«Шалль, что случилось? Шалль! Мне нужно что-то сделать.»
Энн пыталась что-то придумать, но была так поражена, что не знала, что делать дальше.
Кит, Кэт, Бенджамин и Мифрил, которых, похоже, разбудил Ной, тоже побежали по коридору. Увидев стоящую на месте Энн и фею, сидящую в одиночестве на кровати, они не могли подобрать слов.
— Энн… Прости, Энн. Я не заметил, — всхлипнул Ной и схватил Энн за рукав ночной рубашки. Девушка крепко обняла фиолетового фея.
— Ной, ты не должен извиняться. Я знала, что это может случиться. Ты не виноват. Все в порядке. Но, Шалль... почему… — повторяла Энн, как будто говорила это самой себе.
— Что это!? Шалль Фен Шалль, почему он ничего не сделал?! — прокричал Мифрил, топчась на месте.
Кэт взъерошил свою светло-серую чёлку и сказал:
— Что-то случилось. Не могу поверить, что он ничего не сделал.
— Да… Но прежде чем мы пойдем искать Шалля, мы должны поговорить с феей. — сказал Кит, войдя в комнату и опустившись на колени перед Эмеле, сидевшей на кровати. — Эмеле Торте Рей, не так ли?
Когда Кит спросил, глаза феи расширились от удивления.
— Ты знаешь мое имя?
— Ты представилась, когда пришла сюда. Эй, Эмеле, ты знаешь, куда сбежали все феи?
Она пожала плечами в ответ на вопрос.
— Я не знаю. Они просто сказали мне идти, потому что сами собирались убежать. Но я отказала, и они ушли.
— Почему ты осталась?... Эмеле, если это не из-за обещания, то почему? — спросила Энн, и Эмеле обнаружила, что Ной тихо плачет в объятиях девушки. Она повернулась к нему.
— Потому что Ной здесь.
Услышав эти слова, Ной поднял заплаканное лицо. Затем, внезапно почувствовав смущение из-за того, что он плачет, он вытер глаза и отстранился от Энн.
— Ной свободен, но он здесь. Я подумала, что в этом есть смысл. Раз Ной здесь, то, возможно, ваши слова — не ложь. Если бы мы убежали, то будущее фей, о котором вы нам рассказывали, исчезло бы. Вот почему я осталась.
Глаза Эмеле золотисто-карие, того же цвета, что и её волосы. Глаза с таинственным блеском смотрели на Энн.
«Только она мне поверила.»
Она не убежала не из-за того, что обещала не убегать. Она осталась, потому что хотела сделать ставку на будущее, о котором говорили мастера.
— Только одна из пятнадцати фей нам поверила. Разве это не значит, что мы недостаточно стараемся?
На горькие слова Кэт сзади ответил голос.
— Даже одна из пятнадцати — это хорошо. Я думал, вы не убедите никого.
— Шалль!
Обсидиановый фей медленно вышел из малого зала. От облегчения Энн невольно подбежала и вцепилась в него.
— Как здорово, Шалль. Я боялась, не случилось ли чего…
Она не могла перестать плакать. Шалль крепко обнял ее в ответ, но затем осторожно отпустил.
— Шалль, что случилось?
Подбежал Кит, за ним последовал Кэт.
— Они сбежали посреди ночи. Все, кроме одной, — сказав это, он взглянул на дверной проем комнаты, где осталась Эмеле. — Я последовал за ними и узнал, куда они пошли.
— Как это могло произойти?!?! Шалль Фен Шалль. Разве ты не должен был сказать мастерам, если феи покажут признаки побега, чтобы они убедили их? — закричал Мифрил, но Шалль лишь покачал головой.
— Их бесполезно убеждать.
— Тогда почему ты обещал виконту Серебряного Сахара сделать это? Ты обещал помочь уговорить их, а если не сработает, то пообещал задержать их! Ты сказал, что не позволишь Энн стать преступницей!
Кит продолжал обвинять Шалля, но тот оставался спокойным и произнес что-то еще более невразумительное:
— Я не позволю Энн стать преступницей. Вот почему фей нужно переубедить. Но есть ситуации, когда это возможно, и ситуации, когда это не так. Феи не будут слушать ничего, что вы говорите, находясь здесь.
Мифрил и Кит наклонили головы от этих расплывчатых слов. Кэт нахмурил свои тонкие брови и потер пальцами подбородок.
Шалль скрестил руки на груди и смотрел на Энн, словно ожидая ее слов.
«Шалль позволил им сбежать прошлой ночью, потому что думал, что уговаривать их будет бесполезно. Но вернулся и просит уговорить их. Почему?»
Это может быть связано с тем, что Шалль ожидает чего-то от Энн и мастеров. Возможно, есть что-то, что могут сделать только они в этой ситуации.
— Я пойду за ними… Я пойду вместе с Шаллем.
Энн не знала, чего ожидать и что делать. Но Шалль молча продолжал ждать. Ей придется на это ответить.
— Ты идешь?! Их четырнадцать, это опасно. Я должен пойти вместо тебя.
— Все в порядке, Шалль будет со мной. Кроме того, мне проще пойти туда, поскольку я знаю позицию Шалля. Кит, я хочу, чтобы ты работал с Ноем и Эмеле. Я рада, что они остались.
— Но…
Кэт похлопал Кита по плечу, когда тот собирался возразить.
— Правильно. Я не знаю, в каком положении находится Шалль, но по какой-то причине этот идиот Меркури вовлекает Шалля в наше дело. Пауэлл, продолжай свою работу. Я еду в Льюистон. Мы одолжили фей на семь дней. Если у нас такая неразбериха, то, наверное, придется продлить срок еще немного.
— Пожалуйста.
Энн склонила голову и снова побежала к Ною. Она обняла его и посмотрела в глаза.
— Спасибо, Ной. Благодаря тебе Эмеле осталась. Вы сможете работать вместе?
Ной твердо кивнул.
— Да, я буду с ней работать.
— Вот какими должны быть ученики. Хороший ученик никогда не пропускает работу.
Кэт погладил Ноя по голове.
— Я еду в Льюистон. Пауэлл, сделай все остальное. Энн тоже.
С этими словами Кэт быстро спустился вниз. Кит проводил его взглядом, вздохнул и повернулся к Энн и Шаллю.
— Хорошо. Я останусь здесь. Энн. Позаботься о феях, но пожалуйста, будь очень осторожна. Шалль, прошу, защити Энн.
— Конечно, — небрежно ответил Шалль. Этого простого ответа было достаточно, чтобы успокоить Кита.
Энн посмотрела на фея.
— Пошли. Покажи мне, Шалль.
Шалль посадил Энн на лошадь впереди себя, и они пустились вскачь. Спина лошади покачивалась вверх и вниз, отбрасывая тень от яркого солнечного света. Перед глазами проносился насыщенно-зеленый пейзаж. Звук ветра был приятным.
К западу от замка Холлилиф были расположены холмы, а река, извивающаяся через них, текла на юг. Большая часть холмов была покрыта вечнозелеными лесами, а по обоим берегам реки простирались луга.
Однако по мере продвижения на запад этот вид исчезает и остаются лишь скалы. В конце концов, пейзаж превращается в пустошь, вдоль которой тянется Кровавый тракт.
Лошадь, которой управлял Шалль, сошла с дороги прямо перед началом Кровавого тракта и направилась к лугу вдоль реки. Энн огляделась, идя по берегу, покрытому травой высотой с лодыжки лошади.
— Все ли феи находятся в этом месте?
Щебетание птиц в лесу и шум текущей реки успокаивал. Маленькие цветы, распустившиеся гроздьями, были очаровательны. Но это место находилось на полпути между Льюистоном и Кровавым трактом. Обитаемых деревень не было поблизости, так как из глуши иногда забредали дикие звери. Это уединенное место, где не было ни единого пшеничного поля.
— Потому, что это подходящее место.
Шалль остановил лошадь, слез с седла, а затем взял Энн на руки и опустил на землю. Он привязал лошадь к кусту около берега реки.
— Они убежали, но далеко не смогли уйти пешком. И кроме того, вокруг гуляло так много фей, что их было не очень заметно. Я вошел в этот лес, чтобы спрятаться на время.
Шалль направился к лесу, покрывавшему холмы. Энн следовала за ним по траве выше колен. Когда она начала немного потеть, они наконец вошли в лес.
Воздух в лесу был прохладный, подлеска было мало. Солнечные лучи просачивались сквозь щели в листьях деревьев.
— Мы сможем найти их всех?
Шалль слегка замедлил шаг. Когда Энн подошла близко к нему, он ответил приглушенным голосом.
— Они найдут нас первыми.
— Что ты имеешь в виду?
— Будь спокойна.
Дул ветер,а листья шелестели над головой. После этого наступила тишина, но Энн услышала слабое шуршание, раздавшееся справа в кустах. Когда она обернулась, она услышала звук ломающейся ветки сзади. Несколько теней следили за Энн и Шаллем на расстоянии.
Энн схватила Шалля за рукав, он остановился.
— Шалль, они все здесь? — тихо спросила она, немного нервничая, Шалль кивнул.
— Вероятно.
— Тогда это правильно.
Энн вздохнула, подняла голову и обратилась к окружавшим ее феям.
— Все здесь! Не поймите нас неправильно. Мы здесь не для того, чтобы поймать вас. Мы здесь, чтобы попросить вернуться!
Было ощущение, что окружавшие существа затаили дыхание, держась подальше от них.
— Только я и Шалль. Больше никого. Вы видели, что приехали сюда верхом. Мы никого с собой не взяли, верно?
В роще перед ними появилась одинокая фигура с волосами цвета индиго и еще более темным крылом. Это Аллель. Яркие глаза, обнажившие сердца фей, пристально смотрели на них двоих.
— Аллель. Мы пришли сюда не для того, чтобы схватить всех. Поверь мне.
— Завяжи веревку, — сказал Аллель.
Энн не поняла смысла сказанного. В мгновение ока Аллель бросил веревку, которую держал в правой руке, в сторону девушки.
— Если ты действительно не хочешь принуждать нас, свяжи руки Шалль Фен Шалля. Останови его. Я тебе поверю.
Нетрудно понять, к чему он клонит. Со своими боевыми способностями Шалль мог запросто расправиться с дюжиной фей и забрать их крылья обратно.
Энн медленно подняла веревку и посмотрела на Шалля.
— Мне все равно. Сделай это.
Шалль свел свои запястья и вытянул их.
— Прости.
— Если им станет легче, я сделаю это, — прошептал Шалль над головой Энн, пока она затягивала веревку, и на его губах появилась циничная ухмылка.
Он должен быть уверен, что легко сможет что-то с этим сделать. Но ему не нравилось, что его связали.
— Я связала его веревкой. Этого достаточно? Я хочу поговорить со всеми.
Энн нежно погладила запястье Шалля. Дотронувшись до его рук, которые были связаны тугой веревкой, Энн повернулась к Аллелю. Затем появились феи, спрятавшиеся за стволами деревьев и кустах. На лицах фей, окружавших их на расстоянии, были обеспокоенные выражения.
— Следуйте за мной. Если мы будем так близко к реке, люди найдут нас.
Аллель начал идти, стиснув челюсти, Энн и Шалль последовали за ним. Феи, окружавшие их, также начали идти.
После подъема по пологому склону и последующего спуска перед ними неожиданно открылась местность. Это была ложбина в лесу, в центре которой находилось небольшое озеро. Вода была прозрачной, а кромка озера была покрыта густой травой. На небольшом расстоянии от него находилась небольшая пещера, рядом с которой сидели несколько фей. На нависающих ветках деревьев были наброшены несколько одеял, согретых солнечным светом.
Должно быть, это был их ночлег прошлой ночью. Феи вокруг пещеры встали, увидев Энн и Шалля, и окружили их.
Энн оглядела лица фей, прикасаясь к связанным запястьям Шалля.
— Ты пришла забрать нас обратно, — нервно сказала одна из фей.
Энн покачала головой.
— Это правда, что я искала вас. Но я не пытаюсь схватить вас. Я хочу, чтобы вы сами вернулись, поэтому я пришла сюда.
Аллель рассмеялся над этими словами.
— Ты пришла за нами.
Феи тоже рассмеялись, словно были раздражены.
— В чем дело?
Когда Энн оглядела лица фей, Аллель ответил легкой улыбкой.
— Думаешь, мы пойдем? Мы пойдем обратно, чтобы стать рабами? Вы, люди, идиоты?
— Если вы поймете, о каком будущем мы говорим, я думаю, вы вернетесь, поэтому мы и пришли. Я останусь здесь, пока не вернусь с вами.
— Ты собираешься быть с нами, я не позволю тебе причинить нам вред. Вот тебе тоже.
Аллель порылся в заднем кармане брюк и достал оттуда еще одну веревку. Затем он подошел Энн и схватил ее за запястье. Она нахмурилась от боли в вывернутом запястье.
— Тогда ты свяжешь нас? Что ты собираешься делать, Аллель? — насмешливо спросил Шалль, наблюдавший за ситуацией.
Возможно, услышав насмешку, Аллель стал недовольным.
— Что ты сказал?
— Я спрашиваю, что вы, ребята, собираетесь делать сейчас?
— Решено. Бежать.
— Куда?
— Я собираюсь решить это сейчас.
Услышав этот ответ, Шалль рассмеялся еще сильнее.
— Говоришь, убежишь куда-нибудь? А потом?
— А потом!...
Аллель потерял дар речи. Даже он не знал ответа на этот вопрос. Он застонал от разочарования, потому что не мог ответить, и Шалль сказал ему холодным голосом.
— Я знаю фея, который, как и ты, вернул крыло и собрал союзников. Своими высокими боевыми способностями и навыками своих друзей он пытался завоевать будущее. Но он погиб. Он не получил свое будущее, сражаясь с людьми. Что вы, ребята, будете делать? Будете сражаться или убежите? Или вы ищете другой путь? Расскажи мне.
— Заткнись!
Аллель в приступе гнева яростно связал запястья Энн и толкнул ее в сторону Шалля. Он успел поймать шатающуюся Энн своими связанными руками.
— Привяжи их к дереву вон там. Собери всех. Давайте поговорим о том, что будет дальше.
Аллель сердито пожал плечами и отвернулся, направляясь к пещере. Феи бросали тревожные взгляды на Шалля и Энн, направляясь за феем.
~*~*~*~*~
Кит был впечатлен, наблюдая, как Ной месил серебряный сахар. Прошло меньше года с тех пор, как Ной впервые прикоснулся к нему. Несмотря на это, он обращался с ним плавно и быстро. Феи, похоже, способны интуитивно понимать изменения в текстуре серебряного сахара, что Кит и другие люди могут узнать только на собственном опыте.
Руки Эмеле, месившей серебряный сахар по другую сторону от Ноя, дрожали. Прошло всего несколько дней с тех пор, как она начала работать, но она относилась к этому делу серьезно. Однако у нее нет такого острого чувства серебряного сахара, как у Ноя.
Ной, продолжавший месить, внезапно поднял глаза и стал что-то искать.
— Вот, вода.
Мифрил налил воду в каменную чашу и пододвинул ему.
— Спасибо.
Ной с улыбкой взял чашу и добавил к серебряному сахару холодной воды.
Хоть Мифрил не обладал качествами, чтобы стать кондитером по сахару, но он хорошо справлялся с ролью помощника.
— Мифрил Рид Под. Ты действительно великолепен в роли помощника кондитера, — Кит, не раздумывая, похвалил его.
Мифрил высокомерно потер кончик носа.
— Ты только сейчас это понял? Кит, я лучший в мире помощник сахарного кондитера. Со мной работа мастера будет в 100 раз быстрее.
— Странно, не правда ли? Даже зная процесс изготовления сахарных изделий, не так уж много таких помощников, как ты, умеют делать это настолько искусно, словно способны слышать внутренний голос мастера.
Мифрил подумал, прежде чем ответить.
— Это не совсем так. Скорее это голос голос серебряного сахара. Когда я смотрю на него, я как-то понимаю, что нужно сделать и дать мастеру.
Кит был поражен таким ответом.
«Голос серебряного сахара?»
Умение смотреть на текущую ситуацию и решить, что необходимо сделать дальше. Причина, по которой Мифрил так хорош в этом, вероятно, заключается в том, что у него острое чувство серебряного сахара, уникальное для фей.
Мифрил не подходит для изготовления сахарных скульптур. Однако у него может быть потенциал проявить свою мощь в другом направлении – в помощи при готовке кондитерских изделий.
Интересно, все ли феи обладают способностью участвовать в различных процессах изготовления сахарных кондитерских изделий? В этом случае феи получат больше работы. Создавая леденцы, люди и феи могут работать вместе в поисках чего-то лучшего.
Кит хотел бы увидеть процесс изготовления сахарных изделий руками фей и конечный результат.
«Я думал, что мастерская фей и людей, о которой говорила Энн, — это идеал, основанный на ее девичьей доброте. Но все может быть иначе.»
Энн инстинктивно чувствовала, на что способны феи, когда дело касается сладких сладостей, и, возможно, именно поэтому она называла такие вещи идеалом.
Мастерская людей и фей – это не просто девичья мечта, а место, где действительно могут быть созданы превосходные сахарные кондитерские изделия.
— Эй, Мифрил Рид Под. Ты можешь стать цветной феей.
Мифрил наклонил голову от удивления.
— Цветная фея… кто это?
— Лулу, последняя серебряная сахарная фея, сказала, что давным-давно, когда феи делали леденцы, они поливали сахарную яблоню подкрашенной водой, чтобы сахар получил свой собственный цвет. Они делали красный, синий и желтый серебряный сахар. Кажется, этих фей называли цветными.
Наблюдать за сахарными яблоками, поливать их окрашенной водой и управлять ими. Для этого требуются наблюдательность и усердие, но Мифрил, казалось, идеально подходит для такой работы.
— Цветной серебряный сахар!? Это потрясающе. Ты можешь это сделать, — энергично восторгался Ной.
— Может. Лулу так сказала, и я действительно видел королевские сахарные яблоки, окрашенные в разные цвета.
Глаза Мифрила наполнились любопытством, и он посмотрел на Кита.
— Это потрясающе, Кит! Я хочу попробовать.
— Ты справишься. Что ж, когда работа начнется, давай подумаем об этом вместе с Энн.
— О! Я цветная фея...
Через мгновение улыбка Мифрил внезапно исчезла, как будто он что-то вспомнил.
— Что случилось?
Кит посмотрел на Мифрила и приподнял бровь.
«Он... выглядит странно.»
Одно крыло, которое всегда находилось в вертикальном положении, сейчас слабо свисало вниз.
— Я... хочу быть цветной феей… — устало прошептал Мифрил.
~*~*~*~*~
«Почему-то мне не по себе.»
Энн и Шалль были привязаны к тонкому стволу дерева у озера. Их запястья были связаны вместе, а веревка вокруг плеч приковывала тела к стволу. Обездвиженные запястья покалывали.
Их связали бок о бок с Шаллем, так что они прижимлись друг к другу. Он был настолько близок, что Энн могла чувствовать запах его кожи, напоминающий аромат растений. Девушка думала, что может быть поэтому она чувствовала себя некомфортно, но все немного по-другому.
Это тревожное чувство заставляло сердце дрожать.
«Интересно, что все делают в замке Холилиф. Мифрил Рид Под…»
Мифрил беспокоил ее больше всего. Хоть маленький фей по-обычному веселился, было очевидно, что в последнее время он вел себя странно. Энн помнила тот ненадежный вес фея, с которым она спала в обнимку прошлой ночью.
— Мы должны пойти вместе!
Послышался особенно громкий голос. Где-то вдалеке феи продолжали разговаривать, а Аллель стоял в центре. Из-за круга раздался сердитый голос.
— Жалко, если мы убежим по отдельности. Мы должны идти все вместе.
— Но толпа из четырнадцати фей будет выделяться. Давайте убегать по одному, куда угодно.
Кто-то отвечал на слова Аллеля: «Давай сделаем это», но другой голос возражал.
— Я не хочу быть один. Куда мне бежать? Повсюду люди.
— Если ты будешь избегать людей, то сбежишь.
— Ты будешь просто продолжать убегать!? Я не знаю, как долго я смогу так спасаться. В конце концов, охотник за феями поймает меня. Это то же самое, что и раньше. Если это так, то мы должны бежать все вместе.
— Если мы будем передвигаться с таким количеством фей, это будет слишком бросаться в глаза!
Феи кричали вразнобой. Когда ситуация вышла из-под контроля, кто-то сердито крикнул Аллелю:
— Аллель! Соберись с мыслями! Это ты предложил и спланировал побег.
— Я все решил. Каждый может бежать, как он хочет.
— Нет!
— Шумно! А пока все успокойтесь, — закричал Аллель и встал.
Обладая громким голосом и крепким телосложением, он выглядел внушительно даже издалека. Вполне естественно, что он был прирожденным лидером. Он смотрел на своих союзников широко раскрытыми глазами.
Феи молчали, все выглядели усталыми.
— А пока давайте поищем в лесу еду на сегодня. Все голодны и раздражены. Если мы не поедим как следует, у нас не будет сил убежать. Давайте найдем что-нибудь поесть, пока не стемнело.
— Бродить по лесу в поисках еды… это ужасно, — пробормотала одна из фей, медленно поднимаясь в ответ на сильные слова Аллеля.
Говоря это, каждый из них поднялся и пошел на поиски.
Услышав это бормотание, Аллель скривился, словно его рана болела.
«Это и есть свобода? Странно, что свобода фей такая.»
Энн прикусила губу от боли в груди.
Они обрели крылья и сбежали, вот так выглядит их свобода теперь.
Они бегут и прячутся, боясь, что их снова схватят люди. Если это единственный вид свободы, который есть у фей, значит, люди как-то неправильно устроили этот мир. Мир искажен.
Солнце садится, и в лесу становится темно. Если посмотреть вверх, то на небе еще были видны закатные облака, но в лиственном лесу ночь всегда наступала рано. Феи развели небольшой костер, чтобы было светло.
Феи, собравшиеся вокруг него, поровну делят ягоды и орехи, которые каждый из них, нашел. Когда трапеза была закончена, солнце уже полностью село. Боясь нападения диких зверей в темноте, феи по очереди охраняли огонь.
После полуночи за костер отвечал Аллель, подбрасывая в огонь ветки. В свете красного пламени его волосы ярко блестели.
Кваканье лягушек эхом доносилось от кромки озера.
— Шалль…
Когда феи заснули, Энн тихо позвала Шалля и повернула голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Это и есть свобода фей?
— В современном мире у фей нет свободы, даже если они вернут себе крылья.
Он ответил ровным голосом, словно в этом не было ничего особенного. Он нехотя посмотрел на спящих фей, расположившихся вокруг костра.
— Наверно, они тоже это почувствовали.
После этих слов Энн наконец поняла истинные намерения Шалля.
Прошлой ночью Шалль осмелился позволить феям сбежать. Поступая так, он, вероятно, пытался дать понять феям о реальной свободе, которая возможна сейчас. Он хотел, чтобы феи еще раз подумали о будущем, о котором говорили Энн и мастера, о настоящей свободе.
— Это странно, не так ли?
— Вот почему я возлагаю на вас большие надежды, ребята. Сахарные изделия — ключ к изменению отношений между людьми и феями.
Каждый раз, когда дул ветер, деревья в лесу тихо шумели. Затем, словно сливаясь с шумом, послышался поющий голос. Это был тихий мужской голос, который Энн однажды услышала в замке Холлилиф.
«Песня?»
Энн оглядела окрестности, чтобы найти владельца голоса, но единственным, кто не спал, был Аллель, сидящий к ней спиной. То, как он пел, глядя на костер, напомнило ей об Эмме.
Но почему Аллель пел такую песню? Это не песня, знакомая феям. Это человеческая песня. Интересно, есть ли у фей собственные песни?
В этот момент громкое кваканье лягушек прекратилось, но звук их прыжков в воду продолжился. Аллель, следящий за костром, внезапно встал.
Он некоторое время наблюдал за своими спящими товарищами. Затем медленно повернулся спиной к огню и тихо пошел, шаг за шагом.
Он молча подошел близко к Энн и Шаллю. Даже не глядя в их сторону, он попытался пройти мимо дерева, к которому они были привязаны.
— Ты убегаешь один? Оставишь своих друзей? — тихо спросил Шалль. Ноги Аллеля остановились.
— Можешь закричать и разбудить их.
С сердитым выражением лица Аллель подошел к ним.
— Стой. Молчи.
— Ты думаешь, что сможешь благополучно сбежать в одиночку? Ты оставил своих друзей по этой причине?
— Нет, мне нужно выяснить кое-что. Я не убегаю. Я не такой, как другие, у которых нет цели.
Аллель опустился на колени и сказал тихим голосом:
— Заткнись и отпусти меня. Мне нужно идти. Я должен найти.
— Что? Или кого? — спросила Энн, не раздумывая, и Аллель нахмурился. — Может быть, я смогу помочь. Пожалуйста, скажи мне. Я путешествовала по всему королевству со своей мамой, поэтому мы побывали во многих местах. Я знаю много мест.
После нерешительного молчания Аллель открыл рот:
— Я ищу фею, которую продали недалеко от Саут-стрит. Это женщина с цветом волос, похожим на мой. Она хорошо поет. Я слышал, как феи говорили, что ее продали как домашнюю фею из-за ее пения. Ты когда-нибудь слышала о ней?
— Извини. Нет…
Внезапно Аллель фыркнул и встал.
— Аллель? Что ты делаешь?
Голос раздался возле костра. Аллель вздрогнул и затрепетал крылом. Один из фей, спавший рядом с костром, поднял голову и посмотрел на него.
— Ничего. Я просто проверял, не ослабли ли их веревки.
Аллель повернулся к костру. Однако фей встал с суровым лицом и быстро подошел к нему. Внезапно он схватил Аллеля за шею.
— Лжец. Ты пытался сбежать один.
— Нет, я...
— С самого начала ты сказал, что собираешься сбежать один. Не так ли?!? Или ты хотел сдать нас людям, чтобы потом взять награду?
— Не придумывай!
Когда Аллель стряхнул руку противника, тот схватил его еще сильнее.
— Тогда почему ты крадешься, когда все спят?!
Крики разбудили фей. Приподнявшись, они уставились в сторону разборки. Затем они встали и испуганно посмотрели на Аллеля.
— Что вы делаете?
— Аллель пытался сбежать один!
— Ни за что...
— Нет, — отрицал Аллель, но в его голосе не было силы. Он не мог лгать. Это был проблеск его честной и хорошей стороны.
Феи постепенно приблизились, окружив Аллеля. Единственные на их спинах крылья были натянуты. Выражение лица Аллеля стало жестче.
— Он просто проверил наши веревки! — воскликнула Энн. Глаза Аллеля расширились. — Потому что я развязала веревку Шалля. Он связал ее обратно.
Феи могли не поверить словам, которые Энн так легко выкрикнула. Поэтому она подавила затрудненное дыхание и сумела сказать последнюю фразу нормальным голосом.
Настроение фей, наполненное убийственным намерением, внезапно успокоилось. Энн с облегчением увидела изменения в выражениях их лиц.
— Не переживайте…
С этими словами они начали возвращаться к костру группами по три и пять фей. Но только первый фей, схвативший Аллеля, отвернулся, бросив на него острый взгляд.
Аллель устало вздохнул и медленно пошел за своими спутниками. Сделав несколько шагов, он оглянулся на Энн, но ушел, не сказав ни слова.
Снова возвращается тишина, и эхом начинает раздаваться кваканье лягушек.
— Почему ты прикрыла его? — спросил Шалль.
— Почему? Я не знаю...
Единственное, что можно было сказать, это то, что его поющий голос был очень печальным. Невозможно узнать, о чем думала Эмма, когда время от времени напевала себе во время своих путешествий. Однако в песне Аллеля, похожей на песню Эммы, были нотки ностальгии.
— Аллель ищет женщину с похожим на цветом волос. Интересно, она его возлюбленная?
— Не знаю. А теперь засыпай. Правда, здесь немного тесновато.
Поскольку они были крепко связаны друг с другом, голова Энн, естественно, легла на плечо Шалля. Когда она закрывала глаза, она испытывала облегчение от того, что он был рядом с ней, несмотря на то, что они вот так были связаны.
Думая об этом, она задремала.
Несмотря на начало лета, ночи в прибрежном лесу были холодными. Энн замерзла на холоде, но что-то нежно окутало ее тело, согревая. В полудреме девушка нашла удобное положение в тепле и погрузилась в глубокий сон.
Сколько времени прошло? Она проснулась с замершими щеками и ушами.
Вокруг стоял легкий туман, и Энн поняла, что было раннее утро, без жужжания насекомых и щебетания птиц. Ее щеки и уши были холодными из-за влажного тумана. Однако ниже шеи было немного тепло, и ткань показалась ей комфортной, когда она прижалась ближе. Ткань имела освежающий приятный аромат, похожий на запах молодых деревьев ранней весной. Чувствуя себя все еще сонной, она потерлась о нее щекой и вздрогнула.
«Этот запах?!?»
Внезапно ее сознание прояснилось, и она поняла, в каком состоянии находилась.
То, обо что она терлась щекой, — это грудь Шалля, а сама Энн прижималась к нему так, что казалось, что специально скользнула под его пальто, устраиваясь поудобнее. Причина, по которой она не могла пошевелиться, хотя ее щеки были горячими, будто температура тела внезапно повысилась, заключалась в том, что руки Шалля крепко обнимали плечи Энн.
Обсидиановый фей лежал лицом вниз. Должно быть, он крепко спал. Словно на поникшем цветке, туманная роса блестела на кончиках его ресниц и волос.
«Что... что мне делать? Плохо его будить…»
Еще более странным было то, что прошлой ночью они оба оставались связанными веревками, но теперь их тела были свободны.
Пока Энн смущенно смотрела на лицо Шалля, его ресницы задрожали, как будто она разбудила его взглядом. Открыв глаза, он посмотрел на Энн с немного рассеянным выражением.
— Ты проснулась?
— О... проснулась...
— Хорошо спалось?
— Удивительно... да.
— Повезло тебе, — сонно ответил Шалль, не пытаясь пошевелиться.
Энн старалась сохранить выражение лица как можно более спокойным и сказала:
— Эм, Шалль. Это состояние немного странное?
— Ага. На рассвете Аллель перерезал веревку.
— Аллель?! Почему?
— Не знаю. Но даже если бы веревка была перерезана, ты бы не пошла домой. Поэтому я тебя не разбудил.
— Да, я пойду домой со всеми. Но... почему?
— Спроси его позже.
— Да.
После ответа Энн вздрогнула.
«Нет! Я должна что-то сделать с этой ситуацией!»
Энн снова подняла свой взгляд на лицо Шалля. Поняв как близко находились их лица, девушка начала нервничать еще сильнее.
— Эм, Шалль. Это состояние немного не в порядке.
— Разве я не объяснил только что?
Шалль в замешательстве нахмурил брови, Энн повторила:
— Нет, не это. Это состояние. Это... Я имею в виду, расстояние между нами, Шалль.
Услышав это, фей наконец моргнул, как будто что-то понял. Выражение его лица быстро стало насмешливым.
— Так?
— Что так?!!
— Так что ты хочешь, чтобы я сделал? Желаешь, чтобы я оставил тебя так, или посадил к себе на колени, или может поцеловал?
— Ничего из этого!
Энн вскрикнула от досады, что ее дразнят, но позади нее послышался ошеломленный голос.
— Вы что, идиоты?
Шалль, казалось, заметил его и не был особенно удивленным, но Энн вздрогнула от внезапного голоса и обернулась, прижимаясь к Шаллю.
Это был Аллель. Он посмотрел на Энн и Шалля широко раскрытыми глазами. Однако он быстро огляделся и подтвердил, что его спутники еще не проснулись, затем присел на корточки и сказал приглушенным голосом:
— Я перерезал веревку, но вы не убежали!
— Ты не забыл? Энн не уйдет без вас.
При словах Шалля Аллель застонал.
— Мы собираемся убежать. Если нас загонят в угол, найдутся люди, которые захотят убить вас и сбежать. Я в долгу перед вами прошлой ночью, поэтому говорю убегать, так почему вы здесь? Почему вы не идете домой? Пожалуйста, забудьте о нас и позвольте нам сбежать.
Последнее слово было больше похоже на мольбу. Обычно он ведет себя гордо, но может колебаться и уставать от беспокойства и говорить то, что думает на самом деле. Энн отстранилась от Шалля и столкнулась лицом к лицу с Аллелем.
— Спасибо.
Аллель моргнул.
— Но, если мы не сможем вернуться с вами, ребята, виконт Серебряного Сахара, который доверяет нам, возьмет на себя вину. Кроме того, для следующих пятнадцати фей, ожидающих на рынке фей, больше не будет шанса получить свободу. Вот почему я не могу пойти домой, я должна быть с вами. Аллель, ты вернешься с нами в замок?
— Нет, я буду искать ее.
— Женщина, о которой ты говорил вчера? Твоя возлюбленная?
— Я не знаю... Мы родились в одном месте и знали только друг друга. Мы никогда не встречали других фей. Мы были одни в глухом лесу. Не носили никакой одежды, спали в яме и ели орехи.
Он скривил рот, словно насмехаясь над собой.
— На вас напал охотник за феями?
— Мы вдвоем искали еду и случайно наткнулись на деревню людей. Мы увидели там людей в одежде, готовящих еду и поющих песни. Фаррелл, та женщина, и я хотели попробовать так же. Мы украли одежду из деревни, потому что она была нам нужна. Мы украли горшки и кремни, потому что хотели подражать поварам. Мы хотели выучить песни, поэтому остались недалеко от деревни в день фестиваля. Когда мы это сделали, нас поймали жители деревни. Они сказали, что мы феи-воровки и продали нас торговцу. Но мы… Мы даже не знали, что воровать — это неправильно.
Когда Энн представила, как феи свободно жили в глухом лесу, у нее заболело сердце от вида нынешнего Аллеля. Он потерял одно из своих крыльев и теперь убегает в страхе перед людьми.
«Феи просто хотят вести только тот образ жизни, который их устраивает.»
Сахарные кондитерские изделия были созданы феями. Феи, создающие столь совершенные вещи, обладают умом и желанием жить ради таких вещей, а также способностью творить песни, литературу и поэзию, которые гораздо богаче человеческих. Еще пятьсот лет назад они обладали культурой, намного превосходящей человеческую.
Песня, которую напевал Аллель, наверняка была человеческой, которую он выучил вместе с женщиной по имени Фаррелл. Но почему он напевал человеческие песни? Куда пропали песни фей?
Словно видя его сомнения и беспомощность, Шалль тихо произнес:
— Культура фей, которую хотел ты и эта женщина, мертва. Феи живы, но культура мертва. У фей больше нет знаний, чтобы сшить одно пальто. Даже песни, которые они поют, не передаются из поколения в поколение. Но единственное, что сохранилось, — это чудо изготавливать сахарные творения.
— Чудо?
Сразу после того, как Аллель пробормотал, Шалль внезапно встал на колени и собрался с силами. Все его тело наполнилось напряжением, крыло задрожало, а его серебристое сияние усилилось. Его взгляд был устремлен на противоположную сторону небольшого озера. Он прищурился, чтобы увидеть фигуру между деревьями, где клубится туман.
— Шалль? Что случилось?
Шалль не ответил, он взглянул на то место, где спали феи, и слегка цокнул языком. Затем слегка расправил правую ладонь. Там собирались искры, словно вытягивая свет из частиц тумана.
— Энн. Аллель. Разбудите спящих фей. Соберите их вокруг меня.
— Что случилось?!!
Шалль резко ответил на напряженный голос Аллеля.
— Там охотник за феями.
Из-за окрестностей они услышал шаги в подлеске, и Энн посмотрела на Аллеля.
— Идите, вы оба!
Шалль встал, держа в руке меч. В этот же момент Энн и Аллель побежали к феям, спящим у костра.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления