Правильный способ пощечины при быстрой трансмиграции
Глава 64
Лицо Лю Лулу застыло, но только лишь на мгновение, и она быстро осознала, что Тан Фэй был рядом с ней, и ей ещё нужно было завоевать доверие Гу Юньси, поэтому она снова рассмеялась и сказала: «Ну Афэй, ну действительно, это уж слишком».
Она одарила Тан Фэя обворожительным взглядом, наклонила голову и улыбнулась Гу Юньси, мило подмигнув ему: «Аньянь, как давно ты знаешь Афэя?».
Гу Юньси усмехнулся одними губами, а потом он улыбнулся ей. «Всего лишь несколько дней», – ответил он ей, потом он внимательно взглянул на Лю Лулу, и намеренно добавил: «Мы встретились поздно и ненавидели друг друга. Но когда мы впервые встретились, у нас сразу же возникло такое ощущение, что мы очень хорошо знакомы друг с другом...».
Тан Фэй очень серьезно кивнул головой, чувствуя, что замечания Гу Юньси затронули его сердце, и ему уже было наплевать на конфуз какой-либо девушки, и он сразу же стряхнул руку Лю Лулу, схватив Гу Юньси за плечи, и почувствовал при этом Ци Ци. И он сказал: «Это действительно так. Вот и у меня возникло такое же ощущение».
Сердце Лю Лулу было ошеломлено, и ее зрачки невольно немного расширились. Очевидно, слова Гу Юньси затронули ее самое глубоко скрытое беспокойство. Она уставилась на руку Тан Фэя на плече Гу Юньси, тайно стиснула зубы и крикнула себе самой: «Да? Но Афэй ничего не рассказывал мне о нём».
На самом деле, она редко видела Тан Фэя с тех пор, как установились ее с Тан Фэем отношения. В этих отношениях она была всего лишь активной поклонницей, а Тан Фэй был лидером.
Тан Фэй учился в выпускном классе. И она тоже училась в выпускном классе. Они не находились ни в одном классе, ни в одном здании. И у них не было времени встречаться днём. А как только занятия в школе заканчивались, Тан Фэя никто нигде не видел.
Тан Фэй так и не пришел её искать. И она вынуждена была сама пойти на поиски Тан Фэя, но, когда она увидела, что Тан Фэй вбежал в этот бар, она сразу же последовала туда за ним. Так что сегодняшний вечер вовсе не был совпадением.
«Я забыла сказать тебе, что я девушка Фэя», – Лю Лулу подождала некоторое время, чтобы увидеть реакцию Гу Юньси, и спросила его о характере его отношений с Тан Фэем, и Тан Фэй сразу же снова начал игнорировать ее. Тогда она встала между ними, активно высказалась, а затем снова взяла Тан Фэя за руку.
Хорошее настроение Тан Фэя растаяло без следа, он хмуро посмотрел на Лю Лулу и сказал: «Мне нужно кое-что спросить у Аньяня, иди и поиграй пока сама».
Он всё ещё очень хотел во всех подробностях узнать, как его приятелю удалось так успешно пообщаться с его дядей, и он не понимал, почему эта его новая девушка раньше казалась ему такой умной, почему же он был так слеп?
Лю Лулу прикусила нижнюю губу и, посмотрев на него с выражением некоторой обиды на лице, сказала: «Но ведь мы не виделись уже несколько дней. Аньянь должен идти на свою работу. А ты мог бы также сопровождать меня. У меня здесь есть несколько друзей, которые очень хотели бы тебя увидеть».
Когда она зашла в этот бар, она действительно встретила нескольких своих знакомых, которые развлекались в баре, и они пригласили ее пойти в их компанию.
«Не прерывай работу Аньяня. Зачем тебе дожидаться здесь, пока Аньянь закончит работу?», – она повернулась и посмотрела на Гу Юньси, словно ожидая, что он сейчас заговорит и поможет ей убедить Тан Фэя.
Когда Лю Лулу увидела по лицу Тан Фэя, что он заколебался, она сразу же добавила: «Если не хочешь отсюда уходить, то давай закажем какие-нибудь напитки и позволим Аньяню доставить их нам, а затем оставим его в светлом и открытом месте. Ты ведь скажешь «да», Аньянь?».
Гу Юньси оглянулся на нее, посмотрел в ее потухшие глаза, улыбнулся и сказал: «Да».
Похоже, что так называемые друзья Лю Лулу были очень даже непросты. Если он не ошибается, то именно эти друзья, вероятно, и были теми, кто тогда кормил Аньяня наркотиками.
Гу Юньси намеренно изучал всех этих людей, все они были детьми высокопоставленных чиновников Юньчэня, которые дружили с отцом Лю. Неудивительно, что Лю Лулу тоже вошла в их компанию.
Лю Лулу придумала план по кормлению Аньяня наркотиками, а эти люди добровольно вызвались осуществить этот план.
Некоторые из них уже были женаты. Они обычно слишком много играли, но ещё ни разу ни у кого не выигрывали. Мысль о том, что они могут позволить себе пытать хорошего подростка наркотиками, заставляла их чувствовать себя опасными и кровожадными.
Гу Юньси усмехнулся, сначала он беспокоился о том, чтобы, борясь с травой, не напугать змею, и планировал заняться всеми этими людьми позже. Но теперь, когда другая сторона сама проявила инициативу и подошла к его двери, а такая возможность выпадает очень редко, он решил просто воспользоваться всем этим.
Их обращение со своими телами в соответствии с их собственным образом жизни также предоставит им возможность испытать все муки наркотической зависимости и смерти от наркомании.
Тан Фэй услышал, что он, немного подумав об этом, просто согласился. В таком случае, он тоже присядет и познакомится с несколькими людьми.
Тан Цинь стоял в тёмном углу в конце коридора и смотрел на юные улыбки трех молодых людей. В уголках его рта необъяснимые мрачные улыбки быстро сменялись одна за другой. Коричневая трость с головой дракона была расколота им на части.
Подростки, такой прекрасный возраст!
Гу Юньси принес вино и нашел ложу Лю Лулу. Тан Фэйчжэнь боролся вместе с другими, стараясь победить их изо всех сил. Когда Гу Юньси увидел его, он сразу же поставил бутылки и поздоровался со всеми. Раздались возгласы: «Давай, давай выпьем за него».
Тан Фэй был беззаботным персонажем, и он обладал способностью знакомиться с абсолютно незнакомыми ему людьми в кратчайшие сроки.
Несколько человек увидели Гу Юньси и подмигнули друг другу. Один из них, который был немного старше остальных, подошел и потянул Гу Юньси к себе: «Поскольку он друг Тан Шао, пускай он будет вместе с нами. Давай сегодня не будем напиваться».
Лю Лулу улыбнулась и села на диван в стороне, с легким сожалением в сердце.
Она просто собиралась накормить Аньяня другим наркотиком, и сделать это руками этих людей, чтобы убедиться, что Аньянь полностью попал под власть наркомании, но она совсем не рассчитывала на то, что эти люди раскроют личность Тан Фэя и попытаются привлечь Тан Фэя к себе.
Она считала, что сейчас в этом месте собралось слишком много людей, и нет никакой гарантии, что не произойдёт ничего непредвиденного.
Семья Тан была амулетом, который Лю Лулу приготовила лично для себя. В ее любовь к Тан Фэю с первого взгляда, помимо естественной влюблённости девочки в мальчика, замешались также и дополнительные интересы.
Она слишком хорошо знала обо всех преступлениях отца Лю и в глубине души понимала, что даже если сейчас она сможет избежать разоблачений со стороны отца Ань, то никто не гарантирует того, что в будущем, возможно, не появится второй отец Ань, поэтому Тан Фэй с его крутым семейным ярлыком Тан стал для неё воплощением того убежища, которое она искала для семьи Лю.
Тан Фэй по сюжету испытывал очень сильное чувство привязанности и был очень добродетельным, а также он испытывал глубокую привязанность к Аньяню.
И она твердо верила в то, что если ей удастся заставить Тан Фэя в нее влюбиться, то Тан Фэй будет защищать её также, как он защищал Аньяня.
И если бы тогда что-то случилось с семьей Лю, то семья Тан, конечно, просто не смогла бы остаться в стороне.
А в этот момент, пока мужчина постарше загораживал собой взгляд Гу Юньси, а другой парень отвлекал внимание Тан Фэя, рыжеволосый мальчик тайно насыпал пачку белого порошка в вино, встряхнул его, а затем налил в бокал, поднял его и протянул Гу Юньси: «Иди и выпей с нами!».
Гу Юньси протянул руку, чтобы взять его, встряхнул свой бокал, подошел к дивану и, сев на него, сказал: «Но мне ещё нужно идти на работу, и мне не следует пить».
Пока он, говоря о том, что хотел бы поставить бокал с вином обратно на стол, притворялся, что случайно опрокинул его, вытирая пустое место на столе, он незаметно изменил местоположение вина, смешанного с наркотиками.
«Ну хорошо, тогда хоть чашечку, как насчет чашечки? Я же должен угостить этим вином своего брата». Тот мужчина, который был постарше, посмотрел на рыжеволосого мальчика и жестом попросил у него еще одну чашечку для Гу Юньси.
На этот раз все они могли бы спасти свою кровь, но содержание наркотика в бокалах вина было более чем достаточным.
Этот наркотический препарат очень сильно отличался от того, который они подсыпали ему в прошлый раз. Тот препарат никак не проявлял себя, и человек узнавал о том, что он принял наркотик только после того, как начиналась наркотическая интоксикация. Но на этот раз наркотик был совсем другим, и надо было лишь немного подождать, чтобы он начал действовать. Под его влиянием человек становился очарованным всем вокруг, и начинал вытворять всякие бредовые вещи.
Они действительно очень хотели посмотреть, насколько сильно уронит себя хороший студент после приема этого наркотика.
В прошлый раз они, должно быть, были просто подсознательно беспощадны с этим человеком, и теперь не могли понять почему с ним всё было в порядке.
Эта группа людей не беспокоилась даже о том, что Тан Фэй мог быть в этом обвинён, и это несмотря на то, что все они, похоже, испытывали перед ним какой-то благоговейный трепет.
Все, что можно было бы сказать по этому поводу, так это то, что внешность Тан Фэя действительно была слишком обманчивой.
Гу Юньси внимательно посмотрел на них, на одного за другим, и кивнул: «Хорошо. Давайте выпьем все вместе». Он улыбнулся, налил по чашке каждому из них, а одну чашку протянул Лю Лулу: «Лю, для тебя тоже есть чашка».
За исключением Тан Фея, все приняли свои чашки из его рук.
Даже Лю Лулу не отказалась, она великодушно приняла чашку из его рук и улыбнулась: «Я девушка, я выпью только одну чашечку».
Гу Юньси улыбнулся, и одной чашечки было бы достаточно.
Тан Фэй посмотрел на слабую улыбку, мелькнувшую на лице Гу Юньси и почему-то почувствовал себя оскорблённым. Он почесал в затылке, подавил это странное чувство и приподнял чашку в руке Яньдао, обращаясь ко всем этим людям: «Ну же, сделайте глоток, а то здесь уже слишком душно!».
Пока эти люди пили, Гу Юньси вышел из ложи и забрал Тан Фэя с собой, увидев напоследок подавленное выражение лица Лю Лулу, когда он уходил.
«Тан Фэй», – они шли по коридору вдвоём, и Гу Юньси внезапно посмотрел на Тан Фэя и спросил: «Могу я задать тебе один вопрос?».
Тан Фэй похлопал Гу Юньси по плечу и ответил: «Конечно, спрашивай, ты просто спрашивай. Между нами есть столько всего!».
«Тебе действительно нравится Лю Лулу?».
«А?» – Тан Фэй посмотрел на Гу Юньси с выражением серьезного удивления на лице: «Мне она вовсе не нравится. Просто мои приятели наблюдали, как она проявляет инициативу, и они отмечали, что у нее такая большая грудь и такая тонкая талия, и они считали, что всё это очень даже круто».
Потом он почесал затылок и продолжил: «Я расстанусь с ней завтра же».
Так называемый свой Чжу – красный, а чужой – черный, он все еще понимает эту истину.
Бесхитростная невинность, разыгранная Лю Лулу перед ним, и его прежние друзья, три учения и девять потоков, на первый взгляд не очень-то хороши.
Он понес очень большие потери, неразумно заводя друзей. Согласно учению Лао-цзы, чтобы поесть, потребуется много времени.
«А почему ты об этом спросил? Разве ты не должен был тоже быть против нее?».
Гу Юньси пристально посмотрел на него и рассмеялся: «Никогда не думай вслепую».
Он просто беспокоился о том, что Тан Фэй может стать пешкой Небес.
Ведь изначально любовник – это самый большой золотой палец, приготовленный Небесами в каждом из миров для выбранного ими человека, но с момента встречи с ним он отказался от любимицы Небес и стал его помощником в его борьбе с Небесами.
Однако, хотя в настоящее время это происходит в соответствии с его видением, и он также использует мировую власть, он родился в горе и умер в мире. Гу Юньси не может не учитывать возможность того, что Тяньдао сместит свою цель. Например, Тан Фэй, которому вряд ли могла действительно понравится Лю Лулу, влюбится в нее под влиянием Тяньдао.
В конце концов, до тех пор, пока он полностью не перевернёт этот мир, весь мир всё еще находится под контролем Небес.
«Эй, что с тобой не так, почему ты ничего не говоришь?», – Тан Фэй толкнул Гу Юньси, который был погружен в свои мысли.
Гу Юньси пришёл в себя и оглянулся на него: «Всё в порядке, я просто кое о чем размышлял».
«Ну раз уж дело дошло до размышлений, то ты так и не сказал мне, каким образом ты смог управиться с моим дядей!».
Гу Юньси почесал свой лоб, недоумевая как он обошел предыдущую тему и снова вернулся к этой теме. И каким образом у Тан Фэя «размышления» ассоциируются с Тан Цинем.
«А что, ты действительно не хочешь ему об этом сказать?», – низкий голос Тан Циня внезапно раздался позади них двоих, напугав Тан Фэя до дрожи.
«Большой, дядя, ты здесь».
Но Тан Цинь не побеспокоил Тан Фэя, он пристально смотрел на Гу Юньси, агрессивно прижимая его к стене: «Ты вообще не хочешь рассказывать об этом другим или просто не хочешь рассказывать об этом Сяо Фэю? А?».
Гу Юньси посмотрел в снова потухшие глаза этого мужчины, понимая, что его голова была действительно больной.
Его возлюбленный был очень серьёзно болен, и у него было три приступа за одну ночь.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления