— Шишка!
У Сяохон заблестели глаза.
— Кайшоуши!
Глаза Маомао тоже загорелись.
— Что это такое? — Гёкудзун выглядел не заинтересованным.
— Вы нашли их здесь поблизости? — Маомао с интересом спросила, подойдя ближе к охраннику, который, казалось, отступил на шаг назад.
— Да, здесь рядом большое сосновое дерево, — сказал он.
— Можно я их соберу? — спросила Маомао.
— Э-э, если вы не отойдёте слишком далеко от меня.
— Отлично!
Маомао сразу же выскочила из кареты, а за ней последовала Сяохон.
Обе они усердно начали собирать шишки. Примерно через четверть часа вокруг Маомао уже образовалась маленькая гора остатков шишек. Её не интересовали сами шишки, а лишь их семена внутри. Семена сосны, в фармакологии известны как «морские сосновые семена» или «семена сосновых орехов». Это питательные семена, богатые жирами, которые становятся сладкими при слабом обжаривании*.
«Сложность только в том, что семена маленькие и их трудно достать».
Если это могло стать лекарством, то для Маомао это не составляло труда. Сяохон собирала шишки, а Маомао без устали очищала их. Сяохон казалась весёлой, собирая шишки, но немного огорчалась, видя, как Маомао начинала их разбирать. Она оставляла себе только самые красивые и большие шишки.
Охранник стоял рядом с ними, а другой кучер, в это время, ел в карете. Гёкудзун, похоже, спал внутри, потому что время от времени один из охранников заглядывал внутрь.
Когда Маомао думала о том, как достать семена из собранных шишек, её за рукав потянул охранник.
— Простите, — сказал он, держа на руках Сяохон.
— Что случилось? — спросила Маомао.
Охранник молча кивнул в сторону кареты. К карете приближался мужчина лет тридцати.
— Меня послали сюда, чтобы сказать, чтобы вы приехали, — сказал мужчина.
— Понял, — ответил другой молодой охранник, спешившийся с кареты.
Казалось, что ничего особенного не произошло, но в следующий момент молодой охранник резко атаковал прибывшего мужчину, перерезав ему горло.
Маомао на мгновение не поняла, что произошло. Рядом с ней мужчина закрыл руками глаза и рот Сяохон.
— В глубь леса, — сказал он, прижимая Сяохон к себе, и побежал.
Молодой охранник схватил спящего Гёкудзуна из кареты и последовал за ними, заткнув рот мальчику тканью, чтобы тот не прикусил язык и не закричал. Вероятно, в силу специфики бизнеса они были очень искусны в подобных действиях.
«Ясно».
Маомао поняла, почему охранник напал на посланника.
Женщина-телохранитель сказала: «Если всё будет в порядке, я вернусь, так что, пожалуйста, подождите меня».
Но вместо неё пришёл кто-то другой. Значит, случилась неприятность. С тревожным ощущением на душе, Маомао последовала за мужчиной. Они бежали через лес, время от времени прячась от преследователей. Если их было немного, два охранника могли бы справиться с ними. Но не было известно, как долго это продлится.
— Больно, — сказал молодой охранник, обнажив рану на руке.
В стычке с преследователями его порезали.
Маомао использовала подручные средства, чтобы остановить кровь, и обмотала руку бинтом. Нервы не были повреждены, но движения могли стать медленными.
Основной вопрос оставался: сколько ещё преследователей и есть ли конец этому бегству?
Ситуация была не в их пользу. Хоть и было два охранника, но и двое детей, которых нужно было носить на руках, что увеличивало риск быть пойманными.
Гёкудзун был на грани слёз, не понимая полностью происходящее, но лучше было не вытаскивать ткань из его рта — без шума и так проблематично.
Сяохон молчала, но она дрожала от страха, дыхание становилось всё более прерывистым, и силы её были на исходе.
«Мы в тупике».
Если даже Маомао, далёкая от военных дел, так думала, то охранники, вероятно, тоже это понимали.
— Слушайте, — серьёзно сказал мужчина и продолжил. — Преследователей слишком много. Честно говоря, этот риск уже не соответствует получаемому вознаграждению. Мы ещё сможем некоторое время убегать, но без выхода из леса защитить вас будет невозможно.
Это была разумная точка зрения. Даже если они смогли бы выбраться из леса, у них не было лошадей, так как они отдалились от кареты, а также почти не осталось провизии и воды. Вернуться в исходный город было бы сложно, а к карете уже не вернуться, не говоря уже о том, чтобы добраться до следующего города.
Ситуация казалась безнадёжной.
— Честно говоря, продолжать бегство бессмысленно. Я стал телохранителем потому, что умею драться. Я выжил благодаря своей осторожности, — продолжал он.
Маомао это понимала. Лучше иметь телохранителя, который умеет избегать опасности, чем того, кто бросается в бой без раздумий. Маомао смотрела на телохранителей.
— То есть мы собираемся бросить вас. Задание провалено.
Честный до боли мужчина. Он мог бы просто убежать, не предупреждая их, но выбрал подход, который вызывал уважение. Маомао вздохнула.
— Просто чтобы уточнить: если мы заплатим вам больше, это не изменит ваше решение? — неожиданно она пыталась найти возможность для надежды, предлагая больше денег.
Оба телохранителя посмотрели друг на друга и покачали головами. Молодой телохранитель указал на свою раненую руку.
— Лучшая возможность — поймать диких лошадей у ближайшего водоёма. Мы сможем на них уехать, но сможете ли вы? Эти лошади не приручены, у них нет сёдел. Мы не сможем уверенно убежать вдвоём на одной лошади. А этот парень и вовсе еле-еле сможет управлять одной лошадью сам.
Маомао подумала, что стоило бы ей научиться верховой езде. Жизнь превыше всего. И эти два телохранителя были довольно справедливы на свой манер.
«Они не передадут нас преследователям или не оставят нас умирать после того, как заберут деньги».
Они пытались выполнить свои обязанности и объяснили ситуацию, когда поняли, что дальнейшие действия бессмысленны.
— Вы молоды и к тому же женщины. Если вас поймают, у вас больше шансов выжить, — сказал один из телохранителей.
«Больше шансов выжить, да…»
Что они могли подразумевать под этим? Быть пойманными разбойниками — не означало получить хорошее обращение. Но телохранители, скорее всего, будут убиты первыми.
— Поняла. Но можно ли взять с собой хотя бы одного человека? Может быть, одного из детей? — спросила Маомао.
— Что? — настороженно спросил мужчина-телохранитель.
Маомао достала бинт и начала его резать.
— Сяохон, как зовут твою маму?
— Иньсин.
Так, это именно то имя. Маомао написала короткое письмо на бинте, размышляя о том, что, в отличие от других братьев и сестёр, её не назвали в честь какого-нибудь животного.
— Можно я это возьму? — спросила она, указывая на украшение в волосах Сяохон.
— Угу, — кивнула Сяохон.
Маомао обернула бинт вокруг украшения и дала его Гёкудзуну, у которого всё ещё был заткнут рот тканью.
— М-м-м-м? — попытался что-то сказать Гёкудзун, но Маомао его проигнорировала.
— Не могли бы вы отвезти его одного в Западную столицу? — спросила она охранников, указывая на мальчика.
— Только его? — уточнил один из телохранителей.
— Да.
Маомао была женщиной, как и Сяохон, которая была миловидной девочкой. В отличие от них, Гёкудзун был мальчиком и не особо чувствовал обстановку. Была вероятность, что в случае попадания в руки преследователей, он мог бы назвать имя своего отца.
«Имя Шикёу может оказаться как благом, так и проклятием».
Маомао также учитывала риск требования выкупа, особенно учитывая, что Шикёу мог иметь множество врагов. К тому же, шансы на безопасное возвращение похищенного заложника были низкими. Она решила, что, если Гёкудзун останется, вероятность их убийства сильно возрастёт. Хотелось бы спасти младшую Сяохон, но другого выбора не было.
— Сможете ли вы взять с собой одного ребёнка? — Маомао начала искать что-то ценное в своих карманах. У неё было немного денег, но это было недостаточно. Тогда она...
«Как жаль тратить это…»
С болью в сердце Маомао достала маленький кошелёк, в котором лежали несколько несовершенных жемчужин. Она хотела использовать их в медицинских целях, но пришлось пожертвовать.
— Это... жемчуг?
— Да, настоящий.
Оба охранника проглотили слюну.
«Действительно жаль…»
Она слышала, что за такое количество жемчуга можно было построить дом. Маомао достала ткань изо рта Гёкудзуна.
— Что происходит?!
— Мы останемся в этом лесу. Ты поедешь с телохранителями в Западную столицу. И передашь это маме Сяохон, — она указала на украшение для волос девочки.
— Нет, почему я?
— Да, времени нет.
Маомао быстро заткнула Гёкудзуну рот тканью и связала его руки и ноги, чтобы он не сопротивлялся. Мужчина-телохранитель поднял его на плечи, плотно стянув верёвкой, чтобы мальчик не смог вырваться.
— Простите за это, — сказали телохранители, уходя и оставляя Маомао и Сяохон в лесу. Сяохон, понимая ситуацию, плотно прижалась к Маомао и грустно смотрела им вслед.
— Извини, что решила за тебя.
— Это самый лучший способ?
— Надеюсь на это.
Теперь, когда они были одни, Маомао посмотрела вокруг. Никого пока не было видно, но преследователи могли появиться в любой момент. Она начала копать землю у большого дерева и замаскировалась опавшими листьями.
— Мы прячемся? — спросила Сяохон.
— Да, сейчас мы прячемся.
— А если нас найдут?
— Возможно, нас найдут.
Было лишь вопросом времени, когда они будут обнаружены. Но Маомао не теряла надежды. Через некоторое время они услышали шаги. Грубые и тяжёлые, направляющиеся к их укрытию. У одних были мечи, у других — простые сельскохозяйственные инструменты.
«Будут ли они убивать нас ради избавления от свидетелей или захотят взять в заложники?»
Маомао не могла предугадать, как повернётся ситуация. Также было непонятно, как будут обращаться с ними, если они станут заложниками.
— Потерпи немного, — тихо шепчет Маомао Сяохон.
Она скрутила рукав своей одежды и затнула им рот Сяохон. Шаги людей приближались, шурша по земле. Маомао бросила беглый взгляд на сторону.
«Этот не тот».
Сердце Сяохон, прижатой к Маомао, бешено колотилось. Вероятно, девочка тоже чувствовала, как бьётся сердце Маомао. Хотя осень уже глубокая и на улице прохладно, но им было необычайно жарко. Маомао думала, что от них может пойти пар, и их могут обнаружить.
«И этот тоже не подходит».
Проходящие мимо разбойники не обращали на них внимания. Каждый раз, когда кто-то проходит мимо, Маомао и Сяохон замирали и переставали дышать. Движения разбойников небрежны. Ведь они только что преследовали телохранителей, возможно, они даже не подозревают, что кто-то может прятаться в такой норе, как эта.
«Ещё нет, ещё не время».
Маомао терпеливо ждала. И вот — мужчина с изогнутым клинком подходит ближе. У него густая борода и волосы, растрёпанные и грязные, на нём надето засаленное пальто. Ему около пятидесяти лет. На шее у него что-то висит.
«Это он».
Невозможно знать, найдётся ли кто-то другой, кто мог бы быть их целью. Так что, хотя они не знали, кто этот человек, им придётся рискнуть. Когда мужчина собирается пройти мимо, Маомао встала.
— Эй, ты…
Маомао стиснула губы.
Мужчина прижал изогнутый клинок к её горлу.
«Спокойствие, нужно сохранять спокойствие».
Маомао готовилась говорить несмотря на кровь, медленно капающую вниз.
— Боже, ты видишь нас? — цитата из иностранного священного писания, которую Маомао когда-то слышала от Чуэ.
Она произнесла её чётко, стараясь не запинаться и не кусать язык. Маомао смотрела на мужчину пристально и вызывающе. Её сердцебиение участилось, ноги едва держали её, но она не показывала своего страха. Чтобы убедить его, нужно выглядеть уверенно и смело.
— Что... — мужчина с отчаянием в голосе опустил свой кривой меч.
«Выиграла ставку?»
Ей казалось, что она сейчас упадёт от облегчения, но ей нужно сохранять видимость силы.
— Если бы ты была иноверцем, я бы уже давно с тобой разобрался, — бормотал он.
«Это было опасно».
Действительно, это было очень рискованно. Маомао заметила на шее мужчины простое ожерелье с кожаным шнурком, на котором висел кусок дерева. На нём выгравирован тот же узор, который Маомао видела в священном писании, которое она просматривала, чтобы скоротать время. И церковь в городе проповедует ту же религию, о которой говорится в том писании.
[П.р: * речь идет о кедровых орешках («семена сосновых орехов») или орешках пинии («морские сосновые семена»), первые произрастают на сосне кедровой, которая встречается в северных частях Китая, а вторые — на сосне пинии, встречается в Средиземноморье.]
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления